Плывущий в кислоте

POV Джека. Приблизительно 20-е числа января 2017 г. Они снова это сделали. Снова подорвали дом. Кажется, в паре кварталов от меня… <тяжелое дыхание> Срань господня, я больше не могу выносить эти крики… Там же живут такие же семьи, как… Блять, господи… Зачем? Зачем они убивают?! Эти люди, они… мы… мы ни в чем не виноваты. Мы не виноваты в том, что это стало происходить… Боже, как же я хочу проснуться… Нет. Наилучший вариант сейчас другой, ты знаешь это как никто другой, Джек. Бежать. Как можно дальше отсюда. Я должен успеть… оставить сообщение… черт, где эта камера.?.. Есть. <облегченный вздох> <звук включения камеры> — Черт… Записывает или нет? Гребаная дешевка… <шум> — Блять, зарядки почти нет… И видео не работает?! Черт… черт-черт-черт… <повторный щелчок> — Эм, привет? <шум> Да, вот теперь хотя бы записывает звук. Чудненько. В общем, эм, привет всем, кто это когда-нибудь найдёт и послушает. Хотя это… это маловероятно. Меня зовут Дж… Шон. Шон Маклафлин. Думаю, сейчас вряд ли кто-то меня вспомнит, но это и к лучшему. Знаете, сейчас вообще очень трудно обращать внимания на такие мелочи. То, что происходит со мной… со всеми людьми на данный момент, это… <треск> Я даже не могу подобрать нужных слов, и это так странно, ведь я… мне всегда было, что сказать. Я записывал столько видео, где общался сам с собой <громкие помехи> и со своими подписчиками, у меня были друзья и семья, и… я был счастлив. Вспоминая об этом сейчас, мне трудно поверить, что всё могло так измениться за какой-то чертов месяц. Люди… они меняются. Никто не обращал внимание, и теперь… теперь уже поздно. Я не знаю, не понимаю, что вообще происходит!.. Позавчера я видел на улице человека, который на моих глазах пытался ударить что-то невидимое, а потом взорвался, словно наступил на мину… <глубокий судорожный вдох> Я никогда и никому не пожелал бы увидеть такое, но… Такие люди, как он, они… их всё больше, и это не единственный… ушедший. Люди… они словно мутируют. Деформируются… У кого-то в прямом смысле слова изменяются кости, кто-то ходит сквозь стены, как гребаный Гарри Поттер, а кто-то… обрастает шерстью, как какое-то животное. Единственное, что я понял — то, что этот… вирус убивает не всех. Не всех, но большинство, и мне страшно. Потому что я… я не хочу лишиться своих родных. Я так хочу, чтобы они выжили, но… <всхлип> Я не могу вернуться к ним. Больше не могу, потому что… потому что… <всхлип> потому что я тоже заражен. Я… я не знаю, где и как это произошло, но… Этот чертов дым. Он повсюду. Густой и зеленый. Он… он будто обволакивает меня в какой-то кокон, в котором можно дышать, но нельзя видеть, проникает в каждую клетку тела, в уши, глаза, нос… Иногда мне кажется, что в моей голове возникают чужие мысли… Мне… мне чертовски страшно. Я тоже хочу жить. Я хочу быть сильным. Хочу вернуть всё, как раньше… хоть и знаю, что это уже невозможно. <громкие голоса на фоне> Черт, как… как они нашли… Блять! <кашель> Ладно, мне нужно… нужно просто быть спокойным. Я… я что ещё хотел сказать… Я-я прошу прощения за всё плохое, что когда-то кому-то сделал или сказал. Я не святой, я обычный человек, как все вокруг… Я хотел бы быть лучше и делать правильные решения, но… <голоса усиливаются> наверное, уже не смогу. Если кто-то из моих родных чудесным образом… хах… найдёт и послушает эту запись, пусть они знают, что я очень… очень сильно люблю их… <плачет> Я надеюсь, что вы в безопасности… Я прошу только об одном. Пожалуйста… <звук разряженной батареи> …пожалуйста, живите. <звук выключения камеры>

~~~~5 месяцев спустя~~~~

