Проклятие Энгуса.

Мистер Галлахер неудобно сидел в кресле с высокой спинкой и то и дело ёрзал, бросая нервный взгляд на невозмутимого молодого господина, расположившегося напротив. Потом мажордом поворачивал голову и тут же изо всех сил старался придать своему лицу выражение вежливой озабоченности тем фактом, что миссис Уотсон не торопиться принести в гостиную чай. Всё-таки пристально рассматривать девушку – крайне дурной тон. А если эта девушка – почётная гостья юного лорда Индиго, да и ко всему прочему самая настоящая ведьма? Какой конфуз сулит мистеру Галлахеру его поведение! - Не волнуйтесь, если бы я хотела проклясть вас, то сделала бы это, едва оказавшись за воротами, - по-своему истолковала его нервозность ведьма. – Поверьте, я хочу помочь. - Зачем? – бестактно вырвалось у Ориона. Мистер Галлахер мысленно сжался: молодой господин ходил по опасной грани и явно нарывался на новые проблемы. Как будто им было недостаточно предыдущих!.. Взбесить ведьму – пусть даже такую юную – не стоило ровным счётом ничего, а учитывая их щекотливое положение, столь опрометчивый поступок мог стать фатальным. Однако, вопреки опасениям мажордома, леди Морр не проявила никаких признаков недовольства и с подчёркнутой вежливостью ответила: - Если дело выгорит, я убью трёх зайцев одним выстрелом. Орион благодарно улыбнулся гостье, про себя решив, что более исчерпывающего ответа добиваться бессмысленно. - Вы откуда родом? – миролюбиво поинтересовался лорд, желая направить разговор в нейтральное русло. - Не знаю, - ведьма безразлично передёрнула плечами. – Тётя говорила, что я родилась в Софии, однако это странно. - Странно, что ведьма родилась в столице страны ведьм? – Ориону внезапно стала интересна эта тема. - Страна – слишком громкое слово, - фыркнула девушка. – Нас даже не считают автономной территорией, хотя большая часть Энгрида сдохла бы от радости в тот день, когда бы император подарил ведьмам независимость. Я уже полгода в Марго и чего только про себя и свой народ не наслушалась. Да взять, к примеру, вас, лорд Индиго, - в один миг она стала серьёзной. – Вы бы ни за что не прибегли к помощи ведьм, не будь у вас иного выхода. Почему? Она с любопытством и вниманием уставилась ему в лицо, ожидая искреннего ответа. Орион смутился. Он абсолютно не знал, как следует отвечать ведьмам на такие вопросы. - Ну, - в комнате было невероятно душно (или это ему только показалось?), и юноша оттянул галстук. –Людям свойственно выбирать то, что им ближе по духу… - Откуда вы можете знать, какая грань магии вам ближе по духу? – ведьма обаятельно улыбнулась. Орион смутился: она наперёд знала его ответы, но для чего-то всё равно спрашивала. - Вы... так сказать… - он взглянул в смеющееся лицо собеседницы и выдавил. – Не пользуетесь большой популярностью. Выдавил и сжался, интуитивно приготовившись к новому клейму на ладони. Однако леди Морр только восторженно засмеялась, совсем как маленькая девочка, получившая на День Рождения много разных подарков. - Да, это правда, - кое-как успокоилась она через пару минут непонятного веселья. – Мы не ходим подобно волшебникам и фециалам вдоль площадей и не предлагаем каждому встречному своих услуг. Поэтому наша магия ценится намного выше – просто наш народ не занимается её разбазариванием. Вы поняли? - Конечно, и ещё раз благодарю вас за проявленную благосклонность, - лорд Индиго учтиво кивнул головой. Ведьма возмущённо тряхнула головой, а её глаза вновь вспыхнули фантастическим золотым огнём. - Я говорила не про сделку, а непосредственно про ту заварушку, в которой вам не посчастливилось поучаствовать, - сурово разъяснила она свою внезапную вспышку недовольства. – Ведь ваша возлюбленная не являлась обладательницей ведьмовского дара? - Конечно же, нет, - подтвердил догадки собеседницы юный лорд. – Если честно, более нереального предположения по поводу мисс Чир и придумать сложно. Я готов спорить на всё своё состояние, что она не владела и крупицей познания вашего ремесла! - Вы точно в этом уверены? – допытывалась девушка, от чего-то мрачнея с каждой минутой всё больше и больше. - Абсолютно, леди Морр, - голос Ориона сочился уверенностью. – Пегги Чир была доброй и умной девушкой, однако ни к одной грани волшебства не имела никакого отношения. - Тогда у меня для вас новость, - ведьма хлопнула в