Старые друзья или музыка нас собрала

Они шли молча, не разговаривая друг с другом. Пара ещё не началась, поэтому всю дорогу в кабинет директора их сопровождал шум. Разговоры учеников, шаги, действия — всё это вместе создавало некий гул, но сама Маринетт не обратила не слова. Диего думал, что его сестра будет рада тому, что он забрал её с пары, но ей, как он понял , откровенно наплевать. Они проходили мимо разговаривающих и веселящихся людей. Но он, смотря на неё, не мог разделить их радость. Ведь он даже не помнит, когда она в последней раз нормально улыбнулась. Он скучал по этой улыбке и по её звонкому смеху. Подходя к кабинету директора, она о чём-то задумалась. Причём так сильно, что можно сказать спасибо резкости Диего за то, что он успел схватить сестру за руку, прежде чем она бы врезалась в дверь. В благодарность он получил лишь раздражённый взгляд. В принципе, он уже привык. Маринетт проникла в кабинет тихо. Настолько, что директор не услышал ничего: ни шагов, ни скрипа открывающейся двери, ни того, как Диего зашёл в след за сестрой. — Мисье Домокл, вы меня звали? — спросила брюнетка мужчину. Директор стоял спиной к вошедшим гостям, смотрел в окно.  — Маринетт, дорогая моя, вы уже пришли — пожелой мужчина развернулся к молодым людям и мягко улыбнулся — у меня к тебе дело, и надеюсь, что ты поможешь нам.  — В чём же заключается ваше «дело»? — спросила Маринетт, соединив кисти рук сзади и наклонив голову немного в бок. Маринетт уже который раз помогает и директору и педагогам, так как она являлась самой примерной ученицей из всех студентов и на неё можно положиться. Но статус «примерной» Маринетт получила не за то, что участвует везде и хорошо училась, а именно из-за своей невзрачности по отношению ко всему. Когда она была свободна от дел, её не было ни слышно, ни видно.  — Помнишь, в том году у нас было что-то на подобии конкурса? Отбирались ученики из разных университетов, колледжей и прочих учебных музыкальных заведений, и соревновались. В этом году, мы решили провести это мероприятие у нас. — директор говорил решительно — Вот тут нам нужна твоя помощь. Диего за время диалога наблюдал за Маринетт, и он заметил, как от слов, сказанных мисье Домоклом его сестричка немного вздрогнула, но тут же собралась с мыслями, ибо не показать слабость.  — Вы предлагаете мне возню с бумажками и участниками, правилами и всем прочим? — спросила Мари, надеясь услышать положительный ответ.  — И это тоже, но твоё участие обязательно.  — Вы же знаете мой ответ по поводу участия. Я отрицательно ко всему этому отношусь. Я могу помочь с этой вознёй, но участие…вот уж дудки! — брюнетка начала повышать тон, но тут что-то тяжёлое упало на её плечё. Обернувшись и увидев брата, она поняла, что начала перегибать — Извините, сорвалась. Сегодня явно не мой день — склонив голову, проговорила девушка. Директор ненадолго задумался.  — Так уж и быть, я дам тебе время подумать. Завтра мне нужен ответ, надеюсь мы друг друга поняли. — сев в кресло, сказала Домокл. Ответим послужил хлопок двери, который дал понять: она согласна на условие, но её так легко не возмёшь…  — Эх, бедная девочка… — проводя руками по лицу, сказал директор…

***

 — Тебя проводить до аудитории? — поинтересовался Дюпен-Чен.  — Не нужно, я сама могу дойти, не маленькая. — отнекивалась голубоглазая.  — Ну тогда я пошёл, дела. — развернулся Диего и направилась в сторону своей учительской. Маринетт проводила его молчанием и пошла на пару. В коридорах тихо, все на занятиях и одна девушка медленно шагает по деревянному полу. Оглядываясь на стены, она видит портреты великих французских композиторов, пройдя чуть дальше она увидела доску хорошистов и отличников. На ней находилось 25 лучших студентов, в числе которых была и Маринетт. И даже на этой фотографии, она со своим серьёзным лицом, ни капли счастья в её глазах. Будто её насильно заставляют тут учиться. Никто бы не поверил, но она счастлива ту учиться, музыка доставляет ей радость, хоть она таковой не показывает. Пока она размышляла, она добралась до своего кабинета. Эх, недолго она побывала наедине с собой. Но этот учебниый день ей точно не придётся быть одной, по крайней мере, ей никуда не деться… — Можно войти?..

