I've only felt religion when I've lied with you

Признаться честно, Эва ещё не до конца отошла от того, что приключилось с ней на выходных, поэтому никакого желания идти в университет у неё не было. Поначалу она хотела просто поваляться в кровати и сделать вид, что она заболела, однако, когда Мун вспомнила, что начиналась неделя патологии, все желание лежать тюленем на кровати и бесконтрольно есть чипсы, запивая их вином, куда-то испарилось. Она и так уже пропустила несколько занятий по патологии, и Бог знает, что Сульберг старший заставит ее делать, чтобы закрыть отработки. Нет, ничего неприличного, просто профессор был известен своими весьма своеобразными методами обращения с прогульщиками. Например, однажды она слышала рассказ о том, как лет шесть-семь назад профессор заставил одного из своих студентов остаться на ночь в морге, чтобы закончить какую-то работу, с которой он благополучно опаздывал, а на следующее утро этот парнишка выскочил из морга как ошпаренный, да ещё и поседел. Что такого страшного он там увидел - Эва не знала, однако лично проверять правдивость этой легенды ей не хотелось, поэтому, отключив надоедливый будильник, Мун скатилась с кровати и нехотя поплелась в ванную. Если честно, Эва уже и не помнила, когда в последний раз ночевала в собственной квартире. Большую часть времени она проводила в общежитии, в котором бессовестно занимала койку своей нерадивой одногруппницы, которую на парах не видели уже месяца три. Во-первых, оттуда было ближе к университету. Во-вторых, так она могла подольше поспать. Хотя, чаще всего она просыпала, а Сульберг будил ее. Твою мать. И опять, каждый раз, когда Мун отдавалась собственным мыслям, она постоянно начинала думать об Алексе. Этот засранец и то, что он сделал, теперь занимали значимую часть ее мыслей. А где были мысли об Алексе, там были и мысли о Рио, который ясно дал понять, что если Сульберг не вернёт ему деньги, то отрабатывать всю сумму придётся Эве. Тут автоматически возникало множество вариантов, каким образом: во-первых, она была девушкой, и этот вариант был достаточно очевидным. Во-вторых, он мог бы просто убить ее и показать фотографию ее трупа Александру в назидание. Хотя, если честно, Мун уже не считала, что это произведёт особый эффект на всём известного бедокура. Недавно Алекс ясно дал понять, что ему и на смерть Тео все равно. Конечно, может быть, это было и не так, но с перспективы Мун, ситуация складывалась именно в такую картину. Она до сих пор не понимала, почему Александра вдруг потянуло на такого рода приключения. Даже во время их недавнего разговора и объяснений, Алекс не назвал конкретных причин, зачем ему нужно было ввязываться во все это дерьмо. Эва подозревала, что дело было не в нехватке денег или крайней необходимости. Она предполагала, что Сульбергу не хватало в жизни адреналина, приключений и чувства опасности. Хотя, сама Мун ни за что не стала бы лезть во все это без острой необходимости. Конечно, сейчас, благодаря Алексу, появлялась таковая. Она ужасно боялась, что Сульберг не сможет вернуть Рио долг, и поэтому ей придётся отвечать за это собственной головой. Несмотря на то, что Алекс ещё не исчерпал лимит своего доверия у Эвы, девушка, где-то глубоко в душе, подумывала о том, что ее друг уже успел потратить всю или хотя бы часть суммы, украденной у Рио. Что не есть хорошо. Конечно, Эва надеялась на хороший исход событий, но готовила себя к тому, что придётся убеждать Рио в том, что Мун никакого отношения к незаконному бизнесу Алекса не имела и не знала, куда Сульберг дел его деньги. Она надеялась, что Рио ей поверит. Правда, шансы были девяносто девять и девять к одной десятой, но надежда умирает последней, не