Гей-Клуб "Gorti"

Чимин и Чонгук в VIP Чимин, волоча ноги, добрался до вип-комнаты. Во рту сухо, хотелось воды, и как раз в комнате была бутылка воды, что вызвало волну облегчения. Не надо спускаться обратно вниз. Дожидаясь Хосока, он лег на кровать, растопырив конечности в форме звезды. И заснул. *щелчок* Чонгук вошел в комнату с улыбкой на лице и со словами: — Хён, пиздец, какие там парни. — О, Чимин, привет, — увидев тело на кровати, он подошел ближе. Тот мирно спал, слышались только неглубокие вдохи и выдохи. Чонгук смотрел на эту умилительную картину и, наклоняясь, погладил ладонью по щеке, чуть ниже по шеи, по ключицам. Чимин не шевельнулся. Он что, в пьяной отключке? — пронеслось в голове Чонгука. Слегка покрасневшие щеки, дергающиеся ресницы, и кадык шевелился, когда тот глотал слюни во сне, пальцы то сжимались в кулак, то разжимались. Можно было сказать, он и вовсе не спит. Чонгук хотел было развернуться и уйти, закрыв дверь. Пусть малыш поспит. Но старший вдруг сдвинулся, согнул ноги и причмокнул губами, слегка поворачиваясь на бок. Футболка, что была на нем, сползла вверх, открывая поясницу и маленькую метку с облачком, которая была и на Чонгуке. Чонгук догадывался, что Чимин его соулмейт, но по прошествию недели тот ничего не сделал такого, что могло бы сказать «Чонгук, ты мой». Младший набрался терпения и ждал, пока старший созреет. Но этого не произошло, в один вечер после работы Чимина забрал какой-то парень, прежде, чем сесть в машину, они крепко обнимались минуту. Чонгук в тот вечер хотел признаться и даже приготовил сюрприз и ужин. Но Чимин уехал на красной, потрепанной машине. А теперь старший, свернувшись калачиком, спал рядом. Слишком рядом с Чонгуком. Тот простонал от бессилия и невозможности контроля своих соулмейтский влечений и бесшумно запрыгнул на кровать, расположившись верхом на Чимине. Легкий поцелуй в области метки, будто чтобы быть уверенным, что это не иллюзия. И он здесь. Стягивает футболку вверх, покрывая дорожку легких поцелуев, едва ли касаясь тела, чтобы не разбудить, больше вдыхая сладкий запах цитрусового геля с тела. Чимин заерзал и развернулся на спину, оседлавший парень ловко увильнул от его разворота, стараясь не прикасаться и ненароком разбудить. Чимин успокоился, и поцелуи продолжали покрывать его тело. Через поцелуев эдак 30, Чонгук был больше не в силах ждать, чуть расталкивает старшего и припадает к губам, нежно целуя, шепотом взывая: «Облачко моё, просыпайся, уже утро.» В ответ Чимин поднимает руку, с закрытыми глазами толкает куда-то, где был голос, и сквозь сон отвечает: — Не хочу, дай поспать. — Ну, Чимини~, — ответа нет. Что дает Чонгуку шанс перейти к более решительным действиям, он спускает руку, не расстегивая брюки, внутрь нижнего белья старшего и массирует член, перебирает между пальцами яйца. В полустоне, дергая ногой, глаза Чимина в миг открываются и настигают то, как чужая рука в его брюках хозяйничает. Подняв глаза по руке вверх, он напрягается и отдергивается чуть вверх по кровати. — Проснулся? Не двигайся, или сделаю больно, — хитро улыбается, а затем успокаивающе целует место за мочкой уха, задерживаясь губами и выдыхая в ухо Чимина теплый воздух так, что тот покрывается мурашками. — Чонгук-и ~, ах, — откровенно теряя контроль, стонет в ухо Чимин. Чонгук выпускает руку из брюк и расстегивает, приспуская. — Я хочу тебя, можно? — мягко спрашивает младший, но видя, что у того член стоит колом, отказ он не принял. — Да-а, как я долго этого ждал, — прошептывает