Мама?..

Перси       В этот день Перси проснулся от звонка телефона. Приятная мелодия, казавшаяся в этот момент самым ужасным звучанием, даже не собиралась прекращаться. Парень постарался нащупать предмет около себя и, не обнаружив такового, со стоном открыл глаза. Спустя пару минут телефон нашелся под учебником физики, лежащим на столе. Не обратив внимания на то, от кого поступает вызов, Перси провёл по экрану, чтобы сразу услышать довольный визг, заставивший невольно улыбнуться.       — Папа, папа, па-а-апа! Я узе больсая, — девочка говорила быстро, от чего начала шепелявить, — мне исполнилось вот сколько годиков!       Перси не сомневался, что Лиззи, прыгая по комнате с телефоном своей мамы, весело показывает три пальчика и не задумывается о том, что он её не видит.       — Да ты что! — так же весело, будто улыбаясь, протянул парень. Сон как рукой сняло и он уже представил как Аннабет пытается забрать у дочки телефон, аргументируя тем, что ещё слишком рано, — Ничего себе! Ну, поздравляю тебя, малышка! Ты и правда уже большая!       На той стороне послышался смех и уже когда Аннабет смогла забрать у Лиззи телефон, то услышал немного стеснительное:       — Да-а-а, больсая…       — Привет, Перси!       Это уже была Аннабет. И парень сделал несколько шагов от стола, падая на кровать, что бы, закинув за голову руку, вслушиваться в этот уже знакомый голос. Мягкий и одновременно властный.       — Прости, что так рано. Я правда старалась её переубедить. Но… В общем, она лучший манипулятор, а я… В общем, ты понял.       Перси усмехнулся, на секунду прикрывая глаза, он представил, как она сейчас заправила за ушко выбившуюся из вечного хвостика прядь волос. Растянула губы в смущённой улыбке. Губы, которые, ещё недавно, так сладко оставили след на его щеке. Перси казалось, что это мимолётное касание длилось вечность, хотя как говорилось выше, длилось миг. Он отчётливо понимал, что это всего-то дружеский, ничего не значащий поцелуй в щёку. Но почему тогда сердце делало кульбиты при одном воспоминании? О поцелуе. В щёчку. И чёрт возьми, он жалел, что это сделала Аннабет. Это касание. Перси не сможет сам к ней прикоснуться. Даже те долгие, сладкие объятья казались чем-то нереальным. Уж точно не из этой жизни.       — Ничего страшного, Воображала. Я был рад поговорить с Лиззи. Всё таки у неё день рождения. Праздник, как никак.       — Ну да.       На минуту между ними воцарилось молчание. И Перси прислушивался к тихому, немного сбитому, дыханию девушки.       — Во сколько за вами заехать?       Он не спрашивал у неё разрешения отвезти в аквапарк. Потому как точно осознавал, что хочет быть рядом в тот момент, когда даже друзья могут её не понять. Даже в том случае, если и он останется непонятым и отвергнутым. Теперь, он в полной мере понимал, что как бы девушка не старалась быть сильной, в глубине она сломлена. И хотелось найти того придурка, что оставил в её памяти этот болезненный отпечаток, и как следует вмазать.       — Приезжай к двенадцати. Нужно приехать пораньше. Ну ты понял.       Перси согласно ответил, а после, попрощавшись, сбросил вызов.       На часах значилось 9:00, а он счастливо улыбаясь лежал на кровати до тех пор, пока не услышал тихие шаги в коридоре, а после скрип открываемой двери и нежный шёпот Салли:       — Дорогой, просыпайся и иди завтракать.       Перси в который раз за утро улыбнулся, ведь день сделался совершенно чудесным и ничто не сможет его испортить.       — Я не сплю, мам.       И рывком встав с кровати на пол, натянул висящую на стуле футболку, чтобы спуститься вниз. Где, наверняка, за столом с чашкой чая сидит Пол и уже спустившаяся мама, против всех возражений в плане ограничения подвижности и резкости движений на восьмом месяце беременности, копошится на кухне, доставая их духовки свежеиспечённый пирог.       Его мама будто помолодела лет на десять, после того как узнала, что беременна. Она расцветала с каждым днём и Перси с изумлением осознавал как его маме идёт быть мамой. Она была счастливой. Это было видно по её искрящимся глазам и плавным движениям. А была ли так счастлива Аннабет, когда узнала что носит под сердцем ребёнка? Была ли эта новость радостной для неё с самого начала? Когда она, маленькая, ещё тринадцатилетняя девочка, узнала новость, изменившую в корне её жизнь?       