Розы флориста

После утренней истерики мне пришлось проторчать около часа в ванной комнате, дожидаясь остановки крови из ноги. Я не врач, и медицина — далекая для меня тема. Взяв из шкафчика аптечку, вылила целый пузырёк перекиси водорода на рану, потом помыла руки спиртом и достала стекло из ноги. Осколок был небольшой, примерно сантиметра два, но кровь сразу же рекой потекла. Я испачкала несколько полотенец, коврик, одежду. И честно признаться, думала умру от потери крови и хотела уже вызвать скорую помощь, как кровь начала сворачиваться, и через некоторое время она окончательно прекратила течь. Я ещё раз обработала рану и перевязала её бинтами. Как вы уже поняли: перевязывать я умею так же, как и водить машину. На перевязку пришлось потратить три упаковки бинта. На ногу наступать больно, но терпимо. Жить буду. Мамы все не было. Это к лучшему, нужно успеть прибраться в спальне к её приходу и вытереть кровь, которая капала, пока шла за аптечкой. С этого я и начала. Взяв из кладовой комнаты ведра, тряпки и средства, которыми мама постоянно пользуется, пошла с грустным настроением драить полы. И отодрала все за минут двадцать. Кровь очень сложно смывалась. К сведению, на некоторых местах отмыть так и не удалось. Ещё на ковре в зале есть несколько капель, но отмывать я их не буду, ещё испорчу. После этого я взяла веник и пошла в комнату родителей, где собрала все осколки и выбросила их в мусорное ведро. Застелила кровать, поставила книги на полки, кое-как удалось починить картину и повесить её назад, переставила букет фиалок в другую вазу, пропылесосила. Теперь спальня приобрела нормальный вид. И на это ушло два часа. Мамы все нет, на звонки не отвечает, на сообщения тоже. Такое ощущение, что она не очень-то и спешит домой. А что мне делать? Просто сидеть на диване и думать, как распалась семья? Нет, но и пойти спать я не могу, это гадко с моей стороны. Если бы была Люба, я бы позвонила ей. Она бы выслушала, подбодрила, но её нет рядом. Но есть Никита. Буду надеяться, что я его ещё не задолбала, и он хочет со мной общаться. — Привет, — я позвонила Никите, и через секунд пятнадцать парень поднял трубку. — Привет, что-то случилось? — спросил он, тяжело дыша в трубку. Он бегает по утрам? Ну, или точнее по дням.? Если это так, то я приятно удивлена. — Нет, — мне не хотелось рассказывать ему о своих проблемах. Я итак его замучила за сутки. — Все хорошо. Я звоню, чтобы спросить тебя об… — в такие моменты чувствую себя ребёнком, который и двух слов связать не может. Балалаева, соберись, ты же прочла почти всю школьную библиотеку, словарного запаса должно хватить, чтобы сказать простое предложение. — В общем, не хочешь ли ты погулять со мной? Сейчас? Если ты, конечно, не занят. — Сейчас? Прости, но сейчас не получится, — огорчённо процедил парень на другом конце трубке. — У меня есть кое-какие дела, освобожусь через два часика только. Можем встретиться возле «Атриума» в три часа. — Да, отлично, хорошо, до встречи, — я положила трубку и легла на диван. И что делать эти два часа? Просто лежать — тупо и скучно, а других дел нет. А хотя вспомнила, я же ещё ничего не ела. Нужно позавтракать, ну или уже пообедать. Я нашла в холодильнике все ингредиенты, чтобы приготовить красный борщ. Как говорила и раньше, готовлю я хорошо и приготовить что-то жидкое — сущий пустяк для меня. Нужны всего-то свинина, капуста, морковь, болгарский перец, помидоры, чеснок, свекла, лук, картофель, специи и один час времени. Ничего сложного. Сварив борщ, налила себе тарелочку и опустошила её за несколько минут. Вкусно (пока сам себя не похвалишь — никто не похвалит). Дальше ничего интересного не было, я просто готовилась к встрече с Никитой. Минут десять потребовалось на то, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Конец сентября, но на улице тепло, двадцать градусов, самое время надеть платье…с кроссовками. Я бы обула туфли на каблуке, но такой нагрузки не выдержит рана на ноге. Она дергается и приносит дискомфорт. Ходить я могу, но хромаю. Волосы решила заплести в конский хвост. На счёт макияжа решила не заморачиваться и вообще его не делать — а-ля натурель. Вроде бы готова. Осталось захватить с собой сумку для вещей; плащ на случай, если замёрзну и несколько лекарств: перед выходом у меня начала побаливать голова. Лучше подстраховаться, вдруг хуже станет. До трёх часов осталось минут пятнадцать, за которые нужно успеть