так ли? - Эва, где ты была? - накинулась на Мун Мара, едва только Эва зашла в препаровочную, - Я пыталась звонить все это время, но телефон был недоступен. - Потом объясню, - ответила она и натянула халат на свою толстовку, даже не удосужившись застегнуть его. У Эвы не было никакого желания и настроения разговаривать с кем-то. Не в обиду Маре, Мун действительно любила эту девчонку, просто последние события выкачали из неё последние силы, и она отчаянно пыталась сохранить собственные нервы и самообладание для разговора с Алексом. Она отчаянно надеялась, что ему хватит мозгов явиться на пару, потому что и он, и сама Мун уже прогуляли достаточное количество занятий, чтобы впасть в немилость у профессора. Скорее всего, сегодняшней ночью им обоим придётся ночевать в морге. Но, оно и к лучшему. Эва успеет прочистить Алексу мозги и разузнать все, что её интересовало. Да, когда между ними состоялся разговор в доме у Сульберга, Эва была готова закрыть на все глаза и просто не лезть в дела своего друга, однако когда враги Алекса нежданно негаданно появились у неё в доме, да ещё и выгуляли её пса, Эва просто не могла молчать. И находиться в полном неведении тоже не могла. Ей нужно было узнать все, что натворил Алекс, чтобы так сильно разозлить Рио. Рио. При одной только мысли об этом человеке у неё внутренности сворачивались в узел. Тогда, когда она впервые увидела его сидящим на кухонном островке в её же собственной квартире, он показался ей настолько устрашающим, что Эва едва боролась со слабостью в ногах и желанием грохнуться в обморок. И, насколько она поняла, тогда он ещё не сильно старался! Что было бы, если бы он вдруг решил показаться перед ней во всем своём праведном (или не очень) гневе? Об одной только мысли об этом Эву передернуло. По телу пробежалась дрожь, а во рту мгновенно пересохло. Ей казалось, что даже время вокруг остановилось, едва ей стоило подумать о Рио. Ей казалось, что она до сих пор чувствовала этот пронизывающий до костей взгляд на себе. Ей не раз приходилось сталкиваться с плохими людьми: чаще всего это происходило на приемах, которые устраивал её отчим-бизнесмен, ведь не все люди, которые занимаются бизнесом, имеют благие намерения. От таких Эва старалась держаться подальше, как и её отчим. Иногда не получалось, потому что его коллеги дарили Мун такие ледяные взгляды, что ей хотелось просто исчезнуть с лица Земли. Однако, Рио превзошёл их всех. Эве даже вспоминать о нем не особо хотелось, не то, что увидеть его ещё раз. Правда, похоже, эта встреча была неизбежна. - Мара, ты не знаешь, Алекс сегодня придёт? - спросила Эва, когда до начала пары оставалось пять минут. - Я хотела задать тебе тот же самый вопрос, - девушка пожала плечами и уткнулась в свой конспект, - Он мне не звонил. Я думала, вы связывались. Ага, конечно. Пятьсот раз. Мун обреченно выдохнула и сжала пальцами переносицу, пытаясь унять головную боль. Ей казалось, что с каждой минутой проблем становилось все больше, а решения этих самых проблем ускользали из её рук словно скользкие медузы на берегу океана. С одной стороны навис Александр со своей ослиной упертостью, а с другой стороны - Рио, а особенно его пистолет, прижатый к ее виску. Одно дело воображать эту картинку в голове, но совсем другое - действительно почувствовать, как железная пуля врезается в мозг. Глядя на часы, Эва все еще надеялась, что Сульберг соизволит появиться на паре собственного отца: им все равно обоим придется торчать сегодня в морге до самого утра. Работенка не из приятных, но так им хотя бы удастся нормально поговорить. Еще раз. Хотя, если честно, она совершенно не горела желанием это делать. Единственное, чего ей по-настоящему хотелось, так