Розы флориста

— Ты знакома с Лерой? — улыбнувшись, Никита посмотрел на меня и одновременно погладил девчонку по головке. — Да, она была в автошколе — Я тебя помню, ты та девочка, которая сбила все фигурки на дороге, — Никита усмехнулся и тихо засмеялся. Он прикрыл рот ладонью, чтобы я этого не заметила, но, как вы поняла, он не добился этой цели. — Это неправда. Она меня с кем-то путает, — я надулась и косо посмотрела на ребёнка. Не нравится мне она… Сразу видно, стервочкой вырастет. — Ларис, ты можешь посидеть с Лерой, пока я опустошу мочевой пузырь? Ещё немного, и произойдёт конфуз, — Киоссе быстро встал с дивана и передал мне в руки ребёнка. И что с ней делать? У меня нет младших братьев и сестёр, я не понятия не имею, как нужно вести себя с девочками пятилетнего возраста. Я также как и Никита села на пол и посадила девчонку себе на колени. — И насколько ты пришла к дяде Никите? — любопытство взяло вверх, и я не могла задать этот вопрос. — На сколько нужно, на столько и пришла, — беззаботно ответила девочка, не отвлекаясь от телевизора. — И вообще, ты кто такая? Этот вопрос поставил мне в некий тупик… — Эм… я любимая твоего дяди, — это звучало максимально глупо, но… что сказано, то сказано. На мое заявление девочка засмеялась. — Дядя Никита любит Олю, а не тебя! — громко сказала она, ударив меня своим маленьким кулачком меня по руке. Было скорее неприятно, чем больно… больнее было лишь от её слов… Оля? «Дядя Никита любит Олю»… в груди что-то защемило и на душе стало тяжело. Это всего лишь маленькая девочка, она может сказать все, что угодно. Ведь так? — Тетя Оля? Кто она? И где она сейчас? — Ты что дурочка? Я тебе уже сказала!!! — закричала девочка во весь голос. Никита точно должен был услышать её вопль. — Тетя Оля — любимая женщина Дяди Никиты. Они любят друг друга, скоро поженятся и родят много-много людей. Дядя Никита сказал, что тетя Оля на работе, и она придёт только поздно вечером, когда я уже буду спать. Но он сказал, что Оля принесёт мне большую шоколадку, и я её утром скушаю. Тетя Оля меня любит, — настроение девочки быстро поменялось: она сначала кричала, а позже стала говорить спокойным, тихим, голосом. Я замерла… Больно. Я не могу поверить в это. У Никиты есть какая-то Оля, на которой скоро жениться… То есть я тут в роли любовницы? Я поверила девочке только потому, что она не могла просто взять это из головы и сказать, она слишком маленькая для таких взрослых историй. Но с другой стороны… я ночую у Никиты дома не первый раз, и я ни разу здесь не видела незнакомого человека. Либо все-таки врет девочка, либо Никита недоговаривает. В любом случае я не должна делать поспешных выводов и срываться на Киоссе. Нужно с ним спокойно поговорить. — Ты чего так кричишь? — я и не заметила, как в комнату вернулся довольный Никита. — Тебя Лариса обижала? — Нет, я её не обижала, — вот как раз сейчас я и заведу разговор про незнакомку по имени Оля. — Настенька рассказывала мне о тебе и о Оле, — я взглянула на Никиту взглядом «нас ждёт серьёзный разговор», однако во взгляде Никиты не было ничего. В глазах одна пустота. Парень закусил нижнюю губу и поднялся с корточек. — Тебе пора домой, — злобно, смотря на меня, произнес Киоссе. — Что…? — я не могла поверить своим ушам… Он, действительно, это сказал? — Иди домой! — и я с дрожью в сердце заметила, как опасно горят его карие глаза, приобретая черный оттенок. Что с ним происходит? Я немного поежилась, но через несколько секунд посадила девчонку на пол, а сама встала, подтягивая джинсы. Я ещё раз взглянула на Ника и пошла в его комнату, чтобы забрать свои оставшиеся вещи. — Захлопни за собой дверь, — безразлично выпалил Никита, пока я застёгивала замок на куртке. Я быстро выбежала из квартиры, выполнив его обещание. Не знаю, что нашло на него, но Киоссе меня очень сильно обидел и испортил настроение. Черт возьми, он выгнал меня, не объяснившись. Чем я это заслужила? Если же я что-то не так сделала и разозлила его, то зачем сразу выгонять да еще и в такой грубой форме? На улице было очень холодно, я в очередной раз пожалела, что не надела под джинсы колготки, а под куртку ещё один свитер. Холодный ветер больно бил по лицу, и уже через короткий промежуток времени щеки замёрзли и покраснели. Мне пришлось засунуть руки в карманы и зарыться лицом в куртку, как маленький котёночек. Учитывая то, что Никита живет почти на другом конце Москвы от моего дома, а денег в кармане нет — впереди весёлая дорога. Если Серьезно, то такое расстояние я пройду часа за три, но за это время я превращусь в ледышку. Хотя стоп, у меня же есть полторы тысячи за вчерашний рабочий день. Как я про них только забыть могла?! По приходе домой, я, не раздеваясь, пошла в ванную комнату, чтобы набрать горячую воду. А пока она набиралась, я нарезала колбасу, сыр, хлеб и сделала горячие бутерброды. Я совсем испортила себе аппетит: ем разную дрянь и порчу желудок. Не припомню уже, когда в последний раз ела полезную пищу. Быстро приняв ванную, я сажусь