Перси не раз задавался этим вопросом. Его интересовала личность человека, который посмел сделать её не невинной. Но не собирался спрашивать сам. Он не сможет. Она сделает это сама, когда посчитает нужным. А пока, Перси будет делать всё, чтобы сделать счастливыми их.       Как и предполагалось на кухне сидел Пол и читал газету. Около плиты кружилась мама. Идиллия. Но Перси всё же решил её разрушить своим появлением. Пожелав всем доброго утра, Перси подошёл к Салли и забрал у неё поднос и сам поставил его на стол.       — Садись, мам. Ты уже всё сделала.       Салли добродушно кивнула, но всё же сама взяла со стола нож и принялась нарезать пирог. Когда всё было готово, и они сидели на кухне наслаждаясь вкусным завтраком, женщина, отложив недоеденный кусочек, поинтересовалась с лёгкой полуусмешкой:       — Какие планы на сегодня?       Перси, жуя свою порцию уже третьей добавки лакомства, покосился на отложившего свежую прессу Пола и сглотнув, ответил:       — Мы, то есть Аннабет и ребята, идём в аквапарк. У Лиззи сегодня день рождения.       Глаза у Салли засияли ещё ярче и она положила руку на плечо сына.       — Поздравь их от меня. И Аннабет и Лиззи.       Перси кивнул. А Пол изумлённо переводил взгляд с жены на пасынка. Он единственный не был дома в тот момент, когда нагрянули нежданные гости.       — Эм, — наконец, прочистив горло, поинтересовался отчим, — Кто такие Аннабет и Лиззи?       Перси выдохнул. Мечты о том, что Пол пропустил всё мимо ушей, улетучились также быстро как и появились. Кинув на отчима прожигающий взгляд, Перси попытался успокоиться.       Почему это вызывает так много вопросов? Почему в обществе не принимают того, что девушка может быть мамой в семнадцать? Что в этом плохого?       Салли, заметив что сын не торопится с объяснениями, провела рукой по его руке и после с заботой посмотрела на мужа.       — Пол, это подруга Перси и её дочь.       Сначала Пол кивнул, но, наверное, осознав его глаза чуть не выкатились из орбит. Ладно, преувеличиваю. Но это лицо нужно было видеть. Он, открыв было рот, тут же закрыл его, наткнувшись на бушующие волны в изумрудных глазах пасынка.       Оставшийся завтрак прошёл просто и размеренно. Правда, неожиданно охнувшая Салли до ужаса перепугала своих мужчин, а расслабившийся Перси, дёрнувшись, уронил на пол вилку.       — Мама, с тобой всё впорядке?!       — Дорогая, что с тобой?!       Такие возгласы донеслись одновременно. Перси, можно сказать, забыл обо всём, о чём думал целое утро. Он, впрочем как и Пол, подорвался со своего стула, чтобы в панике уставиться на схватившуюся за живот маму.       Но лицо женщины тут же расплылось в улыбке, оставив в непонятках и Перси и Пола.       — Ничего, мальчики. Просто твоя сестричка, Перси. И твоя дочка, Пол, — уточнила женщина, наткнувшись на настороженный взгляд мужа, — решила немножко поиграть. И пнула свою маму. Но конечно она сделала это не специально, — последнее было сказано ласковым шёпотом и невероятной заботой в глазах, поглаживая живот.       Перси судорожно и часто задышал. Он и не заметил, как задержал дыхание. Поэтому, стараясь не подавать виду, вновь сел на своё место, отодвинул тарелку и, оперевшись локтями о стол, тяжело запустил пальцы в беспорядочно лежащие волосы.       — Не пугай так, мам, хорошо?       Только сейчас женщина отвлеклась от разговора со своим нерожденным чудом и обратила внимание на сына. Также поступил и Пол.       — Я постараюсь милый. Не волнуйся ты так, если что-то будет не так, я обязательно тебе скажу.       Перси нервно поднял уголок губ.       — Пол, я возьму твою машину. Вдруг кого нужно будет подвести, Джейсон сказал, что он не будет брать свою.       Отчим кивнул. А Перси поднялся из-за стола.       — Я пойду собираться. Нужно ещё купить, — задумавшись, осёкся он, — купить Лиззи подарок.       И чмокнув на прощание в щёку маму и кивнув Полу, удалился, так и не услышав следующий разговор.

