Гей-Клуб "Gorti"

Я ерзал на кровати всю ночь, пытаясь заснуть. То мне было холодно, то жарко. Выбешивало все: тиканье настенных часов, из которых я после извлек батарейку, и снова тиканье, на этот раз я свалил это на «Rolex» у прикроватной тумбочки. И в следующую секунду этот «Rolex» полетел в коридор. На этом тиканье прекратилось, но из окна, которое я оставлял приоткрытым на ночь, послышалось чириканье птичек. Я заткнул свои уши подушкой. Ничего не помогло. На рассвете я решил позвонить Чимину: — Алло, не разбудил? — Хён, издеваешься в 4 утра? Я даже еще не ложился спать. Так что тебе повезло, говори, — голос по ту сторону трубки был уставшим и немного сонным. — Я не мог уснуть, все раздражает, даже чириканье птичек за окном, всю ночь ты представляешь? — я лежал на боку, ногами и руками обнимая одеяло. — Какие птицы? — голос его был удивленный. — Вот, послушай сам, — я включил телефон на громкую связь и приблизил к источнику звука — к окну. — Я ничего не слышу, хён, с тобой все в порядке? Ты выпил? — мои ноги подкосились. — Ну вот видишь, я схожу с ума. Что со мной? Я точно слышу чириканье! — голос мой прозвучал как хныканье. Чимин молчал минуту, а после выдал: — Хосок, хён. Это нормально. У меня для тебя радостная новость. — Мне не до твоих новостей, — потер ладонью глаза. — Нет, это хорошо для тебя, — голос повеселел. — Запомни вчерашнюю дату. Ибо по всему ты увидел своего суженного, — Чимин визжал от радости. — Что? — я вскочил с пола, метался между окном и кроватью. — Как это? Не может быть, ты уверен? — сколько вопросов, я не мог контролировать эмоции. Лишь бы его слова не были пустышкой — Да, я уверен. Помнишь, я тебе говорил, что тоже слышал чириканье, когда пришел первый раз на работу; в тот момент, я увидел Чонгука и чуть было не разбил окна, чтобы разогнать птиц, а, ты знаешь, офис на 30 этаже. — О господи, точно. Твою мать. Это отлично. Только если… — закружилась голова, и я осел, только если я не увидел его в клубе, мысленно закончил предложение. Другого варианта быть не могло, вокруг меня проверенные люди, а после клуба ни с кем не виделся. Пак тоже додумал то, что я имел ввиду, и хотел что-то сказать, но прервали его мои слова мата и его имени: — Пак! Твою налево! Чимин! Пиздец! С хуяли, я гей? — со всей силой пнул ногой журнальный столик в спальне, и все, что было на нем: маленький горшок с кактусом, тарелка с чипсами, журналы и М&М — разлетелось по комнате. — Я не гей! Чиминии! — я с трудом в свое время смирился с Чонгуком. А тут сам являюсь геем? За что так жизнь сыграла со мной злую шутку? Но Где-то в далеких извилинах моего мозга была также мысль о том, что я был рад. Рад, что круг поиска сузился до одного клуба. — Ой, да, ладно, хён. Я видел, как ты целовался с Тэяном. А это было до того, как я стал геем, поэтому ты здесь меня опередил, став геем раньше меня. — Это даже не было поцелуем. Ну да, в губы. И с языком. Но не поцелуй это. Через пару секунд: — Айщт, я не целовал его. Ты неправильно все понял, сколько можно. Уже который год? И вообще, это он меня целовал, — так мы развлекались с коллегами из других компаний. Раз в год. Игра «правда или действие». Где не было место правде. Только действие. Целоваться с языком на протяжении 10 секунд было самым что ни на есть легким наказанием. Это тебе не потеря денег и вложение в гиблое дело, или даже не идти пешком домой, в одних трусах. — И вообще, речь не об этом, Чимин! — Как скажешь, сегодня же вернемся туда и порасспрашиваем. — Разумеется. — Кстати, наш общий друг НамДжун — владелец клуба. — Да? Так это он пропустил нас? — Угу. — Понятия не имел, что НамДжун — гей. — Ооо, вообще-то, он уже женат на своей правой руке. — В смысле правой? Руке? — Да, не важно, я это сказал, чтобы ты позвонил ему, если что. — Спокойной ночи, Хоб-би-хён. *гудки* Что я сейчас мог сделать? Но теперь заснуть не получится, это точно.