— Пациент номер 702, палата номер 19-90. Запрос на подтверждение биографии. ≪Запрос принят. Открываю общие сведения.≫ — Настоящее имя: Шон Уильям Маклафлин. В интернет-социуме был более известен, как «JackSepticEye». Возраст: 27 лет. Отличительные внешние признаки: ярко-зеленые волосы на половину головы; что бы за краситель это ни был, его невозможно вывести никакими химикатами. Отличительные способности: расщепление личности с возможностью физического (контактного) и психологического взаимодействия со своим «альтер-эго». Место рождения: Атлон, Ирландия. Семейное положение: не женат. До заражения состоял в отношениях с молодой художницей Син Хэнсен. Текущее местоположение семьи: неизвестно (возможно, Атлон). Запрос на дополнительную информацию. ≪Запрос принят. Открываю расширенные данные.≫ — Пациент номер 702 находится в лаборатории на протяжении 155-ти дней. Его изучением занимается доктор Кёрнс, но даже ему до сих пор не удалось выяснить все детали столь редкой мутации. Объект ни с кем не идёт на добровольный контакт, отказывается от пищи и воды, при этом сохраняет удивительно хорошую физическую форму и здоровый цвет кожи. Повреждений/изменений внутренних органов не наблюдается. Психическое состояние держится в норме, однако объект остро реагирует на прикосновения к шее: есть предположение, что это психосоматическое заболевание. Своё альтер-эго называет именем «Анти», который представляет из себя почти полную копию пациента, за исключением более темного оттенка волос, зеленых глаз и более острых, "демонических" черт лица. Имеет длинный красноватый шрам на шее. Большую часть времени «Анти» находится в состоянии дымообразной плотной (?) субстанции темно-зеленого цвета, буквально «впитываясь» в тело пациента при приближении людей. Нам удалось отделить их друг от друга, использовав электротерапию с высокой мощностью тока, однако ввиду дальнейших тяжелых последствий, связанных с летальным исходом нескольких врачей и одного лаборанта, мы были вынуждены отказаться от подобных экспериментов. На данный промежуток времени тема насильственного разделения «носителя» и «паразита» считается временно замороженной. Было решено удвоить наблюдение за пациентом. С этого момента изучение будет проводиться под кодовым названием «Антисептик». — Всегда было жутко интересно почитать, что эти уроды всё это время о нас писали. — худощавый парень с колючим ёжиком темно-зеленых волос довольно цокнул языком и почесал жесткую щетину на подбородке. — А в итоге тут оказалась скучная и нудная херня. «Антисептик», ёптвоюмать! Так меня ещё не оскорбляли! Нет, ну ты только подумай, насколько у этих мудаков бедная фантазия!.. Эй, ты там долго медитировать будешь? Стоявший неподалеку человек, как две капли воды похожий на первого, с выражением священного ужаса и шока смотрел на свои руки и одежду, испачканные в крови. Он судорожно выдохнул, взглянув на своего партнера-по-криминалу, и с негодованием возопил: — Я, блять, снова человека убил! Какого хрена ты так спокоен?! — Не просто убил, Джеки, — с мягкой ядовитой улыбкой поправил его зеленоглазый, пропустив вопрос мимо ушей. — а вскрыл ему живот скальпелем и с удовольствием развесил его кишки а-ля гирлянды на Рождество. И не одного, а нескольких. Трёх врачей, четырёх медсестер и одного… — ХВАТИТ. — ирландец опустился на пол, слегка потрясывая головой и морщась. — Я тебя умоляю, давай без подробностей… Меня сейчас стошнит. — Какие мы нежные, господи иисусе. — Анти небрежно выключил монитор и передернул острыми плечами. — За всё это время вполне можно было бы и привыкнуть. — Привыкнуть к тому, что ты захватываешь моё тело и заставляешь меня убивать людей?.. Нет уж, к такому жизнь меня не готовила! — Джеки, как бы шаблонно это не звучало, но мир изменился, и если ты не научишься убивать, то сдохнешь сам, а я вместе с тобой. — голос Анти начал опасно трещать и искажаться. — И мне скоро надоест выслушивать твои ёбаные сопли о том, как тебя выворачивает. А если это случится, то я тебе гарантирую, что ты проклянешь день своего гребаного рождения. — И что же ты сделаешь? Убьёшь меня? Думаю, я буду только рад, на самом-то деле. — Джек устало протер чистым краем рубашки лицо и руки и в изнеможении склонил голову. — Я, блять, столько всего пережил за эту ночь, что мне уже ничего не страшно. Анти раздраженно закатил глаза и фыркнул. — Пф-ф. Нет бы поблагодарить меня за наше досрочное освобождение, так надо обязательно поныть. Неимоверно бесишь. — Сгинь. — холодно произнёс Джек, с небольшим усилием поднимаясь на ноги. — Мне нужно… сосредоточиться. Левый глаз Анти яростно вспыхнул ядовито-зеленым светом. Он пренебрежительно скривил губы, но сдержался от колкого замечания, быстро обращаясь в темно-зеленый дым и плотно окутывая собой Джека. — К͔̞̮̞̀͡а̲ͬ̏к̬̒ͤ ͎̬̒̚с̻̻̦̻̟̏ͯ͗̀ͪ͆͜ͅка̬̭̗̙̩ͩ̒̍ͪ̾̔̊ͅͅж̬͎͒͛е͉͚͎͖̳̦ͥ̉̀ш̘͇̭̙̯͔̜ͫͥь.