Нежнее чем польская панна

- Сосульки!! Свежие сосульки! Грушевые, лимонные сосульки!- надрывалась грудастая торговка, потряхивая леденцами. Недолго думая, Мишко подскочил к ней. - Почем сусульки?- поинтересовался он, выуживая мешочек с червонцами. - Червонец,- отозвалась она,- ну, тебе, парубок, уступлю!       Подставив карман, Мишко наблюдал, как желтые сусульки перекочевывают в его карман. - Желтых сыпь, да побольше!- приговаривал он,- ай, гарна дивчина! Широка бедрами, велика грудью!- шлепнув торговку по сочному заду, он догнал Сидорку, который околачивался подле лавки с салом.       Наконец, Сидорка выбрал самый большой шматок сальца, щедро сдобренный луком и перцем. Упрятав его в узелок, они поспешили к бабке Прыське, известную торговку самогонкой. - Знаешь ли ты, что Прыська то ведьма!- задорно проговорил Мишко. - Брешешь! Какая она ведьма, хвоста то нет!- уверенно сказал Сидорка, ногой наступив в суслиную нору. Издав довольно известное ругательство, он упал наземь, продолжая браниться. - Сало! Сало задавишь!- перепугался Мишко, с трудом поднимая тяжеленного парубка.        Добредя до дома Прыськи, они стали стучать в хлипкие ворота, которые с каждым стуком норовили слезть с петель. - - Бабка Прыська!! Отвори! Отвори!- надрывался Мишко. - Спит что ль, дура старая,- проворчал Сидорка. Дверь приоткрылась, и перед ними предстала довольно хлипкая старушонка, укутанная в сотню пуховых платков так, что были видны лишь ее черные, как деготь глаза. - Чего надобно, ась?- подбоченясь, спросила она. - Слыхали мы, что знатная у тебя горилка,- проговорил Сидорка. - Знатная горилка знатно стоит!- ответила бабка,- кыш, охальники! Купят с гулькин нос, только горло дразнить, а у меня потом хохлатки пропадают. - Бабуль, бабуль, ну, чего ты! Мы не такие! Мы не воруем хохлаток!- стал убеждать ее Сидорка,- мы, можно сказать, знатные клиенты! Купим большую бутыль горилки! Христом Богом клянусь! - Покажь деньги,- тут же смилостивилась старуха. Увидев монеты, она отсчитала с десяток, тщательно проверила, разве что не на зуб. - Входите, охальники!- разрешила она.       Протопав за бабкой в один из ее сараев, Сидорка незаметно утянул курью ногу, упрятав ее в сапог. Заметив это, Мишко знатно пнул его по голени, за что получил тычок по зубам.       Вляпавшись в коровье добро, Сидорка взбеленился, точно бесноватый. - А ну цыц!- прикрикнула бабулька, отмеряя горилку. Передав им бутыль, она велела им выметаться, поскольку уже смеркалось. - Бабась, ну, оставь нас! Время то позднее!- взмолился Мишко.        Получив веником по спине, дружки удалились, ворча и переругиваясь. - Огни! Смотри, Сидорка, видишь огни!- проговорил Мишко, вытягивая руку,- значит, должен быть хутор! Идем! - Не вижу я никаких огней! Бачишь ты, Мишко, ой, бачишь!- трусовато проговорил Сидорка. - Идем!- не слушая его, Мишко понесся вперед, ловко перепрыгивая через кочки.       Бредя почти полчаса, нахватался репьев и колючек, парубки устали, а огни все не становились ближе. - Стой! Там кто-то есть! Стой, Мишко!- завопил Сидорка, останавливаясь. - Хутор там!- проорал Мишко, ускоряясь. Внезапно он оказался перед покосившимися воротами, которые скрипели перед каждым порывом ветра. Шагнув вперед, Мишко остановился, крестясь.        Ярко-рыжая луна выползла из-под облаков, освящая старое кладбище с покосившимися крестами и просевшими могилами. - Чур меня, нечистая! Чур!- проговорил Мишко, пятясь. - Не огни ты видел, ой, не огни! Могилы! Это они светятся и манят! Уй, беда, уй нехорошо это!- выл Сидорка. - Казак ничего не должен бояться,- уверенно сказал Мишко. - А, ежели, забоялся?- свистящим шепотом спросил Сидорка, трясясь, точно заяц. - Значит, не казак!- проговорил Мишко, поворачиваясь к нему.        Услышав какой-то звук, казаки обернулись, замечая небольшой силуэт около креста. - Нечистая!!-заорали они, бросившись наутек. - Сидорка, горилку держи!! Не разлей!- орал Мишко, несясь, точно заяц.        Полупрозрачный силуэт, обогнув крест подошел к воротам, приобретая очертания. Глядя вслед бегущим казакам, ведьма сощурилась. - Посылаю я вам страх, да такой страх, что ночью спать не сможете, тьмы забоитесь!- проговорила Олика,- да будет так!