Чимин, притягивая за чокер на шее Чонгука ближе к себе, ближе к губам. Чимин не особо любит целоваться в губы слишком долго. И оказалось, что Чонгук тоже такого мнения. Пару секунд и Чонгук спускается губами к подбородку и выдыхает в нос старшего. — Возьми меня, — совсем тихо выдыхает Пак, чувствуя себя леденцом, который он так любит облизывать, целовать и всячески улыбаться при виде на витрине цветной карамельки. Чонгук отстраняется от поцелуев, облизывая губы, пробегая взглядом по разгорячившему телу соулмейта. Разворачивает его к себе спиной, ставя на четвереньки и давя на поясницу, заставляя Чимина выгибаться в спине и скулить, как собачку. — Так как у нас нет смазки, будет больно, — серьезно говорит Чон, смотря на мягкие ягодицы парня, совсем как булочки, которые он любил в детстве, покрытые жидкой карамелью. Задумавший об этом, он наклоняется и кусает попу или булочку с карамелью, как предполагал Чонгук. Тот ахает от неожиданности и ластиться над Чонгуком, когда тот поглаживает его грудь, сжимая его. Палец младшего входит в анус под шипение сквозь зубы Чимина. — Черт, давай лучше быстрее, — продолжая шипеть и сжимать руки в кулак, Чимин. — Как скажешь, — и второй палец резко входит, позволяя напрячься еще сильнее и терпеть, отвлекая об боли, Чонгук покусывает спину старшего и поглаживает член, мол обращается к члену, скоро я к тебя приду и подрочу. Чимин стонет от прикосновений и то, что он стонет под Чонгуком, добавляет больше эйфории. Чонгук без предупреждения входит до основания, заставляя вскрикнуть от боли и дернуться назад Чимина. — Стоять, куда пополз. Чонгук придерживает руками талию старшего и, покусывая нижнюю губу, старается максимально меньше причинить боли, делает толчки, не входя в анус до основания. Чимин, не чувствуя боли, стонет ещё больше, выгибаясь в спине и выдыхая через раз: «Чонгукки». Чувствуя, что тот привык, усиливает толчки, рвано попадая по простате, заставляя Чимина впечататься грудью в кровать и громко стонать с бессвязными звуками из почти сорванного горла. Усиливая толчки и попадая по простате, Чонгук обводит член Чимина в кольцо и, увеличивая темп, надрачивает. Тело Чимина содрогается от резких и сильных толчков. Звездочки кружатся над головой, заставляя старшего глупо и довольно улыбаться. Дергает задницей, давая понять: на большее меня не хватит. — Потерпи ещё чуток, Чимини ~, — останавливая дрочку и толчки в теле, ласково покусывая шею, говорит Чонгук. — Почему ты остановился, продолжи, — хныкая, говорит Пак, пульсация в члене напоминает о почти наступившей развязке. Которую обломал Чонгук, пытаясь лезть целовать, посасывать спину Пака и оставляя красные пятнышки, пока тот расползся по кровати, ноя и прося о продолжении. — Чиммни, ты такой горячий и сладкий, карамелька моя, — разворачивая лицо, целует в губы. — Твоя карамелька хочет выпустить на свободу крем, — стараясь подыграть, говорит Пак в поцелуе. — А можно мой крем будет у тебя? — Как хочет мой леденец, — томно выдыхает Чимин, когда тот сжимает его ягодицы. Член Чонгука проскальзывает в анус с шлепком и судорожным дыханием Чимина. Пару сильных толчков до основания, и он изливает сперму внутри задницы старшего. Ухмыляется тому, что теперь между булочками с карамелью есть крем. Чимин скулит и ноет, стягивая ноги к себе, заставляя того схватить член и дрочить, сзади плотно прилегая к заднице, имитируя толчки и быстрая додрочка, и рука, а также покрывало кровати, изливается спермой. Стон через выдох, и они оба падают на спину.