добраться на метро до торгового центра. Ну что ж, в путь. *** — Прости, опоздал, — крикнул Никита, находясь от меня в метрах десяти. — В пробку попал, думал простою несколько часов, но, к счастью, обошлось, — он обнял меня за талию и поцеловал в щеку. — Почему ты такая грустная? Улыбнись, — Никита взял меня за щеку и начал их поднимать вверх. — Перестань. На самом деле причиной моего грустного настроения стала не только ссора родителями, но и то, что со мной произошло по пути сюда. В метро чуть не убилась — споткнулась на эскалаторе, благо не полетела вниз, а удержалась. Ещё в вагончике рядом сел мужчина средних лет, который пару раз чихнул и кашлянул на меня. У меня такое ощущение, будто я заразилась от него чем-то. Чувствую, как мелкие бактерии с его организма овладевают моим и заражают каждую клеточку моего тела. Фу, бяка. Ещё и Никита опоздал на пятнадцать минут. Думала, он забыл про нашу встречу и уехал по своим делам. — Нет, нет, — отрицательно покачала головой я и поправила хвост, который залез в мой рот. — Просто день неудачный. Кстати, папа сам рассказал маме об измене, и кажется, они собираются разводиться. Во всяком случае, мама уже выгнала папу с дома. — Мне жаль, — улыбка моментально спала с лица парня. — Не представляю, какого тебе сейчас. — Сейчас все нормально, а вот пять часов назад… — в памяти сразу всплыло картина, как я рушу комнату родителей. — Давай не будем об этом? Я очень хочу провести с тобой остаток дня, не вспоминая ничего плохого. Ты не будешь против похода в кино? Я сто лет там не была. — Хорошо, — с радостью согласился парень, что меня очень обрадовало. — Только для начала мы сходим в Макдональдс и перекусим. Я голодный, как волк. — Тебе нужно было ко мне приехать. Я только час назад суп очень вкусный приготовила, пальчики оближешь, — повторюсь, пока сам себя не похвалишь — никто не похвалит. — Ты умеешь готовить?! — воскликнул парень посреди торгового центра. Многие люди обратили на нас особое внимание. Они смотрели на нас как будто мы здесь голые стоим. Так и хотелось выкрикнуть: «Че уставились? Занимайтесь своими делами», но мое внутреннее «я» подсказывало, что этого говорить не стоит. — Почему я узнаю это только сейчас? Ты обязана мне что-нибудь приготовить. Пожалуйста. Я очень сильно хочу домашнюю курицу. Ты же приготовишь мне домашнюю курицу сегодня? Пожалуйста, пожалуйста, — Никита взял меня на руки и начал трясти, как неваляшку. Вы воскликните: «Как это мило». Нет, это было бы мило, если бы на нас не смотрел весь первый этаж. Некоторые люди специально вышли из магазинов, чтобы посмотреть на нас. Еще каких-то два придурка, стоящих в углу, снимали нас на телефон. С ними я позже разберусь, сначала нужно разобраться с Никитой. — Никит, перестань, на нас все смотрят, — шепотом попросила я. — Ну и пусть смотрят. Они просто завидуют. Я буду держать тебя, пока не согласишься приготовить мне курицу. — Хорошо, я приготовлю тебе курицу, только отпусти, — на самом деле меня эта ситуация начала раздражать. Парень повел себя, как маленький ребенок и унизил нас на глазах десятков людей. Я понимаю, что в этом нет ничего ужасного: эти люди нас не знают и, возможно, больше и не увидят, но все-таки. Никита послушался, и я, наконец, почувствовала под собой землю. — Теперь пойдем покушаем, сходим в кино, заедем в магазин за продуктами и поедем ко мне, — он дернул меня за рукав и потащил к эскалатору, который вел на второй этаж. — Стой, мне нужно кое-что сделать, — я направилась к тому болвану, который записывал на свой телефон видео. Пока я с ним не разберусь — никуда не пойду. — Удали запись, — без колебаний приказала я. Парни переглянулись между собой, а потом снова посмотрели на меня. — Нет, — сказал владелец телефона, засунув руки в карман и сделав самодовольное лицо. Хорошая попытка. — Либо ты при мне удаляешь видео, либо твой телефон целуется с кафелем. Выбор за тобой, — я не привыкла сюсюкаться с людьми. Если меня разозлить, то прячьтесь люди дорогие, монстр идет. Друзья лишь посмеялись над моими словами и продолжили таращиться, ожидая моих дальнейших действий. Заметьте, я предупреждала — они не послушались. Не мои проблемы. Я схватила из рук мерзавца его мобильный, со всей силы кинула его об пол и еще пару раз добавила ногой. Телефон полностью разлетелся на детали, и починить его будет невозможно. Тот парень даже и не понял, что я сделала. Он продолжал стоять, как вкопанный и