Подарок для Крэйга

      Я стою, прислонившись к лесенке на площадке, закуривая уже третью сигарету. Да, мы пришли рано, но мне нужно было это «рано», чтобы прийти в себя. Твик безразлично чуть раскачивается на качелях.       Говорят же, что после долгого общения люди перенимают привычки друг у друга. Мы тот яркий пример. Я все больше начинаю раздражаться и нервничать из-за мелочей, а он может проистериться и поместить себя в кокон равнодушия. Не хватает моей синей шапки и сигареты в зубах. Мотаю головой, отгоняя наваждение, на что он удивленно поднимает бровь.       – Забей.       И он, пожимая плечами, забивает. Тоже что-то перенятое у меня.       Время только подходит к шести, пока не о чем волноваться, но то самое волнение, возникшее еще дома и не покинувшее меня с дымом сигарет, с каждой минутой только нарастает. Пепел сигарет мешается со снегом, в котором уже утонули два предыдущих бычка. Следом отправляю туда третий и от холода потираю руки в синих митенках. Вообще, мало приятного, выходить в такую погоду на улицу.       Со стороны центра через площадку в нашем направлении приближаются три фигуры. Я видимо слишком шумно выдыхаю воздух, потому что Твик поворачивает на меня голову.       Скотт со своими парнями, судя по походке, вознамерились занять главенствующую позицию. Не вижу, но знаю, что Твик держит сложенные кулаки в карманах куртки, готовый в любой момент встать с качелей.       – Принесли?       – Да, забирайте и закроем вопрос, – я протягиваю пакетик, собираясь уйти сразу после того, как они его заберут.       – Куда-то торопишься? А я рассчитывал обсудить дальнейшее сотрудничество, – подонок ухмыляется, в свете вечерних фонарей эта ухмылка выглядит совсем уж мерзко.       – Зря рассчитывал, – хмурюсь я, головой показываю блондину, что мы уходим.       – Крэйг, братишка, – Скотт опускает мне руку на плечо. Через куртку, толстовку и метр, разделяющий нас, чувствую напряжение Твика. Слышу, как скрипнули качели, и захрустел снег под его ногами. – Не напрягайся ты так. До Рождества мы вас, конечно, трогать не будем. А там дальше договоримся.       Демонстративно веду плечом, чтобы он убрал руку.       – И еще, не подсылай ко мне больше этого ботана, – он все еще продолжает ухмыляться, с видом победителя. – Хочешь что-то сказать, мой шкафчик – 257. А твой?       – 319, – цежу я через зубы.       – Ну, вот и договорились. С наступающими праздниками.       Произнеся это и махнув рукой, все трое покидают площадку. Победителями как есть. Поймав нас в капкан. Мы остаемся стоять, как стояли. Неожиданный голос за спиной заставляет нас выйти из оцепенения и резко развернуться.       – Так и знал, что что-то тут не чисто.       – Маккормик, – выдыхаю я.       – А ты кого думал здесь увидеть? Барбару Стрейзен или инопланетян?       Молчу. Твик тоже молчит. Второй раз за день мне нечего сказать.       – Вы же оба понимаете, что я вам «скидки» не намерен выбивать для этих вот, – он смотрит не агрессивно, но я чувствую, что лучше его сейчас не злить. – Даже не представляете, в какую жопу влезли.       Он явно не ждет наших оправданий, но именно это и хочется сейчас сделать. Пристыженно опустить голову, потупить взгляд на носки берцев, извиниться и все объяснить. Он как будто слышит мои мысли и произносит еще до того, как я отрываю рот:       – Не объясняйся, я и так уже все понял, – похоже, Кенни не намерен нам дать даже возможность что-либо сказать. – Вы оба очень сильно изменились. Но я не верю, что ты, Крэйг, решил не рисковать своей репутацией и в итоге, мало того, что поставил ее еще под бóльший удар, так и повязал себя с Ридлзом. Этот человек хоть и не умен, но получать свое умеет, ты должен был это понять за то время, что мы провели в средней школе. А ты Твик, ты же умеешь отговаривать этого упрямца от всяких подобных затей. Куда ты смотрел? Вы же понимаете, что это все не закончится одним разом?       Чувство вины только усиливается.       – Кенни, я…       – Да, что я? Конечно, это ваша проблема на все 100%. Но, сука, мы ведь ваши друзья. Как у вас хватило мозгов не рассказать об этом нам? Мы просто бы их отдубасили! Но нет, теперь все вышло уже из-под контроля и вы у них на крючке. Ладно, дай курить.       Я протягиваю пачку, а после достаю сигарету и себе. Спустя несколько минут воцарившееся молчание прерывает Твик.       – Докуривайте и пойдемте. Холодно. Нет смысла об этом говорить здесь и сейчас.       Вздрагиваю. Что-то нехорошее слышится мне в его голосе. Какая-то нотка «а я же говорил», только не злорадная, а такая, свойственная только Твику – обреченная что ли. Кенни ее тоже различает.       – Эй, не кисни, кофеман. Прорвемся.       – Прорвемся, – повторяю я и отправляю очередной бычок в снег.