это чтобы все это дерьмо поскорее закончилось. Нет, не так. Лучше бы это дерьмо вообще не начиналось. А ведь это все Алекс вместе с глупым и послушным Тео, который не желал оставлять друга одного на распутье. Да уж лучше бы он бежал, сверкая пятками, чем лез в этот криминал с головой! Может быть, остался бы жив. Может быть, его место занял бы Алекс. Правда, сейчас Эва сама хотела отправить Сульберга на тот свет за то, что он заставлял ее так нервничать. Да, она любила его, как своего лучшего друга, но, согласитесь, за такие выкрутасы можно было и шею свернуть. - Мун, неужели соизволила явиться на пары под конец цикла? - спросил ввалившийся в кабинет профессор Сульберг, - И где твой дружок? - Простите, сэр, возникли... непредвиденные обстоятельства, - Эва запнулась, когда Мара странно на нее покосилась, - Я не знаю, где Алекс. Говорил, что придет. - Пришел, - фыркнул Сульберг младший, чуть ли не с ноги толкая дверь в аудиторию и занимая свое место рядом с Мун. Прекрасно. Теперь Александр довел до белого каления не только ее, но и собственного отца, который, на поверку, оказывался человеком достаточно нервным. Эва была уверена, что, помимо ночи, проведенной в морге, Сульберг старший заставит ее и Алекса заняться еще каким-нибудь дерьмом из разряда "разрежь чей-нибудь мочевой пузырь". Задание не из приятных, но Эва согласна на все, лишь бы поговорить с Алексом наедине и попытаться вправить ему мозги. Хотя, его сложившаяся ситуация, казалось, совершенно не волновала. Он вальяжно развалился рядом с Эвой, цокая языком. Конечно, он же еще не в курсе, что к ней недавно наведывался Рио и требовал назад свои деньги. Господи, да она даже знать не знала о таких делах Сульберга, откуда у нее вообще могут взяться сведения о тех деньгах, которые Алекс, по словам Рио, благополучно украл?! - Мисс Мун, - оборвал поток ее мыслей профессор, швыряя в нее свой ежедневник, - Надеюсь, вы помните, чем чреваты прогулы у меня на парах. Эва кивнула и потерла ушибленную щеку. Старый пердун. - Вот и хорошо, - ответил Сульберг старший и фыркнул, - Значит сегодня вы и Алекс остаетесь в морге и доделываете за меня всю грязную работу. Это ясно? - Кристально, - ответил Алекс и вытянул губы в трубочку, продолжая бесить своего отца. Эва пихнула его в бок. Пора бы ему прекратить бесить папашу. Он же прекрасно знал, что и без подколов Алекса, Сульберг старший был достаточно нервным, если не взрывным человеком. Что уж там говорить, он только что швырнулся в ее собственным ежедневником. Ну чем не взрыв? - Надеюсь, ты взяла с собой зубную щетку? - спросил Алекс, слегка наклоняясь к ней. - О да, - ответила она, скривив губы, - И не только ее. - Что, и вибратор прихватила? - вдруг пошутил он, а Эва поперхнулась собственной слюной, - Молодец, девочка, все для себя делаешь. Эва злобно зыркнула на Алекса. - Ну уж скорее для твоей задницы, мудила, - прошипела она. Правда, Алекс так ее и не услышал.

***

Ночь наступила достаточно быстро. Мысли, роящиеся в голове Мун, помогли скоротать время. Она, если честно, даже не помнила, как дошла до кофейни, чтобы купить себе эклеров и сэндвич или как успела доплестись до собственной квартиры, чтобы взять кое-какие тетради для ночного времяпрепровождения. С Сульбергом после окончания последней лекции Эва не разговаривала. Ей хотелось сохранить нервы до их ночного разговора. Она уже была готова к тому, что он будет достаточно тяжелым, и что Алекс вряд ли примет недовольство Эвы с распростертыми объятиями. Это и было объяснимо: какой нормальный человек захочет по собственной воле расстаться с огромными деньгами? Хотя, Сульберг, наверное, уже промотал половину, если не больше. Мун до сих пор никак не могла