Знак трех

— До послезавтра, мистер Дитон! — Сэм в последний раз оглядывается на ветеринарную клинику, закрывая дверь за собой и невольно улыбаясь.       Да в последнее время её не только из-за постоянной улыбки можно принять за другого человека. Она изменилась вся. Снова пребретенная уверенность в завтрашнем дне, не видимая для глаз, все же делала новый образ в виде лёгкого макияжа на лице, волос, наконец приведенных в порядок и чуть завитых на концах, что подчеркивало всю прелесть этих самых темнеющих кончиков, и белого летнего платья более законченным не хуже брошки или другой незначительной штучки. И Пейдж по-прежнему усмехается, думая о том каким путём она к ней вернулась. И сейчас, начиная свою пешую прогулку до дома девушка тоже вспоминала это.              Как болванчик, Саманта спустя каждые три секунды, к тому же и самолично отсчитываемые, кивала на зачитываемые Джоном слова с бумаги, на которую вот-вот опустится печать и оставит свой след, завершающий спокойную и прекрасную жизнь Пейдж. И нет абсолютно никаких возражений: Сэм понимала, что сама виновата во всем своим бездействием. Если бы не её личное решение, то она бы сейчас не только была спасена от ужасного «гниения» в детском доме, но ещё и знала бы, жив ли вообще такой человек, как Джефф Пейдж, существует ли все ещё он на этом свете. — Мне очень жаль, что я не могу ничего сделать Сэм, — вздохнул мистер Стилински, а девушка, настолько уставшая от своего одиночества среди чемоданов в полицейском участке, просто не могла заметить, как чтение шерифа вдруг сменилось его собственными словами.       Может, это и к лучшему. Потому что Джон не знал, что ему ещё сказать. Он уставился на ту самую маленькую девочку, которая под смех своего родителя требовала справедливости, указывала на «свою больную машинку», а также обещала двум взъерошенным и оробевшим мальчишкам «заасадить их за решетку». Сердце болело от одной мысли, что теперь эта девчонка стала той девушкой, что сидит, все ещё кивая непроизносимым словам. — Что ж… Нужно подписывать указ и отправляться, — рассеянно и расстроенно напомнил коп.       Сэм подняла на него глаза, горячие и решимые*, и протянулась к чужому столу за ручкой. Но, только тонкие пальчики дрогнули, подхватывая пишущий предмет, как дверь в кабинет шерифа, никого не ждавшего, открылась с такой силой, что даже хлопнула по стене. Джон недовольно глянул на названного и начального гостя, но, узнав его, отвел взгляд. Сэм взгляда не отводила, нервно ломая ручку пополам в своей ладони.       Чёрт бы собрал эти сантименты и желание «в последний раз представить, что всё как раньше»…       На пороге стояли трое: два парня, Скотт и Стайлз, чуть позади, и сам «ворвавшихся негодяй» — Мелисса. Честно, миссис МакКолл казалась пугающей как никогда: брови сердито сведены к переносице, губы поджаты, а сумка, ручки которой зажаты в правой руке, выглядела пострашнее пистолета, находившегося в кобуре у шерифа. — Парни, держите меня, — произнесла женщина настолько серьёзно, что Скотт со Стайлзом даже переглянулись, но так и не выполнили чужую просьбу, позволяя Мелиссе пройти в кабинет и недовольно уставиться на Стилински-старшего. — Джон, почему Сэм должна ехать в детский дом?       Мужчина, поначалу растерявшийся от такого напора, виновато отвечал: — Это закон. У Сэм нет ни родителей, ни официальных представителей так, что… — А я чем хуже этих официальных представителей? Если уж у Сэм никого нет, это не повод сразу увозить её! — Я давал Сэм время, чтобы она подумала об этом, — тверже отвечал шериф. — Мелисса, не надо делать из меня… — Я никого из тебя не делаю, Джон! — снова перебила женщина, всплеснув руками и заставив Стайлза ловко словить сумку, летевшую ему в живот. — Но нагружать девочку сразу после смерти мамы — это свинство! — А! Значит, ты думаешь, что я свинья, да? — нахмурился Стилински-старший, наступая на женщину также, как и она на него. — Так, чтоб было ясно: законы не я выдумываю! — Но именно ты… — Пап! — попытался влезть Стайлз, но едва он заговорил, как оба взрослых нервно глянули на него и в один голос велели: — Стайлз, помолчи!       