***

 — КОНКУРС?! — в один голос спросили девушки. В столовой шум да гам. Каждый бурно обсуждает свою тему. Так и делала Буржуа. Блондинка обсуждала всё на свете. А Маринетт хотела одного, чтобы она хоть на 10 минут замолкла и спокойно ела. Дюпен-Чен удивлялась спокойствию Кюфен, нет, не так…она восхищалась. И как она терпела эту особу, которая сидела напротив их двоих? Ну, может она просто привыкла, кто знает… Пока Маринетт наблюдала за Джулекой, которая в свою очередь поедала свой обед, Хлоя начала разговор о сумке, которую приобрела вчера. Маринетт надоело слушать пустой манолог блондинки, которая считала его диалогом, и решила принести себя в жертву.  — А у нас скоро в университете конкурс — как-то лениво сказала брюнетка, смотря в тарелку с блинчиком и ковыряя в нём вилкой. Хлоя мгновенно замолчала, расширив глаза. Даже Джулека отвлеклась от обеда и уставилась на Мари.  — КОНКУРС?! — в один голос спросили девушки. На стол девушек тут же взглянули все присутствующие. Ну, как на стол, в большей части на Хлою, так как Джулека не стала кричать, а вот блондинка даже подпрыгнула с места и ударила рукой по столу. Маринетт тем временем перекрыла лицо рукой и проборматала что-то типо «О господи, за что мне это?» Когда люди отвернулись, а Хлоя наконец села на место, Джулека аккуратно положила руку на плечо Мари, отчего та отвлеклась от своих мыслей и посмотрела на Кюфен.  — А когда этот конкурс? — спросила девушка.  — Ой, — Маринетт тут же вспомнила. — я так быстро ушла оттуда, что забыла спросить.  — Маринетт, ты ведь будешь участвовать? — как-то решительно произнесла Хлоя. Маринетт взглянула на неё. Хлоя же не хотела встречаться взглядом с брюнеткой. Дюпен-Чен почуяла что-то не ладное.  — Девочки, а вы уже знали о конкурсе? — неожиданно спросила Мари. Блондинка тут же завертелась на месте, а красноглазая брюнетка убрала руку с плеча приятельницы и отвернулся. Тут то Маринетт всё и поняла.  — Ах вот значит как, вы знали. И когда они успели вас подговорить заставить меня согласиться. — Дюпен-Чен смотрела то на одну девушку, то на другую.  — Ну… — блондинка остановилась — помнишь когда тебе надо было отойти?  — Вот оно как Я поняла, не надо продолжать. — девушка не понимала одного — А вам-то от этого какая выгода? Буржуа и Кюфен переглянулись.  — Нам никакой. Просто не хочется, чтобы ты была в стороне. У тебя такой прекрасный голос. — Начала было уже Хлоя.  — Так, стоп, Хлоя. — остановила её брюнетка. — если ты будешь меня уговаривать, я перестану с тобой общаться. Хлоя ужаснулась. Нет, она не посмеет. Ведь она целый год добивалась, и так всё перечеркнуть.  — Жаль Маринетт, очень жаль… — две девушки удивлённо посмотрели на Кюфен. На лице девушки играла лёгкая, но твёрдая ухмылка. Она не боялась перестать общаться. Ей и одной было нормально. Тем более она знала, что Маринетт не пойдёт на такой риск, чтобы остаться с Хлоей вдвоём. Поэтому она не станет терять такого человека.  — Джулека… — Мари насторожительно взглянула на Кюфен.  — Жаль Маринетт, значит в этом году победа достанется Росси. — спокойной произнесла девушка. Тут Маринетт застыла. Лила Росси — главная соперница Маринетт и алчная девушка. Она по-любому будет участвовать. Нет, она не даст ей победить. Дюпен-Чен сорвалась в места, не забыв сумку. Джулека улыбнулся, понимая, куда направилась брюнетка.  — Маринетт, ты куда? — не понимала Хлоя.  — К директору. — решительно сказала Мари.  — Подожди, мы с тобой! — крикнула блондинка, схватив Кюфен, появились догонять подругу.