понять, как можно быть настолько ветреным человеком? Насколько Эва могла судить, Алекс всегда был шалопаем, однако никогда, за все то время, пока они знакомы, он не позволял себе таких выходок. Хотя, черт его знает, что там ее лучший друг делал за закрытыми дверьми, ведь, как оказалось, Алекс не посвящал Эву в огромную часть своей жизни. А стоило бы. Несмотря на то, что она пыталась бы вправить ему мозги, Мун ни за что не бросила бы друга в беде, если бы ему вдруг понадобилась помощь. Она не из тех, кто просто разворачивается и уходит. Даже сейчас, когда на кону стояла ее собственная голова, Эва была готова попробовать исправить ситуацию. Толкнув тяжелую дверь в препаровочную, Эва слегка поморщилась и поправила падающую с плеча лямку сумки. Профессор Сульберг очень любил издеваться над своими студентами, поэтому не позволял им оставаться в кабинетах патологоанатомов этажом выше. Он заставлял своих студентов всю ночь проводить в препаровочной: заполнять там документы, спать и есть там, и, при необходимости, заканчивать вскрытия и приводить трупы в порядок. Такое себе наказание, согласитесь. Даже Эва, несмотря на свою не брезгливость, не хотела оставаться на ночь в морге. Хотя, пару раз уже приходилось, и именно в одну из таких ночей она и Алекс обнаружили тело Теодора. При одной только мысли об этом Мун передернуло. Она заняла самое дальнее от трупов место: небольшой столик с высоким крутящимся стулом в самом дальнем углу препаровочной. В подвале было холодно, поэтому она накинула на плечи свой шерстяной шарф. Взглянув на часы, Эва выдохнула и раздраженно сжала переносицу. Половина восьмого, а Александра все еще не было. Конечно, Эва была в курсе, что ее другу явно не доставало пунктуальности, однако она волей-неволей начала задаваться вопросом, а появится ли он вообще? Или как обычно свалит всю работу на нее? Как и в деле с Рио? Правда, мозгами Эва понимала, что Сульберг мог и не знать о том, что Рио посетил ее квартиру и благополучно угрожал размозжить ей голову. Эва поежилась и, чтобы отвлечься, стала копаться в специально оставленных для них папках. Протоколы вскрытия, которые нужно изучить, записи с диктофона, которые нужно расшифровать и перенести в письменную форму. Плюс препараты, которые нужно отпрепарировать и правильно обработать формалином. Еще Сульберг оставил для них несколько баночек для гистологического исследования, которое "нужно непременно произвести сегодня". Да ей за всю ночь не управиться. - Привет, красотка, - услышала она голос Алекса, когда дверь в морг противно скрипнула, - Скучаешь? - Да, конечно, - ответила она, уныло покусывая ручку, - Без тебя тут скука смертная. - Учишься черному юмору? - поинтересовался Сульберг и поставил на стол перед ней упаковку вкусно пахнущих булочек с кленовым сиропом. Эва не ответила. Она лишь глубоко вдохнула приятный запах свежей выпечки и задумалась о том, как начать и вообще, как преподнести другу этот разговор. Если она начнет издалека, то Сульберг наверняка запутает ее так, что она даже забудет, о чем хотела поговорить. Если спросить у него в лоб... Ну, собственно, в этом способе были и плюсы, и минусы. Плюс состоял в том, что тогда Алекс не отвертится от разговора с ней, а минус - просто свалит, не желая заводить разговор на эту тему. Единственное, на что Мун надеялась в этой ситуации, так это на его благоразумие и его теплые дружеские чувства по отношению к ней. Ну не даст же он Рио застрелить ее, правда? - Алекс, - начала она, - Нам надо поговорить. - Неужели ты наконец-то одумалась и решила ответить согласием на мои ухаживания? - он плюхнулся в кресло, стоявшее чуть поодаль от того стола, за которым устроилась она, - Я польщен. - Нет, это не