***

1. Раз туда пускают только по приглашениям, то легко можно узнать. 2. Как минимум, я смогу раздобыть список всех посетителей с 10 до 11 вечера. 3. У меня есть информация о дате его рождения. 4. Я его видел. А не так и многих, учитывая, что все время смотрел себе под ноги. (Не зря я это делал) 5. Мечтаю, чтобы моим соулмейтом не оказалось «тело в клетке».

***

Весь день я был в предвкушении визита в клуб. Ради этого я даже не пошел на работу. Внеплановый выходной, могу себе позволить. Не каждый день идешь к соулмейту. Через Ким НамДжуна я договорился, чтобы мне посодействовали в поисках. Дело пойдет намного быстрее, если администрация клуба будет знать и поможет. Да и к тому же, я не собирался проводить два дня подряд рядом с геями. Да, после таких слов, я кажусь гомофобом. НамДжун предложил мне ВИП-комнату, где я смогу принять людей. Что-то типа собеседования на роль моего парня-души-соулмейта-жениха-мужа. Мужа? Я об этом даже не думал, неосознанно добавляя себя в жены. Это мы решим между собой. И что бы он не выбрал, я подчинюсь ему.

***

На самом деле, я так же решил помочь и Чимину, устроив ему тайную встречу с ЧонГуком один на один. В одной комнате, после собеседования, я позову ЧонГука в ВИП-комнату и запру дверь, оставив голубков внутри. В общих чертах, должно было получиться. С Чонгуком я познакомился сразу после того, как Чимин с визгами прибежал ко мне на работу и чуть не разбил статую возле двери, врезался в персонал и пару раз споткнулся, поднимаясь по лестнице ко мне в кабинет. Помню, как будто это было вчера. Я позвонил Чонгуку и под предлогом 'давно не виделись, пойдем выпьем' пригласил, как и планировал. Остаток вечера, я все-таки уделил время себе, подбирая одежду как можно шикарнее. Я должен был произвести хорошее впечатление.

***

— Вау, хён, ты сегодня выглядишь, — глаза Пака расширились, он сделал шаг назад и рассматривал меня с ног до головы, наматывая круги вокруг меня. — Ты — шикарен. — Я рад, правда, я долго выбирал, что надеть, ужасное чувство, не совсем удовлетворен, — я посмотрел на него, и выглядел он тоже не хуже меня, если не лучше. — Ты тоже выглядишь хорошо. Кого-то решил подцепить? — я состроил глазки и часто заморгал. — Ну, уж точно не тебя. Мое сердце, — демонстративно обеими руками прихватил грудь, где-то в области сердца, — принадлежит только одному, и имя ему Чон, который не ты. — Однолюб? — Конечно. Зайдем? — он указал на дверь, рядом с которым стояли двое охранников, судя по тому, как они следят за мной, это люди от НамДжуна. — Да, сейчас, докурю, — я вдохнул побольше табака. — Нервничаешь? — Разве что чуток. Я был в ожидании 13 лет, из которых три года я был в каждодневном поиске. И теперь он там, за стеной. Близко, — бросил окурок, шмыгнул носом и поплелся за Чимином. — Здравствуйте, Чон Хосок. Меня зовут Ким СокДжин, я правая рука Ким НамДжуна. И постараюсь помочь вам, а это ваш охранник, его зовут Шон, — я кивнул Шону. — Здравствуйте, можете меня звать Хосок, это мой друг — Пак Чимин. Перейдем сразу к делу, вы знаете для чего я здесь? — Да, мы знаем. И во всем поможем. Обещаю, если ваш соулмейт здесь, то вы его встретите. Но не могу дать гарантию, что вы уйдете вместе.