̷̦̜̰̲͊ Когда ирландец снова смог различать предметы вокруг, он глубоко вздохнул и с горечью обвел взглядом устроенный Анти им кровавый бардак. В окна с разбитыми матовыми темными стеклами слабо брезжил утренний свет, и Джек невольно подошел к одному из них, пытаясь посмотреть на улицу. Но в просветах можно было разглядеть только яркое голубое небо с изредка пролетающими по нему птицами. Солнце светило чуть левее от окна, но понять его ориентацию без компаса было проблематично. «Видимо, мы находимся очень высоко…» — подумал бывший ютубер, и его охватило сильное желание поскорее выйти из этой злополучной тюрьмы, в которой он провел пять долбаных месяцев. Из рукава его грязной толстовки выскользнула эфирная зеленая змейка и деловито потянулась к одному из просветов, пытаясь подставиться под солнечные лучи. Джек невольно усмехнулся: в такие моменты Анти казался ему неким подобием кота, который везде ищет комфорт. И пусть за эти пять месяцев у них плохо получалось общаться друг с другом на равных, Джек признавал тот факт, что без Анти ему бы пришлось туго. Да и просто скучно. В конце-концов, обижаться он не умел, что явно играло на руку им обоим, а чрезмерно завышенное чувство собственной важности Анти сполна окупалось его способностями и быстрой сменой настроения. Хотя… последнее не всегда было к лучшему, но всё-таки. — Эй, Анти. — позвал его парень. — Чего тебе? — грубо отозвалась змейка. — То затыкаешь, то спрашиваешь о чем-то. Задолбал, блять. — Думаю, нам пора отсюда выбираться. — Джек с некоторыми усилиями открыл окно, впуская в помещение поток солнечного света и свежего воздуха. — Ох-хооо, да тут этаж эдак двадцать пятый! — Удачного приземления, ага. — Анти… — Что? — Ты же знаешь, что все двери закрыты на кодовые замки, которые без определенных навыков надо расшифровывать часа два? — Джек вопросительно поднял брови. — И чё? Иди и учись, умник. Мне как-то по барабану. — Анти! — Да что, блять?! Мне надоело быть твоей сучкой на побегушках! Анти то, Анти сё, Анти вылечи, Анти принеси пожрать! — змейка резко сорвалась с места и сияющей зеленой пулей пронеслась мимо Джека, оставив предостерегающую царапину на его щеке. — Я достану тебе то, что ты давно хотел, если ты вытащишь нас отсюда. — быстро произнес тот. Змейка застыла в воздухе, причудливо переливаясь разными оттенками зеленого, и немедленно обрела человеческую форму. Анти с недоверием посмотрел на спокойное лицо Джека и сложил руки на груди. — С чего мне тебе верить? — Потому что я всегда держу свои обещания.- ютубер слегка улыбнулся, и это выглядело искренне. — Могу достать даже два. Глаза Анти засияли. Поборовшись с собой несколько секунд, он высокомерно вскинул голову. — Клянешься? Иначе я тебе глаз проткну. — Окей, хорошо, клянусь. — Джек засмеялся. — Ну так что, мы договорИИИИИИИИИИААААААААААААБЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯяяяяяя…!!! POV Джека. Собственно говоря, как я очутился на твердой земле, я так и не понял. Анти просто сгреб меня в охапку и сиганул вниз. Это произошло слишком быстро, и мне потребовалась целая минута, чтобы осознать произошедшее и обложить его матом. А потом я поднял глаза и остолбенел. Мы словно попали в рай. Зеленые деревья, голубое небо и яркое, теплое солнце, которое быстро нагрело мою голову и одежду, но это ощущение было… прекрасным. Я вдыхал свежий воздух полной грудью и никак не мог надышаться. А когда от переизбытка кислорода закружилась голова, я упал на пятую точку, схватился за голову и дал волю скопившимся за долгие месяцы эмоциям. Никогда бы не подумал, что во мне может быть столько слёз… В тот момент я чувствовал себя самым счастливым человеком