семь причин.

— Ты живешь один? — спросил Джерард, как только я открыл дверь и пропустил его в квартиру. — Я живу один с шестнадцати лет, — усмехнулся я, бросая ключи на обувную полку и снимая кеды, — чего встал? Разувайся, — я кивнул парню и ушел на кухню, чтобы поставить чайник. Через некоторое время Джерард появился в дверном проёме и, облокотившись о косяк, смотрел на меня. — Я думаю, тебе надо принять душ, — я мягко улыбнулся парню, — ванная направо по коридору. Я принесу тебе полотенце и чистую одежду, — парень кивнул и направился в душ. Я пошел в спальню и, открыв шкаф, разглядывал содержимое. Взяв полотенце и чистые вещи, я пошел к Джерарду. Я не знаю, подойдут ли ему эти вещи, но надеюсь, что да. Я постучал в дверь и, не услышав ничего, кроме шума воды, аккуратно вошел внутрь. — Я оставлю полотенце и одежду на стиральной машине, — сказал я и, оставив всё там, вышел. Джерард вышел из душа, когда я уже разливал чай по кружкам. Я посмотрел на парня. Моя футболка висела на нем, как мешок, потому что он был худой до невообразимости. Только сейчас, когда мы находились в хорошо освещенной кухне, я увидел, насколько бледной была его кожа.  — Ты голоден? — спросил я. Юноша закивал головой и сел за стол. Я заглянул в холодильник в надежде, что там что-нибудь есть. Ведь я обычно не ем дома, либо заказываю пиццу или китайскую еду. Но, на моё счастье, в холодильнике было немного сосисок (интересно, сколько им лет?), какой-то соус и пара яиц. Так как я не был уверен, можно ли употреблять в пищу эти продукты, я закрыл холодильник и повернулся к юноше. — Закажем пиццу? — тот улыбнулся и кивнул. После того, как две огромные пиццы были съедены, мы сидели на диване, облокотившись о спинку и смотрели какую-то передачу по телевизору. — Итак, — начал я, — ты же помнишь о том, что обязан мне рассказать, что толкнуло тебя сесть на иглу? — я повернул голову и посмотрел на юношу. Он закрыл глаза, глубоко вздохнув. — Знаешь, — после недолгого молчания заговорил Джерард, — это довольно долгая история, а я слишком устал, чтобы рассказывать её сегодня. — Ладно, — ответил я, — давай я постелю тебе. Отдохнешь, а завтра всё расскажешь. Идёт? — я поднялся и, потянувшись, посмотрел на парня, который сидел всё также с закрытыми глазами. — Хей, Джерард? — нет ответа. Кажется, он уснул. Я вздохнул и, аккуратно взяв его на руки, понёс в спальню. Что ж, посплю сегодня на диване. Уложив парня на кровать, я взял из шкафа постельное бельё и вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь за собой. Устроив себе царское ложе, я плюхнулся на него и, как только моя голова коснулась подушки, я уснул.