о тебе, - ответила она и тут же помотала головой, - Точнее, не совсем о тебе. - О Шистаде? - спросил он, сложив руки на животе. Его имя пощечиной пробежало по ее лицу, и Эва на мгновение забыла, что хотела завести разговор о Рио. Она совсем и забыла о том, что произошло между ними, да и если честно, этот поцелуй и все слова, сказанные Крисом, были последним, о чем она думала. Хотя Мун и не могла отрицать того, что эта встреча задела ее чувства сильнее, чем ей того хотелось бы. Наверное, таких эмоций, которые она испытывала, просто находясь рядом с Крисом, она не испытывала даже тогда, когда встречалась с Юнасом, а он, на минутку, был ее первой любовью. Не самой лучшей, но первой. Нельзя сказать, что она была влюблена в Криса: скорее, это было обыкновенное желание, которое овладело ей, когда она позволила себе поцеловать его на той вечеринке. Именно из-за этого потом и начались проблемы. Если бы она знала, что все закончится так плохо, то никогда бы и не согласилась туда идти. Мун не могла отрицать того, что даже сейчас Крис был неотразим, да и он, кажется, был в курсе этого и умело пользовался данным "благословением" неизвестно кого. От Шистада были одни проблемы: она на своей шкуре убедилась в этом, однако почему-то тогда, когда она еще училась в старшей школе Ниссен, ей в голову не приходило то, что эти проблемы могут в результате с плеч Шистада перекочевать к ней. Только вот ему они приносили удачу, а на Эву вылили целый обух дерьма, которого она "с удовольствием" нахлебалась. Повторять ошибки прошлого ей не хотелось, как и думать о Крисе, поэтому она помотала головой, чтобы отогнать от себя мысли о нем. В конце концов, первоочередной задачей был разговор с Алексом, а о Шистаде она подумает как-нибудь потом, когда Рио не будет охотиться за головой ее друга и ее же собственной. - О Рио, - ответила Эва, на мгновение задерживая дыхание. Эва заметила все изменения, которые произошли с Алексом за одну секунду: он выпрямился, губы сжались в тонкую линию, а все мышцы его тела напряглись так сильно, что их рельеф можно было отчетливо разглядеть сквозь толстую черную водолазку. Сульберг явно не ожидал, что Эва поднимет разговор об этом человеке, черт, да он даже был не в курсе, что Мун знала о Рио. И откуда, интересно? - Что, прости? - поинтересовался он, и Эва непроизвольно сжалась ото льда, присутствующего в его голосе. - Я хочу поговорить с тобой о Рио, - повторила она еще раз. - Откуда ты о нем знаешь? - От верблюда, - огрызнулась Эва и почти сразу пожалела об этом. Сульберг клацнул зубами и в мгновение ока оказался напротив ее стола. Он уперся руками в железную поверхность и царапнул короткими ногтями по ровной поверхности. Эва сгорбилась и отвела взгляд, не в состоянии смотреть на своего друга. Сейчас Алекс выглядел достаточно устрашающе. - Эва, - начал он, явно пытаясь подавить злость в голосе, - Я повторю свой вопрос: откуда ты его знаешь? - Алекс, он влез ко мне в квартиру со своими амбалами, наставил на меня пистолет и сказал, чтобы я передала тебе, что он ждет, когда ты вернешь ему все украденные деньги, - ответила Эва, сперва прочистив горло, - А потом он сказал, что если ты будешь не в состоянии это сделать, то расплачиваться за все придется мне. В препаровочной повисла гробовая тишина. Александр сверлил в ее голове дырку, пытаясь понять, разводит она его или же говорит серьезно. От Эвы, по его мнению, в последнее время можно было ожидать чего угодно, в том числе и таких приколов. Хотя, версия, которую она изложила, вполне себе была в духе Рио. Именно поэтому он не хотел, чтобы Мун ввязывалась во все это дерьмо: она - лакомый кусочек для любого бандита, ведь девушки, как правило, в таком