Луна на Небесах

      Результат финала оказался одновременно ожидаемым и удивительным. Удивительным, от того, что победил первогодка, чего не случалось уже очень давно, все таки в вопросах боя, опыт играет очень много, а у учеников первого года, его обычно меньше. А ожидаемым, потому что победил будущий Дечимо Вонгола. Все таки такой титул, такая личность, можно было бы ожидать, что если не сам, он достигнет такого результата то, как минимум школа сделает все, чтобы Савада Тсунаеши прошел как можно дальше.       Вот только то кого и как победил в финале Савада свело его победу на нет. И если еще факт того, что второкурсник – Мукуро Рокудо сдался в середине боя, зрители могли понять: Туман все таки, в прошлом бою выложился, да еще и ранен. То вот неожиданно всплывший факт, что этот самый Туман совсем недавно числился Хранителем Наследника, породил целую тучу вопросов и предположений.       Причем какой гад ее слил ( я ставлю на блондинистого в короне или зеленоволосого в дурацкой шапке) так и осталось неизвестным. Но слухи пошли, а вместе со слухами и лишнее лично мне внимание. И если самые мирные ограничивались тем, что утверждали, что Савада Тсунаеши, желая победить сам приказал своему Туману сдаться ( о том, что Мукуро больше не Туман Дечимо опускалось), то самые закрученные приплетали в эту драму еще и меня и клан Медичи. Что то вроде того, что Медичи, выкупили или просто переманили( методы переманивания тоже разнились от денежного подкупа до соблазнения, тут начинали стрелять глазами в мою сторону) талантливого Тумана, но так как он был истинным хранителем Вонголы, то даже сойдясь с ним в поединке не смог причинить своему Небу вред и сдался.       В общем мир мафии снова нашел себе интересную новость и обсасывал ее со всех сторон, явно не собираясь останавливаться. На этом фоне они даже про поединок Иерро и Савады забыли, все таки там было куда меньше надуманного драматизма. И как учиться в такой атмосфере? Хотя Мукуро эта возьня кажется не особо мешала, но некоторые изменения в его поведении все таки были, но со слухами они имели мало общего.       – Мне нужно понять на что я способен без пламени, – объяснял мне Туман, когда я в очередной раз обрабатывала заработанные им в поединке ссадины. Пока Рокудо побеждал. В школе было не много равных ему по силе противников, все таки не смотря на то, что это была школа мафиози и учащиеся здесь хотя бы раз в жизни попадали в реальные боевые ситуации, все же такого опыта кровавых боев насмерть как у иллюзиониста у них не было.       – И как результаты? – в этот раз очередной особо юркий противник рассек парню бровь. Голова это вообще место хрупкое, да еще и царапина была довольно глубокой, так что возьни тут было много, хорошо хоть без швов обойдется.       – Это все не то, – тяжело вздохнул Мукуро, чуть наклоняя голову и словно большой потираясь лбом о мою руку. – Как думаешь если я попрошу, Кея не откажется бросить ненадолго свой любимый Намимори и сразиться со мной?       – Откажется, – за новостями о других Хранителях Савады я не следила, но у меня был гиперактивный брат, который видимо решил наверстать все потерянные годы общения и теперь старался звонить мне как можно чаще, часто забывая о часовых поясах, и вываливая на меня новости о том, как дома хорошо. Кея в этих новостях тоже мелькал, так что вольно или невольно, но о том, что твориться в жизни Облака я знала. – В Намимори стало слишком много действующих мафиози, видимо строительство базы Вонголы в этом городе в самом разгаре, так что он бдит за порядком и периодически уменьшает поголовье буйных, отправляя их в больницу.       – Жаль, – снова вздохнул Туман, откидывая голову назад и ловя мой взгляд. Начало декабря особо теплым не было, даже в Италии, но мы все равно в свободное время иногда, как сейчас, сидели на улице, вернее я сидела, а Мукуро изображал тяжело раненного и лежал на моих коленях, заняв почти всю скамью. Холод и ветер его не смущали, так что длинное пальто было не застегнуто. В отличие от меня, которая сидела, укутавшись в шарф по самый нос и отказываясь снимать с рук теплые перчатки. Порой мне кажется, что тот холод, который поселился в моей душе с убийства в иллюзии Мукуро, не оставит меня никогда. Иногда он соглашался отходить на второй план, не пожирая изнутри, но каждый раз возвращался.       – Может тебе с Иерро схлестнуться? – все таки Арчибальд по праву считался сильнейшим в школе. Жаль, что в прошедшем времени, потому что как я и предполагала, проигрыш Саваде пошатнул его уверенность. Нет, он все так же был лучшим, но лишь от того, что у него не было достойный соперников.       – Иерро сдал, он давно не участвует в поединках кроме тех, что обязательны на уроках, - отмахнулся Мукуро, а я снова задумалась о том, что мне все таки нужен этот человек. Нет, я не настолько наивна, чтобы считать себя способной контролировать человека такой Воли, я вон даже Мукуро контролировать не могу, хотя казалось бы, его любовь ко мне должна была дать мне преимущество. Хотя тут вероятно виновато еще и то, чувства взаимны, и я сама нахожусь под влиянием Тумана. Но иметь Иерро в союзниках, особенно в союзниках способных в случае чего ослабить Вонголу, мне бы очень хотелось.       – Но все же? – продолжаю настаивать. Психология мужчин для меня темный лес, но некоторые наблюдения подсказывают, что бой между Мукуро и Иерро может быть выгоден им обоим.       – Он силен, – согласился Туман и рывком сел, недовольно цыкая языком, наше уединение нарушил спешащий в нашу сторону Кен, который тащил на прицепе Чикусу. Уже на подходе блондин начал размахивать руками и кричать, что о том, что мы влюбленные черепахи и вообще они нас уже полчаса ждут, а ужин стынет и вообще…