ладоши, будто подводя так итог их разговора. – Родственница вашей возлюбленной не имела цели отомстить вам. Скорее всего, это вышло мимоходом. - Мимоходом?! – вскипел юный лорд и вскочил с места. Мистер Галлахер охнул и с неописуемым ужасом наблюдал за разворачивающейся сценой, однако вмешаться и предотвратить, возможно, роковую ошибку молодого господина сию же минуту ему мешала природная осторожность. Та самая осторожность, свойственная всем слугам и людям низкого положения, которую многие ошибочно принимают за трусость и подобострастие. - Мимоходом, - как приговор повторила гостья. – Для отвода глаз, - и вдруг подавшись вперёд в суетливом порыве спросила. – Как выглядела эта ведьма? Она красивая? - Да, полагаю, - окончательно сбитый с толку резкими сменами как тем разговора, так и настроением девушки, лорд Индиго попробовал воссоздать в памяти прекрасный образ колдуньи. – Кого я обманываю, она прекрасна! – в исступлении воскликнул он после минуты терпеливого ожидания леди Морр. – Пугающе прекрасна, с бледной, почти прозрачной кожей, и золотыми рисунками на шее и лице… - А её глаза?.. - ведьма, по всей видимости, напрочь забыв о своей отстранённой манере диалога, так же, как и хозяин особняка пять минут назад, вскочила с места и внимательно вслушивалась в слова юноши. – Её глаза ярко-красного цвета и чёрным белком? - Да, чёрт побери! – Орион с недоумением покосился на хмурое лицо гостьи. – Что-то не так, леди Морр? - Мои поздравления, - девушка иронично хохотнула. – Вас прокляла четвёртая из пятёрки Верховных ведьм. И именно что мимоходом, так как не в её правилах затевать ссору из-за человеческой девушки, пусть где-то и связанной с ней родственными узами. Ведьмы мстят только за своих, то есть за ведьм. Сыпать проклятьями направо и налево из-за людей и считается у нас пустой тратой собственных сил. - Даже если эти люди - ваша семья? – мистер Галлахер беспомощно сжался под гневным взглядом молодого господина, про себя поклявшись впредь молчать. - Наша семья – семья, обладающая магией ведьм, - отрезала гостья, вновь усаживаясь в уютное кресло. – Все, кто отказался от этого пути, будь то родная сестра, или седьмая вода на киселе отныне не имеют к нам никакого отношения. Мы идём разными дорогами, и не служим друг для друга щитами. Это древние негласные законы нашего народа, и они нерушимы. Верховные блюдут их, как никто. Поэтому, со стороны ситуация выглядит более чем странно: зачем одной из сильнейших колдуний мстить человеку за человека? - Меня использовали втёмную, - обречённо вздохнул юный лорд, признавая правоту девушки. - Мистер Галлахер, - леди Морр внезапно обернулась к вытянувшемуся по струнке мажордому. – Вы меня очень обяжете, если скажете миссис Уотсон, чтобы не добавляла в мою чашку сахара. Я могу попросить вас о такой услуге? - Конечно-конечно, - управляющий поспешно встал и чуть ли не бегом кинулся к дверям, кое-как на ходу поправляя сюртук. – О чём разговор? Чувствуйте себя как дома, миледи… Госпожа ведьма. Едва дверь, разделявшая главную гостиную родового особняка Индиго со столовой, хлопнула, обаятельная улыбка девушки испарилась без следа. - Слушайте, - заговорила она полушёпотом, наклонившись к креслу Ориона. – Слушайте внимательно. Этот дом защищён. По количеству заклятий, висящих на нём, он вполне может соперничать с дворцом императора, однако за его пределами вам угрожает опасность. Поэтому я настаиваю не покидать ваше поместье без особой нужды. По крайней мере, до тех пор, пока мы не выясним суть проклятия, наложенного на вас. - Я уже сказал вам, что согласен на всё, - с привычной холодностью, которой он маскировал испуг или смятение, откликнулся юный лорд. - А я не закончила, - оказалось, ведьм злит не манера обращения, а любое неподчинение. – Никому – слышите?! – никому не доверяйте. Люди – плохие союзники. А способные к одной из граней волшебства ничем не лучше. Пока постарайтесь вспомнить все детали, касающиеся момента наложения на вас чар. А то влезать в чужое сознание – занятие крайне болезненное и намного лучше удаётся гэрклидам, чем ведьмам… - Вы необычайно осведомлены о других гранях волшебства, - иронично заметил Орион, и, вот чудо, девушка вздрогнула. - Спасибо за столь лестную оценку моих знаний, - быстро взяв себя в руки, пробормотала она. – И ещё вопрос, который