Open your eyes

Чонгук медленно пережевывает мясо, попутно наблюдая за тем, как Тэхён что-то оживленно рассказывает сидящему рядом Чжису, при этом так жестикулируя руками, что Хон невольно в сторону дергается. Чимин временами поддакивает, смеется, поддерживает диалог, а потом резко возвращается к телефону и опять находится вне зоны доступа. Чжису на слова Кима кивает головой и лишь рот открывать успевает, ибо Тэ тут же перебивает его, начиная говорить о чем-то совершенно другом. Чонгук смотрит на все это внимательно, анализирует и все также старается прожевать слишком резиновое мясо, которое так зря купил в столовой. Что он тут забыл, остается огромной загадкой для него. Чонгук, вроде, не хочет сидеть в окружении омег и слушать то, как Чимин рассказывает «интересные» истории о Юнги, не хочет видеть, как Чжису, смущаясь его, шепчет что-то на ухо почти всегда взбудораженному Киму, однако очень сильно хочет смотреть на Тэхёна, который слишком открыт, слишком прекрасен. Чон вздыхает и пытается раскусить мясо зубами еще сильнее. То поддается, разламывается, а точнее все же разрывается на две части, а зубы альфы противно ударяются друг об друга. Хочется завыть и все же поесть, ибо желудок урчит, а испытывать повторные мучения желания не возникает, поэтому, поднявшись с места, отчего взгляды всех омег, даже Чимина, который, как ни странно, оторвался от телефона, устремились на альфу. Чонгук кивает головой на тарелку, которую держит в руках, кривится и бормочет что-то про мясо. Пак держит приличную паузу, а потом, стоит младшему только пройти три шага, громко смеётся, при этом ударяя ладонью по столу. Тэхён, честно, не понимает причину такого поведения друга и лишь странно поглядывает на удаляющуюся спину альфы. Чжису же, в свою очередь, поддерживает Пака, начиная негромко фыркать в кулак. Чон берет поднос и осторожно кладет тарелку с каким-то салатом, рядом ставит небольшое воздушное пирожное, украшенное какими-то бусинками, стакан с каким-то молочным коктейлем или чем-то явно похожим на этот напиток и парочку упаковок с апельсиновым соком. Оплатив все выбранные блюда, альфа разворачивается на пятках ботинок и медленно, дабы не разлить содержимое стакана, направляется обратно к столу, где Тэхён уже молчит, опустив голову вниз, а Чимин с Хоном что-то обсуждают. — Хён, — тянет Чонгук, как только подходит к парням, — ты будешь пирожное? И, вроде, непонятно к кому именно обращается Чон, так как он смотрит явно в пол, а все сидящие за столом точно старше его, однако каждый понимает и знает, что за омега удосужился такого вопроса. Тэхён слегка краснеет, слабо улыбается и кивает, будто зная, что альфа смотрит не только в пол, но и на него тоже. Чон выдыхает слишком громко, ставит поднос на стол и медленно придвигает тарелку со сладостью ближе к старшему. — Вот еще сок, — добавляет Чонгук и кладет рядом с пальцами Тэхёна оранжевую коробочку. Ким кивает, благодарит за вкусность и принимается осторожно кушать пирожное. Чон чувствует себя извращенцем, раз, смотря на то, как Ким поедает принесенную им еду, испытывает какое-то странное чувство. Однако Пак опять все рушит, кашляет и своими маленькими пальчиками выхватывает с подноса вторую упаковку сока. Вообще, Чонгук планировал выпить его сам, поэтому на действия друга лишь устало закатил глаза. У него есть еще молочное что-то, так что, не все потеряно. — Они на тебя очень плохо влияют, Чжису-хён, — говорит Чон, сверля взглядом милого омегу, который так жадно поглощает через трубочку его «коктейль». — Чонгукки, если хочешь, можешь выпить этот, — улыбается Тэхён и указательным пальцем осторожно придвигает упаковку с соком ближе к альфе. Чон тепло улыбается, машет головой в разные стороны, как бы говоря, что не стоит, и, пока Чимин слишком вовремя отвлекается на телефон, который секунду назад завибрировал из-за