на всей Земле. Было очень трудно поверить, что мы наконец-то освободились… но мы здесь. Снаружи. Анти никогда не отличался деликатностью, но когда я вытер последние влажные дорожки со своих щёк, то обнаружил, что он куда-то пропал. Однако прежде, чем я задался вопросом «куда», он с тихим шелестом выскользнул из-за воротника моей толстовки и обвился вокруг левой ладони, покалывая кожу зелеными искорками. — Что ты делаешь?.. — в недоумении спросил я слегка охрипшим голосом. Анти уставился на меня маленькими бусинками изумрудных глаз, словно не знал, как ответить, и я вдруг понял, что моя влажная от слёз ладонь стала абсолютно сухой. — Ты что, решил сыграть роль полотенца? Не знал, что твоё эго может быть таким заботливым. — Заткнись! Сдался ты мне. — Анти больно прикусил мне палец и густым эфирным ручьем не-спрашивайте-чего пролился на траву. — Эта жидкость, которая текла из твоих глаз… Что это? — Э? Ты про слёзы, что ли?.. — опешил я. Анти облизнулся. — «Слёзы», значит… Мне стало неуютно, и я быстро спрятал руки в карманы толстовки. Анти не знал многих человеческих вещей и потребностей, когда я впервые с ним, эм, познакомился. Можно сказать, что он не знал АБСОЛЮТНО ничего. И за эти пять месяцев взаперти я постарался научить его как можно большему. К счастью, информацию он впитывал как губка, и теперь я с уверенностью могу сказать, что поработал на славу. Однако всё это время взаперти я держался спокойно, даже когда те мудаки из лаборатории нас разделяли, и было неудивительно, что Анти не знал о такой вещи, как слёзы. Но сейчас, когда он в прямом смысле слова облизал мою руку, мне стало жутко неловко. — Эм… Ну, я не знаю, как это бывает у таких существ, как ты, но мы, люди, имеем такую потребность… иногда. — Потребность выделять подобную жидкость? — Анти возбужденно закрутился вокруг моей левой ноги, и я слабо усмехнулся, прижимая подошвой кроссовка его хвост. — Ага. Это называется «плакать». Когда мы чувствуем себя очень плохо, или нам слишком грустно, ну или жутко больно — мы можем заплакать. У мужчин это бывает крайне редко, потому что мы не такие чувствительные, как женщины… — То есть, эта жидкость будет появляться только если тебя вдруг покалечат? Ну там, ногу или руку отрубят? Тогда ведь тебе будет плохо, больно и грустно одновременно - комбо типа, да? — Анти с любопытством завертелся у моего носа, и я досадливо смахнул его в сторону. — Эй, я просто спросил, Джеки-бой~ — Я тебя разочарую, но такое… эээ, «угощение» тебя часто ждать не будет. — отогнав беспокойные мысли, я встал с травы и отряхнулся. — Сейчас я слишком счастлив, чтобы чему-то расстраиваться. — Но ты плакал. — недоверчиво сузились глаза Анти. — Да, потому что до сих пор не верю, что мы таки выбрались. Люди не железные, а в нашем… в моем случае вообще можно было обрыдаться на год вперед, хм. Анти лениво заскользил вверх по пыльной штанине. — Вы странные, человечишки. У вас так много ненужных потребностей, которые мешают комфортно существовать в этом мире. — Верно. И именно благодаря этим потребностям мы не существуем, а живем.

~~~~~~~~

POV Джека. Настоящее время. Знаете, мне никогда не приходила в голову подобная мысль, но в тот момент я был слишком опьянен долгожданной свободой, и не имел ни малейшего представления о том, как сильно эта простая истина отразится на моей жизни. Истина того, что людям не просто так даны все эти чувства, эмоции, страхи и прочая лабуда, как обычно говорит Анти. Пусть тебе порой становится очень тяжело принять в себе какие-то изменения, пусть на душе пиздецки скребут кошки, выдирая эту самую душу из тебя и заставляя чувствовать что-то нереально болезненное, пусть трудно заставить себя мыслить трезво и здраво — да без всего этого дерьма ты бы не был живым, мать твою, человеком! Мы с Анти связаны, и я знаю, что сейчас ему так же тяжело, как и мне. Особенно учитывая то, что ему вообще было чуждо всё человеческое, а в итоге всё закончилось… так. Он подавлен. А я... я тупо не знаю, что теперь делать. И это, блять, гораздо хуже.