У нас двойня.

      Парочка в обнимку вальяжно лежала на диване в кабинете Софии. Они были в восторге от всего, а особенно друг от друга. Миша начал давно подготовленный разговор:       — Сонь, мы вместе только неделю, но я чувствую, что это навсегда, — уверенно заявил Михаил Джекович.       — Какой ты все-таки смешной, Миш, — улыбнулась управляющая.       — Ну согласись, что у нас все серьёзно.       — С этим не поспоришь, — согласилась София.       — Я не понимаю, сарказм это или нет, но так или иначе, я считаю, что у нас все максимально серьёзно и пора сделать следующий шаг, — все так же уверенно констатировал заместитель управляющего.       — Миш, мы уже обсуждали идею о замужестве, пока рано, — вздохнула блондинка.       — Я вообще-то говорил о знакомстве с родителями, — кивнул Михаил.       — Ты торопишься, — сухо ответила женщина.       — Вовсе нет! Сонь, мы уже не дети, нам не надо ждать два года, пока не исполнится восемнадцать, чтобы рассказать об отношениях. Заказали бы столик, Сеня бы нас побаловал. Может быть, ты меня стесняешься и не хочешь знакомить со своими? — взъерепенился Миша, приподнимаясь на диване.       — Если бы я тебя стеснялась, я бы сейчас здесь не лежала. Но это правда слишком рано. Давай подождём ещё, — оставляя поцелуй на губах Михаила, попросила Соня.       — Все понятно, — тяжело вздохнул Миша и поспешил одеться и покинуть кабинет управляющей.       Недолго думая, Михаил Джекович направился к дяде Боре, потому что был уверен, что он и его вишневая наливка вернут ему хорошее настроение.       В это время Даша с улыбкой и превосходным расположением духа вошла в кабинет Софии.       — Можно? — спросила она.       — Конечно, Даша, проходи, — улыбнулась в ответ управляющая, но вдруг резко изменилась в лице, — Что-то случилось?       — Нет, я ещё раз захотела Вас поблагодарить.       — Да прекрати ты. У тебя все хорошо?       — Пока да. Благодаря вашим словам я завязала разговор с Пашей, и мы окончательно разобрались в наших отношениях, — не переставала улыбаться Даша.       — Во-первых, я предлагаю перейти на ты. Очень странно говорить на такие темы, когда ощущается что-то вроде неравенства, — предложила София Яновна и, получив утвердительный ответ, продолжила, — а, во-вторых, я думаю, что будет гораздо приятнее обсудить все за чашкой чая!       — Полностью с Вами… с тобой согласна, — улыбнулась портье, присаживаясь на диван.       Налив две чашки чая, управляющая протянула одну из них Даше и присела рядом.       — Ну так что, что же вы с Павлом решили? — поинтересовалась София, размешивая сахар чайной ложечкой.       — Я потребовала у него объяснений, он мне их давал, но какие-то невнятные, и не особенно удовлетворили меня. Мы очень сильно повздорили, — вздохнула портье, на одну минуту став грустной, — Он вышел из номера, и я уж думала, что вернётся только тогда, когда я соберу свои манатки и уйду. Но он вернулся, а потом, скажем так, наши отношения перешли на новый уровень.       — По твоей улыбке вижу, что тебя все устраивает, — понимающе прокомментировала София Яновна, — Я говорила же, что он парень неплохой.       — Не привыкла рассказывать только о себе, — сложила руки на коленях Даша, — Поэтому пора и Вам… тебе поделиться. Ходят слухи, что вы снова с Михаилом Джековичем?       — И эти слухи правдивы, — краснея, улыбнулась управляющая, делая очередной глоток чая, — Только вот знаешь, кажется, я в очередной раз обидела его. Господи, сколько всего я натворила за последние дни, и как Миша все ещё остаётся со мной… — женщина вздохнула, повернув голову к окну.       — А я получу ответ, если поинтересуюсь, что же произошло за эти дни? И чем ты обидела его конкретно сегодня? — заинтригованно спросила Даша.       — Уж не думала я, что после всего, мы будем разговаривать о самом сокровенном, вот так вот мило попивая чай на диване, но знаешь, это действительно радует, — на лице Софии вновь появилась улыбка и женщина продолжила, — Начнём с того, что Михаил Джекович оказывал мне колоссальную поддержку, когда я, казалось, была совсем потеряна. Он даже попросил для меня выходной у Элеоноры, представляешь?       — Даже так, — удивилась портье.       — А потом, я просто приняла решение, что мы должны, нет, просто обязаны быть вместе. Как-то так все и закрутилось. Но сегодня, Миша предложил мне познакомиться с его семьёй, а я как обычно все испортила, своим «рано» и «давай повременим». Надо было видеть его в этот момент…       — Я думаю, что ты сделала правильно, сказав Михаилу Джековичу о своем желании не спешить. Понятно, что он стремится как-то зацепиться за тебя, подкрепляя это какими-то серьезными шагами. Он снова боится потерять тебя, и в этом его огромный плюс, касательно ваших отношений…       — Каких, к чертям, отношений?! — в кабинет неожиданно ворвалась Элеонора, приводя собеседниц в полнейший шок, — Четко было сказано: никаких связей в моём отеле!       — Элеонора Андреевна, Вы, конечно, и являетесь полноправной хозяйкой «Элеона», да и многих других отелей, но, честно, мне абсолютно все равно на это. Врываться в мой кабинет без стука Вы не имеете никакого права! — встав с дивана, злостно проговорила София.       — Да… Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! — опешила женщина, — Что, думаешь, что если спишь с этим идиотом, тебе все с рук сойдет? Совсем осмелела?       — А вот сейчас Вы переходите все рамки. Не смейте лезть в мою личную жизнь, Элеонора Андреевна. Я буду вместе с тем, с кем посчитаю нужным. А Вас попрошу заниматься своей жизнью и не совать нос в чужую. Да, приходя на работу, я Ваша подчиненная, но Вы уж точно не можете указывать мне, как вести себя в остальных аспектах, — управляющая озвучивала свои прямые мысли свойственным ей уверенным и твердым голосом, не шелохнувшись и не запнувшись. Но от одного взгляда ее, дрожь пробирала все тело.       — Да я ведь могу щелкнуть пальцами, — хозяйка продемонстрировала щелчок, — и тебя тут не станет!       — Делайте что захотите, — спокойно ответила София Яновна, складывая руки на груди. Она, почему-то была просто уверена, что ее место точно останется за ней. Да и вообще, эта богатая стерва уже изрядно ей надоела, — А сейчас, если у Вас нет ко мне поручений, покиньте мой кабинет.       Элеонора попыталась выдумать, что-то эдакое, что было бы блондинке не по плечу, но ничего не приходило в голову. Поэтому, топнув каблуком, развернувшись и подняв нос, она деловито вышла из помещения, показательно хлопнув дверью.       — Я, пожалуй, пойду, — тревожно сказала Даша, — Боюсь, что теперь ко мне будет гораздо больший спрос.       — Не переживай, — похлопала по плечу уходящую девушку София, — Если что, обращайся.       Даше не удалось даже дойти до своего рабочего места, но на нее уже обрушился очередной поток гнева хозяйки отеля. Встретив портье в коридоре, Элеонора решила отыграться сначала на другой паре в ее отеле, а уже потом взяться за Соню с Мишей.       — Что это такое, как ты можешь это объяснить?       — Что я должна объяснить? — растеряно, но смело отвечала Даша.       — Какие к черту отношения? Мой племянник идиот, но он все еще фигурирует в этом отеле. Вы не можете тут встречаться.       — Не надо кричать на меня.       — Нет, надо, — не успокаивалась Элеонора, — Либо вы прекращаете отношения с Павлом, либо…       — Либо что?       — Либо ты здесь больше не работаешь.       — Что ж, тогда прощайте, Элеонора Андреевна, — девушка сняла бейджик с именем с пиджака и вложила его в руку хозяйки отеля, — Надеюсь, теперь мне и Вашему племяннику ничего не помешает.

