Стеклянные дома (Glass Houses)

Глава 255 Как только Наги отошел с ним в сторону, Шульдих спросил: - О чем же ты хотел со мной поговорить? Я сомневаюсь, что ты хотел рассказать мне, что отвел Айю в кусты и отлично провел там с ним время экскурсии… о черт, это прекрасная мысль. - Было б неплохо, но нет. - Эхх. ~ Все это время Айя общался со мной телепатически. Уверен, ты будешь в восторге от того, что у тебя станет меньше работы. ~ ~ О, я уже. Как думаешь, чей дар он тогда слямзил? ~ ~ Понятия не имею. Я, в отличие от некоторых, все-таки не телепат по основной специальности. ~ ~ Да уж. Я рад, что он наконец взялся за это сам. Люди гораздо лучше работают, когда устанавливают планку для себя самостоятельно, чем в ограничениях, навязанных извне. ~ ~ Меня поражает, как быстро ты находишь оправдания, лишь бы ничего не делать. ~ ~ Мне придется проверить его, чтобы убедиться, что все идет нормально. ~ И если Айе это не понравится - уж конечно нет - тем лучше. Это заставило Шульдиха ухмыльнуться. ~ Он сказал, что такие долгие переговоры во время всей поездки вызвали у него головную боль. ~ ~ Спасибо. Я это учту. ~ - Почему тебе так не терпится? - спросил Наги вслух. - Я бы так не сказал. - А вот и да. - Если тебе так уж надо знать, мне нужно кое-что сделать, и это может вывести Брэда из себя. - Ты ж это обожаешь. - Ты всегда это знал, малыш. А что насчет тебя? - Я думаю, пойду в свою комнату, проверю электронную почту. - И ответишь бабуле? Наги вздохнул. - Она заставляет меня жалеть о том, что я желал иметь семью, заинтересованную в моей частной жизни. Шульдих криво усмехнулся. - Я-то думал, это моя прерогатива. - Твоя тоже. Она просто неожиданное дополнение. - Да уж, она не из тех тихих бабушек-божьих одуванчиков, которые довольствуются тем, что их обманывают, когда не хотят иметь с ними дела. Все, что захочет, она выскажет тебе прямо в лицо. - Я отвечу ей, когда буду готов, и если это ей не понравится, буду жестким. - Желаю удачи с этим. Увидимся позже за ужином, это обязательно. - Да уж я в курсе. Когда они подошли к Брэду, который уже собрал вещи и бы готов уходить, Наги кивнул Шульдиху и направился к своему коттеджу. Брэд спросил: - Какие у тебя планы? - Я собираюсь поплавать перед ужином. Только нужно зайти в коттедж переодеться в костюм и нанести солнцезащитный крем. - А я буду расслабляться дома, пока ты все это делаешь. Достаточно солнца на сегодня. Думая о своих планах на Брэда, Шульдих улыбнулся. Возможно, Брэд нашел бы некоторые из них расслабляющими. “Веди нас, о бесстрашный лидер”. ****************************************************** У Наги не было намерения немедленно отвечать на письмо матери Кроуфорда, но он не мог справиться со своим любопытством, так что пришлось открыть ее послание. Он вынужден был бегло просмотреть ту часть, где она изливала свои чувства по поводу того, как мило он выглядел на той фотографии… и убить Кроуфорда за это позже. Она хотела знать, как дела у его “молодого человека”, и Наги совсем не знал, что на это отвечать. Стоило ли сообщить ей о своем разрыве? Да не то чтобы. К тому же, он не знал, чем Оми сейчас занимался, хотя и желал ему всего самого лучшего и надеялся, что он счастлив. К сожалению, он понимал, что вероятнее всего Оми сейчас страдает, как в личном, так и в профессиональном плане. Размышления о нем снова заставили Наги скучать по нему и думать, ну как же он там; поэтому он был раздосадован, что она подняла эту тему. У него будет больше времени разобраться с этим, когда он вернется в Японию. Мать Кроуфорда также сообщала о жизни Мисодзи в их семье: о его интересе к фотографии, его успехи в школе, и как он прекрасно ладит с ее мужем, какая между ними установилась теплая связь. И пока Наги собирался сказать, что ему нахрен не сдалось знать, что там делает его он - много ли вы заботитесь об обрезках своих ногтей? - он был вынужден признать, что чувствует некоторую гордость за интеллектуальные успехи своего клона и за его достижения. И даже некоторую ревность к его нынешней семейной устроенности. Однако, если она насильно “вдохновила” его на этот интерес к фотографии, Наги был