на край кровати и решаюсь позвонить человеку, который обязан все рассказать… точнее это единственный человек, которого я знаю и могу хотя ему бы довериться. — Да? — на другом конце провода я слышу долгожданный ответ, что меня немного напрягает… а что говорить-то? — Эм… Анатолий Васильевич? Это Лариса Балалаева. — Привет, я узнал тебя, что-то случилось? — Да. Мы можем сегодня встретиться вечером? Это очень срочно… Я пойму, если Вы откажетесь… — я нервно теребила край кофты и кусала нижнюю губу. — Вечером? Прости, но я в командировке. Завтра в семь? — Да-да, хорошо, спасибо. Толик согласился на встречу. Это не может не радовать учитывая то, что в последние недели я нахожусь в глубокой заднице и понятия не имею, как оттуда выбираться. Воскресение. Полседьмого вечера. Я уже сижу в кафе и проедаю только что принесённый салат из морепродуктов, и запиваю все апельсиновым соком. До встречи с Толиком ещё полчаса. Я специально пришла раньше, чтобы спокойно покушать и не выглядеть перед ним голодной свиньей. Точнее, я надеюсь, что Анатолий Васильевич не забыл про встречу и все-таки придёт. Если же нет. Я буду чувствовать себя легкомысленной овцой. Свинья, овца… из меня зоопарк можно собрать. Ха, смешно… До конца салата осталась одна несчастная ложка, как возле входной двери увидела знакомый затылок, который осматривал все вокруг. Наверное, Толик искал свободное место, которого, кстати, не было. Он пробежался ещё раз глазами по залу и, взглянув на меня, улыбнулся и помахал рукой. Я слабо улыбнулась, смотря на приближающегося мужчину. Он пришёл. Отлично. — Привет, что за срочность? — Здравствуйте, — промямлила я, вытирая рот салфеткой. — Простите, что вытащила в выходной, просто… — Ларис, я уже как полтора месяца не твой преподаватель, поэтому давай на «ты»? — перебил тот, но сразу продолжил, не дав сказать мне и слова. — Просто расскажи, что случилось? Вы с Никитой поругались? Или что-то более личное? — Да, то есть… это связано с Никитой. и Олей, — я сразу взглянула на лицо Толика… оно изменилось… если раньше парень был расслаблен, то сейчас он заметно напрягся и прикусил губу. — Откуда ты её знаешь? — Неважно. Главное, что при её имени, он выгнал меня. Я должна злиться на него, но не могу, потому что понимаю, что в них что-то было. Ты расскажешь о ней? — с надеждой спросила я. — Я даже не знаю, как начать… — парень медленно начал потирать висок, и его вена на лбу заметно забухла. — Они с Никитой встречались с четырнадцати лет. прекрасная пара была, — Была? — Когда Оле исполнилось восемнадцать, Никита, недолго думая, сделал ей предложение. Свадьба была назначена на август, но она не состоялась… Олю нашли мертвой за три месяца до церемонии. Мои глаза расширились, и сердце сжалось до боли. Стало тяжело дышать, и температура тела заметно повысилась, я вся вспотела. — Убийца так и не найдет. Полицейские думают, что это Флорист, о котором на всех каналах говорят, но не его почерк… — на секунду Толя замолчал, но следом продолжил. — Никита был в депрессии несколько месяцев… Родители даже переехали к нему, боясь, что тот наложит на себя руки. Это было ужасно видеть его в таком состоянии, он был на грани. Я чувствовала, как мужчине тяжело все это говорить, а мне сложно слушать… никогда бы не подумала, что Никита такое пережил… Мне его искренне жаль. — И только последние полгода он начал приходить в себя. Честно, я был удивлён, когда он заговорил с тобой тогда в машине. Он влюблён в тебя, это видно по его глазам. Он смотрит так, как смотрел на нее. — Ты думаешь, он искренне любит, а не пользуется мной как…обезболивающим? — с надеждой прошептала, видя, как Толя слабо улыбнулся и ответил: — Он уважает девушек и никогда бы в жизни не стал вытирать об них ноги. Он любит тебя. Дай время: он остынет и извинится за свое мудацкое поведение. Я закусила губу и сделала глоток апельсинового сока. «Он тебя любит»… походу это замечают все, кроме меня… Наша трапеза продолжалась менее часа. Все это время мы разговаривали с Толиком и поедали заказанные блюда. Мне казалось, что за столь короткое время мы обсудили все на свете, начиная о моем восстановлении в автошколе до темы: «Каким цветом у Никиты в детстве были колготки?». Вечер удался. Парень любезно подвез меня до подъезда и, обменявшись рукопожатиями, я выпрыгнула из машины и побежала в квартиру, слишком холодно на улице. POV Флорист — Давай договоримся? Мой отец крупный бизнесмен, — сквозь всхлипы шептала черноволосая, пытаясь отползти дальше от меня, только у неё ничего не получалось: я медленными шагами приближался к ней и усмехался над жалкой попыткой спасти свою никчёмную жизнь. — Тебя устроит миллион рублей? Может пять? Нет, тебя устроит… — она не успела договорить. Острый кончик ножа встретился с нежной кожей жертвы на шее. Темная горячая кровь медленно капала на землю, оставляя за собой след. «Какая она красивая», — подумал про себя я, любуясь телом девушки. Я в последний раз взглянул на неё и бросил чёрную розу на живот брюнетки.