нового сообщения, ловко выхватывает из слабой хватки свой же напиток. Пак понять не успевает, что произошло, как Чонгук тут же осушает маленькую коробочку. — Эй, Чон Чонгук! — злиться Чимин, убирая при этом свой гаджет в сторону. Альфа удивленно смотрит на омегу, а затем улыбается, показывая свои ровные белые зубки. — Хён, ты имеешь что-то против того, чтобы я выпил напиток, за который заплатил минуту назад? — Пак хочет ответить колко, хочет вернуть себе напиток, однако понимает, что потребовать оранжевую жидкость обратно не может, поэтому хмуриться и складывает руки на груди, показывая всем своим видом, что жутко обиделся на младшего. Чонгук смеётся, Хон давится молочным чем-то, Ким начинает кашлять, так как вкусная бусинка явно попала не в то горло, и лишь Чимин стоит на своем, продолжая держать серьезно-обиженную мину. Ну, длится это ровно минуту, может меньше, может больше, Пак не выдерживает и заливается хохотом. Чон первый приходит в себя, так сказать. Слегка откидывается на спинку неудобного стула и смотрит на развернувшуюся перед ним картину. Разве не это самое прекрасное, что может быть в его жизни? Разве не об этом так мечтал Тэхён и в тоже время скучал Чонгук? В какой-то момент, альфа даже задумывается о том, что стоит и правда отступить, однако взгляд невольно цепляется за Тэхёна, за его темную кожу, которая выглядывает из-за воротника рубашки, за его прекрасные губы, растянувшиеся в улыбке, за эти глаза, в которых плескается огромное море чувств… И Чонгук понимает, что нет, он не может отступить, что он хочет все также продолжать любить этого парня.

****

— Хочешь чай? Кофе? Пирог? — заваливает вопросами друга Чимин. Ким зевает и лишь машет рукой, как бы прося Пака отстать ненадолго. Но омега стоит на своем, продолжая капать на мозг и не давая поспать положенные минуты отдыха. Вообще, Ким очень плохо спит по ночам, поэтому любая кроха времени для него, как крупица какого-нибудь золотого порошка. — Чимин-и, я так хочу спать, — тянет Ким, зевая и прикрывая рот ладошкой. — У нас осталась еще одна пара, давай просто потом ты встретишься с Юнги и всё. — Нет, нельзя! Юнги-я сказал, что это жутко срочно, — отвечает Чимин и сразу же продолжает, пока Тэхён не успел и слова вставить: — Без тебя пойти не могу. Он сказал притащить тебя с собой любыми путями. — Больше верь ему, — фыркает Тэхён. — Опять меня заставите настороже стоять у кабинки с туалетом, да? Пока вы там непотребностями будете заниматься? — Это было один раз! — тут же возражает Пак, слегка заливаясь краской. Ким улыбается и тычет пальцем в шею друга, где еще красуется синее пятнышко. — За то какой раз! Чимин хмыкает и бросает на омегу многозначный взгляд. Ким пытается игнорировать друга, обратно укладывая голову на уютную руку, завернутую тонкую белую ткань, однако Пак не отступает от своего, а Тэхён уж слишком добросердечный. Тяжело вздохнув, омега поднимается со своего нагретого места и, схватив рюкзак, висевший на спинке стула, отходит от стола и показывает пальцем сначала на дверь, а потом на свои наручные часы. Чимин не глупый, Чимин все понимает с первого раза и, чуть ли не бросаясь на шею друга, спешит быстрее покинуть учебное заведение. Дорога до кафе не занимает много времени, однако выматывает ужасно. И дело тут даже не в том, что Пак слишком торопиться, а в том, что сильный ветер бьет в лицо, а тонкие вещи не спасают бренные тельца. Чимин, увидев, что с утра погода была теплой и солнечной, отложил свою теплую курточку в сторонку, надев лишь легкую ветровку, да теплый свитер. Ким же, в свою очередь, решил не послушать брата, и на свою белую рубашку накинул вместо пуховика пальто, о чем сильно пожалел. Неожиданно, к полудню погода сильно изменилась: солнце скрылось, а вместо него появились огромные серые тучи и жутко холодный сильный ветер. Поэтому, достигнув желаемой