Вкус власти

Тем временем, новость о том, что Елена стала королевой Шотландии по случаю смерти ее матери-регента, разлетелась по всей Европе. Она не миновала и французский дворец. Теперь, когда Елена Гилберт официально перенимает престол, она перестает быть пешкой в политических играх могущественных королей. Елена – желанная юная правительница, что дурманит как своим политическим статусом, так и девственной красотой. Шотландия, несмотря на ее небольшой размер и уязвимость, становится поистине лакомым кусочком в руках завоевателей, ведь заполучить эту страну – значит, задеть самого короля Англии – Никлауса Майклсона. Малакай Паркер должен вернуть то, что по праву его. Елена должна стать его женой. Юный король Франции, принимая ванну в объятиях давно забытой фрейлины Елены, находился глубоко в своих мыслях. Он прекрасно осознавал, что новоиспеченная королева уже готовится к поездке в свою собственную страну, ведь именно там должна состояться коронация. И, фактически, он не имеет права быть там, если не числится в официальных списках приглашенных гостей, хотя, с другой стороны, он чертов король Франции, он имеет официальные документы, подтверждающие политический союз Франции и Шотландии путем заключения брака, но, к несчастью Паркера, подписанные матерью Елены – умершей королевой-регентом. Нет, вес их, конечно, все еще весьма существенный, только теперь Гилберт в праве отказаться от данного союза, хотя и ценой поддержки собственной страны. Король Франции искренне верил в благоразумие Елены. - Кай, - Лив нежно провела рукой по шее короля, – о чем ты так серьезно и скрупулезно размышляешь? - Оливия, ты вроде так умна и сообразительна, но порой задаешь неимоверно глупые вопросы, – усмехнулся Паркер. - Значит, о Елене, - разочарованно произнесла девушка, продолжая водить рукой по его телу, медленно спускаясь к спине правителя, – и что же, скоро она будет здесь? Ей явно не понравится тот факт, что я теперь фрейлина Катерины. - Ей многое не понравится, дорогая: Елена теперь королева. В этот момент в покои французского короля постучали, после чего он пригласил своего советника. Будь в ванной Елена, Малакай, разумеется, не позволил бы никому видеть столь желанное тело королевы Шотландии (признаться, он и не мог подумать, что каждый миллиметр тела уже изучен его давним врагом – Деймоном Сальваторе), а вот честь и достоинство фрейлины, хоть столь родной и покорной, его не так уже и сильно волновали. - Для Вас письмо от короля Англии, Ваше Величество, – советник все равно старался не обращать внимание на светловолосую девушку, что так часто находилась в покоях короля, ведь прекрасно знал, что Каю, истинному собственнику, это может точно не понравиться. - Хорошо, оставьте меня оба, – Паркер принялся изучать письмо. «Что ж, Малакай, уверен, ты сейчас победоносно улыбаешься, ведь тебе пишет сам король Англии..» Король Франции недовольно фыркнул: никаких любезностей, возвышенный переход на «ты». Майклсон большого мнения о себе. Однако правителя действительно радовал тот факт, что Никлаус первый пошел на уступки. «Не буду тратить твое время: перейду сразу к делу. Уверен, ты в курсе, что Елену ожидает скорая коронация. К тому моменту, как ты прочитаешь данное письмо, она уже будет находиться в Шотландии, поскольку ей нужно почтить имя матери, пока что продолжается траур. Не надейся: новоиспеченная королева находится с моими людьми, среди них мой сводной брат – Деймон Сальваторе, ему нет равных в обеспечении надежной охраны, так что замышлять тайные игры против меня не стоит. Но, скажем, я могу обеспечить тебе то самое, что ты так долго жаждешь – брак с Еленой. Разумеется, взамен я жду своего брата. Мне доложили, что он жив и его состояние улучшается, но в ближайшие недели ему все еще нужно находиться в постели. Пусть будет так. Мы сможем подписать официальный документ в Шотландии, который полноправно обеспечит каждую из сторон гарантиями. Но брак с королевой Шотландии в обмен не обычного принца, которого, мы оба знаем, ты не в праве и пальцем тронуть (ведь Папа Римский и без того обеспокоен твоими маневрами) может показаться нечестной сделкой. Так что поступим следующим образом: близится рождение моего ребенка. В случае рождения наследника и с вашей стороны наследницы мы скрепляем их узами брака (составляем брачный договор, который войдет в силу в момент десятилетия). Если же по божественным причинам или каким-либо еще расклад с деторождением меняется, то я в праве забрать 1/4 земельных владений Шотландии. Либо так, либо королеву Шотландии ты не получишь. Я сделаю Елену своей женой. Незамедлительно буду ждать твой ответ, чтобы организовать все до коронации. С глубочайшим уважением, Король Англии, Никлаус Майклсон» - К черту его! – не выдержал Кай, яростно бросая бокал с вином в стену. Даже находясь, казалось бы, в выигрышном положении, король Франции горько осознавал: придется играть по правилам Клауса.