***

      Салли и Пол остались на кухне в гордом одиночестве. Мужчина размеренно мешал ложкой в чае, а его супруга с задумчивым видом смотрела в противоположную стену.       — Не думаешь, — прервалось молчание тихим басом, — что он ещё слишком мал. Мы же оба понимаем, что хотел сказать Перси, когда прервался.       Салли несколько раз моргнула и повернулась корпусом к мужу.       — Он умный мальчик, Пол. И уже достаточно взрослый, чтобы самому решать свою судьбу.       — Ты так думаешь?       — Уверена. Главное, чтобы он понимал — семья это раз и навсегда.       Комната погрузилась в молчание и только мысли двоих, уже повидавших жизни людей, не переставая, кружились вокруг сделавшего такой ответственный шаг подростка.

***

      Перси хаотично передвигался по торговому центру. Да уж. Он слышал от своих друзей, в частности от Джейсона, как тяжело выбрать подарок для своей девушки. Что ж, дорогой друг, кажется ты очень плохо разбираешься в том, где правда нелегко выбрать подарок. Перси усмехнулся.       Несмотря на то, что было ещё относительно рано, торговый центр был полон народу. Мамаши со своими чадами, несущиеся кто-куда; молодые пары, лениво потягивающие на лавочках молочные коктейли; группки подростков, шатающихся туда-сюда без дела. Джексон поймал себя на мысли, что сам не так давно занимался этим бездельем.       Парень внимательным взглядом изучал витрины с разнообразными, но как один, похожими друг на друга товарами. Его не привлекало совершенно ничего. С подарками он никогда особо не парился, но сейчас вдруг призадумался. Хотелось подарить, что-то, что будут нести смысл. Будет напоминать. Что-то, что одним взглядом на себя, вызовет улыбку. И задача казалась неразрешимой.       Молодой человек краем обошёл игрушечный магазин, про себя решив, что игрушки этой малышке он подарит и без повода. На ум стали приходить мысли о том, что если он провозится здесь ещё дольше, то точно не успеет не то что выбрать подарок, но и вовремя заехать за «звёздами этого дня», как решил звать сегодня он Лиззи и Аннабет.       Но края отчаяния он достиг, когда, задумавшись, чуть не врезался в солидного вида мужчину с маленькой красной коробочкой в руках.       — Парень, ты что вообще не смотришь под ноги? — кинув на Перси суровый взгляд, поинтересовался мужчина.       Парень отстранённо извинился и даже мужчина утихомирил свой пыл, с интересом уставившись на парня.       — Случилось что-то? — поинтересовался он доверительно, от прошлой суровости не осталось ни следа.       Перси неожиданно сам для себя кивнул и устало плюхнулся на рядом стоящую лавку. Провёл рукой по волосам и, не поднимая головы, ответил.       — Да нет, просто не знаю что подарить своей д… — с дуру чуть не ляпнул парень «дочке». Тогда бы это суровый с первого взгляда мужчина точно бы покрутил пальцем у виска и, развернувшись, быстро зашагал к выходу. Но, Перси, быстро сориентировавшись, продолжил, — девушке. Да, — добавил словно для себя, — не знаю что подарить девушке.       Мужчина вдруг улыбнулся чему-то своему и, усевшись рядом, вдруг хлопнул Перси по плечу.       — И это всё? Нашёл из-за чего убиваться, парень. Сразу видно, потерянное поколение. Ни ума, ни фантазии. Хотя, о чём я говорю, — и добавил тише, — сам не так давно таким был.       Перси изумлённо поднял голову и посмотрел на своего неожиданного собеседника. Обычный среднестатистический мужчина средних лет. В его внешности не было ничего необычного. Тёмные волосы, карие глаза и добрая, понимающая, улыбка. В общем. Мужчина, как мужчина. Что ещё Перси мог о нём подумать? Но вот зачем он сейчас сидит с ним и пытается что-то растолковать? Этого молодой человек понять не мог.       — Слушай, парень, я вижу что ты человек толковый, — Перси решил не уточнять у мужчины с чего он это взял, — Мотай на ус. Женщины любят украшения. Даже если их не носят. Ей будет очень приятно их получить.       В голове у Перси будто что-то перемкнуло. Он вскочил с лавки и в порыве радости, пожал мужчине руку. Тот лишь рассмеялся, смотря вслед забегающему в ювелирный магазин парню.       Вот она — мужская солидарность.