цели, то бишь кафе, парни чуть ли не забежали внутрь. В помещение было тепло, от чего замерзшие пальчики Пака, наконец, нормально задвигались. Ким фыркнул в ладошку и, пробежав взглядом по кафе, двинулся в сторону столика, стоящего у большого окна, где на стуле, сложив ногу на ногу, сидел Юнги. Альфа медленно потягивал горячий напиток, поглядывая при этом на снующихся туда-сюда людей на улице. — Хён, — протянул Тэхён, присаживаясь напротив друга. Мин перевел взгляд на сидящего перед ним парня, а потом сразу же скользнул в бок, натыкаясь на тушку любимого. Пак не смотрел на альфу, не здоровался, лишь кивнул, да сел рядом, при этом своими ловкими пальчиками стаскивая теплый пуховик со спинки стула и заворачиваясь в него. Ким, заметив действия друга, фыркнул и, вернув свой взгляд обратно к альфе, мирно потягивающему напиток, продолжил: — Зачем я тут? — Мне сказали соврать, но, если честно, то Намджун попросил тебя спрятать где-нибудь, ибо Джин творит там какую-то ересь, — выдохнул Юнги, перед тем, как сделать очередной глоток. Пак ударил себя несильно по коленке и пробубнил под нос, что его мольба и просьба оставить все как есть на старшего явно не подействовала. Тэхён, услышав истинную причину своего визита сюда и, видимо, причину его отсутствия на последней паре сегодня, не удивился совсем. Своего брата он знал лучше всего, поэтому, если тот решил чего, то провернет это в любом случае, даже если придется принести кого-то в жертвы. Однако, пусть это и льстило, пусть внутри все и теплело от мысли, что его близкий человек так переживает за него, в тоже время Киму сильно хотелось злиться. Сокджин всегда может мастерски подбодрить его, улучшить настроение, приласкать и нашептать разных милостей, утопить в своей теплоте и заботе, но Тэ совсем не хочет, чтобы брат хоть какое-то участие принимал в его отношениях с Чонгуком. И дело тут даже не в том, что старший может применить невообразимые методы, а в том, что Тэхён просто до сих пор не знает, кто именно для него Чон. Если Джин соберется их свести, а на деле окажется, что Ким совсем не любит Чонгука? А если старший наоборот настроит их лишь на волну друзей, а Тэхён поймет, что хочет большого? Если это произойдет то, что ему придется делать тогда? Все лишь усложнится, и почти бессонные ночи превратятся в настоящий кошмар. — Раз такое дело, — начал говорить Чимин, тем самым привлекая внимание Кима, — то почему бы тебе не переночевать у нас? — Ты только пару дней назад съехал от меня, — фыркнул Тэ. Пак удивленно посмотрел на друга, как бы спрашивая, при чем тут это вообще. — Юнги меня точно уже ночами проклинает, — улыбнулся Ким, наклонившись немного. Мин усмехнулся, Чимин же лишь махнул ладошкой, при этом слегка краснея. — Вообще, ты мешать нам не будешь, не переживай, — подал голос альфа, допивая последние капли своего теплого напитка. Пак вначале неосознанно кивнул, а потом несильно хлопнул сидящего рядом парня по плечу и ущипнул того за шею сзади, тем самым прося не разбрасываться всякими словами налево и направо. Тэхён, от сказанного предложения, слишком уж сильно покраснел, закашлял, да и вообще отвернулся. — Хё-ён, — протянул Тэхён, все еще проводя пальчиками по красным ушам, — будь менее прямолинейным, пожалуйста. — Ты стесняешься моих слов, хотя совсем недавно… Точнее даже три дня назад сторожил кабинку и слушал довольно неприличные звуки, которые издавал твой друг, пока… Айщ! Чимин, прекрати щипаться! — гаркнул Мин, отдирая руку любимого от своей белой кожи. Пак фыркнул, но пальчики послушно убрал. — Юнги-хён! — слегка повысив голос, проговорил Чимин. — Ты говорил что-то про Джина? Так давай вернемся к этой теме. Альфа усмехнулся, но решил больше не поднимать тем, связанных с их Паком интимной жизни, вновь возвращаясь к обезумевшему старшему. Пак все же продолжал настаивать на ночёвке, Мин