И только хотели снова увлечься убеждением друг друга в его/её неправоте, как все трое подростков-наблюдателей встали рядом у стола шерифа и с осуждением посмотрели на взрослых. Это выбило из обоих шумные вздохи. — Прости, Джон, я сказала лишнего, — сдалась первой Мелисса, прикоснувшись к плечу мужчины. — И ты меня прости, — усмехнулся мужчина. — Нужно помочь Сэм, — снова заговорила женщина. — У нас есть чуть более часа, чтобы закрепить опекунство, — со вздохом и слабой улыбкой проинформировал Стилински-старший              Сэм поджала губы, думая, что не стоит рыдать посреди улицы. Остановившись, она стрела слёзы с щёк и, уже смотря чистым взглядом, с чистым удивлением заметила Питера, шагавшего ей прямо навстречу. Ещё издалека оборотень увидел мог увидеть покрасневшие грустные глаза девушки, но, подойдя поближе, спросил лишь: — Почему пешком?       Девушка чуть нахмурилась, сначала не понимая ни взгляда, ни улыбки оборотня, ни его вопроса, и потому обдумывая: а стоит ли вообще говорить с ним непринужденно так на пустой улице? Но постепенно морщинка на лбу разгладилась не из-за обострившегося доверия, а так из-за льстившего начинавшегося появляться, возбуждения, которым пахла и она. — Продала «Вольво» чтобы дожить до зарплаты, — хмыкнула Сэм и подала плечами.       Ей показалось, что именно о таком переговариваются старые подруги, неожиданно столкнувшиеся снова. — Неужели кто-то купил эту рухлять? — усмехнулся Питер, и, честно говоря, одно слово до дрожжи взбудоражило и «переключило» Сэм. — Купил, — не то просто произнесла это слово, не то подтвердила чужую догадку Пейдж.                      — Просто Эйдан, я уже подъезжаю, — усмехнулась, Сэм, прижимая телефон плечом к уху и продолжая вести машину, следя за дорогой. — Замечательно, Лучше Просто Сэм, — попытались сострить в ответ, и девушке показалось, что удачно — она посмеялась. — Помнишь, синий дом в конце? — А ты? «Вольво» с рыжей девкой внутри, если забыл.       В ответ посмеялись. Сэм, заметив тот самый дом, припарковалась рядом с ним и, чуть нахмурившись, снова улыбнулась. Она и не думала, что снова вернётся в Окленд пусть и на пару минут да и к тому же в хорошем настроении. Невероятность за невероятностью: то Мелисса наконец соглашается «отпустить» её жить одиночкой в пустом родительском доме, то Скотт предлагает просто волшебный вариант зарабатывать деньги, то кто-то недотошный откликнулся на объявление о продаже машины…        Чудеса просто. — Я на месте, — сообщила девушка, выбираясь из машины и приваливаясь к ней, смотря на какой-то отдаленно знакомый домик.        Может быть, именно в нем они и жили первые полгода с папой и мамой? Не хотелось долго возиться над этим предположением, именно поэтому шуточное невероятно серьёзное «Выхожу, босс», брошенное пока безликим Эйданом перед окончанием звонка, было очень кстати. Сунув телефон в карман куртки, где также спрятался кулак, сжимавший деньги на обратную дорогу, Сэм начала ждать и не прекращала улыбаться: слишком уж веселым был этот Эйдан, чтобы девушка не хотела наконец увидеть его лично.       Из синего домика стали выходить люди. Пейдж внимательно осмотрела женщину, вышедшую первой, а потом узнала и Эйдана таким, каким она его представляла: мужчиной во внутреннем рассвете, но во внешнем закате. Он подмигнул молодой продавщице «Вольво», помогая спускаться с крылечка девушке с повязкой на глазах, которая, несмотря на то, что улыбалась, ругала, судя по её словам, своего отца за «очередной дурацкий прикол с машиной, которой на самом деле нет».       Не сдержавшись, Сэм тихо рассеялась в кулак: она подумала, что непременно убила бы уже за первый такой «сюрприз». — Снимай ленту, Кэт, — ласково потрепав девушку по волосам, Эйдан отбежал к Сэм, быстро пожимая девушке руку, которая чуть замешкалась от имени, названного им.       Кэт? — Это серьёзно уже несмешно, — ругается та самая Кэт, срывая со своих глаз повязку.       Сэм сразу узнает её. Этот сердитый взгляд, который пока медленно сменяется на добрый, ласковый от — как странно! — «Вольво», стоявшего даже не лучшей своей стороной перед ней; вообще её всю. Теперь Пейдж знает, что-то, что человека можно узнать по глазам, точно и всецело правда.       Неутешительная и работающая на два фронта правда.       