***

      Перси достаточно резко затормозил у дома семьи Чейз. А всё потому, что удача вдруг решила неблагосклонно повернуться к нему… Ну вы поняли. Она даже руку на прощание не пожала, заставив отмучаться в пробке. Поэтому, когда затор более-менее рассосался, Джексон, сломя голову, направился к пункту назначения. И не зря. На тротуаре уже стояли две девочки. Точнее, девушка, в лёгком бежевом пальто и грубых чёрных ботинках, с тракторной подошвой. Странное сочетание, но Перси понравилось. Своим видом и целеустремлённым взглядом, Аннабет будто говорила о своей силе духа и независимости.       «Моя маленькая, сильная девочка.» — с улыбкой подумал Перси, выходя из машины, чтобы тут же подхватить на руки Лиззи.       — Папа! Я соскучилась! — взвизгнула Элизабет, оказавшись на руках у Перси, и мягко обвила своими маленькими ручками его шею.       Перси на секунду замер в нерешительности, но затем, крепко держа её одной рукой, второй убрал с улыбающегося личика мешающие пряди светлых волос и коснулся губами лба малышки.       — Ещё раз с днём рождения, маленькая, — прошептал он ей на ушко, отчего та смешно склонила головку на бок и рассмеялась.       Перси в тот момент отчётливо не понимал, зачем это делает. Почему так крепко прижимает девочку к себе, почему целует в макушку, будто самый настоящий папа. И вот уж точно не понимал, почему ему так не хотелось выпускать девочку из своих рук, и зачем кидает на Аннабет взгляды, от которых девушка слегка покрылась румянцем.       Через пару минут Перси всё же отпустил Лиззи, чтобы, открыв заднюю дверь автомобиля, достать маленькую голубенькую коробочку в виде дельфинчика и, присев, протянуть малышке, глаза которой искрились любопытством.       — Это тебе, Элизабет, — Перси раскрыл коробочку, показывая, поблёскивающую на свету золотую цепочку с подвеской в виде сердечка, — обещай мне, что будешь носить её не снимая. А главное, помни, что когда тебе будет грустно, ты всегда сможешь смотреть на неё, вспоминать меня и маму. Слышишь? Главное — видеть.       Девочка пару раз согласно кивнула и попросила Аннабет, находящуюся в плохо скрываемом шоке, надеть подвеску. Девушка так и поступила, но внимательного взгляда от Перси не оторвала. И парень отдал бы многое, чтобы знать о чём сейчас она думает. Или… О чём не думает.       Немногим позже Перси усадил Лиззи на заднее сидение, чтобы незаметно взять ещё одну коробочку и резко схватил Аннабет за запястье, разворачивая к себе.       — Аннабет, подожди, — попросил Джексон, сам того не замечая, притягивая Чейз чуть ближе, чем могут находится друзья, смотрящие друг другу в глаза.       — Да, Перси.       Девушка старалась не поднимать взгляда на глаза парня, но при этом боялась опустить, что бы наткнуться на обнимающие за талию руки. Ей не было противно или неприятно, просто она боялась того, что её сердце участило ритм и, поэтому старательно пыталась не смотреть.       — Это тебе, — прошептал Перси аккуратно вкладывая в ладонь Аннабет маленькую, так же синюю, коробочку, — Всё-таки это и твой праздник.       Перси видел, как Аннабет, не веря, переводит взгляд с него на коробочку. И так же видел её не понимающие глаза. Поэтому, он сам открыл коробочку, доставая оттуда миниатюрное серебряное кольцо, на первый взгляд простое и ничем не примечательное. Но, приглядевшись, можно было заметить аккуратно выгравированную надпись на неизвестном языке. …pour toujours       Лицо девушки нужно было видеть, казалось, все краски мигом сошли, а после вернулись с удвоенной силой.       — Перси? — прошептала она еле слышно, а после продолжила уже на более повышенных тональностях, — Ты совсем сдурел?!       И она легонько, ну как легонько. С немалой силой так. Ударила его ладонью по плечу. Хорошо приложила… И как после этого делать подарки?       — Это же дорого, наверное… Я не возьму, — начала противится Аннабет, а Перси еле сдерживая улыбку вдруг провёл ладонью по щеке девушки к губам, а после, подбородку. Невольно отмечая, что девушка перестала сопротивляться и замерла.       Аккуратно, двумя пальцами, он заставил смотреть себе в глаза и не давая отчёта своим словам, произнёс:       — Я обещаю, что больше не буду делать тебе такие, — парень сделал ударение на слове, потому что не собирался не делать их вообще, — подарки. Но пообещай, что это кольцо ты хотя бы не выкинешь, когда я отвернусь.       И не принимая возражений, лёгким движением руки, надел кольцо на безымянный палец блондинки. Чуть дольше задержав свою руку на её ладони. Перси готов поклясться, что слышал как Аннабет на миг задержала дыхание, а после ещё долго не смотрела в его сторону.