не возражал, даже разок поддержал любимого, и дело было совсем не в том, что омега опять потянулся пальцами к его шее, однако Ким понимал, что смысла в этом очень мало. Проще либо поддаться и поплыть по течению, а то есть по плану брата, либо прийти к чему-то единому с Чонгуком. Но ни тот, ни тот вариант, почему-то, осуществлять не хотелось. Сжав край рубашки, Тэхён заулыбался и медленно перевел тему с Джина и ночёвки на смешные анекдоты и истории. Пару, как и догадывался Ким, пришлось пропустить. А точнее, его заставили это сделать, ибо Пак уж слишком сильный! Схватив Тэ за руку, Чимин быстро увел друга в сторону и нашептал тому дальнейший план их действий. После кафе омега предлагал сходить в кино, а потом, если, конечно, будет не сильно поздно, зайти к ним домой и выпить горячего чая с любимым печеньем Тэ. Омега, закусив губу, попытался отказаться, привел парочку весомых аргументов, даже убежать постарался, однако все с треском провалилось, и, как говорилось ранее, Чимин уж слишком сильный! Как ни странно, но Юнги, вместо того, чтобы покинуть их сразу же, после красочного описания Чимина дальнейших действий, наоборот самолично открыл дверцу своей машины и пригласил внутрь. Тэхён даже подумал, что не зря сегодня так холодно, Пак же продолжал умиляться с милых поступков любимого. Вообще, Мин не хотел никуда идти, но Намджун вышвырнул его с работы на целый день, а дома заняться нечем. Да и к тому же, Чимин одет очень легко, Юнги жутко не хотелось, чтобы омега заболел, ведь ухаживать тогда за парнем пришлось бы ему, а он в этом, увы, силён не был. Поэтому особых вариантов не было, да и давно альфа не ходил в кинотеатр. Фильм парни выбирали долго. Каждый настаивал на своём, и прийти к чему-то одному было нереально сложно. Юнги все время тыкал пальцем на огромный плакат с каким-то ужастиком, объясняя свой выбор тем, что актёрский состав там очень хороший, и они явно не пожалеют о проведенных в душном помещении полтора часа. Пак же указывал на какую-то мелодраму, говоря, что его любимый актер играет такие фильмы просто прекрасно, отчего даже ледяного Мина пробьет на слезу. Ким же настаивал на комедии, приправленной неким приключением, самое то, как считал Тэ, что стоит смотреть с друзьями. Одним словом, их перепалка заняла почти час. Все решилось честно и благоразумно, никто не был в обиде, всех все устроило. Купив попкорн, да два напитка, парни направились в сторону третьего зала, где минут через десять как раз начинался «веселый» ужастик. Вообще, когда Мин победил в «камень-ножницы-бумага» Чимин чуть ли не расплакался. Омега долго уговаривал любимого сыграть еще раз, однако когда альфа согласился на повторный раунд, все равно ничего не изменилось. Все, что оставалось побледневшему Тэхёну и не менее грустному Паку, это принять все, как есть и насладиться хоть таким фильмом. Все же, лучше это, чем ничего. Как оказалось спустя тридцать минут просмотра, лучше все же ничего, чем это. Ким почти расплакался на самом начале фильма, из-за резкого перехода, жуткой музыки и вымазанной в слишком хорошем гриме маленькой девочки. Чимин сжимал руку Юнги настолько сильно, что альфа в какой-то момент испугался, что если сейчас посмотрит на свою конечность, та окажется синей, поэтому наиболее оптимальным решением стал поспешный уход. — Да ладно вам! Вы даже не досмотрели, это было только начало, — фыркнул Юнги, когда парни сели в машину. Чимин с Тэхёном уместились сзади, прижимаясь друг к другу, как к спасительным кругам в море. Мин настроил зеркало, дабы в отражении мог видеть побледневшии лица омег, и, так и не дождавшись ответа, тронулся с места. — Куда мы едем дальше? Раз наш план с кино провалился, то предлагаю купить чего крепкого и устроить неплохую попойку? — предложил Юнги, останавливая машину на красный цвет. — Не получится, Тэхёну нельзя пить, — выдохнул