бизнесе, который вел Рио, приносили немалый доход. Хотя, Сульбергу, наверное, нужно было догадаться о том, что если Рио не получит необходимого от него, то придет к Эве и будет заниматься вымогательством уже в жизни Мун. Выдохнув, Алекс опустил голову и сжал край стола. Все планы, которые он успел выстроить у себя в голове, сейчас рушились. Он понимал, что в данной ситуации лучше с Рио не спорить и отдать ему деньги, но, с другой стороны, откуда ему взять такую сумму, если он уже ее потратил? - Ты все потратил, не так ли? - Мун не надо было долго всматриваться в его лицо, чтобы понять, что Сульберг растранжирил все до последней монетки. - Нет, - соврал он, но Эве и этого было достаточно. - Бляmь, Алекс, ты совсем с ума сошел? - рявкнула она и закрыла лицо руками, - Не мог просто ограбить магазин?! Тогда бы ты просто загремел в тюрьму, а не сцепился бы с Рио! - Ты не поверишь, - усмехнулся он, - Но я ограбил магазин, через который Рио отмывал деньги. В этот момент Эве захотелось выброситься из окна. У Сульберга всегда и на все найдется ответ, в том числе и на такое обвинение. А ведь он даже не рассказал ей, с чего вообще началась его криминальная жизнь. Алекс лишь упомянул о том, что ему и Теодору нужны были деньги, а каким образом они их заработали и где - Эва не знала. Да и лучше бы она продолжала находиться в неведении относительно их незаконной активности. Целее бы была. - А ты не мог найти другой магазин? - спросила она, надеясь на нормальный ответ. - Откуда я знал, что им управляет Рио? - рявкнул он, резко задрав голову, - На табличке не написано, что он принадлежит бандитам. - Ладно, Алекс, мне глубоко наплевать, откуда ты взял эти деньги, я даже знать не хочу, - сказала она, помотав головой, - Найди способ вернуть их ему. - Сколько времени он дал? Пауза. - Три дня, - с этими словами она выудила из кармана телефон, который дал ей Рио, - Он сказал, что отправит сюда все данные. - Тогда, кажется, пора искать деньги. Да неужели. *** Наверное, нужно было заранее приготовиться к тому, что всю сумму Алекс, конечно же, не соберет. Хотя, насколько Эва могла судить, Алекс не собрал даже половины. Дай Боже, если там каким-то чудом четверть образуется. Эва помогала Сульбергу собирать деньги: она заложила несколько своих дорогих украшений, подаренных отчимом. Ей они ни к чему, а Сульбергу нужны были деньги. Александр продал одну из своих машин, правда, за куда меньшую цену, чем купил ее изначально. Ну, неудивительно: кто захочет покупать машину, на которой отчетливо виднелась дырка от пули? Им еще повезло, что на них в полицию не заявили: тогда бы ни Алекс, ни даже Эва не отвертелись от допроса и, возможно, тюремного заключения. И как бы она это объяснила родителям? Простите, мам, пап, но я чисто случайно узнала о том, что мой друг - гангстер, а я лично не имею к этому никакого отношения? Глупо. Очень глупо. Даже в голове это кажется слишком тупым оправданием. На часах было почти девять, на улице - собачий холод, и ни Алекс, ни Рио еще не появились. Эва, как дурочка, стояла посреди указанной детской площадки в центральном парке Осло и тряслась от холода. В ее голове уже пятьсот раз пронеслась мысль о том, что ей вообще не стоило приходить на эту встречу: надо было позволить Алексу самому расхлебывать заваренную кашу, однако Эва посчитала нужным поддержать друга. Правда сейчас, простаивая на холоде уже минут тридцать, Мун хотела все бросить и убежать куда глаза глядят. Неужели ей в жизни не хватало приключений? Именно из-за этих приключений ее жизнь, еще в старшей школе, затрещала по швам. Хоть какое-то время ей хотелось пожить спокойно, чтобы никто не трогал и не посягал на ее уединение. Но она же не скажет об