смотреть на разбитую игрушку. — Со мной шутки плохи, — добавила я, прежде чем уйти. Я взяла под руку Никиту, который стоял возле отдела обуви и смотрел на все происходящее огромными глазами. — Идиотка! — Послышалось позади. Ох, если бы я хотела, то он такие бы слова от меня услышал… К слову, а почему мне ничего не сказала охрана? Я видела одного мужчину на входе в форме охранника, но здесь никого нет. Или я не вижу? — Не знал, что ты такая боевая, — после нескольких минут молчания высказался Никита. — Такое чувство, что в тебе живет два человечка: постоянно плачущая, расстроенная девочка и всегда готовый к бою войн. — Ты многого обо мне не знаешь, — улыбнулась я, читая названия магазинчиков на втором этаже. — Тогда расскажи о себе то, чего я не знаю, — парень подошёл ближе и обвил рукой мою талию. — Возможно, я найду и третью сторону тебя. — Хорошо, только при одном условии: потом ты расскажешь про себя. — Договорились. — Давай сделаем заказ, сядем за столик, и я поведаю свою историю, — загадочно улыбнулась я и подошла ближе к Макдональдсу. Ну и очередь, мы тут до вечера стоять будем. *** После двадцати пяти минут ожиданий нам все-таки удалось заказать парочку кусочков пиццы, картошку фри и прочей гадости, вредящей здоровью. Мы сели за столик, и я, как обещала, начала рассказывать про себя: — Жизнь моя началась семнадцатого ноября тысяча девятьсот девяносто девятом году, — и тут я задумалась… — А что ещё рассказывать-то? — Все, я хочу знать о тебе все, — Никита по-царски развалился на стульчике и внимательно меня слушал. — Хорошо. В десять лет мама записала меня в танцевальный кружок, где я проучилась около полугода. В то время мой организм был очень слабым, я болела чуть ли не каждые две недели, из-за этого мне пришлось бросить кружок: я не успевала за другими. Также ходила в музыкальную школу и играла на фортепиано, только мне это не совсем понравилось. Проучилась там год, — у меня в голове столько событий из жизни, что не могу определиться, про что рассказывать. — Ещё у меня аллергия на пыль. У меня начинают чесаться и краснеть глаза. Поэтому мне приходиться каждый день — утром и вечером — протирать полки в комнате. Я очень люблю животных, но почему-то они у меня постоянно умирают. В детстве папа купил мне хомяка, кошечку и кролика, но ни один из них не прожил у нас больше года. До сих пор хочу себе какого-нибудь питомца, но боюсь заводить, так как он может умереть рано, — в этот момент Никита взял меня за руку и легонько улыбнулся. — Отлично училась в школе. Если бы не физрук, у меня бы была золотая медаль. Я люблю фильмы ужасов и триллеры, но при этом боюсь ночевать одна. Пару лет назад сохла по Джастину Биберу, его плакаты весели повсюду, даже в туалете. Они до сих пор лежат у меня в столе, выбрасывать жалко, память же. Ещё я обожаю сериалы, но сейчас их нет времени смотреть, точнее настроения. Я — коренная москвичка. И ещё: у меня нет настоящих друзей, есть только приятели. А ещё я в совершенстве знаю четыре языка: английский, немецкий, испанский и французский. Мечтаю знать китайский, но пока нет желания его выучить. В подростковом возрасте много путешествовала с мамой и одна: была в Великобритании, в США, в Италии, Испании, Швеции и в Германии. Обожаю историю России. Несколько лет назад экспериментировала с имиджем. Я была и блондинкой, и брюнеткой, и рыженькой; с длинными волосами, с короткими; с чёлкой и без неё. В общем, остановилась только в шестнадцать лет, когда поняла, что мои волосы больше похожи на солому. Никита хихикнул себе под нос и обратно поднял свой взгляд на меня. — В старших классах очень любила читать классику, и к окончанию школы прочитала все великие произведения. Я меломан: слушаю абсолютно разную музыку, начиная от шансона, заканчивая Леди Гагой. Все, моя фантазия закончилась. Теперь ты. — Ну что ж, моя жизнь не такая насыщенная, как у тебя, — заулыбался тот, садясь удобнее на стул. — Я родился тринадцатого апреля тысяча девятьсот девяносто восьмом году. В семь лет пошел в школу, учился хорошо. Пользовался популярностью у девушек в средней школе, — этот альфа-самец гордо запрокинул подбородок к верху, от чего его идеально уложенная прическа растрепалась вся к чертям. — Еще я просиживал свою задницу дома или болтался по городу с друзьями. Я, кстати, в Рязани родился. Закончил школу и переехал в Москву. Думал поступить куда-нибудь, но перехотел, — пожалуйста, дайте мне