Окдист

       Птицы, скрывшись в кронах редко растущих деревьев, тихо насвистывали вечернюю трель, празднуя конец очередного жаркого летнего дня. — Как вы думаете, друзья, Мус сегодня появится до ужина? — произнес Север с еле заметной улыбкой на лице, желая растопить ледяную стену, внезапно возникшую между ним и его товарищами.        Корникс, немного помедлив, смерила его внимательным взглядом, будто бы злясь, но, совершенно не торопясь отпускать локоть Артура, расслабленно и флегматично произнесла: — Прошу простить меня, если это прозвучит слишком грубо по отношению к Мус, но, Север, я бы предпочла, чтобы она сегодня вернулась поздно. — Разве не вы говорили, сударыня, что вы будете готовить столько, сколько понадобится? — Старсон немедленно возмутился, останавливаясь, чтобы дождаться пару. — Ох, дело совсем не в количестве еды, что я должна готовить. Видите ли… — здесь Барклай все-таки отпустила руку Палмера, чтобы иметь возможность жестикулировать. -…дело в том, что, на мой сугубо личный взгляд, Мус еще стоит поучиться манерам. Мне неприятно общество этой леди, хотя, готова признать, некоторые ее навыки вызывают у меня… неоднозначные чувства.        Артур тоскливо взглянул на вырвавшихся вперед друзей, издав отчаянно глубокий вздох. Еще никогда Корникс не позволяла ему так долго вести ее, и вот Север все испортил одним упоминанием той, что действительно даже не собиралась возвращаться в дом семьи Барклай раньше трех часов утра. Не то, что бы Палмер имел что-то против Севера или Мус, но когда дело касается Корникс… Ох…        К тому моменту, когда Артур набрался сил и снова подошел близко, аккуратно, но от этого не менее нагло отпихивая Старсона от девушки, они уже закончили обсуждать Мус и ее сомнительные навыки. — Я бы хотел добавить, что умения этой леди все-таки восхитительны. Даже я не могу настолько ловко управляться с замками. — Палмер попытался скрыть волнение и мельком глянул в сторону Корникс, чтобы увидеть, как его слова подействовали на нее. Она не сказала ни слова, не одарив парня даже быстрым строгим взглядом, заставив его поникнуть на глазах.        Видя, насколько плачевна ситуация, Север крепко схватил Артура под локоть и наспех сказал Барклай, что ей стоит идти вперед, потому что он только что понял, что забыл в пабе свой кошелек и намерен забрать его непременно в компании Артура. Когда же девушка скрылась меж впереди стоящих домов, Старсон очень грозно посмотрел на совсем потерявшего надежду Палмера и, сложив руки на груди, с нескрываемым раздражением произнес: — Ну? — Что?.. — Артур, опешив от внезапно навалившейся на него строгости, попятился назад, но его не пустила крепно сжатая на запястье рука Севера. — Что мешает тебе, наконец, перестать трусить и сказать леди все, что о ней думаешь? — Ох. Ты об этом. — Артур покраснел и потупил взгляд на землю. — Понимаешь... Ей просто нет смысла заводить роман со мной. Она элегантна и мудра, а я… ну, ты сам видишь. У меня нет даже одной золотой монеты в кармане. Я даже не могу угостить ее любимым напитком!..        От осознания того факта, насколько глупы и несносны возникшие на пустом месте опасения Палмера, Старсон расслабил хватку и выпустил руку парня. Тот, в свою очередь, лишь раздосадованно пнул близжайший камень и побрел вслед за Корникс, прекрасно осознавая, что неровен час, когда она снова назовет его идиотом и не разрешит даже немного поухаживать за собой. Артуру было тяжело переживать это, потому что сигналы, посылаемые его возлюбленной, были слишком неоднозначны и непостоянны.        Палмер переживал за то, что совсем не может принести ей хороший букет дорогих цветов или подарить бриллиантовое колье, которым так любят восхищаться и хвастаться современные женщины. Он думал, что Корникс вот-вот ускользнет от него — так же быстро и неожиданно, как появилась в его жизни. Его мысли путались и мешали спокойно идти, он постоянно оглядывался на идущего позади Севера и то и дело спотыкался, как вдруг под лучами закатного солнца он увидел блеск и тут же понял, что это.        Мгновенно приободрившись, он помчался к поблескивающей вещице, схватил ее прямо из-под ноги опешившего прохожего и заорал: «Я нашел!» на всю улицу, привлекая внимание абсолютного большинства обывателей. Север посмотрел на него, как на откровенного идиота, но тут же улыбнулся, увидев в его руках золотую монету. — И что ты собираешься делать? — спросил он, довольно улыбнувшись, но Артура уже не было на том месте.        К тому моменту, как Палмер, красный и запыхавшийся от бега, прибыл к дому Корникс, ужин уже был готов. Старсон смотрел на него с выпытывающим любопытством, и тот, наконец, сдался. — Я купил ей букет и новый роман… — смущенно пробубнил себе под нос Артур, показывая из-за спины красивый букет, выдержанный в голубых и белых тонах, и книгу в красивой обложке. — Мудрое решение. — Север одобрительно кивнул и пустил Палмера в дом.

***

       После ужина, стол на котором был украшен восхитительно пахнущим букетом, Артур первее всех отправился в постель. Север помогал Корникс убрать посуду и многозначительно фыркнул, увидев на ее лице довольную улыбку. — Он не знает? — О чем? — Барклай посмотрела на него снизу вверх, смывая с тарелки пену. — Это была твоя монета. Он не знает? — Нет. И вам, сударь, лучше Артуру ничего не говорить. — Это еще почему? — Старсон удивленно вскинул бровь и облокотился на стену. — Потому что я вас хорошо знаю, Север. Вы же не хотите ночевать в конюшне, верно?