Метроном

Очнувшись, Исин обнаружил Чонина сладко спящим. Спящий Чонин казался Исину самым мирным и мягким существом на планете, несмотря на все его выпирающие ребрышки. В спящем Чонине не было ни опасной соблазнительности, ни подросткового очарования. Чонин был просто Чонином. Он не хмурился и не улыбался, не сопел и не был бездыханным. Просто Чонин. Только спящий. Его не хотелось будить. Но Исин подозревал, что юноша сильно расстроится, если он нарушит еще одно обещание. Исин переборол себя и легонько потряс Чонина. Подросток проснулся на удивление быстро. Он всего лишь пару раз моргнул, перевернулся лицом к Исину и уставился на него уже осмысленным взглядом. - Танцевать. Пойдем? – тихо напомнил Исин. - Да. Чонин сполз с кровати и отправился в прихожую за кедами. Исин натянул на домашнюю футболку толстовку и, порывшись в шкафчике, достал электрический фонарик и декоративную масляную лампу, три толстых свечи и спички. Исин сложил все это в пакет и вышел к уже готовому Чонину в прихожую. Исин быстро обул кроссовки, и Чонин собрался уже было пойти вниз по лестнице на выход, но Исин притормозил его за капюшон и развернул в сторону коридора, ведущего к ванной и кухне. Чонин удивился, но подчинился. Исин дотолкал Чонина до тупика и вручил ему пакет, а сам достал из кладовки стремянку и раскрыл ее на глазах у изумленного Чонина. Исин забрался на нее и с силой толкнул плечом люк на потолке. Со второго раза он поддался, и Исин открыл проход. - Чердак? – предположил Чонин. - Крыша, - пояснил Исин, подтянулся на руках и скрылся наверху. Но тут же высунулся обратно и протянул руку, чтобы забрать пакет. Чонин вылез следом и принялся с любопытством озираться, хотя рассматривать-то особо нечего было: просто ровная площадка, чисто символически огороженная низким бордюрчиком, и до колена не доходящим. Неподалеку горели фонари, но крышу они почти не освещали. Исин уже зажег масляную лампу и поместил ее в оболочку из разноцветного стекла. Чонин подошел к Исину, взял спички и зажег одну из свечек. - Толку от них особого не будет, - произнес Исин, наблюдая, как Чонин подносит спичку к фитилю, - скорее всего, их вообще задует, но попробовать можно. В принципе, нам должно хватить света. Ну и пусть ориентиром побудут. Исин поставил фонарь и свечки по краям крыши, обозначая безопасное пространство, а электрический фонарь включил и оставил у люка. Чонин ежился от холода и смотрел в темное небо на те звездочки, что были видны даже в черте города. - Ты часто здесь тренируешься? – спросил Чонин. В его голосе сквозило восхищение необычностью танцплощадки. - Нет, - отозвался Исин, - сегодня вообще впервые в голову пришло. Но на крыше в теплое время года я частенько бываю. Чонин попробовал проскользить по крыше. Ничего общего с гладким ламинатом. Будто на асфальте танцуешь. - Музыку включить не получится, - констатировал Исин, - весь район перебудим. - А как тогда?.. – задал глупый вопрос Чонин. - А без музыки не можешь? - Ну… Это как-то… - Волшебно. Хоть и сперва непривычно. Сейчас поймешь. Ну, не стой. Чонин растерялся. Он не знал, с чего начать. - Связку какую-нибудь? – робко спросил Чонин. - Что хочешь. Можешь уже выученный кусок. А можешь и что-то свое. Чтобы не смущать Чонина и дать ему настроиться, Исин отвернулся и погрузился в свой танец под внутренний ритм. Чонин довольно долго не мог принять атмосферу. То ему чудилось, что за ним наблюдают, то казалось, что он гремит по крыше на всю округу, то просто неловко было, и не знал, что делать. Когда Исин развернулся в движении, Чонин повторял разобранную на занятиях связку. Когда Исин посмотрел на Чонина в следующий раз, тот уже разбавлял заученное собственными идеями. Исин и Чонин двигались независимо друг от друга и даже в разных концах крыши. Чонин думал, что его шаги слишком громкие и старался ступать упруго и аккуратно, как кошка на мягких лапах. Он танцевал на мысочках и максимально пружинил, отчего Исину, мельком смотрящему на него, казалось, будто Чонин парит в паре сантиметров над поверхностью. Исин улыбнулся тому, что Чонин все-таки смог побороть странное неловкое чувство и начать танцевать. Чонин просто должен был когда-нибудь узнать, каково это – слушать себя. У Исина было хорошее светлое настроение. Он решил вспомнить один из своих любимых старых танцев, с которым выиграл на одном