Огонь судьбы

За эту неделю я успел купить дом в Лондоне, почти поругаться с отцом, который, несмотря на наш с Панси развод, почему-то продолжал надеяться, что я переболел любовью к Ласке и сумею отказаться от него, выслушать жуткую ссору Рона с родителями, в ходе которой досталось нам обоим, завалиться делами по самые уши и навестить его в госпитале раз семь, наплевав на все эти дела и изучение деловой среды Лондона. Он — мой приоритет. — Знаете что, господа хорошие? — жизнерадостно спросила Миллисента, без стука заходя в палату на восьмой день. Мы с трудом оторвались друг от друга и попытались принять провинившийся вид, что, судя по её смеющимся глазам, вышло из рук вон плохо. — Вы мне уже оба надоели со своей бешеной сексуальной энергией, из-за которой в Мунго начались проблемы. Здесь вам не Хогвартс, и это здание не вампир, готовое поглотить излишки энергии, а потому я приняла решение избавиться от столь неудобного больного и выписать его раньше времени. Хотя и планировала понаблюдать ещё денька три. Рон, довольно улыбаясь, буквально подлетел к ней, крепко обнял и расцеловал в обе щёки. — Спасибо, Милли, ты чудо! — Это я и без тебя знаю, — усмехнулась молодая женщина, похлопав его по спине и вынырнув из объятий, требовательно посмотрела прямо в глаза. — Только посмей мне не заявиться через два дня на плановый осмотр — я тебя найду и сделаю больно. Или Гермиону попрошу, а ты её знаешь. — Давай без угроз, ладно? — попросил он, широко улыбаясь. — Я… Я обнял этого рыжего балбеса со спины и кивнул снисходительно-недоверчиво смотрящей на него Булстроуд. — Он придёт. Я прослежу за этим. — Будь добр, Драко. Сомневаюсь, что вам нужны проблемы, а потому лучше держать ситуацию под контролем. Мы же не хотим возможных последствий от проклятия. — Они были бы совсем некстати, — чуть приулыбнулся я, глядя, как Рон недовольно скривился. И в самом деле балбес. Мой любимый балбес. — Сговорились! *** Говоря честно, я немного страшился того, что Рон скажет про дом, выбранный мною для нас троих, но вместо осмотра, едва переступив порог, он спросил: — Где здесь наша спальня? Улыбнувшись и сорвав с желанных губ поцелуй, я взмахнул рукой, указав направление, схватил его за руку и потащил его в спальню. Осмотр дома таким образом оказался отложен на неопределённое время, но дом можно показать в любое время, а сейчас я хотел его так, что болели яйца. Хотел давно, с самого расставания, но за время моего возвращения на родину моё тело словно свихнулось, и терпеть сил больше не было. В спальню мы ворвались, сдирая друг с друга одежду и, конечно же, по закону подлости запутались в ней, не сумев справиться: я застрял в рукавах рубашки, из которых Рон не вытащил запонки, а мне не поддавался его упрямый ремень. Издевательство какое-то! Накинув рубашку обратно на плечи, я потянулся снова с дракклову ремню, готовый продолжать сражение. — Рон! Рон-Рон-Рон… — Драко, перестань, иначе я спущу в штаны, как малолетка. Будет обидно, — проговорил Ласка, прикусывая мои губы и убирая руки от ремня. Дальше мы раздевались уже самостоятельно, поняв, что так выйдет гораздо быстрее, нежели мы продолжили бы раздевать друг друга. А потом я оказался в постели раком, и прежде чем успел прийти в себя от неприятных ощущений применения очищающего заклинания, от которых уже отвык, Рон сунул язык мне в задницу. Я сжался, получил шлепок по ягодице и уткнулся носом в подушку, безуспешно пытаясь расслабиться и отвлечься. Не выходило. Я и забыл уже, что римминг для него — обычное дело, и он не видит в этом ничего постыдного. В любви допустимо всё, что устраивает двоих. — Эй, ты там только не задохнись! — сказал он, переворачивая меня на спину и тревожно заглядывая в глаза. — Драко? Ты чего? Щёки горели, и хотелось провалиться под землю. — Не хочу так, Рон. Пока не хочу. Можно ты просто меня трахнешь? — Это настолько неприемлемо? — Рон! Он навис надо мной, поцеловал в кадык, потёрся членом о член, укусил шею и, усмехнувшись, выгнулся, подставляясь под мои руки, жадно шарящие по его телу. — После? — я согласно кивнул и поцеловал в подбородок. — Надеюсь, о смазке твоё высочество побеспокоилось? — На тумбочке. Ты… — Драко, перестань. Давай отложим психологические беседы на другой раз. Я хочу тебя до безумия, и мне уже всё равно как. Хочешь, поменяемся? — Не сейчас. Хочу тебя в себе, — улыбнулся я, проводя ногтями по его спине и рёбрам, призвал купленную накануне смазку и раздвинул в сторону ноги, молясь про себя, чтобы он больше ничего неприемлемого не выкинул. К тому же риммингу и расширениям границ в сексе лучше привыкать постепенно, ибо прошло слишком много времени, как мы занимались чем-то подобным в последний раз. Да и в тот самый последний раз я чуть не сгорел со стыда, хоть и получил удовольствие. Наверное, я слишком традиционен и закрыт для него. Нет, не буду об этом думать прямо сейчас! Ещё и сомнений в постели не хватало! Рон щедро налил на пальцы смазку, размазал от промежности до копчика, ввёл палец и замер, давая привыкнуть, прикусывая и зализывая каждый сосок. Спустившись ниже, он принялся выцеловывать живот, совершая рукой возвратно-поступательные движения, задевая простату и добавляя пальцы, а потом взял в рот член. В какой-то момент я осознал, что нахожусь буквально на грани от того, чтобы кончить, а в меня свободно входит три пальца, и отстранился. — Хватит, Рон. Дай мне себя. И он дал. В тот раз долго мы не продержались оба. *** — Когда ты привезёшь своего сына? — спросил Ласка, подняв голову с моего плеча и глядя мне в глаза. Я пожал плечами, предчувствуя битву с отцом за Скорпи и Рона, и потёрся носом о щёку. — Скоро. Надеюсь, вы найдёте общий язык, потому что больше я из твоей жизни никуда не исчезну. — Звучит почти как угроза. Только почему-то мне совсем не страшно. Скорее напротив, я очень надеюсь, что ты её исполнишь. — Обязательно. Повторим? — Уверен? Задница выдержит повторения? — У нас ещё и твоя есть, — довольно усмехнулся я. — И вообще, пускай завидуют хорошо проведённому времени.