***

Несколькими днями ранее. Королева. Не успев проснуться, Елена услышала, как весь английский дворец стоит на ушах. Являясь мысленно еще принцессой, девушка и подумать не могла, что объектом всех обсуждений и сплетен является как раз-таки она – Елена Гилберт. Потихоньку начиная разбираться в ситуации, новоиспеченная королева осознала следующее: умерла ее мама. И стало очень горько. Но только не оттого, что погибла собственная мать (ведь на протяжении всей жизни принцессы ей было абсолютно все равно на какие-либо чувства или интересы дочери). Было горько по другой причине: на хрупкие плечи представительницы династии свалилась корона. Так скоро. Так внезапно. Теперь она обречена. Обречена жить жизнью монарха. Черное платье, демонстрирующее траур девушки, не могло затмить ее красоты. Несмотря на обыденный фасон и скромность украшений, Елена все еще выглядела эффектно благодаря своей стройной и изящной фигуре. Как только новоиспеченная королева закончила с ее туалетом, наследницу престола сразу же повели в зал переговоров, где ее с нетерпением ожидал Никлаус. Как только Елена явилась в зале, все советники поспешно встали, выражая глубокое почтение новому политическому статусу бывшей принцессы. - Ваше Величество, – достаточно глубоко, но в то же время несколько огорченно произнес, пожалуй, важнейший человек (по крайней мере, на данный момент) в жизни Елены, – примите мои искренние соболезнования. Их взгляды столкнулись. Было бы сложно не заметить даже слепому, что между этими двумя что-то есть. С одной стороны, какая-то сильная связь, а, с другой, ужасное напряжение. Никлаус, наблюдая за этими двумя, хитро усмехнулся. У сводного брата-бастарда губа не дура: влюбился не просто в прекрасную юную особу – влюбился в королеву. Елена осторожно кивнула главному советнику короля Англии, пытаясь своей отстраненностью отгородить себя от скорых сплетен. - Что ж, начнем наше заседание, – ехидно произнес Никлаус, – Елена, уже идут все приготовления, необходимые для твоего отъезда, дабы проститься с материю и, разумеется, чтобы короноваться. Я считаю, Малакай Паркер должен там присутствовать, иначе вашим договоренностям конец. Только эти оба в данной ситуации могли позволить себе обращаться друг к другу на «ты». - Может, они больше и не так важны? Я королева Шотландии, а потому имею право самостоятельно выбрать мужа, – гордо заявила новоиспеченная королева. У Сальваторе все сжалось в груди при упоминании имени Паркера. Он его яростно презирал. Чертов выскочка. Репутация молодого французского короля уже успела разлететься по всей Европе: не так-то и сильно он скучал по своей невесте, распивая вина с одной, с двумя, а иногда даже и с тремя девушками. И это было бы приемлемо, если бы он на регулярной основе, в особенности демонстративно, не пытался упоминать о том, как скучает по тогда еще бывшей принцессе Шотландии, как желает надеть ей кольцо на палец, как хочет править с ней величественно и справедливо. Лицемер. - Брось, Елена, – король Англии решил все за королеву наперед, – ваш будущий союз одобрен самим Папой Римским. Елена, не дожидаясь следующей фразы Никлауса, произнесла: - Просто скажи, что ты хочешь вернуть брата. Я тоже хочу вернуть Кола. Он спас меня, а я помогу ему. Но существуют и иные способы. - Нет, Ваше Величество, это, верно, Вы меня не так поняли, – съязвил Клаус, – либо ты, Елена, становишься женой Маракая Паркера, либо я делаю заявление о предложении руки и сердца на всю Европу. И если Каю ты можешь отказать, то мне, дорогая моя, нет, поскольку после моего предложения ни один другой правитель не посмеет высунуться. Подумай хорошенько. Король Англии осмотрел всех присутствующих в зале, заостряя свое внимание на брате: - Заседание окончено.

***

Явившись в обеденной зале на ужин, Клаус отметил отсутствие Елены и Деймона. Что ж, пусть голубки нагуляются напоследок. Затем король перевел свое внимание на столь светлого и родного для него человечка – Кэролайн. Будущая мать его ребенка достаточно быстро уплетала свой ужин, отчего Майклсон только радовался. Бурный аппетит – хороший показатель. Мужчина отметил, что, хоть формы его фаворитки и стали более объемными, она, тем не менее, не начала по этой причине выглядеть менее краше, даже, наоборот, еще лучше. Клаус так несколько минут наблюдал за девушкой в дверном проеме, улыбаясь, после чего Форбс подняла взгляд и заметила короля. Выражение лица Кэролайн изменилось: оно стало хмурым. - Что-то случилось? – обеспокоенно произнес Никлаус, садясь напротив. - Случился ты, – обиженно произнесла светловолосая девушка. Она начала пристально смотреть на мужчину. - Объяснись, Кэролайн, – все романтичное настроение короля мгновенно испарилось, он жаждал объяснений. - Уже весь дворец стоит на ушах, а ты, и правда, спрашиваешь? – Кэролайн позвонила себе повысить голос на монарха. – Предложение Елене – вот причина моего расстройства. Ну неужели она столь желанна: и король Франции, и твой брат, и даже Деймон… Теперь и ты за ней охотишься?! Клаус, не выдержав такого накала, начал звонко и задористо смеяться: - А беременные девушки, оказывается, действительно столь забавны, так еще и в сплетнях участвовать любят, – к королю вернулась его улыбка, – Кэролайн, неужели ты ревнуешь? - Нисколько нет, – отмахнулась Кэролайн, – но я не хочу быть лицом второго плана. Твой брак с Еленой затмит меня, затмит нашего наследника. Он превратится в обычного бастарда, ровно так же, как это было с Деймоном. - Ну, во-первых, дорогая, политика есть политика, – Никлаус приступил к трапезе, – а, во-вторых, с нашим ребенком все иначе. Он зачат не греховно, не в качестве измены. - Но я все еще фаворитка, и отношение ко мне соответствующее, – огорченно произнесла Форбс, – даже тебе все равно на нас… Король Англии, не дожидаясь того, что девушка произнесет дальше, прервал ее: - Ты знаешь, что это не так! - Так докажи, – Кэролайн встала из-за стола и, сделав небольшой поклон, пошла по направлению к выходу. Ох, как же старший Майклсон разозлился. Неимоверно. Но, хоть Клаус и не хотел этого признавать, Кэролайн для него являлась не просто матерью его ребенка. А потому он докажет, обязательно докажет.