этом Сульбергу, который постоянно нарушал ее личное пространство своими выходками? И, уж тем более, она не станет распространяться об этом Рио, который лишь посмеется, а затем пустит ей пулю в лоб за то, что она не умеет держать язык за зубами. Взглянув на часы еще раз, Эва звучно выругалась. Пятнадцать минут десятого, а вокруг по-прежнему никого не было. Может быть, они решили разыграть ее таким образом и на самом деле никакого Рио и в помине не было? Вполне похоже на Сульберга. Если это действительно так, и она просто так морозила задницу в центральном парке после восьми вечера, Эва надает ему таких звездюлей, что Сульберг еще очень долго не сможет сидеть. - Привет, красавица, - услышала она знакомый голос из-за спины, - Где свое чудовище потеряла? - волоски на теле встали дыбом. Эва обернулась и обнаружила позади себя Рио, неизменно в компании двух громил, с которыми он вломился к ней в квартиру. Почему-то сейчас она чувствовала себя намного более уязвимой, чем тогда. Три дня назад она, по крайней мере, находилась на своей территории и, если что-то пошло бы не так, ее труп сразу же обнаружили бы. Сейчас же ситуация была диаметрально противоположной: насколько Эва поняла, они находились на его территории, и теперь, при всем желании, она не сможет никуда убежать. Эва озиралась по сторонам, словно загнанное в ловушку животное, силясь разглядеть, не прячутся ли в тенях люди Рио. Вроде бы, никого не было, однако никакого успокоения это не приносило. Интересно, как долго ей ждать Алекса? С ним рядом она, по крайней мере, будет чувствовать себя увереннее. - Должен скоро появиться, - ответила она, сглотнув вязкую слюну. Рио усмехнулся и шмыгнул носом. Он остановился метрах в трех от нее, следил за каждым ее движением так, будто она была его добычей. Ей становилось не по себе под его взглядом, но она изо всех сил старалась не ежиться. Эва пыталась сделать вид, что ей не страшно: она выпрямила спину, сжала губы и даже с вызовом посмотрела ему в глаза, однако почти сразу пожалела об этом. Два черных омута смотрели с такой насмешкой и презрением, что ей захотелось провалиться сквозь землю. Если честно, ей никогда не было так страшно: даже если он сейчас застрелит ее или сделает что-нибудь другое (о чем она думать не хотела), никто и никогда не узнает о том, что произошло. В это время в центральном парке, а уж тем более на детской площадке этого же самого парка, не было никого, кто мог бы стать случайным свидетелем и вызвать полицию. Ну где же Алекс? - Не переживай, милая, - начал Рио, явно почувствовав нарастающую внутри Эвы панику, - Я уже поговорил с Алексом. Эва встрепенулась, но, внимательно поглядев на Рио, поняла, что их разговор ничем хорошим не закончился. Интересно, Сульберг был еще жив? - Что ты с ним сделал? - спросила она, и, о Боже, как же ей хотелось, чтобы ее голос звучал увереннее. - Он жив, не дергайся, - Рио усмехнулся и провел подушечкой большого пальца по нижней губе, - Правда, некоторое время походит с повязками. Но ты же ему поможешь, правда? Ты же вроде как врач. Эва сглотнула. В голове сразу же пронеслись сотни картинок того, как Алекс, раненный и избитый, лежал где-нибудь на улице в ожидании того, что один из Уикендов приедет и заберет его. Потому что Эва не могла. Она разговаривала с монстром, который теперь, кажется, переключил все свое внимание с Алекса на нее саму. Она и не заметила, как Рио сократил между ними расстояние: теперь ей достаточно было вытянуть руку, чтобы коснуться его кожаной куртки и объемного шерстяного шарфа, тоже черного цвета. В ночной темноте центрального парка она не могла как следует разглядеть окружающую обстановку. Единственное, что она видела достаточно