Подари мне сначала жизнь, а затем и любовь.

Было так тяжело просыпаться не только от того, что веки будто налились свинцом после вчерашнего успокоительного, которое вколола соседка медсестра. Просто хотелось остаться в том видении, которое снится, и жить в нем. Ангелии снилось, как отец играет с ней в небольшой кучке песка, которую он привез во двор двумя большими тачками специально для неё. — Мама, смотри, какой замок построил для меня папа, — кричала малышка. Мама мило улыбалась и молчала, а затем улыбка растаяла, и губы сложились в единую линию. Ангелия почувствовала, как кто-то трясет её за плечо и неохотно разлепила веки, Ирка. — Гелечка, я так тебе сочувствую, — шмыгнула носом подруга и полезла обниматься. — Сколько времени, — еле вымолвила девушка, во рту казалось пролегла пустыня «сахара», так хотелось пить. — Одиннадцать часов утра. — Пить охота, и голова болит. Слушай, Ирка, а в дом то тебя кто пустил? — Ангелия медленно поднялась и стала искать одежду. Цветной симпатичный халатик нашелся почему-то под стулом, а не на нем. Девушка отряхнула его, подняв с пола, и просунула непослушные руки в рукава. «Какой дрянью меня вчера накачали?» — Так мать твоя двери открыла. Она на кухне с каким-то мужиком сидит. Я вчера как новости глянула, так и начала звонить тебе, но у тебя телефон вырублен. Вот я и прибежала с утра, — затараторила подруга. — Какой ещё мужик, ты что, дядю Олега Минаева не помнишь? — изумилась златовласка. — Если бы это был он, я бы так и сказала. Сходи, сама убедишься, — надула губки Ирина. Ангелия быстро провела расчёской по волосам и, попросив подругу остаться в комнате, вышла. — Может, мы повысим цену на его работы, Оленька. Представляешь, сколько можно будет заработать на смерти твоего муженька, — послышался из кухни незнакомый голос. — Хорошая мысль, Жорик, сегодня же позвоню хозяину галереи. В конце концов они с этого свой процентик имеют, — ответила Ольга. «Как они могут, отца ещё не похоронили, а уже денежки подсчитывают», — в гневе подумала Ангелия, решительным шагом заходя на кухню. — Ой, доча. Проснулась? Познакомься, это — Георгий Иванович, мы обсуждали похороны твоего отца. Одной так тяжело всё организовать, — грустно произнесла мать. Ангелия выпила стакан воды и злобно посмотрела на незнакомого мужчину, сидящего за столом. — Знаю, что вы обсуждали! Дядю Олега слабо попросить помочь! Отец не успел остыть, а ты в дом какого-то придурка тащишь! — заорала девушка. — Что это за выходки! Или у тебя снова истерика?! — строго сказала Ольга. Ангелия недовольно посмотрела на мать, затем перевела взгляд на Жорика. Он в расслабленной позе сидел за столом и пожирал её глазами. Высокий рыжий детина, с заметным явно пивным брюшком. Ему было не больше тридцати пяти, но на носу и щеках было полно веснушек, которые обычно бывают у детей. — Не стоит ссориться, сейчас у нас у всех одно горе. Правда, Оленька? И кстати, можно называть меня просто Жора, деточка. Голос мужчины был скрипучим как ржавые, давно не смазанные дверные петли. Ангелия невольно поморщилась и строго сказала: — Никакая я вам не деточка! Может быть они продолжали ругаться, если бы не звук клаксона автомобиля. Девушка подорвалась как ужаленная и побежала открывать калитку. — Дядя Олег, здравствуйте, — Ангелия кинулась к мужчине на плечи. — Привет, Ангелочек, — тихо произнес мужчина. Из глаз Ангелии крупными каплями покатились слезы, так её любил называть отец. Олег погладил её по голове и взволнованно произнес: — Со временем станет легче, по себе знаю. Я ведь тоже когда-то хоронил родителей. Как мама? — Привела в дом какого-то придурка, обсуждают как побольше на папиной смерти заработать. Типа цены заломить и всё такое. Не знала, что она так… — буркнула недовольно Геля. — Я всё решу, идём в дом, — ласково сказал мужчина и кивнул головой, давая понять охране, что нужно следовать за ним. Хотя кухня и была достаточно просторной, но когда в нее вошли сразу пятеро человек, стало тесно. Ангелия заметила, как рыжий сразу же нервно заёрзал на стуле. — А, господин Затеваев, не ожидал. Собственно, Рома меня предупреждал, что как только с ним что-то случится, здесь тут же будет твой любовник, Ольга, — совершенно спокойно проговорил Олег. — Ну зачем ты вот так, при дочери. И потом, я думала Рома не знает. — А вот это я обсуждать не хочу, — отчеканил мужчина, — Читай, это — копия завещания Романа, — Минаев кинул на стол лист бумаги. — Не может быть? Он завещал заниматься делами выставки тебе? Но я его законная жена! — возмутилась Ольга. — Да, и поэтому получишь в наследство половину этого дома. Деньги от продажи его работ получит Ангелия, чтобы она могла спокойно учиться. Похороны, как ты успела заметить, тоже организую я. Пойдем, дочка, у нас много дел. Минаев вывел девушку в прихожую. Ольга и Жорик смотрели вслед злобным взглядом. ★★★ Геля не помнила, чтобы когда-то видела мать такой. А может быть дети видят в родителях только хорошее и в этом причина. В любом случае, то что произошло утром, стало для неё дополнительным ударом. «Как она могла изменять отцу с этим? Папа был такой добрый светлый человек, как с ним можно было так поступить? А ещё привела его в наш дом, едва за отцом захлопнулась дверь.» Сердце щемило от боли за себя, за отца, и даже то, что Миша ласково держал её руку в своей, не помогало. Сейчас они летели в Москву, двое Минаевых: старший, младший и она. Дядя Олег попросил взять себя в руки ради памяти отца, и Ангелия как могла постаралась. Нужно было уладить формальности: опознание, переправка тела домой, для этого требовался близкий родственник. Так как она была совершеннолетней, проблем не должно быть, заверил Олег. А ещё он не хотел лететь с Ольгой. Выставкой уже занимался его личный помощник. Цены оставили прежними: Олег знал, что его покойный друг не одобрил бы никакой спекуляции на своём имени.