из конкурсов. В душе Исина звучала музыка, он заряжался вдохновением, вспоминая, как яростно колотилось его сердце от волнения, когда он стремился к победе и одновременно как никогда наслаждался танцем. Исин любил это отчаянное счастье. Он сильно удивился, когда заметил, что Чонин бросил свою партию и теперь пытается повторить за ним. В общем-то, танец был не из легких, и у Чонина ничего не получалось. Однако он упорно, раз за разом, старался, пока заинтересованный Исин в очередной раз танцевал один и тот же танец, гадая, получится ли у Чонина воспроизвести хотя бы пятьдесят процентов. И это уже было бы огромным достижением. Исин даже не думал замедлить движения или повторить их для Чонина по кускам. Чонин выбивался из сил, удивляя и восхищая Исина упорством и еще больше тем, что кое-что у того таки начало получаться. Когда Чонину удалось станцевать синхронно с Исином рефрен и почти не исковеркать движения, Исин не выдержал и остановился, заключая юношу в объятия и трепля по голове. Изумленный таким пылким проявлением чувств Чонин терялся и то пытался отбиться, то сам же и льнул к Исину. - Ты маленькое неограненное совершенство, - дышал в макушку Чонину Исин, - я даже почти завидую твоему таланту. Где берут таких, как ты? - Здесь,- задушенно ответил Чонин, - вот прямо здесь и бери. Хён, я рад, но что случилось? Исин натянул на Чонина капюшон, скрываясь от серьезного недоуменного взгляда, и покачал парня из стороны в сторону. - Ты, похоже, не понимаешь, но вот так за полчаса суметь разучить часть этого танца сложно. Он классом выше даже того, что танцуют в обучающих студиях на четвертом году тренировок. Чонин, ты потрясающий. Ты мне нравишься. - Хочешь сказать, тебе нравится мое умение подхватывать движения, - чуть обижено поправил Чонин, - не я. - В смысле? – опешил Исин, который не замечал за собой демонстрации равнодушия к подростку. - Ну… Надо объяснить? Показать, как ты опять оттолкнешь меня. – Чонин облизнул пересохшие губы и мягко, но настойчиво расцепил руки Исина. Одну из них он положил себе на шею, а вторую опустил на талию, заставляя обнять. Исин не удержался и чуть повел пальцами по шее, пробуя на ощупь шелковистость нежной кожи. Чонин сглотнул, и Исин почувствовал это судорожное движение. Чонин медленно и неотвратимо прижимался вплотную к Исину. Где-то там, под объемной толстовкой угадывалось тонкое юношеское тело. У Чонина были очень ласковые пальцы, которые он уже успел запустить в волосы Исину, пока тот отвлекался на мысленное достраивание образов. Исин рискнул еще раз. Он прошелся пальцами по губам юноши и нырнул ладонью в задний карман джинс Чонина. Все то же самое. Все еще боится. То же загнанное в угол и одновременно дерзкое выражение глаз, столь явное, что видное даже в полумраке. Исин пару мгновений раздумывал, поцеловать ли юношу, но в итоге отказался от этого. Исин убрал руки и отстранился. - Ты мне нравишься, - повторил он, - хочешь, попробуем встречаться? Чонин изумленно распахнул глаза и молчал некоторое время. - Что? – хрипло спросил Чонин. – Ты что сейчас предложил? Ты в своем уме? - Ну ничего себе, - хмыкнул Исин, - это что, как на секс разводить, так резвый, а отношения признать стремно? Чонин занервничал и закрутился на месте. - Нет. Я не… Стой, Исин. Нет. Просто… Тебе самому-то это нужно? Я как бы могу серьезно твои слова воспринять. Если бы Исин что-нибудь пил, он бы подавился. Исин от души дал Чонину подзатыльник. - Балда. Еще раз повторяю. Запиши, если не успеваешь понять. Ты мне нравишься. Я предлагаю быть вместе. То, что ты хорошо танцуешь, играет свою роль, но только из-за этого я бы тебя не выбрал. Чонин тяжело молчал. Исин начал подозревать, что в чем-то серьезно прокололся. - Не хочешь? – спросил Исин. - Хочу, - почти капризно ответил Чонин. – Но… встречаться… Что это? Что изменится? Что я должен буду делать, а что под запретом? Чонин в который раз поразил Исина. Впервые кто-то пытался разложить по полочкам то, что обычно просто принимается, как данность. - По правде говоря, ничего не изменится, - собрался и ответил Исин. – Все равно чаще, чем сейчас, видеться не сможем. Кино, кафе, парки - ну, может быть… но танцевальный зал – вот наше. Чонин, ты ничего не должен, и ничто не запрещено. И я вообще не понимаю всех этих «давай встречаться». Люди либо вместе, либо нет. А тебе