***

Помещение, в котором нам следовало быть ближайший час, два, а то и три, было намного лучше, чем я себе представлял. Огромная двуспальная кровать (больше похожа на трехспальную), светлая с ярким цветом занавеска, что особо привлекло мое внимание. Люблю яркие вещи. Кофейный столик между креслами. И больше ничего. Чимин, увидев кровать, запрыгнул на нее возбужденно, визжал, кричал, прыгал на кровати: — Хо, она почти такая же как у тебя. Ребёнок. Я прыснул от смеха, зажав рукой рот, скрывая смех, когда, в очередной раз делая прыжок с «ехоу», он упал и ударился головой о подушку и выругался. Ким СокДжин принес конверт: — Я подумал, что будет быстрее, и принес фото всех наших сотрудников. Может вы узнаете кого-то? — и протянул мне конверт. Внутри было около 40 фотографий, с надписью на каждом фото имён. — Вы так быстро хотите избавиться от меня? — я зацепился за слово «быстрее», нежели за слово «сотрудники». Трудно назвать их сотрудниками, мне было жаль их, есть много других работ, почему здесь. Трудно понять. — Нет, что вы. Я… Я хочу помочь, — Ким непонятно от чего покраснел. — Не важно. У меня у самого нет времени, — не смотря на Кима, безразлично проговорил. Я начал рассматривать фотографии одну за другой, а Ким вышел за дверь, приказав охране быть внимательным. Смущение меня накрыло, на фотографиях были парни в одних боксерах. Но после эмоция радости была сильнее смущения, из около 40 фото меньше 10 были мне знакомы. — Давайте начнем с них, — обращаясь к Шону, передал меньшую стопку фотографий. Тот кивнул и развернулся в сторону двери. — Чимин, всё, дальше твоё дело. Ты знаешь, что нужно. Вот вопросы — не больше, не меньше. — Хорошо. Почему ты сам этого не сделаешь? Собеседование для тебя обычное дело, — Чимин глазами пробежал по фотографиям, и одна за другой брови то поднимались, то опускались, и он нахмурился. — У меня есть важное дело, — Чимин подошел к столику и взял оставшиеся фотографии. — Что там смотришь, понравились? — я улыбнулся в полусмехе, увидев, как жадно с огоньком в глазах рассматривал. — Да иди ты, а. Просто представляю, кто из них твой и как тебе повезло, он безусловно будет хорош в сексе, — ехидная улыбка на пол лица. — Стыд потерял, — в шоке проговорил я, Чимин смеялся и отступал назад, зная, что не проигнорирую его слова. — Чимин-и, иди сюда, а, — человек, к которому я обратился, залился смехом, я подступал к нему все ближе и ближе. — Ну знаешь, он так же хорош и в роли актива, и пассива. А минет, боже, я завидую тебе, — открытая провокация. Я в секунду преодолел оставшиеся шага два и повалил его на кровать. — Вот, увижу его и узнаю, каков он, — сел верхом на Чимина поудобнее, ерзая ногами. — Ты и со своим соулмейтом можешь делать такое, — наклонился ближе к лицу. — Научи его, — еще ближе, наше дыхание было синхронным. — Или может быть, это он тебя научит, — облизнул губы, — всему, — выпрямился, пытаясь встать, это игра далеко зашла. Чимин до этого находясь в легком ступоре, пришел в себя и протянул руку к моим брюкам, к ширинке и сжал на ощупь меж бедер. Я невольно поддался ощущениям и упал на Чимина от соприкосновения нас (или), только меня спасла моя ловкость, уперся локтем в кровать, и между нашими лицами осталось пару сантиметров. Было неловко. Но не я, ни он не шевельнулись. Я никогда не был так близок с парнем. Он медленно облизнул свои губы так, как я делал это минутами ранее, и меня накрыло возбуждение. Я так легко возбуждаюсь. Стыд охватил меня вырываясь наружу. — Простите, — чужой, третий голос. Я вскочил, поправляя одежду, скрывая возбужденный член, и старался быть равнодушным к вошедшему. Чимин перевел взгляд с меня на парня у двери и обратно, улыбаясь. Откашлянулся: — Подождите минуточку, а пока можете сесть на кресло, — показывая глазами на кресло. И в следующий момент, пока парень отвернулся, Чимин шлепнул меня по заднице. — Чимин, — сквозь зубы процедил, — fuck. fuck. fuck. Член так и стоял колом, ныл, требуя разрядки. Чимин уже начал беседовать с парнем, а я, что я. Кинул подушку в него со словами — я убью тебя — и выскользнул за дверь. Надеясь, что он справится, а мне необходимо снять напряжение, выпить. В общем те самые дела. Первым делом я пошел в туалет, проговаривая матные слова в свой адрес. Гребенный соулмейт, оказавшийся здесь, сколько еще проблем принесет он? А теперь я постыдно должен буду использовать свою руку. Да, чтоб тебя, Пак! Чтоб Чонгук тебя выебал, наконец-то, во всевозможные дыры, чтоб у тебя больше не было желания облизывать губы передо мной. В туалете было пару парней, не обращая внимания на них, я прошел в кабинку туалета и защелкнул на замок — Чёрт, чёрт. Переминаясь с ноги на ногу, бесшумно ударяя рукой стенку туалета, стараясь соображать как можно быстрее, но мешала пульсация в брюках, усиливалась. Дверь в туалет открылась и закрылась. Я высунул голову из кабинки, надеясь, что никого не будет. И был прав. Подошел к раковине и включил кран с холодной водой, начал умываться, небрежно брызгая водой вокруг. Покрасневшее лицо то и дело давало о себе знать, когда я поднимал взгляд в зеркало. Сзади послышалось, как закрылась дверь кабинки туалета и тихие шаги цокали каблучками по каменному полу. Раскрывая мою рубашку, оголяя мою грудь, чужие холодные руки прильнули к животу. Незнакомец со спины прижался ко мне и терся об мою задницу своим членом, так же стоявшим колом. — Что за нахер? Вы кто такой? — прошипел я, с силой сжимая края раковины, по подбородку стекала холодная вода, казавшаяся уже горячей. Руку с моего тела я и не думал убирать, и он тоже. Прикосновения парня ко мне обдавали в мурашки, рука скользила вверх ближе к груди, к соскам, а другая — вниз к брюкам, расстегивая и спуская ширинку. — Разве это имеет значение? — промурлыкал он, ближе наклоняясь ко мне и подцепляя зубами мою мочку уха. — Хочешь, я помогу тебе? — и язык проскользнул в ухо.

