Нас больше нет.

На дворе стояла глубокая ночь, когда парни засобирались домой. Арсений вызвался проводить Антона, но Шастун тут же отказался. Не к Матвиенко же его провожать. — Давай, я лучше такси вызову и сам доеду, — медленно, почти по слогам, произнес Антон. Арсений нахмурился. — Нет, Тош. Либо я провожаю тебя, либо мы едем ко мне и продолжаем. Неизвестно, что подействовало на парня больше: страх за то, что их с Сережей могут раскрыть, или последняя фраза Арсения. Но он согласился на второй вариант. Антон был уже изрядно подвыпившим, когда Сережа ему позвонил. Арсений отошел в туалет, и Шастун сидел один на кухне, смотря на то, как его телефон разрывается от звонка. Наконец, трель прекратилась. Антон вздохнул и набрал парню сообщение, пытаясь попадать по нужным клавишам. Шпала-Шастун я люлбю тбя прости

Коротышка Пошел ты в жопу, Шаст

Шпала-Шастун тыобдлся обидлся*

Коротышка Нет, что ты Ты просто не зайдешь домой Потому что я тебя не пущу

Шпала-Шастун ((((((( — Ну что, продолжим? -воскликнул внезапно вошедший Арсений. Антон поспешно кивнул. Дальше всё было как в тумане. Рюмка, рюмка, рюмка, новая бутылка, брудершафт, теплые и опьяняющие губы Арса, его крепкие, но такие холодные, руки под футболкой Шастуна. Антон не запомнил, как Попов целовал его нежно в шею, оглаживал его ключицы… И возможно, Антон бы совершил большую ошибку это ночью, если бы не одна фраза Арсения: — Я люблю тебя, Антон. Русоволосый тут же вспомнил о Сереже, оттолкнул от себя Арса и выбежал из его квартиры, позабыв все свои вещи. Попов отчаянно вздохнул и спустился на пол, схватившись руками за голову. Антон добрался до их общей с Матвиенко квартиры на время съемок и принялся настойчиво стучать. Но Сережа сдержал свое обещание и не пустил Антона внутрь. Он его ждал. Ждал до последнего. Ждал, что сейчас Шастун завалится, начнет просить у него прощения. А Сережа, добрый Сережа простит его, простит и крепко поцелует. Но… Теперь Матвиенко был разозлен. Нет, он был в ярости. Пусть ночует, где хочет, его это ни капельки не волнует. Ну может быть, совсем чуть — чуть, но сейчас это не важно. Антон робко постучал уже во вторую квартиру за эти полчаса. Дверь открылась, на пороге стоял сонный Дима. — Антон? Ты чего? — Дим… — Шастун выглядел безумно жалко. Позов без лишних слов затянул эту двухметровую пьяную шпалу в квартиру, раздел его и отправил спать в гостиную, обещая самому себе, что он обязательно поговорит с другом. Обязательно.