я не могла задать при вашем управляющем и который, надеюсь, вы не сочтёте оскорбительным: кто-то из ваших родственников практиковал магию? Отец, мать, может брат… - На счёт последнего однозначно нет. Он умер, не прожив и полугода, - Орион выдохнул. – Мадам вряд ли была хоть как-то причастна к вашему ремеслу, её скудный ум и ограниченный кругозор не позволял ей смотреть дальше своего туалета и очередного бала… Сэр Амос внёс значительный вклад в развитие фамильной библиотеки, потратил львиную долю состояния на редкие издания по изучению магии, но сомневаюсь, что он хоть как-то пытался обучиться этой науке. - Вы, как погляжу, очень высокого мнения о своих родителях, - саркастично прокомментировала его ответ ведьма и внезапно поинтересовалась. – А сами? Не пробовали зайти дальше отца и перейти от теории к практике? - Никогда не имел в жизни подобного стремления. - Что ж, это радует, - она постучала ногтем по деревянной столешнице. – Весьма радует… Сейчас магия обесценивается, превращается в рутину, становиться легкодоступным товаром. Каждый дворовый мальчишка, прикарманивающий с помощью телекинеза чужие кошельки, мнит себя начинающим колдуном! Из-за этого растёт презрение к представителям других наций, чьи магические секреты не хранятся в особом доступе, появляются необоснованные слухи об опасности их стороны магии… Вы ведь слышали о последнем законе императора? Внезапно перебив саму себя, поинтересовалась леди Морр у лорда Индиго. Последний замешкался: - Вы о законе, автором которого является Верховный жрец Леопольд? Она скривилась. - Прошу, не стоит награждать эту разваливающуюся марионетку в руках политической волшебной элиты столь громким титулом… Орион чудом подавил смешок. Оказывается, даже ведьме не самого высокого ранга полоумный старикан не внушал должного уважения и признания. - В этом законе чётко написано: «Все, кто причисляет себя к одной из наделённых даром магии наций, обитающих на территории Энгрида, должны проходить обязательную регистрацию по прибытие в столицу». По-вашему это звучит разумно? - Едва ли в нашем законодательстве хоть что-то может звучать разумно, - на этот раз юный лорд не сдержался и хохотнул. - Мы живём в Древних Садах. Формально, здесь каждый владеет магией. - И что – всех регистрируют? – в золотых глазах плескалось ехидство. – С какой стороны не посмотри, этот документ – живое подтверждение дискриминации трёх из пяти наций. Нас притесняют, причём активно и жёстко, внушают населению, что мы опасны… - Но зачем? - Подумайте, вы же неглупый человек с приличным образованием! – ведьма вздохнула. – То, что неизвестно и не поддаётся контролю опасно. Так, по крайней мере, думает вся волшебная верхушка, имеющая к политике хоть какое-то отношение. Значит надо сломать, починить, подмять под себя… Как это сделать, не прибегая к грубой силе? Настроить общество против, создать предубеждение, ухудшить чисто-бытовые аспекты жизни в социуме… - Простите, - лорд Индиго обольстительно улыбнулся. – Однако в ваших рассуждениях есть незначительный прокол: зачем волшебникам ваши секреты магии, когда у них достаточно и своих? К тому же, числом они задавят что вердов, что гэрклидов, что ваше племя. Гостья заметно смутилась: на бледных щеках проступили красные пятна. С минуту она сидела неподвижно, будто о чём-то крепко задумавшись, но потом её глаза вспыхнули ярким огнём и, резко подняв голову, девушка выдавила: - Ради Чародея Единения! Тут уж Орион не смог сдержаться и откровенно захохотал, чем смутил девушку ещё больше. - Что в моих словах так вас позабавило? – спросила она. - Вы тоже верите в этот бред? – юноша взъерошил волосы, чтобы хоть как-то отвлечься от абсурда, творящегося вокруг него последний месяц. – Я допускаю, что господину Леопольду выгодно распускать эти сплетни, но уж никак не ожидал, что другие нации ему поверят! - Это не ложь! – в исступлении закричала леди Морр. – Чародей Единения реален! Прошло пятьсот лет, год в год, месяц в месяц! Пора вновь собрать Прайд, объединиться всем нациям ради нашего будущего! Сила магии иссякает с каждым годом, равновесие мира нарушено, а император, танцуя под дудку своего окружения, затеял очередную войну и только усугубляет ситуацию! – она вскочила, и тёмные волосы разметались по её плечам. – Даже люди должны были уловить какие-то