***

Проснулся я не от навязчивых солнечных лучей, бьющих в глаза, не от проклятого будильника, который обрывает твой сон на самом интересном месте какой-то дурацкой песней. Проснулся я от того, что что-то давит мне на грудь. Открыв глаза, я понял, что это был пол. Я упал с дивана. Поднявшись, я начал вспоминать события вчерашнего вечера. Так, который час? Девять утра — гласил светящийся экран мобильника. Я взял телефон в руки и увидел пропущенный звонок от мамы. Так, сегодня суббота, я обещал приехать. Но что мне делать с парнем, который сейчас спит в моей кровати, пуская слюни в подушку? Позвоню маме и скажу, что не смогу приехать. Спустя пару гудков, в трубке раздался радостный мамин голос. — Фрэнки, привет, сынок. — Привет, мам, — я потёр глаза и пошел к спальне, — слушай, тут такое дело, в общем, я не смогу приехать сегодня, много работы, — я открыл дверь в спальню и в шоке уставился на пустую кровать. — Ох, а отпроситься никак не… — Мам, я тебе перезвоню, — быстро сказал я и сбросил вызов. Я зашел в комнату и огляделся. Джерарда здесь не было. Я провел рукой по постели. Холодная. Значит, Джерард давно встал. Подумав, что он может быть в ванной, я направился туда. Никого. Кухня тоже пуста. Джерарда нет в квартире. Он же обещал, что не уйдёт! И зачем я ему поверил? Я взъерошил волосы и, вздохнув, упер руки в бока. Почувствовав что-то неладное, я похлопал по карманам. Чёрт! Бумажник пропал! Я точно помню, что он был в моём кармане! На всякий случай перевернув всю квартиру вверх дном, я убедился, что мой бумажник совершенно точно пропал. Причём пропал вместе с Джерардом. Вот подонок! Он спёр половину моей зарплаты, на которую я должен был жить еще две недели. Айеро, кто тебя просил приводить его в дом? Теперь сиди без денег, голодай. Я рухнул на диван. Что теперь делать? Для начала нужно раздобыть немного денег, ведь умирать голодной смертью мне не хочется. Можно еще обратиться в полицию. Ой, да кто будет искать чертова наркомана по всему Нью-Джерси?! Никто. А если и найдут, то вряд ли я получу свои деньги назад. Сейчас мне было абсолютно не жалко Джерарда. Я был зол на него. И даже если он умрёт в каком-нибудь переулке от передозировки, мне будет абсолютно плевать. Я набрал номер старого знакомого. — Фрэнк? Привет. Как дела? Давно от тебя не было новостей, — раздался в трубке приятный мужской голос. — Привет, Боб. Дела что-то хреново, — я решил перейти сразу к делу, — слушай, не мог бы ты занять мне немного денег до зарплаты? У меня спёрли бумажник, а умирать голодной смертью я не хочу, — я нервно засмеялся, надеясь на положительный ответ. — Конечно, приятель, — добродушно ответил мужчина, — встретимся в кафе возле моей работы через полчаса, идёт? — Да, отлично, спасибо большое, — я улыбнулся и отключился. Через полчаса мы с Бобом сидели в кафе, и я рассказывал увлекательную историю пропажи моих денег. Дослушав меня, мужчина покачал головой и с улыбкой произнес: — Да-а, вечно ты во что-то влипаешь. Что делать-то будешь? — Ничего. — В смысле — «ничего»? — Боб посмотрел на меня с непониманием. — В прямом. Ничего не буду делать. Пусть оставит эти деньги себе, — я пожал плечами, — он гонится за смертью, так зачем ему мешать? — Боб задумчиво поджал губы и кивнул. — Ну, дело твоё, — я улыбнулся, — ладно, мне пора. Рад был повидаться, Фрэнки, — мужчина встал из-за стола и улыбнулся мне. — Я тоже, — встаю, — и спасибо большое за деньги, ты меня очень выручил. — Обращайся. Мы вышли из кафе и, пожав друг другу руки, пошли в разные стороны. Боб — на работу, я — домой.

***

Я уже минут пять стоял, опираясь плечом о фонарный столб, и смотрел, как какая-то кампания парней кого-то прессует. Я думал, стоит ли мне вмешиваться. Одна часть меня говорила, что я должен, но вторая часть неистово кричала, чтобы я не лез не в своё дело. Айеро, тебя жизнь ничему не учит? Ты уже один раз вмешался, и что из этого вышло? Так что иди куда шел. Я достал сигарету и закурил. И я бы, конечно, послушал вторую часть, если бы эти парни не расступились и я бы не увидел, кого они достают. Это был Джерард. Он что-то им объяснял, смотря в землю, а парни смеялись и периодически толкали его. Затем один из парней, который был крупнее всех, и крупнее самого Джерарда раза в два, взял его за грудки и прижал к стене, так, что ноги парнишки оторвались от земли. Джерард замахал руками, что-то говоря. Амбал отступил, и юноша достал из кармана деньги. Вероятнее всего, это были мои деньги! Он протянул их ребятам, и они, потрепав парня по волосам, ушли. Твой выход, Фрэнк. Иди и разберись с ним. Я выкинул докуренную сигарету и направился к парню. — Эй! — крикнул я, подходя к нему. Юноша обернулся и, увидев меня, бросился бежать. Я побежал за ним. Парень перебежал дорогу и оказался в толпе людей. — Сука! — выругался я, понимая, что догонять его дальше нет смысла. Закурив еще одну сигарету, я направился домой. Я просто забуду про вчерашний день. Я забуду этого парня. Я буду жить нормальной жизнью. Будто бы всего этого и не было.