Была не была. Живем один раз. Вряд ли мы ещё раз пересечемся. Я больше сюда не приду. У нас нет общих друзей, чтобы после стыдиться. Терять нечего. Мы разные. — И плевать на него, — бегущая строка у меня в голове и больше ничего

— Минет, и только. Я заплачу. — Я не работаю здесь, деньги не нужны, — так же и прежде промурлыкал. Его сладкий голос будоражил меня ещё больше. Я повернулся лицом к нему и продолжил подбираться руками к раковине. Вода так и текла из-под крана. Он отпрянул назад. — Если не хочешь, я могу уйти, — ответил на моё молчание, но не уходил, а лишь сделал шаг ближе и наклонился ко мне. Его рука прошла близко, но не задела меня, но кран отключился. Я не знал, как на это отреагировать, что делать, немного смутился и опять залился краской. Второй раз за день я увидел лицо парня слишком близко. Боясь, что он действительно может уйти, я протянул к нему руку со словами: — Нет, не уходи. Прошу тебя, — он усмехнулся, у меня пелена перед глазами, и всё поплыло. Через ткань проскользнул к боксерам и накрыл мой член рукой, по его лицу проскользнула усмешка, когда я сквозь зубы выдохнул в полустоне. — Ты хочешь меня или только минет? — он приблизился, насколько это было возможно, и дышал мне в губы. — Очень, — я сглотнул. — Хочу, ты не представляешь, как я хочу. Но, — я чуток отодвинул голову назад, — только минет. Блондин, а незнакомец был светловолосым, насколько мне позволяло судить освещение туалета и туман перед глазами. Он стянул с меня брюки и бельем: — Как скажешь… — освобождая от давящей ткани возбужденную плоть. Перед глазами конкретно все поплыло, и лишь некая смазанная тень, которая прежде была незнакомцем, осталась. В голове не одной приличной мысли. Я схожу с ума, думая о том, как бы я его оттрахал, не будь это в туалете. Но настоящий капец, который можно сравнить с состоянием, когда ты находишься под наркотиками, это когда блондин обхватил своими губами мой член. Волна мурашек накрыла меня с ног до головы, то бросало меня в холод, то в жар. Я запустил пальцы в его волосы, желая настраивать темп и, в данный момент, быстрее насаживать на член. Он был хорош, можно сказать специалист своего дела, когда сразу, без моих насаживаний увеличил темп. Ох, это определенно стоило денег. Заглатывал набухший, с выступающими венами, возбужденный член до основания. Я все стонал, стараясь быть тише. Но получилось ли это? Через пару минут насаживания на член меня накрыла последняя волна возбуждения, и я пытался стянуть с себя блондина, предупреждая, но он оттолкнул мою руку, и я кончил в его рот. Тот все без остатка проглотил, облизнул губы и снова пару раз взял до основания, прежде чем встать с колен. Туман перед глазами постепенно рассеивался, и я снова смог сфокусировать взгляд на нём. И удивился тому, что я был одет, и даже рубашка была заправлена. Рассматривая его с ног до головы, я вспомнил, что это тот вчерашний парень с розовым бантом. Это я и произнес вслух, думая, что он ожидал моей реакции после всего: — Парень с розовым бантом на голове? — он кивнул, и я продолжил. — Как тебя зовут? — Не важно. Но обещаю сказать при следующей встрече, — он подошел к раковине рядом, я повернул его к себе и чмокнул, слизнув сперму, что была на правом уголке его пухлых губ, провел руками по его волосам, поправляя его прическу, улыбнулся и исчез за дверью. Краем глаза через отражение зеркала я увидел, как он притронулся пальцами к месту, где был мой поцелуй.