Против целого мира

Шикамару потерял счет дням, прячась от погони в мрачной пещере за водопадом. Еще когда он нашел здесь Темари, шиноби отметил, что на стенах были старательно выведены сложные печати, которые глушили способности сенсоров и не позволили бы даже самому сильному из них уловить чакру беглеца. Как ни странно, труп врага, который Нара так и бросил здесь, куда-то исчез. Значит, шиноби, похитившие Темари и уничтожившие всю ее группу, уже возвращались сюда и теперь наверняка находятся где-то поблизости. Но на Шикамару навалилась такая апатия, что даже нагрянувший отряд врагов не заставил бы его искать другое убежище. Нара никогда не позволял жалеть себя, он ненавидел свою слабость и ощущение полного бессилия. Но рядом всегда были друзья, поддерживающие его, хотел Шикамару того или нет. А теперь парень остался совершенно один, абсолютно не осознавая, как ему лучше действовать дальше. Нара помнил последние слова Хокаге, ее просьбу поскорее вернуться. Сейчас для Конохи, потерявшей последнего союзника, наступили тяжелые времена. Значит, деревня нуждается в нем, как никогда раньше. Эта мысль и подступивший голод заставили Шикамару покинуть относительно безопасную пещеру. Он надеялся вернуться домой благополучно, ведь у Суны сейчас нет достаточного количества шиноби для организации его поимки. Куда важнее обнаружить артефакт, который песчаники упустили, разобраться с бандой, уничтожившей их лучшие силы, а еще и защитить деревню от назревающих конфликтов с соседними странами. Если оценивать ситуацию более оптимистично, то Суна сейчас оказалась не менее уязвимой, чем Коноха. Нара наплевал бы на это, но его беспокоила судьба Темари. Иногда ему снилось, как Казекаге убивает свою сестру, замуровывает ее в песчаной гробнице за государственную измену. После подобных снов Шикамару просыпался в холодном поту, пытаясь унять набатом стучащее сердце, но еще долго видел перед глазами страшные картины. Оставалось только надеяться, что Темари сумеет позаботиться о себе и обмануть своего проницательного, но слетевшего с катушек брата. В любом случае, куноичи сделала свой выбор. Шикамару и надеяться не мог, что она предпочтет его своим братьям. Но он не мог разочаровать девушку и погибнуть после того, как она рисковала всем ради его спасения. Поэтому Нара собрал в кулак всё свое мужество и, стойко выдержав ледяной душ яростного водопада, шагнул навстречу новым испытаниям. Утро встретило его мелким моросящим дождиком и хмурым небом. Шикамару не любил такую погоду, но это сейчас было самой незначительной проблемой в жизни шиноби. Урчащий от голода желудок сразу напомнил о себе, поэтому Нара благоразумно решил отложить решение глобальных проблем на полчаса. Тем более, он как раз вспомнил о кусте орешника, который нашел неподалеку во время своего первого визита сюда. Но к желанной цели шиноби дойти не успел. Шикамару услышал странный шорох в кронах деревьев, но едва хотел поднять голову и разглядеть источник шума, как сверху на него навалилось что-то тяжелое, непривычно горячее и мохнатое. В нос парню ударил странный мускусный запах, показавшийся очень знакомым. А потом горячий язык огромного пса ласково прошелся по щеке Шикамару, вызывая у шиноби вздох облегчения. - Ты раздавишь меня, малыш, - прохрипел Нара, безуспешно пытаясь подняться. - Акамару, слезь с него! – прикрикнул Киба. Пес раздосадовано тявкнул и отпустил несчастного Шикамару. – Привет! – улыбающийся Инузука подал руку своему другу, помогая тому встать. – Ну, наконец-то мы тебя нашли! - Мы? – переспросил Нара, но тут же увидел Неджи, который лишь кивнул в знак приветствия. Встреча с друзьями была настоящим подарком судьбы, в которую Шикамару уже перестал верить. – Вы как раз вовремя. Я собирался вернуться в Коноху и выяснить, что вообще происходит, черт возьми! – обычно сдержанный стратег редко давал волю своим эмоциям, но сейчас груз пережитых за последние дни волнений стремился вырваться наружу. - Прости, но тебе лучше не появляться в Конохе… - Киба виновато опустил глаза. – Нам было приказано найти тебя и… - договорить он не смог. Шикамару приготовился к худшему. Неужели друзьям приказали убить его? Готов ли он сражаться за свою жизнь с теми, кого знает с детства, кто прикрывал его спину в самые тяжелые времена? Или лучше позволить им просто убить себя, стоять и смотреть, как товарищ вонзает кунай в твое тело? Нара