бы взбешен. Мисодзи заслуживал возможности найти свой собственный путь и интересы. Семья порождала множество проблем. Чтобы расслабиться, он загрузил шутер от первого лица. ****************************************************** Кроуфорд понимал, что у Шульдиха какие-то планы на уме; это было очевидно любому, кто его знал. Но какие? Будет ли это удовольствием или болью в заднице? Зная Шульдиха, скорее последнее, но наказания “на всякий случай” редко оказывали желаемое воздействие на его телепата. У Шульдиха было достаточно мазохистических черт в характере, чтобы рассматривать боль и дискомфорт как приемлемую цену за свои проделки. Кроме того, утренние происшествия сделали Шульдихов бикфордов шнур еще короче. Если бы у него было задумано что-то взаимно приятное, а он получил бы от Кроуфорда “упреждающее наказание”, то разозлится, и это можно понять. Ох, Шульдих просто не понимает, на сколько компромиссов Кроуфорду приходится идти ради него. Однако Кроуфорд не любил ждать, если не был вынужден, поэтому он открылся для любых предчувствий, которые могли его посетить. Он разжался, как пружина, и это помогло. Напряженная борьба за то, чтобы выцарапать видения у будущего, тоже иногда работали, но всегда приходилось расплачиваться на физическом уровне. Сегодняшний предмет его любопытства не стоил даже головной боли, хотя теперь уж в случае чего хотя бы волосы не поседеют больше, чем сейчас. Да и к тому же команда на каникулах, и он хотел развлечься. Рассиживать на пляже, бесконечно распивая алкогольные напитки, любуясь живописным видом, когда отрываешься от работы, было довольно расслабляюще, но он не собирался заниматься этим все время. Удалось почувствовать будущее на самом краю предвидения, как будто на кончике языка, но так близко. Он вдруг увидел Шульдиха, который появился в комнате рядом с ним. Шульдих отбросил назад свои мокрые волосы; на нем был весьма откровенный водолазный костюм с широким белым ремнем и ножом в ножнах, и это смотрелось так знакомо и сексуально. Настолько открытый костюм, какие выпускает только фирма Спидо, - на самом деле он был более сдержанным, чем обычное нижнее белье, которое носил Шульдих, но что-то в этом сочетании с ножом… Кроуфорд понял. Это был оммаж к Ханни Райдер из “Доктора Но”, и Шульдих сделал бы это только ради него, чтобы возбудить его чувства. Сочетание чисто физической привлекательности и этого стремления довело страсть Кроуфорда в будущем и в настоящем до точки кипения. Его будущая копия набросилась на Шульдиха. Зачем ждать? Как только видение померкло, Кроуфорд отправился в спальню и насладился видом Шульдиха, склонившегося над кроватью в своем белом узком Спидо. Он собирался надеть ножны с ножом. Каким-то образом Шульдих утратил часть своих царапин и синяков на спине, но об этом Кроуфорд собирался поговорить позже. Глядя на Кроуфорда через плечо и позволяя ему разглядывать свою задницу, Шульдих промурлыкал: - Брэд, что за внезапная волна похоти? Не то чтобы я жаловался. - Я видел будущее. Кроуфорд подошел к нему и потянул к себе, заключая в объятия, позволяя почувстовать свой интерес - и отвердевший член - как можно ближе. - И мне оно понравилось. Шульдих тоже уже щеголял ответной эрекцией, которая натянула ткань его водолазного костюма. Когда Кроуфорд погладил его ладонью по всей длине, Шульдих толкнулся задницей, распутно и очень призывно. Кроуфорд хотел его, и хотел прямо сейчас. Он зацепил верхнюю часть Спидо большими пальцами, сдернул его вниз одним резким движением, и улыбнулся, когда Шульдих отшвырнул костюм ногой, едва тот упал к его лодыжкам. Шульдих сел на кровать, раздвинул ноги, схватил тюбик смазки, быстро увлажнил свои пальцы и немедленно протолкнул два в себя, запрокинув голову. Он стонал, трахая себя пальцами, готовясь прямо и открыто, бесстыдно и чертовски горячо. Позже Кроуфорд подумает, что иметь в любовниках телепата, которому не нужно объяснять такие вещи - прекрасная экономия времени; сейчас он просто смотрел на своего любовника, расстегивая штаны, снимая их вместе с нижним бельем и надевая презерватив. Как только Кроуфорд подумал, что кончит прямо сейчас, не