Между бровями снова появляется складочка. Гир узнала её. — Гир? — как бы только сейчас догадавшись, Сэм стряпает радость из стыда. — Пейдж, — мрачно утверждает девушка в ответ, не пытаясь лгать ни себе, ни ей, ни застывшим в ожидании родителям. — Мисс Пейдж, — деловито сбивая девчонок с «не той ноты», Эйдан обращается к Сэм, — мы с Дорой сейчас сходим за твоими деньгами. — Зачем? — изумилась женщина. — Ты и один справишься.       Мужчина, ни на секунду не поверив этому «удивлению» утянул жену за собой в дом и, позволив ей, наблюдать, притаившись у окна, в действительности отправился за деньгами, спрятанным у них в спальне, в комоде.       Саманта, не зная, что сказать, посмотрела на дом, но быстро сдалась, снова обратив взгляд на Гир. Какая-то не слишком долго и не слишком жданная встреча. Будто бы столкнулся с человеком, которому сломал жизнь. Ведь именно взглядом поломанного человека Кэтрин глазела на Сэм, а затем и голосом поломанного человека зачеканила: — Ты потрясающе сбегаешь. В самый. Неподходящий. Момент, — Пейдж, если честно, хотела смеяться, от этого. — Это я к тому, что появляешься ты также.       Сэм с из неоткуда взявшейся наглостью ответила: — А я почти во всем потрясная, — и, самолюбиво усмехнувшись, заулыбалась Эйдану, шедшему с её «миллионами» в руках из дома.               — На том и разошлись, — объяснила Сэм, продолжая разминать пальцы и не смотреть на Питера, который вот уже пол дороги сопровождал её до её дома.       Но, не вынося тишины в ответ, девушка все же взглянула на мужчину. Он, предугадавший это ещё минуту назад, улыбнулся ей уголками губ. — Не стоило брать деньги наличкой, — только и высказал Питер. — Кто-то мог украсть их.       Сэм лишь приоткрыла рот и смачно ударила себя ладонью по лбу. Подумав, она ткнула Хейлу в грудь пальцем, предварительно останавливая его, и серьёзно заявила: — Тебя можно убить уже за подобное бесчувствие. — А тебя? — тут же отозвался мужчина, самодовольно улыбаясь. — Сама ведь сказала, что бросила эту девчонку, которая считала тебя подругой, на раз-два. — Это была её проблема, что она так считала, — отстраненно ответила Пейдж, снова начав прерванный путь. — А твоя проблема в том, что ты один-в-один сейчас высказала мою первую мысль, когда окончила свою первую часть рассказа о бедняжке Кэтрин.       Сэм задумалась над этими словами, резко погрустнев. Ей не хотелось иметь с Питером одинаковых мыслей — это первый признак того, что с ней что-то не так; первый признак малодушия, первый признак схожести с его эталоном. Вздохнув, Пейдж снова искоса глянула на Хейла. — Ты же не просто так встретился мне.       Мужчина разочарованно вздохнул. — Прескорбно, что в вашей компании самый умный — это Стилински, — сказал он. — У меня просто нет времени думать о том, почему ты решил вдруг проводить меня до дома. — Конечно. Ведь тебе нравится думать о другой причине для этого, — лукаво улыбнулся ликан, заставив давно не краснеющую кожу обжечься о слова и запах этих слов. — Под пунктом «один». — А под пунктом «два» что? — Поучительный рассказ о недобете, которая подалась в недоомеги и за которую, если что случится, никто из такой же недостаи не будет вступаться. О твоём дружке МакКолле и, если не возьмешься за мозги, также о тебе.       Сэм закатила глаза. — Дерек тебя убил, а ты пытаешься помочь ему «укомплектовать» стаю, — фыркнула девушка и, будто бы одобрив, показала большой палец вверх. — Аплодисменты нужны? Если нужны, прошу простить, руки заняты.       Пейдж, вслушиваясь в глухой раздраженный рык Питера, начала копаться в сумке, выискивая ключи. Дом был в двух футах от неё, Хейл ещё ближе и такой… Какой-то такой, что дух сводило от утомляющей судороги. Все было слишком странно. Возможно, у них все будет странно, а возможно странно то, что у них вот-вот — Сэм знала, что решила это не только она — что-то будет.       Наконец ключ застыл в замке, прокрутился в два полных оборота и снова замер, после чего был вытащен. И снова это «глаза в глаза», рождающее в памяти… Сэм невольно нахмурилась, услышав звук пришедшего сообщения. — Племянничек думал переступить гордость и написать тебе, — с усмешкой оповестил Питер, и этого хватило для того, чтобы Пейдж бросилась искать мобильник, шаря рукой по дну своей сумки. Наконец вытащив телефон, она взглянула на отправителя и этого ей хватило. Подняв взгляд на Хейла, который терпеливо ждал, Сэм поджала губы и придала телефон к груди. — Не сегодня, — все ещё неуверенно, не до конца обдумав своё решение, все же заявляла девушка.       