такую смелость сказать родителям: «Я тут передумала, зачем мне это высшее образование? Найду себе какого-нибудь богатого мужа и буду сидеть на его шее». Тогда бы и проблем никаких не было. — А еще я очень ленив. Пожалуй, это все. — Э, так нечестно, — моему возмущению не было предела. Я ему тут целую лекцию про себя рассказала, а он детский стих рассказал. — Расскажи еще что-нибудь про себя, пожалуйста, — я вылупила свои глазки и смотрела на Никиту так же, как сморю на папу, когда мне понравилась новая кофточка. Отец не может устоять перед моим взглядом и Никита не сможет. — Хорошо, следующая порция историй про меня выйдет, как только я наслажусь домашней курицей, — вот гаденыш! Он победно улыбнулся и продолжил пережевывать пиццу с грибами и ветчиной, запивая все Кока-Колой. Я же не привыкла отставать и продолжила кушать Биг Тейсти. Я душу продам за этот сандвич. Уже через десять минут вся еда на подносе Никиты была съедена, а у меня еще осталось мороженой и половина картофеля фри. Никита любезно согласился помочь мне и доел весь картофель, до единой крошки. Простите, но куда в него все вмещается? Я сейчас с трудом иду выбрасывать мусор в специальный контейнер. Такое чувство, будто у меня в животе не еда, а десяти килограммовый ребенок. Мороженое явно было лишним. — Все, а теперь бежим в магазин и покупаем нужные продукты, — парень взял меня за руку и побежал к выходу. Вы представить себе не можете, как трясутся мои жировые складки. — Интересно, что я такого сделал, что в моей жизни появилось такое сокровище, как ты?! — Подожди, так мы же в кино собирались, — внезапно вспомнила я и остановилась посреди тротуара, мешая другим людям идти. — Ты забыл уже? — Блин, я, правда, забыл, — у него было такое лицо… виноватое? Я не знаю, как описать эмоции юноши, но Никита был в смятении. — Прости. На какой фильм ты хочешь пойти? Если верить интернету, то сейчас в кинотеатрах идет показ: «Напарник», «Статус Брэда», «Министр», «Мама», «Клаустрофобия», «Мадам». — А нет никаких мультфильмов? — не хочу никого обижать, но сейчас снимают одну чушь и пытаются на ней заработать денег. Те же фильмов ужасов больше похожи на анекдоты: я от смеха быстрее умру, чем от страха. — «Дозор джунглей» и еще какой-то японский мультик, — понятно. Смотреть нечего. — Ладно, пойдем в магазин, пропустим фильм, — слабо, краем рта улыбнулась я и пошла дальше, к станции метро «Курская», — чтобы вы понимали, я не люблю смотреть японские мультики и мультфильмы про животных; тот же «Ледниковый период» надоел. Я не знаю, что происходит, но меня все начинает бесить в жанре «кинематографа». Может, я взрослею?! *** По дороге к Никитиному дому мы зашли в супермаркет, где накупили еды на несколько месяцев вперед, и я не шучу. Продукты еле-еле поместились в шесть огромных пакетов. Никита кидал в корзину все, что попадалось на глаза: кукурузные хлопья, колбаса, тесто для пиццы, сухарики, чипсы, около восьми бутылок минеральной воды, мидии, крабовые палочки, сыр косичка, томатный соус.… Если я все буду перечислять, то вы все не прочтете и к завтрашнему утру. Кассиру, по его лицу, задолбалось все пробивать, он даже попросил поменять его, а очередь постоянно возмущалась: «Почему так долго?». И я их понимаю, самой раздражает, когда продавщица минут десять пробивает корзину с продуктами, как будто она это специально делает. В итоге Никита за такую большую покупку заплатил восемь с половиной тысяч. Простите за выражение, но я в ох*е. Продукты быстрее испортятся, чем он их съест. - Никит, а тебе не кажется, что продуктов слишком много? – задала ненавязчивый вопрос, перебегая улицу, пока нет машин. - Нет, это мне на неделю, - без всяких сомнений ответил темноволосый. – А вообще, я кое-что не докупил. Тебе, кстати, не тяжело? А то я могу понести пакеты, - забыла сказать, что он попросил понести два пакета, а остальные несет сам. У меня уже руки онемели от тяжести, но я все-таки отказалась и потащила продукты дальше. Тем более до его квартиры осталось несколько минут ходьбы. И еще хочу поделиться кое-какой информацией, точнее чувствами: я только что заметила, что нога не болит. Серьезно, я несколько часов проходила и только сейчас, вспомнив утренний инцидент, вспомнила и про ногу. И тут же про нее забыла, когда на горизонте увидела курящего сигарету Романенко… Ох, что же будет… Он же по-любому не пройдет мимо, особенно после нашей последней встречи в автошколе.