Я хочу уйти красиво...

      Следователь Артём Владимирович сидел в своём кабинете, ещё раз просматривая бумаги, что он собрал за всё это время. Ему дали дело, чтобы найти одну пропавшую девочку лет тринадцати, а оказалось, что оно более запутаннее, чем он думал раньше. И если бы он сам не расследовал бы это дело, то наверняка бы не поверил тому человеку, что рассказал бы ему такую историю. Чего на свете только не бывает…       Тут послышался стук в дверь.       — Заходите! — смотря на одну из бумаг сказал мужчина, а потом перевёл взгляд на пришедших. Отец, как он понял, погибшей Веры Мейрон, а также мать и дед уже обоих девочек. Следователь был в курсе семейного положения этих людей. — Здравствуйте, присаживайтесь, — он указал на диванчик и стул рядом с собой. Владислав Петрович сел на стул, а молодым людям ничего не оставалось, как разместится на диване. — Итак, всё, что я сейчас скажу, является самым логичным выводом из всей ситуации. Так что, прошу верить мне на слово, даже если это будет выходить из области фантастики, — все на это согласились. — Итак, для начала просмотрите это, а я пока расскажу вам кое-что, — он передал Владиславу Петровичу, одетому в джинсы и серый свитер, небольшую коричневую книжку в кожаной обложке, чтобы он смог её просмотреть. Сняв очки, пожилой мужчина начал изучать записи. — Тут перевод, — Артём Владимирович передал ему несколько листов А4 и мужчина начал читать параллельно просматривая листы.       — Эта книжка имеет какое-то значение к делу? — спросил отец Веры, Евгений Мейрон. Пришёл мужчина тоже в джинсах, чёрных туфлях и в синей рубашке в клетку.       — Эту записную книжку я попросил у своего старого знакомого, он работает учителем истории в той школе, где училась Вера Мейрон. Этой книге около ста лет и при этом по записям мы поняли, что её хозяйкой была как раз ваша дочь, — все трое посмотрели на следователя с недоумением.       — О чём вы говорите? — женщина была в шоке, а мужчина встал со своего места и взял какую-то пожелтевшую газету.       — Вера Мейрон или же Вера Михаэлис, если брать более поздние записи и документы, впервые была запечатлена в одной колонке английской газеты 1885 года. Позже в своих заметках о ней пишет ещё несколько людей, в том числе и молодой Артур Конан Дойл, автор «Шерлока Холмса». Но, самое интересное я обнаружил в отделе одного инспектора, Аберлайна, он тогда служил в Скотланд-Ярде, ваша дочурка сумела и там отличиться в документах и это всё за пару лет проживания в Великобритании. И поверьте, это только верхушка айсберга.       — То есть вы утверждаете, что… — Владислав Петрович, отец Ксении уже передал небольшую книжку женщине и та начала вчитываться в иностранные слова, перемешанные с русским языком.       — Ваша девочка чудом открыла способ путешествия во времени. И этот факт подтверждает запись на последней странице, от которой Михаил Анатольевич, учитель истории, был в радостно-шоковом состоянии. Поверьте мне на слово, в таком восторге я давно его не видел.       Женщина сразу же аккуратно начала перелистывать слегка пожелтевшие листики в самый конец книжки. Большая половина листков были уже исписаны, но были также и чистые. В конце была последняя запись, которая была написана чисто на русском, даже перевод на листках не понадобился.       » — Здравствуйте, Михаил Анатольевич, пишет ваша бывшая ученица, возможно вы меня не помните, но мне это не важно. Завещаю вам этот блокнот после моей кончины или, когда этот блокнот закончится. В. М., 1889 год.»       Получателя блокнота явно нашли по адресу в конце страницы.       Женщина начала перелистывать страницы в обратном порядке. Раскрытыми глазами она всматривалась в какие-то рисунки и просто зарисовки людей и предметов на последних листах, даты пока следователь что-то ещё рассказывал на заднем плане.       — Владислав Петрович, — он обратился к мужчине всё ещё сложив руки на груди и облокотившись об свой серый стол. — Вы помните как звали того мальчика с повязкой на глазу? — мужчина начал вспоминать.       — Имя было не русским… Сил… Сиэль. Мальчика звали Сиэль, у него ещё фамилия была иностранная, простите, уже не помню.       — Ага, — мужчина на секунду вскинул брови и взял ещё один лист бумаги, только теперь с фотографией. Он поднял лист бумаги, чтобы её видели все присутствующие в этой комнате. — А вот и граф Фантомхайв, на которого работала ваша дочь, — лица присутствующих вытянулись. На листке была фотография мальчика с повязкой, которого видел пожилой мужчина, а Евгений прочитал в письме. — Один из сыновей Винсента Фантомхайва, на него-то и работала ваша дочурка.       — Этот…мальчик? Граф Фантомхайв? — бывший военный был явно удивлён.       — Мда… Это ещё только начало из всего, что мне удалось выяснить, — он сел за стол.       — К примеру? — Евгению Мейрону явно уже достало это напряжение.       — К примеру, — он повторил за мужчиной. — Ваша дочь, была зверски убита 28* ноября 1889 года одним человеком и, как я предполагаю, он вам знаком. И знаете, по записям этого инспектора, даже это она смогла сделать красиво.       «Англия. 1889 год.»       Да что же за день такой?! С начала головная боль, потом префекты, а теперь это! Что это за наказание?!       — Пошла, пошла, пошла! — никогда бы не подумала бы, что придётся управлять каретой. Ну что же, всё бывает в первый раз. Жалко, что это в экстренная мера и приходится гнать по Лондону по такой дороге. Мокро, скользко, холодно! Полный комплект! А! Ещё у меня успели цапнуть за руку! Вообще шик и блеск!       У меня два раненых пассажира, один из которых может протянуть ноги из-за кровопотери. Ну почему Агни решил поиграть в героя и подставился под удар? Зачем?! Хотя, нужно искать плюсы у меня не будет нового шрама… Да кого я обманываю?! Какие тут плюсы?!       Надеюсь я успею и никуда не врежусь… Потому что повозкой я управлять не умею и за рулём впервые в своей жизни.       По пути к Салливан меня пытались остановить двое людей из Скотланд-Ярда, но я проехала мимо них, крикнув напоследок, что я тут не просто так гоняю, как на формуле один. И то, что у меня реальное ЧП.       Я в буквальном смысле слетела с места кучера и распахнула дверь кареты, чтобы взять раненного Агни. Принца я отправила к двери, чтобы мне Вольфрам помог с переноской мужчины…. А он тяжёлый, знаете ли! А я, хрупкая женщина, тащу его на себе! Ну ладно, не очень хрупкая, но всё же это тяжело. Хотя, я не в первый раз таскаю на себе мужчин… Как бы странно это не звучало. Так что, пока принц открывал дверь, я как можно скорее пыталась добраться до входа с Агни на спине. Я практически бежала, поэтому…       — Береги-ись! — я чуть не упала, влетев в здание. Но, всё-таки устояла на ногах.       — Что тут происходит? — на наш шум прибежала госпожа Салливан на своих лапках. Вот это шок был на её лице.       — Госпожа Салливан, на нас напали. Агни серьёзно ранен, помогите нам, пожалуйста! — кажется, у меня дежавю… Второй раз я прибегаю к этой малышке ночью с раненым объектом мужского пола, которому угрожает смерть. Один раз — случайность, второй — закономерность.       — Быстро его ко мне в кабинет! — Вольфрам забрал моего «подопечного» и они побежали на верх. Хоть ходить могу после таких «приключений», но мне нужно было в другое место.       — Госпожа Салливан, пожалуйста, позаботьтесь о ребятах. А мне нужно бежать, — они посмотрели на меня большими глазами-тарелками.       — Вера! Ты же ранена и..! — принц Сома не договорил, потому что я вырубила его точным ударом. Поймала я его в нужный момент, так что он не ударился.       — Что вы делаете?! — а вот немцы оказались в шоке от моих действий. Я устало вздохнула и продолжила свой рассказ.       — Нам удалось сбежать от атакующих. Но, так как Агни и принца Сому серьёзно ранили, я посчитала правильным решением привезти их в более безопасное место. Но, это не значит, что я должна оставить свои обязанности, это не в моих привычках! — Хотя, руку мне всё-таки нужно перевязать, а то это не очень удобно. — Если вы не против, то я возьму немного бинтов и пойду, — я помогла перенести принца Сому в комнату и уложила его. Теперь за ним присмотрят Вольфрам и Зиглинде. А когда я уходила, уже с перевязанной рукой, то сказала кое-что. — И ещё, смотрите, кто вам стучит в дверь. Особенно, если это Фантомхайвы и проверяйте, что это именно ваш знакомый.       Я пошла к той карете, которую кинула, когда мы приехали. Она вообще-то графа, но ситуация была экстренная, так что пришлось одолжить её. Да, именно, одолжить. Я чужие вещи не беру без разрешения хозяина или просто без причины. А тут вы и так знаете, что произошло.       На карете я буду ехать слишком долго, а ситуация не терпит отлагательств. Так что я отстегнула одну из лошадей и, сев в седло, попыталась усмирить эту кобылку. Скажу честно, это, наверно, второй раз в жизни, когда я управляю лошадью. Может, я раньше сидела на лошади, но вот управляюсь ей самостоятельно я второй раз. Первый раз был за повозкой. Себастьян мне как-то предлагал мне научится искусству конного вида спорта, но после пары (десятков) падений, я поняла, что лошади меня не сильно любят и кинула это дело. Мне на своих двоих больше нравится ходить и бегать. Кто ж знал, что пригодится!       