изменения! Только не говорите, что не замечали, как растёт напряжение среди всех слоёв населения, как прогрессирует преступность, как люди становятся подвластны негативным эмоциям! Да далеко ходить не нужно – та несчастная, что из-за одного слова такого павлина, как вы, решилась сигануть с балкона - прямое тому доказательство! - Простите? – Орион начал злиться. – По-вашему, девушка в момент отчаяния не способна на глупый поступок? - Насколько мне известно, мисс Пегги Чир хоть и была наивна, но так же умна и умела позитивно смотреть на мир: так вы мне её описали. - Безусловно. - Тогда включите мозг! – рявкнула ведьма. – Как у человека, который мог во всякой плохой ситуации найти крупицу счастья, хватило дурости свести счёты с жизнью? Как у влиятельного лорда, вроде вас, не хватило дальновидности бросить возлюбленную таким образом, чтобы не бросить тень на своё имя? Ведь до этого у вас было множество увлечений, и вы со всеми расставались, не вредя собственному имиджу!! Орион оторопел. С такого ракурса он и не пробовал смотреть на ситуацию. А гостья безжалостно продолжала: - Как Верховная ведьма набралась наглости пренебречь всеми правилами и проклясть вас, прикрываясь неправдоподобным мотивом? Вся история, если капнуть глубже, разваливается на части. Мир стремительно катится ко всем чертям! И просто наблюдать за этим я не намерена! И тут-то до юного лорда наконец дошла вся глубина замысла девушки. - А я для вас выступаю подопытным кроликом? – полюбопытствовал он, иронично скосив взгляд. – Проверите свои возможности на мне и пойдёте бороться с вселенским злом во благо мира? - А что если и так? – ведьма откинулась обратно в кресло и закинула правую ногу на левую. – Выбора у вас всё равно нет, так что давайте смиримся с таким положением дел и будем… Ох, не стоило так утруждать себя, мистер Галлахер! Её лицо в один миг приобрело выражение вежливой обеспокоенности, когда порог гостиной перешагнул пыхтящий мажордом с внушительным подносом в руках. Юноша невольно вздрогнул: так искусно менять маски умела далеко не каждая знатная девушка, вращающаяся в высших кругах. А леди Морр за последний час их знакомства смогла продемонстрировать ему, кажется, весь калейдоскоп своих эмоций. - Не обращайте внимания, лорд Индиго, - она лукаво подмигнула ему, словно прочтя его мысли. –Вы ведь помните, какова отправная точка в творении наших чар? Ведьмы не любят лгать. Поэтому мы всё переживаем.

***

Мистер Галлахер вызвался самолично показать леди Морр родовое поместье Индиго, пока молодой господин решает какую комнату отвести гостье. - Приготовьте сиреневую спальню, помниться, она ближе всего к библиотеке, - рассеянно распорядился Орион, закуривая папиросы. Для слуг это являлось дурным предзнаменованием: когда юный господин начинал пристращаться к табаку, очевидно, что на душе у него было прескверно. Никто не мог точно вспомнить, что послужило началом очередной экстравагантной привычки, не свойственной лицам высшего круга, но её значение все обитатели особняка знали точно. Поэтому в течение часа после вечернего чая в большую гостиную никто не осмелился заглянуть. - Леди Морр, - повторил едва слышно Орион, словно пробуя имя на вкус. – Где-то я уже слышал это. Ещё до письма Нонна и сегодняшнего дня… Стряхнув пепел сигареты в услужливо подставленную одной из горничных по первому требованию хрустальную пепельницу, юноша уставился в резвящееся пламя камина. Лорд изо всех сил напряг память, но детали настойчиво ускользали, как песок сквозь пальцы. В одном Орион был уверен точно: фамилию Морр он где-то слышал. Причём по внутренним ощущениям больше двух-трёх лет назад. Хотя удивляться тут стоит в последнюю очередь. В книге из собрания отца как раз-таки писалось, что ведьмы состоят в кланах, основа которых – родственные узы между членами. Верховные Ведьмы, если верить фолианту, являлись чаще всего представительницами самых старинных фамилий. Вполне возможно, что Морр просто одна из таких же. Тогда почему Нонн отзывался о ведьме, как об одной из опальных? Не сходиться. - Да и какая, к чёрту, разница! – вслух выругался лорд Индиго. – Главное, что поможет почти за даром, а лезть в её жизнь занятие слишком утомительное… И почему она отказалась от денег?.. Под нос выругавшись, как представителям высшего общества ни в коем случае не подобает