прикасаясь, Шульдих вытащил пальцы и посмотрел на него особым взглядом, - отчаянным и призывным. В секунду Кроуфорд опрокинул Шульдиха на кровать, резко и быстро вознаясь в гостеприимный жар своего телепата, пока тот стонал и обвивал его ногами. Кроуфорд схватил Шульдиха за зад, притягивая ближе к себе, заставляя их обоих буквально стирать друг о друга кожу, пока они жадно трахались, целовались и долбили кроватью в стены. Иногда голые пятки Шульдиха вонзались в его спину, зад, бедра, поощряя его. Возможность заниматься любовью в отдельном коттедже, а не в квартире с членами команды за тонкими стенами позволила Кроуфорду быть громче, чем обычно. А Шульдих всегда был громким. “Да! О да! Жестче!”, - задыхался он. Кроуфорд оскалился. - Вот так? - Да, черт возьми! - Я пытаюсь. Шульдих укусил его за шею вместо ответа, что довело его до грубого, громкого, восхитительного оргазма. Когда он закончил рефлекторно толкаться вперед, успокоился, остановился и смог думать снова, то криво усмехнулся - но его телепат выглядел расстроенным. Кроуфорду хотелось сказать “Вот к чему приводит попытка меня кусать”, но не стал, потому что не был дураком копать себе яму. Он вышел из Шульдиха, взял лубрикант и, выдавив немного на ладонь, взял его член в руку. Прикрыв глаза от удовольствия, извивающийся, Шульдих был прекрасен, пока толкался в кулак Кроуфорда. Время, проведенное под солнцем, и их совместные скачки придали его коже как будто розовое свечение. Как только оргазм настиг и Шульдиха, он лениво растянулся, непристойный, сонный и ухмыляющийся. - Я собирался поплавать, но теперь у меня нет на это сил. Ты предотвратил будущее. Чувствуя себя по-настоящему расслабленным, Кроуфорд устроился рядом с ним, наслаждаясь собственным послевкусием. - Я просто подкорректировал его и сделал так, что все случилось быстрее. Думаю, если мы были хотя бы вполовину такими громкими, как я думаю, люди решат, что мы убивали друг друга. - Среди всех этих “да”, “о боже, да”, “и черт подери, давай”, которые я нес, думаю, они предположат, что хотя бы часть убийства была согласованной и добровольной”. - Мог бы для приличия хоть ноги сдвинуть. Даже для Шульдиха его нынешняя поза была чересчур. - Что? Ты устроил здесь настоящий пожар, так что мне нужен прохладный воздух”. - Это отвлекает. Кроуфорд был не в состоянии прийти в боевую готовность снова так быстро, но то, что он видел перед собой, заставляло его сделать что-нибудь со своим телепатом прямо сейчас. - Готов поспорить, - Шульдих с закрытыми глазами оскалился еще больше. Он открыто наслаждался ситуацией. - Это было нечто. Мне интересно, кстати, что вызвало мой неожиданный стояк еще до того, как ворвался в мою задницу как гребаное торнадо. Хочешь, я приоденусь так как-нибудь еще раз, даже если не соберусь пойти поплавать? Неужели он все еще хотел продолжения? Да. - Скорее всего, ты ощутил мое предчувствие, в котором мы удовлетворяли друг друга. - Да, как, собственно, и всегда. Ммм. Может быть, мне стоит попробовать появиться в этом на пляже. Ты всегда сможешь оттащить меня в коттедж, как только захочешь. Черт, может, если мы сначала выпустим пар, у нас будет меньше шансов быть арестованными за то, что ты трахаешь меня прямо там, у всех на виду. Но сначала нужно убедиться, что я способен ходить прямо. - Ты никогда не был способен ходить прямо, сколько я тебя знаю. Шульдих то ли закашлялся, то ли засмеялся, то ли и то, и другое сразу, но ответил довольно ворчливым тоном: - Тебе повезло, что ты сейчас не у меня внутри. ****************************************************** Влечение неожиданно заполнило Айю полностью, как весенний паводок. Почти утонув в нем, ощущая жесткую эрекцию, Айя пытался сохранять рассудок и контроль над своими помыслами и телом. Это не могли быть его собственные чувства, потому что у него все происходило иначе. Вот черт. Скорее всего, это был Шульдих. - Ты это чувствуешь? - спросил Айя у Фарфарелло, не глядя на него. Если бы он поднял взгляд, не смог бы сопротивляться импульсу наброситься, схватить, подмять под себя. Айя попробовал даже отодвинуться подальше, потому что тепло и тело его визави