Wonderland

Девятилетний Джон Ватсон бежал по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки. За ним бежала Алиса, которая отставала на половину пролёта. В силу роста она не могла бежать быстрее — в свои не полные девять она была на голову ниже всех одноклассников. Преодолев последние ступени, друзья как подстреленные выскочили из дома на солнце. Начинался июль, и в новостях считали, что это лето выдалось самым жарким за последние годы. Лондон превратился в огромную адскую сковородку. Дети выходили гулять только после полудня, и люди всё больше походили на сонных мух. Этот день был прекрасным исключением — только прошёл дождь, и во двор как орехи высыпали почти все жильцы окрестных домов. Сегодня на душе у Джона было радостно — родители разрешили ему поехать на дачу к Алисе, потому что он хорошо сдал переводные экзамены в третий класс. Целую неделю друзья носились всюду, куда могли протиснуться — между чемоданов, свёртков, сумок, коробок, под столами, и заметно мешали взрослым собираться. Джим фыркал, называл их малышнёй, но они не обращали внимания, занятые единственной и совершенно прекрасной по их мнению мыслью — на даче была река. Самая настоящая река, нырнув в которую, можно было спастись от невыносимого зноя. И сегодня был особенный день, день Икс, день, который друзья трепетно называли Днём свободы. Сегодня они уезжали. — А Джон дружит с девчонкой! А Джон - девчонка! — это Шон, сосед Джона из квартиры сверху. Пухловатый мальчишка с пальцами-сардельками и выпяченной сковородником нижней губой. Но сегодня у Джона не было настроения спорить, ссориться, а тем более драться. Поэтому он полным счастья голосом, как неопровержимую правду, выдохнул: — А ты толстый! Алиса звонко рассмеялась и не менее радостно добавила: — И изо рта у тебя воняет! Обычно друзья останавливались посмотреть, какая будет реакция на их колкие словечки. Чаще всего у "жертв" выпячивалась нижняя губа, появлялись складки на лбу, напоминающие треугольник, глаза наполнялись слезами и, как в заключение пьесы, брови нахмуривались - главной задачей было не разреветься. В их маленьком дворике самым позорным для мальчишки были слёзы. Сейчас они пронеслись мимо толстяка и почти одновременно прилипли к огромному, по их меркам, грузовику, из которого вышел светловолосый папа Алисы Александр, или просто Алекс. За ним с водительского места вышел загорелый брюнет - дядя Алисы Ник. По двору прошёлся шелест - уехать из Лондона казалось дворовым ребятам божьей благодатью. Когда Джон только начал общаться с Алисой, Шон мгновенно пронюхал про это, и начал постоянно напоминать ему что "все девчонки глупые", "с девчонками дружат только дураки", и "если ты дружишь с девчонкой, значит ты тоже девчонка". Но оказалось, что Алиса совершенно не глупая, и с ней можно было поговорить на любые темы. Она, конечно, была странной, но от этого общение с ней становилось только интереснее. Друзья уже полторы недели находились в летнем домике. Здесь было не так жарко, как в Лондоне, Алекс объяснил это тем, что в городе воздух нагревается от домов. Река действительно была прохладной и, пройдя как минимум шесть километров и досконально изучив её русло, друзья нашли маленькое болотце. В нём была даже не вода, а маслянистый тёмно-серый ил. Это местечко и стало их тайным пристанищем. Они построили здесь маленький шалашик из веток и листьев, пол которого обильно засыпали сухой травой. Во всей округе не было прохладней места, чем в маленьком шалашике на берегу болотца в лесу. Это место было очень сложно найти - дети почти четыре мили шли вниз по реке, пока наконец не дошли до разветвления. Там Джон сумел заприметить, что часть воды стекает в небольшую расщелинку между камнями. Главная проблема была в том, что пролезть туда не могла даже Алиса. Тогда они стали обследовать холм, в котором находилась расщелина. Спрыгнув с достаточно