***

      — Что я сделала не так? — плакала Даша, захлебываясь не то в слезах, не то в чае, — Я ничего никому не портила, мы просто были вместе с Пашей и все. Все! Я никогда не заставляла его ничего делать. Я… Я просто люблю его и все, а за это я теряю работу!       — Где потеряешь, там и найдешь, — улыбнулась София Яновна, присев на стул напротив девушки, показав ей экран своего телефона, — Я попросила моего хорошего друга подыскать тебе достойную работу. Портье, «Мариотт».        — Спасибо большое, Сонь… Но это так тяжело! Я уверена, что эта чокнутая начнет нам мешать.        — И не посмеет.        А в это время в номере «Элеона» хозяйка рвала и метала. Павел лежал под одеялом и вопросительно смотрел на тётю, периодически кивая ей.        — Ты убил этот отель. Взял и убил! Уничтожил! Спасибо Никите, он все вытянул.        — Ну и иди и промывай мозг ему, от меня тебе что надо?        — Ты мало того, что все тут испортил, так ты еще и жизнь тут продолжаешь устраивать, как ни в чем не бывало. Какие девушки, Паша? Ты совсем дурак?        — Нет, — ухмыльнулся серб.        — Идиот! Ну теперь все явно остановится. Твоя девушка уволилась. Любит тебя, дура. Но ты без нее под боком тут вряд ли ей верен останешься. Посмотрим.        Павел резко вскочил с кровати. В одних трусах он вышел в коридор, потащив женщину за собой.        — Тётя Эля, если мы сейчас на ресепшене не найдем Канаеву, будет очень плохо.        — Ты ее там не найдешь, Павлик. Она у-во-ли-лась, — отчеканила по слогам женщина, достав из кармана пиджака бейджик Даши и протянув его Павлу.        — Как ты посмела? — серб остановился посередине коридора и заорал, крепко сжимая частицу девушки в ладони, — Ты не имела никакого права!        — А вы не имели никакого права спать в моем отеле!        — Да какое это имеет отношение?! Ты уволила человека за то, что я его люблю?! Немедленно позвони ей и верни!        — Павел, нет.        — Что значит «нет»? — недоуменно воскликнул Паша, уже готовый продолжить.        Из своего кабинета, напротив которого проходила разборка, выглянула София.        — Я не хочу вмешиваться, но, Павел Аркадьевич, мы с Дашей нашли ей прекрасную работу, — улыбнулась управляющая с привычной ей мягкостью.        — Что? — с непониманием посмотрел на закрывающуюся дверь кабинета серб.        — Спокойно, Паша, — похлопала его по плечу Элеонора и покинула коридор, оставив племянника одного разбираться с тем, как получилось, что его бывшая и настоящая девушки стали лучшими подругами.