воспринимались сейчас чересчур интенсивно. Что чувствую? - рассеянно спросил Фарфарелло, не отрываясь от формирования песочных фигур. Но в его интонациях звучала отвлеченная рассеянность занятого человека, не расслабленная рассеянность возбужденного. - Волну похоти. - Нет, но может, это потому что я полностью закрепился в теле, чтобы чувствовать себя лучше. Я сейчас совсем не возбужден. Внезапно Фарфарелло поднял глаза и встретился с Айей очень внимательным взглядом. - Что разрушитель разумов делает сейчас? Айя сжал кулаки, пытаясь отвлечься. - Судя по тому, что долетает до меня, у него какой-то особенно забористый секс. Возможно, я подключен к нему. Айя почти чувствовал влечение и раздражение, борющиеся в Фарфарелло перед тем, как его любовник сказал: - Подключись ко мне. Я не хочу, чтобы ты проводил с ним даже секунду в эти скользкие грязные моменты. - Это чертовски оскорбительно. - Не вижу никакой проблемы. - Почему ты так злишься на меня? - Ты подключился к нему. Он, может быть, телепат посильнее, но я твой муж. - Это не было сознательным решением! Неужели его… дар или что там вообще … притягивалось к ближайшему сильному дару? Был ли Шульдих чем-то вроде пчелиной телепатической матки? Айя не знал. Конечно, имело смысл отключить волны Шульдиховой передачи. Как только Айя подключился к Фарфарелло, он почувствовал широкий спектр его “шестого чувства” и одновременно отключенных эмоций, а зашкаливающее возбуждение и нетерпение начали покидать его, странным образом оставляя вместо себя абсолютное спокойствие и тишину. К несчастью, эта стимуляция уже оставила его с крепким стояком. Попытка игнорировать его не удалась, но он не мог просто оставить Фарфарелло одного со всеми этими людьми и пойти где-нибудь передернуть. Если бы кто-нибудь умер во время его “перерыва на мастурбацию”, он бы никогда не простил себя. Он ничего не мог поделать с тем, как сильно ему хотелось ощутить что-нибудь в своей заднице, чтобы кончить… чтобы покончить с этим. Иногда асексуальность снова становилась очень привлекательным вариантом. Фарфарелло выглядел так, как будто ничего не замечал и спокойно продолжал работать над своим песчаным замком, что казалось почти нечестным. Из них двоих не Айя должен бы быть сексуальным маньяком. С другой стороны, если уж Фарфарелло способен сосредоточиться на чем-то другом, кроме того, чтобы цепляться к Айе и придираться к нему в течение нескольких часов, то что ж, это вполне неплохо. Ухмыляясь, Фарфарелло спросил: - Ну что, теперь ты будешь дуться? - Я не дуюсь, - ответил Айя, изо всех сил стараясь сохранить нейтральное выражение лица. ****************************************************** Да что же, черт возьми, Шульдих делает? Ну ладно, Наги знал, что делает Шульдих, и знал, что у того нет ни малейшего понятия о приличиях, но все-таки! Наги всего лишь хотел поиграть без отвлечений, особенно без таких отвлечений, когда кого-то так жарко раскатывают в то время как его-то самого - нет. Это было чертовски грубо. Не в состоянии заблокировать эти ощущения полностью, Наги поставил игру на паузу, откинулся в кресле, расстегнул ширинку, достал свой уже твердый член и начал быстро двигать рукой, думая при этом о Мии, об Айе, о Шульдихе (фантазии о Шульдихе включали возможность отшлепать Шульдиха за всю эту фигню, которой Наги был вынужден сейчас страдать), об Оми… О чем угодно, чтобы только покончить с этим и наконец успокоиться. Когда Наги наконец закончил и вытерся салфеткой, он вернулся к игре и надеялся, что они не примутся за это снова, по крайней мере некоторое время. Они становились старше, так что у него был шанс. Он все ждал, когда они постареют еще больше - только из-за этого - и если хоть кто-нибудь из них начнет принимать Виагру, он их просто убьет. ****************************************************** Сбежав от всех, Мамору вел машину в сторону цветочного магазина. Никакого лимузина, никакого водителя, никакой охраны. Глупый риск как он есть, но ему так нужен был перерыв - прямо здесь и сейчас. В это время девицы-фанатки обычно в школе, так что у него неплохой шанс поговорить с командой. Он посмотрел через