Питер понимающе кивнул, толком не представляя, что именно он «понимает» и, несмотря на все их обоюдные ожидания, пошёл туда, куда не шла она.       Сэм, только войдя в дом, тут же прислонилась к двери и открыла такое волнующее сообщение.       «Знаешь, Пейдж, ты какая-то странная. Ты настолько плохой человек, что тебя должны ненавидеть, но ты так легко скрываешь все это своими положительными качествами, что тошнит. Ты строишь из себя невесть что и боишься, что другие заметят в этом ложь. А ещё знаешь, Пейдж, что? Ты не достойна этой СМС. Её, может быть, достойна Мартин или даже один из твоих дружков, но не ты. Но пишу-то я тебе, вот в чем дело. Сам не знаю почему, но все-равно пишу тебе, пока, чтоб ТЫ знала, еду в аэропорт, чтобы улететь в Лондон. Я не хочу сказать, что пишу потому, что ты мне нравишься. Ещё чего. Ты ведь сама это знаешь, раз сумела этим воспользоваться. Я не виню тебя. Когда ты поцеловала меня в клубе, ты вырвала меня из этого забвения на пару секунд. На пару секунд я перестал чувствовать то, что обязан убить того-то. Наверное, можешь гордиться этим. И в общем-то, я думаю, что это всё. Только не пиши мне ничего в ответ! Имей в виду, я уже заблокировал твой номер, потому что знаю, что ты будешь смеяться, что такой, как я, к такой, как ты.. Так что это смс в один конец. Так что прощай. Я бы хотел разбить тебе сердце, Пейдж. Уверен, ты сама бы этого хотела. Но нам обоим об этом только мечтать.»              Сэм улыбнулась, чуть подвиснув на слове «прощай» и быстро закрыла сообщение. В голове тут же назрело недовольство: «И стоило прощаться с Питером ради этого?»       Стоило вообще сталкиваться с этим «запретным миром» лицом к лицу? Стоило становиться его представителем?        Всё это преображение что-то дало им, стае Дерека: Эрика избавилась от приступов, которые заставляли всех смеяться над ней и приобрела уверенность в том, что если она хочет — она становится самой красивой и самой желанной; Айзек заполучил поначалу лишь комплекс Бога, думая, что даже Лидия Мартин может пасть к его ногам и молить о поцелуе с ним, но потом раскрылся: он понял, что сила нужна не только для получения женского внимания; Бойд…        Боже, Сэм вообще не представляла, что он получил. Она даже имени его не знала, но надеялась, что он тоже счастлив.        И, наконец, она сама. Что получила она?        Наверное, в первую очередь, это ошибку, за которую она будет расплачиваться всю жизнь, и только во вторую очередь — опыт. Сэм наконец поняла, что с помощью укуса жизнь ни фига не меняется, и она сама остаётся все такой же дурной маленькой девчонкой, которой хочется спихнуть ответственность за свои решения на кого-то другого. Только, на кого?              × × ×              Айзек и Дерек синхронно обратились взглядами туда, откуда слышались шаги. Только Питер, по-прежнему лениво всматриваясь вперёд, не проявил к посторонним звукам никакой интерес. Он знал, что за нечеловек плетется на эту поляну и уже занимает всю голову мыслями о том, как себя преподнести. Это была Сэм. И ясно это стало спустя пару секунд, когда, заматерившись из-за того, что ещё одна ветка ударила её по лицу, девушка вышла на поляну и, сунув руки в карманы, задумалась на секунду, а потом, вытянув правую руку вверх, помахала ей. — Айзек, привет!       Бета невольно улыбнулся причудливому поведению Пейдж. — А где ещё двое? — спросила девушка, делая ещё несколько шагов вперёд, но всю её «клоунскую» непосредственность прервал рык Альфы. Сэм даже восприняла его как-то слишком сильно, пропустив через себя. — Ты думаешь, что можешь заявиться сюда и просто так вернуться в стаю? — недовольно насупился Дерек, быстро оказываясь рядом с девушкой. Поступив взгляд, девчонка слегка оробела. — Ну да, — Сэм нагло пожимает плечами, взяв себя в руки. — Тебе нужна стая, не мне. И то, что я пришла сама, должно радовать тебя. Пейдж впивается глазами в сердитое лицо Хейла и понимает: Альфа уже жалеет, что у него есть такая бета, которую, из-за обстоятельств, увы, нельзя просто так разодрать на части.        ________ * — прилагательное, образованное от слова решимость.              

Конец второй части.