не смог бы спокойно жить с кровью друзей на руках, а у Кибы или Неджи это получится? - Суна выдвинула жесткие требования, - начал молчавший до этого Хьюга. - Цунаде-сама была против, но совет убедил ее признать тебя нукенином ради сохранения нашего союза с песчаниками. Они не доверяют нам и требуют твою голову в знак непричастности Конохи к нападению на шиноби Суны в стране Огня. - Значит, вы искали меня, чтобы убить? – спокойно спросил Нара. Хокаге поступила правильно. Лучше смерть одного, чем уничтожение целой деревни. Без Суны Коноха падет под натиском других скрытых деревень. Он должен принять свою незавидную участь. Шикамару никогда не боялся погибнуть на поле боя, защищая то, во что верил, но сейчас он понял, что не готов вот так глупо погибнуть от руки друзей. Просто другого выхода у него не оставалось. Стратег прекрасно понимал, что его игра на этом окончена. - Да что ты такое говоришь?! – возмутился Киба, вырвав друга из плена мрачных мыслей. – Они там все с ума сошли! Даже такой идиот, как Наруто, смог бы понять, что тебя просто подставили. Но нам ведь толком не говорят ничего. Ты же вроде на секретной миссии был. Вся Коноха гудит об этом случае. Ино с Чоджи и Узумаки отправили на длительную миссию куда-то к черту на кулички, чтобы они не вмешивались. Твоя команда даже не знает, что случилось, иначе никакой совет их бы не остановил. - А как же мои родители? – задал Шикамару давно волнующий вопрос. Конечно, его мать была властной и сильной женщиной, но сможет ли ее сердце выдержать такой удар? Ведь на сыне теперь висит клеймо предателя… Отец, возможно, лишится должности. В худшем случае им вообще придется покинуть Коноху. Нара знал, что ни в чем не виноват, но острое чувство стыда пронзило его сердце. Как он сможет теперь смотреть в глаза родителям да и увидит ли их еще хоть раз? - Ну, твоя мамаша чуть не разнесла кабинет Хокаге. Ты же ее знаешь! – хихикнул Инузука. – Но потом всё утряслось. Если честно, подробностей нам не сообщили… - Будь серьезней, Киба, - прервал его рассказ Неджи. – Ты не сможешь вернуться домой, Шикамару, пока мы не найдем виновных в случившемся. Нам нужен твой протектор для подтверждения того, что Коноха выполнила условия Суны. Их сенсоры просканируют его и поймут, что он принадлежал тебе. Шикамару ошарашено уставился на друзей. Да, этого и следовало ожидать. Уж лучше расстаться с протектором, чем с жизнью. Нара попытался развязать непослушный узел, но тот не поддался с первого раза. Протектор будто прирос к его руке. - Тебе помочь? – несмело предложил Киба, но стратег лишь отмахнулся. Провозившись пару минут, он, наконец, протянул свой протектор Неджи. - Ты же теперь нукенин… Сам понимаешь… - Хьюга смущенно кашлянул и протянул другу кунай, заметив, что у того не было при себе оружия. Шикамару, не смотря на всю свою гениальность, не сразу понял, что от него требуется. – Если хочешь, я сам могу… - Нет, - твердо ответил Нара. Наконец, он осознал, что происходит. Его не просто объявили предателем, сейчас он собственноручно должен отречься от родной деревни. Возможно, кому-то это показалось бы простой формальностью, раньше Шикамару и сам бы не обратил внимания на такие вещи, но теперь его рука дрогнула. Друзья выжидающе смотрели на него, Акамару жалобно заскулил. Ну вот, теперь даже собаки его жалеют… Последняя мысль добавила нужной уверенности, и Шикамару перечеркнул символ листа на своем протекторе. Но этого стратегу показалось мало, поэтому он полоснул собственную ладонь кунаем и заворожено наблюдал, как повязка жадно впитывает капельки крови. Физическая боль на миг заглушила душевную, но Нара все равно чувствовал себя ужасно. – Теперь больше похоже на то, что вы меня убили, правда? – спросил он, отдавая окровавленный протектор ошарашенному Неджи. Примерно в этот же момент Акамару оглушительно залаял, принюхиваясь, а Хьюга активировал бьякуган. - Песчаники, - с ненавистью прошептал Неджи. Такой реакции Шикамару от него не ожидал. Если шиноби двух скрытых деревень начинают презирать друг друга, чего стоит их союз на бумаге? И что теперь делать самому стратегу? Отдать Неджи кунай и героически броситься на него грудью, чтобы не нарушить хрупкий мир? Нара не был готов к подобным подвигам. Бежать же было абсолютно бесполезно, потому что до них уже донесся знакомый голос: - Значит, вот так Коноха разбирается с собственными нукенинами?