отчетливо, была рукоятка его натертого до блеска пистолета. Она сверкала на фоне его черной одежды, торчала из-за ремня его брюк. Эву бросило в дрожь: она чувствовала, как паника волнами пробегала по ее телу. Она понимала, что Рио заметил, как тряслись ее руки. Наверное, его это даже забавляло. Возможно, если бы она обладала такой же силой, как и Рио, тоже смеялась бы над слабаками. Но Эва, к сожалению, в сравнении со стоявшим напротив нее человеком, была лишь насекомым, которого этот самый человек мог раздавить без особого труда. - Итак, милая, - начал Рио, слегка наклоняя голову влево, - Ты помнишь, о чем мы с тобой условились? - Я с тобой ни о чем не договаривалась, - отрезала Эва и мысленно отругала себя за то, что она не умела держать язык за зубами. Рио засмеялся. Искренне. На мгновение ей даже показалось, что у него приятный смех и красивая улыбка, однако это ощущение исчезло ровно в тот момент, когда он резко выпрямился и сократил расстояние между ними до минимума. - Мне глубоко насрать, что ты там себе напридумывала вот тут, - он ткнул ее пальцем в лоб, - Сульберг не вернул мне деньги. Он получил за этой свой урок. Скажи спасибо, что я его не убил. - Спасибо, - сдавленно выпалила Эва, стараясь не смотреть мужчине в глаза. - А если он не вернул мне деньги, это значит, что за него будешь расплачиваться ты, - сказал он, приподнимая ее голову за подбородок так, чтобы она смотрела прямо ему в глаза. По позвоночнику пробежала дрожь, и Эва была уверена в том, что Рио также это заметил. Она знала, что его это забавляло. - Я не проститутка. Рио вновь засмеялся: на этот раз его смех бархатом прошелся по ее коже, а горячее дыхание обожгло замерзшие щеки. Он наклонился к самому уху, так, что его губы почти касались ее ушной раковины, и Эва могла поклясться, что ноги вот-вот ее подведут. - Я и не собирался заставлять тебя торговать своим телом, - он не смотрел на нее, но чувство у нее возникло такое, как будто он взглядом впился в изгибы ее фигуры, - Но если тебе это по нраву.. - Нет, - она прервала его прежде, чем он успел закончить, - Я сделаю все, что угодно, чтобы отвязаться от тебя, но только не это. - Послушная девочка, - она почувствовала, как он улыбнулся. Эва могла поклясться, что его зубы царапнули ее за мочку уха. - Ты же знаешь, что наша работа достаточно... опасная, - продолжил он, слегка отстранившись, - Поэтому, ты будешь латать моих парней каждый раз, когда я об этом попрошу. - Но я даже не врач, - сказала она, помотав головой. - Но ты же препарируешь трупы, - он пожал плечами, - Все то же самое, милая. - А если что-то пойдет не так, и один из твоих парней умрет? - спросила она, уже заранее зная ответ. - Значит, ты последуешь за ним, - с этими словами он кинул ей совершенно новый айфон. Эва поймала телефон, правда, куда более неуклюже, чем ей хотелось бы. Новая техника почти вылетела из ее рук. Она поглядела на экран: на нем в качестве обоев была установлена фотография улыбающегося Рио, который показывал ей жест "пальцы вверх". Вот же ирония. - Это чтобы ты не забывала, на кого работаешь, - сказал он, разворачиваясь на пятках и шагая прочь, - Скоро получишь свое первое задание. Связываться со мной будешь через моего парнишку, - он указал на лысого громилу, все еще во все глаза смотрящего на Эву. Вот это парнишка, однако. - И давай без шуток, Эва, - сказал он напоследок, - Я же знаю, что ты не хочешь меня расстроить. Когда Рио ушел, оставив за собой лишь шлейф дорогого парфюма, Эву трясло еще час. Она просидела на качелях до одиннадцати вечера, и только после того, как промерзла до самых костей настолько, что не могла больше соображать, отправилась домой. И во что же она, мать вашу, вляпалась?