У нас двойня.

      Прошло два месяца.       В номере отеля «Элеон», было суматошно. Сеня, Миша и Айбек собирали Бориса Леонидовича на предстоящую свадьбу.       — Может это, наливочки, ну, для храбрости, — проговорил мужчина, когда шеф-повар поправлял ему галстук.       — Дядь Борь, ну какой наливочки, ты о чем вообще? — покрутил у виска Михаил Джекович, — У тебя через два часа свадьба, а ты тут пить собираешься?       — Эх, прав ты Миша, прав, — обреченно вздохнул Борис Леонидович, но вспомнив о том, что уже совсем скоро Валентина станет его женой, повеселел.       — Ты главное сейчас не пей, а потом можешь пить сколько хочешь, это типо в будущее вклад, понял да? — улыбнулся Айбек, похлопав главного инженера по плечу.       — Вот везет тебе, Боря, — грустно проговорил Михаил, поворачиваясь к зеркалу.       — Это что еще за негатив перед моей свадьбой, — возмутился дядя Боря, — Может тебе это, наливочки?       — А по какому поводу минор-то? — непонимающе развернулся Сеня.       — Женщина его наверняка, да? — поинтересовался Айбек.       — Да, Айбек, да, — Миша опустил глаза в пол, — Вот, ты женишься сегодня, а у меня в кармане кольцо, уже как два месяца, — он пошарил рукой за пазухой, — Я хотел сделать предложение Соне после знакомства с родителями, но она и знакомиться-то не захотела. И вроде бы мы уже и помирились, и все у нас хорошо, но этот факт, что она не хочет закреплять наши отношения, не дает мне покоя, отягощает.       — Я ринулся делать предложение Валентине, не зная, что она ответит, — начал главный инженер, — Но в твоем случае, я думаю, что София даст тебе понять, когда будет готова, и вот тогда не теряй ни минуты.       — Дядя Боря дело говорит, ты слова его запомни, понял да? — поддакивал Айбек.

***

      — Непривычно видеть Вас при таком параде, Валентина Ивановна, — нахваливали старшую горничную ее подчиненные, — Вам очень идёт белый цвет.       — Спасибо, девочки, спасибо. Не думала я, что снова придется мне когда-то так одеваться.       — А я сразу поняла, что Борис Леонидович не отступит, — присела на кресло Анжелика, — Чуяла я, что погуляю у вас на свадьбе.       — А я-то как рада, Валентина Ивановна, что Вы и нас с Дашей позвали, — сказала Диана, поправляя прическу женщины, — Сижу дома с ребенком, света белого и не вижу. Не думала, что меня и позовут.       — Я так вообще в другом месте теперь кручусь, — вздохнула Даша, не сводя глаз с Юли, которая с момента их встречи не проронила ни слова.       — Девочки мои, — мягко говорила Валентина, крася ресницы, — Как же я без вас-то. Мы же семья.       Тут же лица всех горничных просияли, но только Юля залилась горькими слезами.       — Комиссарова, ты чего? — удивленно обернулась Валентина, — Я тебя расстроила этим?       — Да не Вы. Меня-то когда-то также на свадьбу собирали. И также я была счастлива, — сквозь слёзы невнятно говорила девушка, — А вот и сижу теперь, кольцо валяется черт знает где, а вместо свидетельства о браке в загсе документы на развод лежат. А ведь я любила его…       Слушая душещипательную историю и вспоминая ее во всех подробностях, дамы уж и тоже слез сдержать не могли. И только Даша взяла дело в свои руки, вышла из номера и направилась в соседний.       — Борис Леонидович, позовите на свадьбу одного нашего знакомого, — сказала девушка с порога, — Владимира Крепчука, майора.       — За каким шутом мне его звать? — спросил Борис Леонидович, подходя к Даше и тихо говоря ей, — Тебя совсем бес попутал, он же Юльку доведет.       — О том и речь, Борис Леонидович. Юля и так доведена. Любит она его, Вова не понимал этого. Понапридумывал себе какой-то чепухи…       — Ну раз уж сердца надо соединить, то звони, дядь Борь, — посоветовал Сеня, а Борис уже набирал номер телефона под диктовку Даши.       — Майор Крепчук? — спросил главный инженер.       — Так точно. Кому могу быть полезен?       — Так это ж я, Борис Леонидович, из «Элеона» инженер.       — Добрый день, — радостно поприветствовал Вова, — А что случилось?       — Свадьба у меня сегодня, так вот. Хочу, так сказать, тебя позвать, чтоб ты присутствовал, значит, на торжестве…       — Я, конечно, понимаю, что широкой русской свадьбе места мало, — усмехнулся в трубку собеседник, — Да только мы-то не особенно и знакомы.       — Да и шут с этим, Володь, я же у тебя речь на торжестве толкал? Толкал, — пытался объяснить дядя Боря, — Вот, теперь с тебя алаверды, так сказать.       — Раз уж вы так просите, Борис Леонидович, буду.       — Во, другое дело! — положил трубку Боря, — А теперь, Дарья, попрошу Вас оставить меня в обществе моих товарищей, нам еще надо, значит, ботинки мне начистить.