Я пять минут после мучения с этим бедным животным, которого я решила укротить, я всё-таки начала свою поездку. Ехала я неуклюже, но зато за поводья я держалась крепко и бежала быстро. Всё-таки учебник по укрощению этих животных я читала, просто на практике особо не получилось проверить свои знания, а ещё я кое-что подзабыла оттуда, но это уже тонкости. Но и страшно свалиться было с такой высоты, так что держала я мёртвой хваткой. Хотя я и не из самых пугливых.       Кстати, лил дождь. До сих пор. Я уже промокла до нитки, волосы прилипли к голове и к лицу, так что частично уже прикрывали обзор. Скажу больше, это противно! А ещё я жутко замёрзла, всё бы отдала сейчас за крышу над головой и горячий чай. А ещё хочу, чтобы меня обняли родные руки до хруста костей. Блин, столько всего произошло за короткое время, а я уже соскучилась.       До поместья Фантомхайв мне уже недалеко, я почти доскакала, как вдруг…       За шумом падающей с небес воды послышался выстрел.       Лошадь завалилась на бок, а я, естественно, полетела вместе с ней на землю со всего размаху. До этого я слышала несколько выстрелов из какого-то огнестрельного оружия, но на лошади на полном ходу я в любом случае смогла бы что-либо сделать. Скажу одно, либо эта личность не любит меня, либо лошадей.        Но, рассматривать мёртвую тушу животного мне не дали долго рассматривать. Что-то крепко накинули на мою щиколотку. Это что-то быстро потащило меня с дороги в сторону леса. Ветки и всё что лежало на земле теперь било меня по телу и лицу. Всё, что я смогла успеть сделать это попытаться схватиться за что-то. Но непослушные ветки выскальзывали из рук, так что я смогла только прикрыть лицо руками, чтобы не было так больно. Знаете, уставшая, измученная, раненная, продрогшая, мокрая и теперь ещё мне добавили кучу царапин и синяков по всему телу, «большое спасибо»!       Меня… Подвесили за руки и ноги цепями. Не знаю пока что кто это, хотя догадки всё-таки имеются, не зря же я информатор семьи Фантомхайв ещё со времён Винсента, так что способность думать даже в таких ситуациях я умею. Пока я «подвисла», то смогла немного отдышаться. Хоть я и не люблю материться, но сегодня я могу объяснить только так:       Заебись денёк.       Дождь лил стеной. Из-за прилипших волос, стекающей с них воды было сложно разглядеть и темноты, кто стоял передо мной в пяти метрах. Плюс ко всему, глаза слипались из-за банальной усталости и истощения. Но разглядеть знакомые черты и горящие зелёным глаза я смогла.       — Ну и что тебе надо? — я, с постоянным передышками, всё-таки сказала особи, что стояла передо мной. — Я уж думала, что ты вернулся в наш век, неужели тут понравилось? — ни капли не изменился, только теперь был с винтовкой за спиной и без очков, так что его ярко-зелёные малахитовые глаза были даже с этого ракурса видны.       Андрей Журавлёв.       — Я ещё не закончил свои дела здесь, — он начал подходить ко мне что-то пряча под чёрной курткой.       — И какие же? Завёл тут новую подружку? — я слегка усмехнулась, хотя ситуация явно не смешная.       — Со старой не разобрался, — он подошёл ко мне впритык. Но, так как я повисла, то была слегка выше него. — Ты же понимаешь, что будет с тобой будет после того, как контракт того демона закончится? — он это сказал спокойно, но было слышно и какие-то «рычащие» нотки.       — А ты своих давно не кормил? Со своим-то я разберусь, — опять он свою гармошку завёл. Как же достало. — Слушай, мне реально с ним хорошо, так что прошу, отстань от меня, — я говорю тихо и спокойно. Но вот эти наручники мне уже явно натёрли запястья.       — Я тебя пытаюсь защитить. Он тебя уничтожит, сожрёт, убьёт! Он демон! Монстр! Не умеет чувствовать! Только жрать, блять! — он явно был настроен переубедить меня, даже криком.       — И это говорит мне бывший жнец, который пристрелил лошадь, на которой я ехала на полном ходу, и теперь распял, как Иисуса, после хорошего «знакомства» с земляным покровом леса, — ему это, похоже, не понравилось.       — Прошу последний раз: ты пойдёшь со мной? — думать долго не пришлось.       — Нет.       Потом я почувствовала острую боль в животе. Всё-таки закон равноценной замены работает…*