***

      Очутившись подле небольшого озера, круглое, как тарелочка, парубки остановились. - Здесь и заночуем!- распорядился Мишко,- заодно и постираюсь! Весь провонял дерьмом коровьим у твоей старухи! - А это не ведьмино озеро?- подозрительно спросил Сидорка, выуживая курью ногу. - Вот, чудной! Нет, конечно!- проговорил Мишко, снимая портки и сапоги.        Разведя костер, Сидорка принялся греться, все же не рискуя войти в воду. Мишко тем временем уже постирался и, развесив вещи, вошел в воду. - Сидорка, пошли купаться!- позвал он. - Холодно,_ проворчал казак,- пойдем, горилки хряпнем!       Усмехнувшись, Мишко нырнул да поглубже. Внезапно, ему показалось, что рядом кто то есть. Раскрыв глаза, он увидел рядом с собой прекрасную белокурую деву, простирающую к нему руки. - Мишко, подойди ко мне,- говорила она манящим голосом. - Черт, сгинь!- проговорил парубок, выныривая.       Вылезая из воды, он подошел к Сидорке и, отвесил ему щелбан за начатую горилку, отпил прямо из бутыли.        Разомлев от выпивки, стали они байки травить, да разговоры вести. Подбросив в огонь несколько чурочек, устроились они поудобнее. - Слыхал ли ты разговоры на базаре про бабку усатую?- поинтересовался Мишко. - Неа, не слыхивал, поведай! - Живет неподалеку бабка, прозвали ее Уска! Носит она усы, точно хлопец, а по ночам оборачивается кошкой и бродит везде и всюду! Кто ее видит, крестится, а она прыгает и хоп! Голову отрывает!- последнее предложение Мишко проорал для пущего страха. - Врешь! Нет такой бабки! - не поверил Сидорка,- а слыхал ли ты, что Юрко нам рассказывал. - Что же? - В те времена, когда были еще другие люди, но до нас, и вера не была такой крепкой, жили на земле девы. Да такие, что прекраснее их было только солнце. Алы губами, тонки станом, ликом белы и такие красавицы, что каждый, кто видел их, навеки становился рабом! А поцелуй прекрасной девы дарил такое наслаждение, которое вовек никто не испытывал, но при этом забирал душу! - Были бы сейчас такие девы,- мечтательно проговорил Мишко, вспоминая то видение с озера. - Может, и есть сейчас такие дивы,- вздохнул Сидорка. - Где? Эти бабки на рынках, которые смердят, как старые башмаки! Враки это! - Не враки!- обиделся Сидорка. - Враки-враки!- фыркнул Миша.       Разъярившись, Сидорка вскочил, кидаясь на друга, и вот они уже катались по берегу, тузя друг друга. - - Ишь, бесноватый,- проговорил Мишко, отряхиваясь,- спи!- отвернувшись, Сидорка обиженно засопел, а вскоре захрапел.        Сон никак не хотел приходить к парубку. Вертясь так и эдак, он уже смирился с бессонницей, как тут веки его потяжелели. Едва он смежил глаза, как послышались ему легкие шаги. Вскочив, увидел он деву, идущую по берегу, совершенно нагую, да с такой прозрачной кожей, точно лунный свет. - Опусти глаза, Мишко! Не то узришь ненужное! - проговорила она, опускаясь перед ним и, накрывая его волосами цвета молодого золота. - Кто ты?- ошалел Мишко. - Человек,- улыбнулась она, чуть поддавшись вперед,- еще в озере тебя увидела, заприметила!- наклонившись совсем близко, поцеловала она его, и ледяным холодом обдала уста парубка, проник этот холод до самого сердца. Прильнув к нему, дева сковала его тисками ледяными, не собираясь отпускать. Тонкие руки, подобно клешням обвились вокруг его горла, не давая вздохнуть. - Мой ты теперь! Мой!- услышал он. - Мишко! Мишко, вставай! Вставай, пьяница! Всю горилку за ночь высосал!- орал Сидорка, пытаясь поднять товарища. Раскрыв глаза, Мишко вскочил. - Ведьма?! Где она?! Где?!- завопил он, вращая глазами. - Где горилка, ворюга?! Выпил ведь!- не унимался Сидорка. - Не было никакой горилки! Ведьма ко мне приходила!- сказал Мишко, трясясь, точно в лихорадке. - Знатная горилка у бабки, вон как пробрало то,- хмыкнул Сидорка, не поверив ему.