Луна на Небесах

       – Выглядишь довольным, – Мукуро, не смотря на тот факт, что его драки наконец закончились мед.частью просто лучился удовольствием. Сломанная рука, рванная рана на боку и треснутое ребро его не смущали совершенно. Хотя сказать, что он проиграл, было нельзя, в соседнем боксе, с не менее благостной улыбкой отдыхал Арчибальд Иерро, для которого эта драка закончилась тремя проколам в животе и сломанной в двух местах ногой . Оба обойдутся без осложнений только благодаря пламени Солнца, и только из-за него же два идиота покинут больницу до рождественских каникул.       – Оно того стоило, – Рокудо болезненно шипит, после того как неловко повернулся, потревожив свой бок. Конечно их можно было бы вылечить куда быстрее, но я пользуясь тем, что один из медиков школьной больницы – Медичи, попросила лечить в первую очередь Тумана неспешно, чтобы прочувствовал всю степень своего идиотизма на собственной шкуре. Кто просил замедлить лечение Иерро, я не знаю, но его тоже не спешили сразу поставить на ноги. – Так что спасибо, за такой подарок, -- в том, что Мукуро догадается о том, кто обеспечил ему драку с мечником, я не сомневалась. Только надеялась, что он никогда не узнает, как именно шли эти переговоры. Порой мне казалось, что я двоюсь. Что Сузуне, которую любит Туман и Коломбина Медичи это две разные девушки. И даже не знаю, кто из нас двоих виноват в этом больше: я, желающая хотя бы рядом с ним быть слабой и, наверное, чистой, или он позволяющий мне эту игру.       – Пожалуйста, – улыбаюсь, заставляя себя выгнать все лишнее из головы, даже если это ложь и игра, я согласно лгать, самой себе, чтобы не терять это тепло. И он, кажется тоже, готов делать вид, что верит в мою ложь. А значит пока можно не думать о том, что рано или поздно все тайное станет явным и наша ложь, тоже рано или поздно падет, погребая нас под обломками. – Ладно, мне пора на занятия, – встаю с кровати и привычным жестом поправляю широкую юбку, сегодня у меня по плану Савада, который за прошедшие с начала учебного года три с копейками месяца, все еще дергает меня, чтобы я отвечала на его вопросы.