выражаться, Орион подошёл к неприметному письменному столу у книжного шкафа. Тяжело вздохнул. - Я пожалею об этом ещё тысячу раз… И, окунув остро-заточенное перо в янтарные чернила, принялся выводить на свитке письмо. Спустя полчаса на желтоватом конверте переливалась крупная печать с гербом фамилии Индиго, а внизу аккуратными буквами значилось: «Чародею Деметрию от лорда Ориона Индиго. Срочно». - Миссис Уотсон! – громко позвал юноша, возвращаясь к камину. За дверью послышался какой-то шорох, а через полминуты в главную гостиную вошла тонкая гибкая, но уже немолодая женщина с приятным лицом и смеющимися глазами. Она учтиво поклонилась господину, но искорки смеха в глазах так и не угасли. Зато, когда её взор с фигуры Ориона перекочевал на стол, на переносице образовалась гневная складка. - Несносный мальчишка! – она стремительно выпрямилась и глубоко вздохнула. – Да как ты посмел попрать память господина Амоса?! Бедный лорд Индиго, ему в мире Теней и житья спокойного нет! А всё влияние этой вертихвостки Лорэйн! Вот говорила я ему, нельзя поручать воспитание наследника столь глупой женщине, пусть и знатного происхождения!.. - Миссис Уотсон, - смущённый донельзя юный лорд попробовал прервать поток пристыжающих речей. – Сейчас вам нет никакой нужды меня отчитывать!.. - Вы только послушайте, - возмутилась женщина. – Как лорд Амос присоединился к леди Лорэйн, так сразу взрослым себя почувствовал! Наглец! Мальчишка! Молко с губ не обсохло, а уже раскомандовался! Жаль, тут нет вашего отца: он живо бы вправил вам мозги! - Если бы вообще заметил моё существование, - буркнул себе под нос лорд Индиго и уже громче добавил. – Миссис Уотсон, мне уже двадцать один! - Надо же! И как за столь короткий промежуток времени вы умудрились нажить столько проблем? Уму непостижимо! – она глубоко задышала, невольно делая паузу в своей тираде. Этим-то и поспешил воспользоваться Орион. - Миссис Уотсон, пожалуйста, передайте это письмо с моим личным посыльным господину Деметрию, - он протянул неимоверно изумлённой женщине аккуратно-сложенный конверт с родовой печатью. – Дело срочное, не требующее отлагательств. - Я так с вами сума скоро сойду, - она шумно выдохнула и, бесцеремонно взяв со столика одну из папирос и зажигалку, закурила. – Хьюго вернётся только завтра, он отлучился в город по делам. - Почему я узнаю об этом в последнюю очередь? – с вкрадчивостью хищника спросил юноша. - Обычно вы вообще не узнавали, - хмыкнула миссис Уотсон, быстро выкуривая сигарету до фильтра и сбрасывая остатки в изящную пепельницу. – Если боитесь, что об этом прознает ведьма… Пардон, ваша почётная гостья, то не волнуйтесь: до завтрашнего утра письмо пробудет у меня, а когда посыльный вернётся… - Время – это та роскошь, которой я не располагаю! – молодой лорд потянулся к пачке папирос, но женщина моментально хлопнула его по руке, как зарвавшегося мальчишку, таскающего сладости из буфета перед обедом. - Хватит травить себя, вашим наследником мы тоже не располагаем, - она нахмурилась ещё больше и вырвала конверт из рук своего господина. – Одна ночь. Ведьмы коварны, однако приписывать им всемогущество – это уж слишком! Хьюго обычно возвращается в шесть часов утра. Я гарантирую вам, что в десять письмо будет лежать у господина Деметрия на столе. Разрешите удалиться. Миссис Уотсон исполнила полу-шутливый галантный реверанс и скрылась за дверью, ведущую в столовую. - Спасибо, - обессиленно прошептал ей вслед Орион, плюхнувшись обратно в глубокое кресло. Скользкий страх и поглощающее чувство беспомощности постепенно отступали вместе с этим нескончаемо-длинным днём. Только сейчас юноша почувствовал себя по-настоящему уставшим. Пружина, сковывающая тело изнутри последний месяц, ослабла. Можно было ненадолго выдохнуть. Юный лорд Индиго сам не заметил, как задремал, любуясь танцем огня за чернеющим силуэтом решётки в камине. Ему ничего конкретного не снилось, лишь ощущение какого-то нескончаемого света. Скорее всего, принесённого из детства. Да, определённо – из самого раннего и счастливого детства, когда весь мир вокруг сказка, а люди – добры. И проснувшись средь ночи, Ориону в голову пришла неожиданная мысль, каково великое счастье мисс Пегги Чир! Что она сохранила в себе этот свет на протяжении многих лет своей жизни и умерла так же с ним в сердце.