Code Geass: Boukoku no Leila

      Машина пересекла пропускной пункт. Благодаря военным номерам, проезд не занял лишнего времени. Но ближе к зданию Министерства обороны, ему все-таки придётся проходить проверки. Майор Натаниэль Тристан Бальег-Кэйн сидел на заднем сидении авто. КПП стояли по всему городу для предотвращения возможных беспорядков. Акты мародерства происходили и теперь. Во много меньшем масштабе конечно, но происходили. Искренняя, мужественная, идеалистическая и, судя по всему, последняя речь подполковника Лейлы Малкал произвела должный эффект на правосознание народу и вселило в него надежду.       Подоспело втрое КПП. Въезжая во внутренний район Парижа, любая машина предъявляла документы. Постовой осмотрел удостоверение и пропустил машину дальше. Виднелось само Министерство обороны. Грядущая встреча не сулила ему ничего хорошего. Со времён загадочного падения режима генерала Смайлза прошло три недели. Этот переворот и четырёхдневная военная диктатура стали поводом кардинальной встряски государственного аппарата и особенно армии. Полетели головы, у руководства армии отобрали ряд полномочий, и теперь для принятия некоторых решений было нужно разрешение сената. Штаб армии кардинально изменился в кадровом плане. Зайдя внутрь, Нат не увидел ни одного знакомого лица. Даже охрана была другой. Всеобщее настроение также оставляло желать лучшего. Напряженность и страх витал в помещении. Особенное влияние оказывала его необычная униформа. Чёрный, вместо стандартного синего, цвет униформы, строгий, даже для армии, крой и, характерная для твёрдого и сильного человека, прямая осанка, словно со стержнем в позвоночнике. Служба разведки и контрразведки Европы Единой- вот к какому подразделению принадлежал Натаниэль. Те, кто подозревает всех и знают все о всех. То, что он здесь наводило мысли на то, что среди них предатель. Особенно усиливало это чувство то, что в последнее время их визиты стали происходить чаще. До Тристана здесь побывало четыре командира подразделений и двое полковников из командования.       Мимо него пронеслась девушка с папкой в руках. Она извинилась и побежала дальше. Символ мифологического змея на папке давал понять, что она несет информацию о отряде-герое. Почему-то Натаниэля схватил приступ головной боли. "Плохой знак. Похоже будет трудно". Он поднялся в лифте на 10 этаж - общее руководство. На самом деле, здесь заседал, пока ещё не сменивший кабинет, новый глава СРКЕСЭнрикоВамсель. На вид хлипкий, тощий мужчина с обильной лысиной, сидел за столом и что-то деловито рассматривал на мониторе. Совершенно не располагающая личность. Совершенно неподходящий тип для такой должности. Прошлый глава был человеком в возрасте, несколько старше злосчастного Смайлза. Он был умён, хитер, поддерживал хорошую форму и полностью соответствовал типажу главы такой службы, которой была СРКЕС. Но, его уволили, и даже держат под арестом, ибо не может быть такого, что бы глава контрразведки не знал о готовящимся перевороте. Тем более что их служба никак не отреагировала на переворот. Хотя правительство также не подало писку. Но доказательств его участия, как и участия службы, естественно, ни у кого не было. Сам Нат имел определённые подозрения на этот счёт, но решил не копать туда, куда сам может упасть.       — Сэр, майор Бальег-Кэйн по вашему приказу прибыл. ‒ Точно и звучно доложил он. Высокий, подтянутый шатен на голову превосходил Вамселя в росте.       — Вольно, майор. Не буду томить вас. Вы здесь по той же причине, по которой здесь были другие до вас. Вы подозреваетесь в государственной измене и и порочащим честь военнослужащего связях и действиях. Основываясь на предварительном расследовании, вы обязаны ответить на некоторые вопросы касательно вас и ваших действий в момент «Смерти Демократии». ‒Нат мысленно скривился. Такими расспросами не должен заниматься глава. Скорее всего, эта показуха была нужна ради того, чтобы Энрико утвердился в своей должности и продемонстрировал свою власть. Генерал также открыто заявил о проведённом в отношении него расследовании. На самом деле, многие секретные и полусекретные службы позаявляли о гласности и публичности, что Ната несколько обескураживало. Вот и генерала коснулось. — Во-первых, где вы были в момент переворота?       — Сэр, в момент переворота я находился в Кёльне, вместе со своим отрядом «Гунгнир». Мы выполняли задание по уничтожению бунтовщиков — японцев в местном гетто. ‒ Теперь слово «одиннадцатый» было под моральным запретом. Ведь «они умирали за нас». Но из-за слов Брейсгау на логику никто не обращал внимания, ведь узкоглазые беженцы сражались не из-за патриотизма, а за денежку. Сам Тристан не испытывал никаких затруднений в именовании одиннадцатых японцами, относясь к ним как и к другим людям, и не давая контр-японским настроениям взять вверх над логикой.       — И каковы ваши действия во время бунта?‒ Влажные глаза Энрико нервно бегали по крепкой фигуре подчиненного, не в силах смотреть в его серые, волевые глаза солдата, что многое видел всоей жизни.       — Попытка связи со штабом, неудача, довыполнение задания, повторная попытка связи, отправка вместе с отрядом в Париж. Так как связи не было, то отправлялись по собственной инициативе. По прибытию в армейский аэропорт, установили связь с близлежащими отрядами СРКЕС и координировали действия по поводу оказания помощи раненым. А потом была речь покойной мисс Малкал. ‒Сухо отчеканил Натаниэль.       — Каковы ваши отношения с бывшим главой службы?       — Я не очень хорошо знал его лично, но весь срок своей службы был под его руководством. Трижды бывал на его вечеринках для офицеров, пару раз имел с ним личные встречи, но они происходили за год до переворота.       — Какие ваши боевые миссии в последние три месяца?       — Три месяца назад я вышел из отпуска, потом прошёл недельные спецкурсы по допросу. Через неделю выполняли вместе с отрядом задание по поиску и ликвидации британского шпиона. Позже собирали информацию о Малкалгруп и финансовых фондах КлементИндастриз. В последний месяц, прежде чем приступить к активным действиям по устранению бунтовщиков-японцев, мы проводили информационные сборы и разведку местности.       — Вы любите руководить всеми действиями непосредственно. Скажите чем это обусловлено? Вы не доверяете собственным подчиненным? ‒ Схожим способом в начале своей карьеры командовали Смайлз и бывший глава Гейдрих, поэтому вопрос был достаточно закономерен.       — Никак нет сэр, я предпочитаю не полагаться на дистанционную связь, иметь возможность воспринимать информацию непосредственно в режиме реального времени, кроме того, личное присутствие вдохновляет подчиненных. Люди под моим началом являются отличными специалистами и знатоками своего дела, проверенные годами службы. Они компетентны, и выполняют задания, обозначенные для них Уставом и руководящими положениями.       — Хорошо, вы свободны, майор.       Натаниэль развернулся и вышел из кабинета. Он спустился к ожидающему его авто. На сегодня его дела закончились. К службе ему не приступить до конца расследования.       Вынужденный неоплачиваемый отпуск занял целый месяц. Довольный, он явился в штаб СРКЕС. Начальник отдела контрразведки, конечно же, тоже новый, вызвал его к себе. Радовало то, что, скорее всего это будет задание, а не очередной допрос. Не радовало то, что заданием, скорее всего, будет слежка за подозрительными чиновниками или военными.       — Майор, вы доказали свою преданность ЕЮ, и мы можем на вас положиться. ‒ Эрнест фон Макбург, широкоплечий, с грубым голосом и, словно вырубленными топором, чертами лица, не создавал впечатление компанейского человека или человека выдающихся умственных способностей. Но именно это впечатление и было нужно контрразведчику. Макбург идеально вписался бы и в образ обычного портового рабочего, вхожего в кабаки по вечерам, так и в подпольного воротилу.       — Благодарю, Сэр.       Начальник протянул руку под стол и еле слышно щелкнул тумблером. Телефон Ната пискнул, сообщив о потери связи. Макбург включил белый шум. На окна опустились заслонки.       — А теперь о вашем задании, ‒ такая секретность была для Ната несколько неожиданной, — мы не зря мурыжили ваше досье целый месяц. Вы специалист в поиске и уничтожении, в подрывной и диверсионной деятельности. Но самое главное – вы умеете собирать и оперировать информацией. Именно поэтому вы для этого задания подойдете лучше всего.       — Так точно, а что за задание? ‒Натаниэль не был падок на похвалу, но ему не терпелось вступить в привычный ритм жизни.       — Думаю, как и все, вы в курсе, что сделала для нашей страны подполковник Малкал. Так вот, на вас ложиться миссия по расследованию битвы при Вейсвульфе.       — Спустя практически месяц? Разве трупы в морге не обследовали вдоль и поперек? Да и снег с метелью уничтожили все следы. ‒ Нат задумался. — Там что-то ещё?       — Не было обследований.‒ Глухо произнес тот.       — Почему?       — А потому, что их там нет! Ни тел W-0, ни британцев. Ладно, бритты могли своих забрать, но где трупы наших? Есть пара куч камня, под которыми могли быть наши, но раскопки показали, что кроме крови, волос и следов кожи ничего нет. Представляете, лежит ломоть светлых волос, испачканных в крови, лежит отрезанная, именно отрезанная, косичка темно-синих волос, пара кровавых пятен, причём самые большие пятна имеют смешанный генный код. Майор, вы сами понимаете, какое значение имеет это дело. Она может быть у британцев, может быть у людей Смайлза, может…, а может быть мертва! Народ потребует отчёта. А у нас только чертовщина на руках. Чего только стоят обстоятельства гибели генерала Смайза: из синего неба падает неизвестный Александр и уничтожает его. Вы известны тем, что распутывали такие дела: вы искали террористов, предателей, шпионов — я считаю, что вы сможете пролить истину. Все данные вам выдадут, вы свободны в проведении допросов и иных оперативно-розыскных действий. Шумиха вокруг героического W-0 немного поутихла. Можно прижать выживших и узнать правду.       — Значить вы предполагаете, что она жива?       — Официальную версию вы знаете. СРКЕС ничего не предполагает. Вы свободны в выдвижении личных и следственных версий.       — Так точно!       Несмотря на свои молодые года, Натаниэль возглавлял один из десяти оперативных отрядов, что занимались непосредственно расследованиями и, при помощи эскадронов прикрытия, исполняли боевые задачи на линии фронта и внутри страны.       Сидя вечером в своём кабинете, Натаниэль рассматривал документы и протоколы. Ноша на его плечах была огромной, ведь не было даже официальной версии, что определила бы линию правительственной партии, вдоль которой необходимо было бы продолжать расследование, так что обо всем предстояло думать самому. Да и это «прижать выживших».        Выводы экспертов представляли собой кипу разного рода анализов, от анализов крови и баллистических заключений, до архитектурных изысков замка. Анализы крови и правда странные, но их можно было объяснить тем, что согласно свидетельствам, подполковник Малкал, лейтенант Хьюга и прапорщик Косака погибли в одном месте из-за взрыва. Причём так, что останков крупнее пары кусочков кожи, волос и брызгов крови не осталось. В основном были разбросаны волосы и кровь. Общий анализ замка давал понять, что замок взяли, но захватчики почему-то разделись. Согласно показаниям свидетелей, основная осадная сила была направлена на командный центр, но один из Найтмеров, сначала двигаясь в составе ударной группы, а затем отдельно, преследовал основной состав W-0. Это был кентавроподобныйНайтмер, управляемый СинемХьюгаШаангом. Он охотился за Александром Валиантом, пилотируемый его младшим братом. «Судьба что ли?».       Проанализировав всю доступную информацию по битве у замка, Нат решил копать глубже. Один полководец говорил, что для того, чтобы победить своего врага, нужно познать его культуру, его традиции, его мышление. Будучи с этим согласным, он углубился в изучение того, что называлось W-0, то, чем оно являлось. Он знал Лейлу. Хорошо знал. Нат прикрыл глаза и отогнал воспоминания. Отложив папку с фотографией девушки, Тристан занялся биографиями остальных. После прочтения всех папок с личными данными, Натвзял несколько тетрадных листочков. На первом он записывал взаимосвязи, на втором точки давления и слабости. Третий служил для интересных заметок.       Часами он сидел, строя теории и гипотезы, не давая себе пасть в следственную инверсию. Парень стремился рассмотреть дело наиболее беспристрастно и с учётом всевозможных факторов.       Спустя пару часов, заряд совиной бодрости начал спадать, заставив его отложить работу и заняться отдыхом.