***

      – Коломбина, – Тсунаеши чуть запинается, проглатывая рвущееся с языка «сан». С начала ноября, девушка поставила условие, что во время их консультаций они будут говорить на итальянском, потому что многие слова должны произноситься на определенном языке, иначе они теряют свой смысл. Хотя надо сказать, что его знание итальянского с момента поступления в школу мафии, действительно улучшилось . Кажется Реборн в очередной раз прав, когда сказал что ему не хватает практики, а лучше всего мозги у него работают только в стрессовой ситуации. Особенное если войти в режим Предсмертной Воли. Подросток и сам замечал, что в бою, он соображает куда быстрее и лучше, успешно придумывая планы, которые приведут его к победе, жаль что нельзя на уроках использовать пламя.       – Тсунаеши, – вежливо кивнула девушка, кладя сумку на стол и садясь, выжидательно глядя на него снизу вверх. – Что ты хочешь спросить в этот раз? – они начинали так почти каждый «урок» Хотару спрашивала, что он желает узнать, он отвечал, а потом она рассказывала, втягивая его в обсуждение, заставляя самому составлять мнение о ситуации.       – Реборн продолжает заниматься со мной историей Вонголы, – тяжело вздохнул Тсуна, на самом деле, поступая в школу мафии у него была малодушная мысль, что хотя бы теперь он будет свободен от садистких уроков малыша, но как оказалось Реборн вполне был способен наставлять своего ученика и на расстоянии. – Мы проходили Октаву Вонгола, а точнее сложности с ее восхождением на место дона Вонголы. Я до сих пор не могу понять, почему она убила своего мужа, перед тем, как получила место Дона? Она же любила его, и Дедушка Ноно это ее сын, от того человека.       – Для начала советую вспомнить, что Даниела, была единственной женщиной во всей череде боссов Вонголы. Более того, семей, где место босса может наследовать женщина очень мало. Думаю если ты задумаешься, то сможешь назвать только одну такую семью – это Джигио Нерро, но там наследование в первую очередь связанно с родовым талантом.       – Но ведь все говорят, что ты будешь следующей главой своего клана! – возражает Савада, начиная быстро вспоминать все мафиозные семьи, которые он знает и кто у них глава. К сожалению плотно с ним занимаются только историей Вонголы, так что у тех семей, о ком он помнит, он может назвать лишь нынешних боссов и изредка их наследников, а никак не предыдущих       – Во первых не главой, а Старейшиной. В отличие от боссов власть старейшины не абсолютна. Если босс – это король, и каждое его слово это приказ, слова Старейшин имеют больше рекомендательную форму, к ним часто прислушиваются, но слепо выполнять их никто из клана не обязан, – Тсуна запустил руку в густые волосы, еще больше их растрепывая. Вот почему все так сложно? Почему все не могут жить по одному понятному для всех шаблону.       – Но ведь все равно, ты девушка, – проявил упрямство Савада, за что заработал насмешливый взгляд от Хотару.       – Ну а дальше, тебе лучше учитывать это на будущее, большая часть европейских мафиози – религиозны. Более того, они Христиане. А Христианство достаточно четко говорит о том, что место женщины – за спиной мужа и никак иначе. Как бы сильна не была женщина, даже если она станет боссом, стоит только в ее жизни появиться мужчине, особенно если этот мужчина станет ее супругом и львиную долю власти она потеряет, потому что эта власть по определению перейдет к мужчине.       – То есть Октава Вонгола убила мужа, потому что иначе боссом был бы он, а не она? – ошарашено спросил Тсуна, пытаясь осмыслить сказанное, а главное понять почему тогда Хотару так спокойно и довольно открыто встречается с Мукуро, если она само только, что сказала – что иметь в своей жизни мужчину, это почти равносильно тому, чтобы не иметь власть. А еще подозрение, натренированное все той же Хотару, сразу подкинуло параллель между девушкой и Восьмой Вонголой. Ну не будет же она убивать Мукуро, чтобы занять свое место. Правда ведь?       – Если сильно упрощать, то да, – ему показалось, что девушка напротив него знает куда больше об этой истории, но молчит. Жаль, что ему открывались тогда кусочки прошлого одного только Примо, а призраки остальных боссов Вонголы, во время того испытания устроенного ему Хибари из будущего, молчали, не рассказав ничего о себе. А ему хотелось бы узнать. Он смог узнать мотивы Примо, толкнувшие его на создание семьи, они были пожалуй даже благородны. Он мог спросить у Тимотео, почему он решил стать боссом, повлияло ли на это то, что его мать занимала это место или же были еще причины? Но зачем был нужен этот титул другим? Только ли ради власти? Даже взрослея, становясь немного более черствым и менее наивным, он все еще не мог понять, как можно стремиться к власти ради власти. Наверное от того, что для него самого эта власть была обязанностью и тяглом, а не наградой.       – А если не упрощать? – решил все таки докопаться до сути Тсунаеши.       – А если не упрощать, то попроси у Ноно дневники его матери, теоретически они должны быть где то в архивах Вонголы, -- Хотару закатала рукав блузки, кидая взгляд на часы на своем запастье. – Мне пора идти на следующий урок. И до самых каникул у меня не будет на тебя времени, так что увидимся наверное уже только на них. Тут на каком нибудь приеме или в Намимори, я приеду туда на пару дней, чтобы поздравить Рехея и Киоко, -- Савада быстро закивал, показывая что услышал. Он даже обрадовался этой новости, он сам собирался на каникулах вернутся домой к маме, мечтая о тихом, веселом Рождестве. Только главное чтобы оно прошло не в стиле Вонголы!

***

      Иногда беседовать с Савадой вредно. Обсуждая с ним политику, историю или традиции мафии, я погружаюсь в это все глубже, а невинные вопросы Тсунаеши заставляют меня задумываться о то, о чем я предпочитала не думать. К примеру вопрос цены власти для женщины в мафии, я раньше не то чтобы игнорировала, нет. Просто я не примеряла эту ситуацию к себе. Я - девушка, это накладывает на меня некоторые ограничения, но при этом дает и положительные стороны. Вот только увы, и понимаю я это сейчас, когда я выйду за пределы школьного болотца, мой пол станет скорее минусом, чем плюсом. И если в пределах Медичи, он мне особо мешать не будет, были в истории это клана Старейшины-женщины, да и Старейшина это всего лишь первый среди равных. То весь остальной мир начнет следить за мной со всем прилежанием и один намек на слабость и меня сомнут. Может я не потеряю свой титул, но влияния вне клана мне не видать. Никто не будет обращать внимание "на какую то красивую куклу". И что делать? В свои размышления я умудрилась уйти так глубоко, что даже не заметила, как закончился урок немецкого, который я просидела уткнувшись в окно, размышляя о вечном. Собрав вещи, я поплелась в столовую, стараясь не рухнуть в свои мысли снова. Но подумать об этой проблеме придется. Потому что прямо сейчас я вижу только два пути: первый быть как жена Цезаря, вне подозрений, то есть никаких мужчин в моей жизни, ни единого намека на то, что я нахожусь под влиянием сильного пола, и лучше вообще забыть о использовании того факта, что я - девушка, в этой ситуации это минус, и второй вариант это найти иной путь, но для этого мне надо как минимум доказать свою силу. Силу в мире мужчин, то есть силу грубую. Только прямой бой, никаких уловок и прочего. И противник должен быть высшего уровня и сражаться тоже в полную силу. Тихо смеюсь себе под нос, от фантазии о том, как я побеждаю Занзаса в бою на кулаках или небрежным взмахом меча размазываю по стенке Скуало. К черту такие фантазии, к черту. На придумывание плана у меня есть еще два с половиной года, а сейчас лучше подумать как я буду проводить рождественские праздники.