***

      Арчибальд чувствовал себя гнилым деревом. Могучим, вековым дубом, в глубине которого зародилась гниль, которая медленно, но верно уничтожала его изнутри. Внешне, все пока прекрасно, но это лишь видимость, потому что он уже обречен. Гниль шириться и скоро останется лишь оболочка. И даже если дуб продолжить стоять – то все равно этот дуб будет мертв.       – Иерро, не уделишь мне время? – молодой мафиози, медленно, словно механически, повернул голову на голос, и так же медленно кивнул, показывая, что он согласен послушать, что ему собирается сказать это воплощение Змея Искусителя.       – Пришла позлорадствовать, Медичи? – зло, спрашивает бывший наследник Вари, отталкиваясь от перил и разворачиваясь к девушке лицом, выпуская в ее сторону горькую струю табачного дыма. Он начал курить с того поражения, вернее вернулся к старой привычке, которую так долго давил в себе, упирая на то, что курение мешает его занятием с мечом.       – Я не смеюсь над поверженным противником, только добиваю, -- качает головой отравительница и не делает и шага в сторону, чтобы уйти от накрывшего ее дыма, только чуть морщит точеный носик.       – Да, в отличие от своего любовника,– Арчибальд не пытается задеть, хотя последнее слово почти выплевывает, произнося с явной насмешкой. Плевать ему и на Медичи, и на наглого Тумана, на все уже плевать, так хочется перегнуться через перила ограждающих школьную крышу и просто упасть.       – Именно о своем любовнике я и пришла поговорить, – Медичи повторяет сказанное им слово, почти в точности копируя интонации, а Иерро думает о том, знает ли влюбленный Туман об этой стороне своей птички? Или он, точно так же как и все иллюзионисты влюблен в иллюзию?       – И что же Медичи хотят от опального меня для своего протеже? Или правильнее сказать для своей Шавки? – а вот теперь девчонка явно недовольна. Титулом «шавка», она с явным презрением в голосе награждает Урагана Савады, и слышать такое о своем полюбовнике ей явно неприятно. А Иерро чувствует немного забытое чувство удовлетворения от того, что смог найти слабое место врага. Именно врага, ведь никем иным Старейшина, пусть и будущая, клана, угрожающего безопасности Альянса, быть не может.       – Сущую малость, – хотя и не уважать эту девчонку он не может, ей потребовалось не больше минуты, чтобы взять собственные эмоции под контроль, снова надевая идеальную маску. – Я прошу о бое. Между тобой и Рокудо Мукуро. Без пламени, только мастерство.       – Ты просишь? – 10 минут общения, а он уже испытал целый спектр эмоций, которые как казалось, сгинули в гнили в его душе.       – Я прошу, – подтверждает Медичи, а он спешно ищет причины, по которым наследница Дракона может опуститься до просьб. В то, что она делает это только ради своего Тумана, он не верит. Они оба – политики, а значит в каждом их слове есть второе, а то и третье дно. Если бы дело было только в Тумане, то Рокудо Мукуро пришел бы к нему сам. Не попросил, этот тоже не умеет просить, но спровоцировал, вызвал на бой или просто напал из-за угла. А тут пришла Медичи, причем вероятно даже без прямого намека от любовника. Поверить в то, что эта змея пляшет под чью то дудку он не может как не старается.       – И что же я получу за это? – нет, он просто не может просчитать мотив. А значит, результат этой интриги будет, где то на том, уровне, который он пока просто не видит. И это почти пугает. Почти, потому что все остальное занимает азарт. Чертова Змея искусительница нашла чем его заинтересовать. Бой, Иерро не признавал даже сам по себе, но он почти тосковал по этому чувству. Он тосковал по бою. С равным. По простому, чистому бою, без пламени, как было в случае с поединком с Савадой, без уловок, которые он использовал, чтобы унизить Ямамото.       – Любой яд вышедший из под моих рук, – Арчибальд хмуриться, понимая что предложение вроде бы и более чем щедрое, все таки Медичи умеют делать яды и не только. Но при этом в этот момент ему эта оплата бесполезна. Ему просто некого травить. Не Саваду же? Или Занзаса. Первого пока опасно, а второго – рано, ведь умри босс Варии и начнется грызня за его место, а в своей победе Иерро теперь не уверен.       – Идет, – все таки соглашается он. Найти применение плате он еще успеет, а вот бой в следующий раз ему могут и не предложить, а сражаться с сильнейшим Туманом поколения на его собственном поле он не согласен – хватит с него пока и одного поражения. – Пойду, найду твоего протеже, Медичи. И да, яд я заберу попозже, когда определюсь, для кого он будет, – вежливая улыбка девушка была достаточно говорящей. Он явно только что влез в петлю, а второй конец веревки оказался в нежных ручках Ядовитой Принцессы