большого валуна, Джон пробил слой земли своим весом, и приземлился в ледяную воду, больно ударившись коленом. Алиса решила, что Джону негоже куковать под землёй в одиночестве, и прыгнула следом. Так они нашли узенький туннельчик, по которому надо было пройти полмили, по колено в ледяной воде, чтобы выйти к болотцу. *** - Слушай, Джон. - Мм? - После купания в прохладной речке друзья развалились на тёплом песочке под деревом, и на несколько часов выпали из реальности посредством сна, поэтому сейчас такая высокая активность со стороны Алисы удивляла - произнести целых два слова, это же настоящий героизм! - У тебя есть братья и сёстры, ну, кроме Гарри? - А почему ты спрашиваешь? - Не знаю, просто интересно. Джон лениво перевернулся на бок и посмотрел на подругу сонно сощуренными глазами. Она лежала на спине с отсутствующим видом, устремив взгляд куда-то в листву и сложив руки на животе. - Кузен вроде есть. Если не ошибаюсь, Крис, - он расслабленно опустился обратно на спину. - А у тебя? - Не поверишь. Целый класс наберётся. О, вот это уже интересно. Джон резко приподнялся, да так, что голова закружилась. - Как так? - Помнишь я на Пасху уезжала? Так я к отцу ездила. - А разве Алекс не твой папа? - Нее... Он отчим. И Джиму он тоже отчим. - А куда ездила? - В Чикаго. - Так далеко... - сон снова начал подкрадываться к Джону маленькими шажками. Марево было почти ощутимо, и он даже боялся подумать, что бы было, если бы они заснули на берегу, под палящими лучами солнца. - Это где-то в Америке, да? А как они с Кэндис познакомились? - А... Это долгая история. - Тогда давай искупаемся, или в шалаш пойдём? Мне кажется что чем дольше мы здесь сидим, тем больше начинаем напоминать варёных куриц. Тем не менее, под деревом они пролежали ещё как минимум двадцать минут перед тем, как медленно выйти из-под раскидистой листвы и дружно заверещать - песок раскалился и больно обжёг ноги ничего не подозревающих ребят. Ещё десять минут они придумывали способ, как добежать до реки. Так ничего и не придумав, они просто постарались перебежать как можно скорее. *** - А почему у тебя такие странные родственные связи? Джон сидел на берегу болотца, спиной к шалашику. Алиса стояла посередине илистой массы и с абсолютно счастливым лицом месила её ногами. - Тогда надо с самого начала. Ну, ты же знаешь, что моя мама ирландка? Так вот, она сначала она вышла замуж за своего бывшего одноклассника и родила Джима. Потом они с отцом Джима развелись, и мама уехала в Америку. В Лос-Анджелесе встретила моего отца, и они какое-то время жили вместе. Это, кажется, называют гражданским браком. - И что же дальше? Ведь Кэндис уехала к нам в Англию и вышла замуж за Алекса? Алиса подняла одну ногу, как цапля, и трясина протестующе хлюпнула, а девочка неожиданно весело ухмыльнулась. - А тут и самое интересное. Когда мама уже была беременна мной, она узнала, что у моего отца не меньше восьми жён. Восемь жён! И заметь, Джон, ни одна из них не знала о существовании остальных. Друзья переглянулись, и дружно расхохотались. - А кем твой отец работает? - Он не работает. Он наркоторговец. - Прямо настоящий? А ты видела этот, как его, ну, морфий этот? - Ага. Белый порошок, ничего интересного. - А ведь Кэндис говорила, что ты похожа только на неё и на твою бабушку. В тебе что, совсем от отца ничего нет? - Ага. И знаешь, слава богу. Он больше похож на гигантскую обезьяну. Челюсть квадратная, как лопата, ручищи до колен, и горбится, будто ему уже за шестьдесят перевалило. Джон представил себе этакого орангутанга-переростка и расхохотался. - Так вот, - продолжила Алиса, выбираясь на берег и садясь рядом с другом. - мама, преисполненная праведного гнева, схватила Джима в охапку, рванула в Англию. Тут родилась я, и она дала мне свою девичью фамилию. А спустя полгода она сбила Алекса на улице, когда неслась сквозь толпу как паровоз.