Нордки для нордов, или Неестественность естества

Тонар Серебряная Кровь возник внезапно, будто бы слова «выкуп Сидны» магическим образом призывали его в наш мир из самых глубин Обливиона. - О выкупе Сидны?! Нет-нет, Сидна не продается! - Почему же? - Понимаете, есть несколько нюансов… - Тонар понизил голос. – В Сидне в качестве работников держатся особо опасные преступники, и я хотел бы сначала пристроить их в другую тюрьму… - Так казните их и все. - Ну… понимаете, тут тоже есть несколько нюансов… Эйргеллон не сразу понял, что происходит. Сначала жена Тонара вдруг задергалась, закашляла и с веселым бульканьем упала прямо под ноги изумленному альтмеру. В следующую же секунду сухонькая старушка, подметавшая ступеньки у выхода, бросила метлу, выхватила из-за пояса нож и, заорав «Свободу Маданаху!», оперативненько превратила несчастную женщину в трэлла. - Да у нее же яд на губах не обсох, что ж вы творите, бабушка? – попытался воззвать к рассудку старушки Эйргеллон. - Ай-ай, не трогайте меня! – заверещала девушка за стойкой, на которую надвигался бравый дедушка с топором. - Проклятые шпионы! – взвыл Тонар, схватил меч и побежал на старичков. - Да куда ж я попал… - всплеснул руками альтмер. На него никто не обратил ни малейшего внимания. Тонар, истерично вопя, зарубил старичков и некогда любимую женушку, тяжело вздохнул и страдальческим голосом выдал: - Ну Маданах, ну тебе не сидится, что ли, как ты достал меня уже… - Это что было вообще? Тонар вздрогнул. Забыл, небось, что у него посетители. Он помолчал минуту, пристально глядя на альтмера, потом махнул рукой и сказал: - А чего уже мне терять… Маданах – король Изгоев. Он сидит в Сидне. Он отдает Изгоям приказы. А я отдаю приказы ему. - То есть, - нахмурился Эйргеллон, - Изгои убивают тех, кто Вам не угоден? - Именно. А сегодня они взбунтовались почему-то. Гребанный Маданах, чтоб тебя… А знаете, - вдруг оживился он. – Может быть, Вы поможете мне его аккуратненько убрать? - Я не по этой части, извините. - Уверены? - Да-да… Я пойду. Меня телохранитель ждет. На ступеньках перед Сокровищницей сидела рассерженная Сольвейг. - О, моя дорогая варварша! - Отвали, талморец. Меня только что чуть не убили. - Кто? - Старикашка, к которому ты меня отправил! Он мне такое рассказал! А потом начал кидаться вашими дурацкими фаерболами! А его слуги прыгали вокруг и тоже пытались меня убить чем попало! Меня рыбой побили вообще-то! МЕНЯ! РЫБОЙ!.. - Так, спокойно, все хорошо. Ты, вроде, не пахнешь ею… - Спасибо. - …вот псиной от тебя несет нещадно. - Пошел ты. - Что ты узнала-то? - Маданах сидит в Сидне и хочет оттуда выбираться… - …но Тонару это не нужно, и он его пытается удержать! Я все понял! Пошли к моему другу в храм вашего недобога. - Да чтоб я еще хоть раз пошла спасать кого-то… - Именем ярла, вы арестованы! Стражники окружили их, преградив дорогу к выходу. - Это они – твой друг? – уточнила Сольвейг, схватившись за рукоять меча. - Нет, - ответил Эйргеллон, послушно замерев. – Это во-он тот труп – мой друг. Ну, был им. - Разговорчики! - Послушайте, доблестные стражи! – Альтмер очаровательно улыбнулся. – Уверен, мы можем решить вопрос мирно… - Вы обвиняетесь в сговоре с Изгоями! - Это все она! – затараторил талморец, мгновенно сменив тактику. – Она меня окрутила, соблазнила, ЗАСТАВИЛА, господа доблестные стражи! Да чтоб я, да с Изгоями… Никогда! Это все женщины, если вы понимаете, о чем я… Да посмотрите на нее сами, кто из вас отказал бы такой красотке? Вот и я не смог, и чем это обернулось? Ах, какой несчастье, но сейчас мой разум прояснился, и я раскаиваюсь… - В тюрьму обоих. И заткните эльфу рот чем-нибудь.