Пак. Мин слишком заметно тяжело выдохнул, так как о бутылочке хорошего пива мечтал чуть ли не целый день. Ким тут же встрепенулся и проговорил, что ничего страшного, если те будут пить без него. Он может и просто бутылочку лимонада выпить, да с друзьями поболтать. Чимин помялся минуту, потом еще раз переспросил Тэ насчет его решения, и все же дал зеленый свет Юнги, который на это лукаво улыбнулся. Заехав в магазин и купив всего нужного, а то есть шесть бутылок пива, какие-то закуски, да две упаковки полуторалитрового сока, который Ким вряд ли выпьет за вечер, да и вообще за день, быстро направились к дому. Открыв квартиру ключом, Юнги, как истинный джентльмен, отошёл немного назад, пропуская первыми омег, а потом уже заходя сам. Чимин мысленно пометил очередной пункт в своём списке и насторожился еще сильнее, ожидая явно плохую новость. Тем временем, Тэхён, забрав из рук друга и Юнги пакеты, пошел на кухню, собираясь «накрыть» на стол. — Ну, что же, — начал говорить Пак, поднимая кружку с пивом вверх, — выпьем за здоровье и любовь! — Это пиво, Чимин-а, — остановил друга Ким, еле сдерживаясь от смеха. Омега слегка покраснел, но вида не подал, продолжил говорить свой «тост» как ни в чём не бывало. Мин поддержал любимого, чокнулся с тем чашками, да одним разом выпил все содержимое, при этом в конце удовлетворительно выдохнув. Пак же управился со своим напитком в два захода, Тэхён же вообще лишь один глоточек сделал. Их своеобразная вечеринка продолжалась недолго. А может, и долго, если учесть тот факт, что когда Пак прикончил четвертую бутылку и начал смеяться и рассказывать разные смешные и довольно интимные истории из своей жизни, было уже почти одиннадцать. Юнги не опьянел, лишь немного. Его взгляд затуманился, а движения стали немного медленными, из-за чего Тэхён улыбался, боясь разразиться громким хохотом. Вообще, Ким впервые пьет с друзьями, поэтому все их привычки и особенности хотелось запомнить как можно точнее. Тэ и сам часто заглядывал на ту или иную бутылочку с алкоголем, однако ему было запрещено употреблять хоть самую каплю, так как таблетки, которые он пьет, при взаимодействии с такими напитками дают отвратительные последствия. Поэтому омеге приходилось всегда закрывать глаза и вместо пиво брать коробку сока или лимонад. — И…короче, подхожу я такой к этому напыщенному индюку, — увлеченно рассказывает Чимин, вертя при этом руками в разные стороны. — Говорю, мол, чего ты смотришь на мою задницу, как он вместо ответа…хлопает меня по ягодицам! — На кульминации Пак делает голос выше, ударяет ладошкой по столу, и пробегает пьяным взглядом по всем присутствующим в комнате. — Я не растерялся. Ударил его в живот коленкой и… — Чимин останавливается и над чем-то задумывается. Тэхён наблюдает за всем с интересом, не решаясь как-то остановить или прервать друга, Юнги же слегка выпадает из реальности, и явно смотрит куда-то сквозь. — И…А я говорил, как впервые переспал с одним пацаном? — неожиданно меняет тему монолога Пак. Ким почти роняет чашку на стол, а Мин так вообще в реальность возвращается. — Видимо, нет, — весело говорит омега и, ерзая на своем месте, продолжает: — В общем. Это случилось неожиданно. В одну из своих течек, я чувствовал себя ужасно, хотелось выть, а с Юнги мы тогда сильно поругались, он бросил меня и запретил к нему даже на метр приближаться. — Пак повернулся лицом к Киму, будто собираясь рассказать всё только ему. — Так вот. Я решил выйти на улицу и подцепить кого, отомстить Мину противному. Хороший парнишка нашелся сразу, пленил меня своим горячим взглядом. И я… — Стой! — прервал Чимина Юнги, начиная вставать со своего места. — Ты переспал с кем-то, пока мы встречались? — На тот момент мы расстались, — обиженно фыркнул Пак, и, икнув, хлопнул сидящего рядом Тэхёна по плечу. Юнги рыкнул, вышел из-за стола и медленным