стеклянную дверь и улыбнулся, увидев, как три блондина заправляют магазином. Он никогда не думал, что однажды Вайсс будет состоять из четырех блондинистых и одного Кена. Не то чтобы Саша был натуральным блондином, но как минимум обесцвеченные волосы делали его менее похожим на Шульдиха. Насколько Мамору мог видеть, в магазине не было покупателей. Открыв дверь, он услышал, как Саша говорит: “... неплохо ты устроился, Йоджи. Просто признай, что ты заставляешь меня выполнять за тебя грязную работу, которой не хочешь заниматься”, пока подметает пол. - Скажи спасибо, что я вообще не сплю и присутствую на рабочем месте до полудня, - парировал Йоджи из-за прилавка. - Это не тебе нужно сказать спасибо - , заметил Фенрир. - Елена снесла дверь в твою комнату начисто. Йоджи расплылся в улыбке, увидев Мамору. - Хеей, доброе утро. Вот так сюрприз! Я рад тебя видеть. - Это было спонтанное решение, - объяснил Мамору. - А Кен и Елена здесь? - Не-а, он отвел ее куда-то вроде как на свиданческий завтрак. - Наконец-таки, - добавил Фенрир. - Утром? Йоджи пожал плечами и легкомысленно махнул рукой. - Я тоже подумал, что это тупо, но он пытается удивить ее. Я попытался дать ему парочку полезных советов, но не увидел особой благодарности. Саша ехидно прокомментировал: - Ты сказал ему, что целый день наедине с ней даст ему больше возможностей довести ее до белого каления, так что я понимаю, почему он не рассыпался в благодарностях. - А что, я не прав? - Не все так просто. - Ему пришлось хоть что-нибудь сделать, - сказал Фенрир. - Елена начала использовать то, что Йоджи назвал ее… яркими выражениями. - Яркими выражениями? - спросил Мамору. Его несколько разочаровало отсутствие Кена, но конечно, он не стал бы мешать ему … решать свои вопросы с Еленой. Йоджи ухмыльнулся. - В тот раз, например, “не можешь срать - не мучай жопу”. Классика. - Ну, лучше уж его, чем нас, - заметил Саша. Затем он посмотрел на рисунок, над которым работал Фенрир за прилавком. - Черт, мои брови действительно такие … оранжевые? - У меня нет карандашей цвета Саши, - ответил Фенрир. - Твои брови на самом деле коричнево-оранжевые. - Ненамного лучше. - Моя парикмахерша может помочь сделать твои волосы везде одного цвета, -, предложил Йоджи. - Я все еще не уверен, что определился. Что за хрень, ты ее агент? У тебя процент с каждого, кого ты ей притащишь? - Остынь, малец. Не нужно впадать в крайности. - Сам остынь. Я вообще удивляюсь, откуда у тебя репутация плейбоя. К тому же твой друг здесь, не забыл?. - Я всего лишь даю Оми увидеть, каковы мы в естественной среде обитания. - Пытаешься убедиться, что он не жалеет о том, что ушел с полевой работы? А Саша, кажется, отлично интегрировался в команду. - Брось, Оми знает, что так мы показываем свою любовь. Это Вайсс каковы они есть. - Вы меня пугаете, - сказал Фенрир. К счастью, Йоджи выглядел расслабленным и добрым. Мамору беспокоился, что отсутствие Шварц может повлечь за собой тяжелые последствия - по крайней мере, Йоджи выглядел довольно вовлеченным в связи с ними. Но все же… - Кстати, Йоджи, - решился Мамору. - Я ничего не слышал нового ни об Айе, ни о Шварц в целом. - Я не спрашивал, - ответил Йоджи, но вид у него был какой-то подозрительный. - Я знаю, что ты хотел бы. - Не слишком ли рано для Шварц? - спросил Фенрир. - Может быть, это часть их коварной связи с Йоджи, - ухмыльнулся Саша. - Эй! - возмутился названный. - Нет, я думаю, у них сейчас время обеда вчерашнего дня там, где они сейчас находятся, - ответил Мамору. - ... то есть по отношению к ним мы в будущем?, спросил Фенрир. - ...серьезно? - спросил Йоджи. - Подождите, - сказал Фенрир. - Это что-то, связанное с часовыми поясами? - Да, - ответил Йоджи. - Хмм. - Ты ведь пошутил, да? Фенрир выглядел немного смущенным. - Да! Пошутил. Саша кивнул, затем взъерошил волосы Фенрира, вызвав тем самым искреннюю улыбку. Эта легкость была хорошим предзнаменованием для Вайсс. Оставалось только Кену не стать проблемой для Елены. ****************************************************** Наги не удивился, когда ему снова пришлось прервать игру. Он почувствовал отвращение, но не удивился.