***

      Развлекательный центр встретил их шумом и гамом. Лиззи, радостно рассказывая обо всём, что видит вокруг, сидела на руках у Перси и отказывалась идти пешком (аргументировала она это тем, что, цитирую «Папа Перси, ножки устали идти. Возьмёшь меня на ручки?»). И «папа Перси» вдруг понял, что имела ввиду Аннабет, когда говорила, что девочка манипулирует ей как хочет. Поэтому смиренно нёс это бремя… Да что это? Он бы соврал, если бы сказал, что ему не нравится держать Лиззи на руках. Ровно также, как ловить на себе заинтересованные взгляды Аннабет.       — Где вы договорились встретиться? — спросил Перси, оборачиваясь на чему-то улыбающуюся Чейз.       — В кафетерии около аквапарка, — уверенно отозвалась девушка и кивнула в сторону лифта, открывшего свои двери, — Пойдём, не думаю, что хорошо опаздывать.       Перси усмехнулся и пошёл следом за «неприступной» блондинкой.       Как бы она не пыталась это скрыть, он понимал, что она очень нервничает. Понимал это в её резких, обычно плавных, движениях. В неестественно прямой осанке. И грустной улыбке, иногда появляющиеся на лице.       Навороченный скоростной лифт меньше чем за минуту доставил их до последнего этажа. Лиззи, крепко прижимаясь к Перси, толи что-то невнятно проговорила, толи, в который раз за этот день, взвизгнула, указывая куда-то вглубь кафитерия.       — Тётя Талия, тётя Талия! — и, соскочив с рук Перси, под смеющийся взгляд Аннабет побежала к девушке, спокойно попивающей свой коктейль.       Грейс присела на корточки перед девочкой и обняла её, одновременно протягивая большую розовую коробку. Вероятно с куклой. Девочка рассмеялась и принялась, что-то говорить. Но было не слышно.       — Мне кажется, — начала Аннабет, беря замершего на месте с лёгкой полуулыбкой Перси за руку, и ведя его к столику, — Что энергия из неё бьёт ключом. Сразу и не сообразить — плохо это или хорошо.       Перси кивнул, но Аннабет вряд ли увидела это, так как, подойдя, крепко, будто старую подругу, обняла Талию. При этом не забывая благодарить за поздравления и что-то говорить Лиззи. А парню просто захотелось понаблюдать за этим со стороны. Обычные девушки. Не беря во внимание, что одна немного неформальной внешности. И обычная трёхлетняя девочка. Ничего необычного. Интересно, думали ли так окружающие, слыша, что девочка иногда хватает блондинку за руку и громко восклицает: «Мама!»       Талия, оторвалась от разговора с Аннабет и Лиззи, развернулась и с былым саркастичным выражением лица, проговорила:       — Джексон, ты вообще страх потерял. Не хочешь поздороваться со старой-доброй тётушкой Талией? — брюнетка напущенно грозно упёрла руки в бока, но её глаза смеялись.       — Знаешь, Грейс, я как-нибудь откажусь от этой чести… — насмешливо выдал Перси, уворачиваясь от подзатыльника под весёлый смех Аннабет.