шагом направился к любимому. Тэ смотрел на все происходящее с любопытством. В какой-то момент ему даже показалось, что он смотрит какую-то дораму по телевизору. А Чимин, тем временем, продолжил: — Он подходит ко мне, прижимает к стене, наклоняется ближе, собираясь поцеловать… И я понимаю, что не хочу этого. — Пак вздыхает и тянется рукой к открытой бутылке с пивом. Юнги останавливается, замирая за спиной Тэхёна, а Ким просто смотрит на друга. — Ударяю его, да сбегаю к этому Мину. Тот дверь мне сразу открывает и на пороге сразу заваливает. От сказанного у Тэ уши краснеть начинают, а Юнги задумывается, начиная прокручивать в слегка опьяневшим мозге ту самую картинку вечера. И правда, он еще тогда на взводе был из-за того, что его Чимин-а девственником оказался. Облизнув вмиг пересохнувшие губы, альфа нажал на плечо Тэхёна, не спуская при этом взгляда со слегка погрустневшего омеги, который медленно потягивает пиво из железной бутылочки. Достав телефон из кармана и написав кому-то сообщение, Мин чуть ли не вытолкал Тэхёна из-за стола, присаживаясь на нагретое место и прижимая голову любимого к своему плечу, при этом успевая еще покрывать шею парня поцелуями. Дальнейшее событие Тэ мог предсказать точно, поэтому, попрощавшись с уже ничего не соображающим другом и Мином, поспешил быстро покинуть квартиру. Выйдя на улицу, Ким почти закричал. Холод проникал даже туда, куда не должен был, а тонкое пальто да рубашка с просторными штанами мало спасали. Обхватив себя руками, Тэ, стуча зубами, ускорился, намереваясь преодолеть расстояние как можно быстрее. — Хён! — раздался знакомый голос, когда Тэхён проходил мимо парка. Остановившись, Ким повернулся назад, сразу же встречаясь взглядом с бежавшим к нему в расстёгнутой куртке младшем. — Хён, я провожу тебя, — выдохнул Чонгук, как только приблизился к старшему. — И да, вот… — Чонгук расправил пуховик, который все это время держал в руках, и накинул на плечи Тэхёна, при этом тепло улыбаясь. — На улице очень холодно, а ты в легком пальто. Ким растерялся окончательно. То, что Чонгук прибежал сюда из квартиры, а то, что альфа спокойно отдыхал в уюте, было легко понять по серым пижамным штанам с зеленой полоской на боку, ради того, чтобы проводить его до дома, в голове не укладывалось. А еще и пуховик… В голове Тэхёна сразу всплыл момент из прочитанной манги, отчего во рту пересохло. Заметив растерянность старшего, Чонгук тут же почесал затылок и попытался придумать какой-нибудь неплохой аргумент своему поступку: — Я тут…гулял, да, ночная пробежка. Вижу тебя, решил проводить. А у меня как раз пуховик завалялся… То есть… — Чонгук тяжело сглатывает, и все же решает оставить это дело. — Ты ведь и так понимаешь, почему я тут стою? — Я понимаю, — выдыхает Тэхён и делает шаг ближе, проводит пальцем по лбу младшего, убирая мокрые от пота пряди вбок, и улыбается. — Понимаю. У Чонгука во рту пересыхает. У Чонгука сердце в пятки уходит, а разум отказывается понимать происходящее. У Чонгука инстинкты рвутся наружу, рвутся и просят поцеловать стоящего перед собой парня. Но Чон опускает взгляд вниз, выдыхает и… Ким обнимает первым. Прижимается к груди младшего, кладет подбородок на плечо, дышит куда-то в шею. Его руки проскальзывают под расстёгнутую куртку альфы, останавливаясь на слегка мокрой спине, и Тэхён замирает. А спустя минуту тихо выдыхает в ухо Чона глухое «спасибо» и тут же отстраняется. Чонгук понять не может, что произошло, куда ушла та невидимая стена, и почему Ким так легко совершил такое, не задумываясь даже о последствиях. И главное, как Чону все это понимать? Губы пересыхают вновь, и вместо вопросов и разбирательств альфа просто ровняется с омегой и предлагает пойти быстрее, ибо холодно ужасно, да и поздно уже. А Тэхён слишком сильно благодарен младшему за то, что ненужные вопросы так и потонули в бездне.