я это предложил, чтобы ты не дергался и не спешил. Просто знай, что у тебя есть на меня право, и тебе не надо судорожно соблазнять меня, боясь упустить. Все, я твой, можешь расслабиться. Чонин склонил голову на бок, разглядывая Исина. - Ты настолько хорошо меня понимаешь? – спросил он. - Нет, всего лишь догадываюсь. Чонин, не говоря ни слова, подошел к масляной лампе, встал в разноцветный светлый круг и опустился на корточки, утыкаясь лицом в сложенные руки. Исина это озадачило. Он тронул юношу за плечо. - Все в порядке, - успокоил Чонин, - я просто немного… Да нет, Я СИЛЬНО В ШОКЕ. Исин засмеялся и с облегчением уловил смех Чонина. - Я, кстати, прочитал книгу, которую у тебя брал, - сказал Чонин. - Это ты некстати сказал. И как? - Читаю – вроде красиво, но ни о чем. Исин фыркнул. - Автор нашумевший, а на самом деле пшик, да? Меня тоже не тронуло. Я дам тебе другую книгу. - Ту, что понравилась тебе. Я к этому клоню. - Само собой. Ты что, собрался познавать мой внутренний мир? - Хотя бы попытаюсь. Если подумать, мы мало друг о друге знаем. Меня это нервирует. Я хочу быть с близким человеком. И я хочу быть с тобой. - Не боишься выяснить, что мы слишком разные? - Немного. Исин в очередной раз подумал о том, что ему очень нравится Чонин. Подросток с серьезным взглядом и странным для его возраста отношением ко всему. Слишком честный и откровенный, скрывающий мелочи, но выставляющий напоказ правду. Слишком милый, слишком желанный, слишком тонкий и немного не от мира сего. Совсем другой. - Устал? Хочешь пить? – спросил Исин. Чонин кивнул. - Тогда придется вернуться. Чонин снова кивнул. Исин затушил лампу и свечи и собрал их обратно в пакет. Чонин первым скользнул вниз. Исин пошел следом, захватывая фонарь и пакет. Пока Исин закрывал люк, Чонин уже отыскал на кухне кран с питьевой водой, напился сам и поставил чайник. Исин разложил вещи по местам, скинул толстовку и присоединился к Чонину, поражаясь тому, как спокойно тот хозяйничает на чужой кухне. Когда чайник закипел, Исин сам налил чаю себе и Чонину. Они выпили по полкружки, когда приполз помятый Крис. - Будешь чай? – спросил Исин осоловелого блондина. Крис потряс головой, выгоняя муть и приходя в себя. - Из мяса, пожалуйста, - попросил Крис, вызывая гомерический хохот. Подтрунивая над осознавшим свою ошибку Крисом, Исин достал из холодильника сосиски и поставил их вариться. Себе и Чонину Исин на завтрак сделал яичницу. - Не занят сегодня? Может, все же сходим по магазинам? – спросил Криса Исин, гоняя подгоревший белок по тарелке. Крис отказался, аргументируя тем, что у него и другие дела есть. - И вообще, я сейчас пойду уже, - мрачно сказал Крис, и по его виду было видно, что никуда он идти не хотел, а всем сердцем желал лечь досыпать. - А ты? – обратился Исин к Чонину. - Я свободен, - ответил Чонин, - погуляем? - Долго не получится, - вздохнул Исин, - мне к обеду на работу. - Хоть так, - нейтрально пожал плечами Чонин. После завтрака Исин отыскал пару хороших книжек по своему вкусу, вручил их Чонину, и они отправились провожать Криса. Танцевальная ночь утомила Чонина, Крису все еще было плохо, а Исин просто не отличался разговорчивостью, поэтому большую часть дороги они молчали. На пороге дома Крис с недовольным лицом сказал, что рад был повидаться, и резко захлопнул дверь. Но тут же открыл ее, извинился и закрыл уже спокойнее. - Он всегда такой, когда не выспится, - оправдал его Чонин. Но Исин и не обижался. Исин и Чонин прикинули, что времени у них как раз столько, чтобы в медленном темпе, с остановками, пешком дойти до дома Чонина. Так они и поступили, заворачивая иногда в магазины, чтобы купить Чонину чего-нибудь сладкого или попить. Сонный Чонин вяло реагировал на утренний город, и Исину приходилось контролировать его, чтобы тот не налетел на кого-нибудь, либо не упал, запнувшись о бордюр. Исин проводил Чонина прямо до дверей. - Зайдешь на чай? – спросил Чонин, пока искал затерявшиеся в сумке ключи. - В другой раз, мне самое время уходить, чтобы спокойно вовремя до работы добраться. Чонин сделал какой-то неопределенный жест: то ли разочарованный, то ли понимающий. Исин правда хотел бы остаться, но не мог. - Неужели не в окно? – шутливо вопросил Исин, наблюдая возню младшего. - Как простой смертный, через дверь, - засмеялся Чонин и качнул перед носом Исина ключами.