***

      Следующие минут пятнадцать ребята сидели за столиком кафе, смеясь и разговаривая обо всём. Лиззи уплетала за обе щёки заварное пирожное, не забывая как можно сильнее размазывать крем по лицу. Девочка заливисто смеялась, проделывая это, а Аннабет грозила пальцем. Впрочем, она, так же как и Перси с Талией, не упустила возможности посмеяться.       Когда с десертом было покончено, Перси встал со своего места, выпуская Аннабет с дочкой на руках, чтобы те сходили в уборную. Крем так и оставался на щеках у Лиззи.       Они благополучно удалились под внимательный взгляд Перси. С минуту на минуту должны были подойти оставшиеся «гости». Поэтому, сегодня особо впечатлительная Талия, нервно крутила трубочку от коктейля по стакану. Перси казалось, что её мысли были далеко от сюда и поэтому он решил не тревожить её своими словами. Когда она сама проговорила, поднимая взгляд пронзительно голубых глаз:       — Как думаешь, они смогут понять?       Уточнять было не нужно. Перси и так понял, что девушка имела ввиду. Хотелось бы ему самому знать ответ на этот вопрос. Но ответить он не успел. В кафе зашли ребята и секундой позже из уборной с Лиззи на руках вышла Аннабет. Она, сделав пару шагов по пути к столику, замерла. А Перси не нашёл ничего лучше, как под внимательный, но настороженный взгляд Талии, подняться со своего места.       — …А потом она увидела это. Видели бы вы её лицо!       Говорил Лео, шагая впереди всех задом на перёд. Он начал смеяться и остальные повторили за ним.       Аннабет в это время дошла до Перси и он недолго думая, забрал с её рук Элизабет, при этом одной рукой сжимая запястье девушки. Она либо не поняла, либо сделала вид, что не почувствовала этого, внимательно наблюдала за друзьями.       — Эй, привет Аннабет! — первая спохватилась Пайпер, целуя в щёку подругу и кивая Талии, — И что это за прекрасная леди у тебя на руках, Перси?       Перевела шатенка заинтересованный добрый взгляд на Лиззи. Джейсон в задумчивости поправил очки в золотой оправе, а Калипсо дружелюбно улыбнулась. У них в глазах появлялся интерес. Один Лео так и не обращал внимание на происходящее, продолжая смеяться.       Перси, видя нерешительность блондинки, надумывал рассказать обо всём сам, но Аннабет, неожиданно резко и твёрдо, голосом не терпящим возражений, сказала:       — Знакомьтесь. Это Элизабет Чейз. Моя дочь.       Улыбки на лицах Калипсо и Пайпер немного потускнели. А решивший обернуться Лео, закашлялся.