Perfect love

Холвил лежал на чем-то мягком. Он судорожно втянул носом воздух, в котором царили нотки свежескошенной травы и распустившихся цветов. - Холвил из рода амфибий, приди в себя, - послышался мелодичный женский голос, и шаман, сделав титаническое усилие, приоткрыл глаз, который он тут же закрыл – отовсюду исходил ослепляющий белый свет, и даже девушка, что звала его, тоже светилась. - Откуда вы меня знаете? – тихо прохрипел он, скользя по своему животу рукой. Как ни странно, он оказался целым, что в очередной раз доказало ему, что умер он по настоящему. - Ты находишься в Храме Света, сюда попадают павшие в бою воины. Но нет, ты не мертв, - быстро добавила жрица храма, слыша судорожный выдох шамана. Девушка села в ноги кровати и мягко улыбнулась, глядя, как пациент открывает глаза и осторожно садится. - Как я сюда попал? Я отчетливо помню что я... – он запнулся, вспоминая тот кошмар, что случился до того, как его глаза в последний раз проводили Дэррела. Хорошо, что хотя бы он выжил, это радовало душу шамана. - Сюда попадают только те, чьи души светлы и чьи помыслы чисты, те, кто готовы пожертвовать собой ради спасения других. Я рада, что ты наконец-то пришел в себя. С твоего появления здесь прошел месяц, я уж и не надеялась, что ты придешь в себя. Холвил даже подскочил на кровати, услышав сколько он провел в отключке. Он искренне надеялся, что Дэррел не сошел с ума от горя. Шаман откинул одеяло и свесил ноги с кровати, садясь. Тело еще не окрепло после смертельной раны и целого месяца лежания без сознания в кровати. Жрица встала с кровати и, улыбнувшись, сообщила, что он сможет покинуть это место тогда, когда достаточно окрепнет, а сейчас он должен отдыхать и приходить в себя. Как только девушка покинула комнату, Холвил решил, что надо осмотреться. Комната, где он находился, была большой, намного, намного больше, чем та, в которой он жил дома. Высокие сводчатые потолки, большие окна, из которых открывался великолепный вид на водопад и реку, окруженную зеленой травой и кустами. Пол, как и стены, были сделаны из белого мрамора с серебряными прожилками. На полу, возле широкой кровати, застеленной шелковым бельем, лежал большой мягкий светлый ковер с длинным ворсом, приятно щекоча босые ступни. Мимо окна пролетела небольшая птичка с цветным оперением, и, сделав небольшой круг, она уселась на подоконник, глядя маленькими глазками-пуговками на обитателя комнаты. Холвил улыбнулся птице, и она, приятно и мелодично чирикнув, взмахнула крыльями и улетела навстречу еще двум таким же. Они закружились в небольшом полете-танце, напевая незамысловатые песенки в три голоса. Шаман решил собраться с силами и встать. На пошатывающихся ногах он подошел к окну и, вцепившись руками в подоконник, для пущей надежности, втянул носом приятный чистый воздух. На его лице растянулась расслабленная улыбка – все-таки было приятно снова чувствовать и ощущать. Как хорошо быть живым. Он слышал, что в Идеальном мире умереть нельзя, но все же не сильно верил в это: слишком много кладбищ посетил он в своей жизни. Поэтому все происходящее с ним сейчас – какое-то немыслимое чудо, которое происходит далеко не с каждым. Жрица появилась в комнате так же неслышно, как и вышла из нее. Она шла мягкой, практически невесомой поступью, держа в руках стопку вещей для избранного. Наконец, Холвил смог рассмотреть свою спасительницу. Она была одета в легкое платье, в которое скорее одевались крестьянские девушки, нежели жрицы. Длинные волосы цвета свежего снега, выпавшего в середине зимы, рассыпались белоснежным водопадом по плечам и спине, челки у молодой жрицы не было – зачесанная назад, она была украшена различными драгоценными камнями, переливающимися на солнце, и жемчугом. Глаза цвета аметиста, как и у самого Холвила, глядели на гостя с теплом и заботой. На пухлых мягких розовых губах царила умиротворенная улыбка, дарящая спокойствие и уверенность. - Я принесла тебе одежду. Холвил, - проговорила девушка, опуская стопку, что держала она в руках, на кровать. – К сожалению, вся твоя одежда разорвалась, и восстановлению не подлежит. Зато я собрала все твои украшения, - словно извиняясь за потерю дорогой одежды, жрица виновато улыбнулась. - Спасибо большое, - шаман улыбнулся, и нетвердым шагом двинулся к кровати. - Я пойду, - жрица направилась к дверям, словно плывя над полом, но затем у самой двери она обернулась и послала Холвилу еще одну улыбку. – Если захочешь, можешь ходить здесь где угодно, здесь нет каких-либо запретов на передвижение по территории. Девушка удалилась, предоставляя шаману право побыть одному и переодеться из этой туники, которая была длиной по колено, в нормальную одежду. Коричневые штаны свободного покроя, бежевая рубаха с замысловатым узором вышивкой на воротнике, рукавах и подоле, и простые туфли на шнуровке через некоторое время оказались на своем новом хозяине. Холвил придирчиво осмотрел себя в зеркало, улыбнулся своему отражению и вышел из великолепных покоев, в которых он пришел в себя, и, судя по всему, останется здесь до полного выздоровления. Приходило время прогуляться, и он решил не затягивать с этим, и получше познакомиться с Храмом Света, куда он попал. Шаман шел по коридору, задумчиво рассматривая жриц, что шли ему навстречу или стояли в небольших кучках, обсуждая свои дела. Они изредка поднимали глаза на гостя, который вертел головой как вертолет пропеллером, рассматривая все и всех - Холвил, вот ты где! – сзади послышался голос жрицы, что принесла ему одежду, и он обернулся, стараясь приветливо улыбаться, но из-за волнения и усталости это получалось у него как минимум не очень естественно. - Я проведу у тебя экскурсию по нашему храму, расскажу, что и как, - белая прядка волос выбилась из общей прически и теперь спускалась через плечо по груди. - Давай, буду рад узнать об этом месте… - ему так и хотелось добавить "и как меня вытащили с того света", но он подумал, что спросит потом, когда будет более уместно. Они брели вдвоем по коридорам, и Эльнора, так девушка представилась, рассказывала историю Храма Света, о том что расположено, и просто проводила экскурсию. Храм Света был образован давно, еще во времена Первой войны с Бездушными. Множество воинов погибло в этих ужасных кровопролитных битвах, но поток монстров никак не иссякал, и мир оказался на краю гибели, если бы один из архимагов не предложил создать Храм Света, который бы исполнил роль последнего убежища и последней надежды всех обитателей Идеального мира. Множество великих умов и сил трудились дни и ночи напролет, создавали абсолютно защищенную крепость, куда впоследствии эвакуировали всех оставшихся в живых обитателей этого некогда прекрасного места. Но возник вопрос – кто же будет защищать и вычищать Идеальный мир от бездушных, ведь все, кто хоть что-либо умел и хоть как-то держал в руках оружие пали, защищая свои города и деревни? И тогда Архимаг предложил возвращать к жизни павших воинов, ведь у них есть и опыт и сила. Сначала старейшина жрецов сказал, что старый маг совсем выжил из ума, но впоследствии его уговорили все остальные старейшины, состоящие в совете, и начались бесконечные эксперименты, над тем, чтобы вернуть человека полностью – и душу и тело. И так, чтобы он не был обращен просто в ходячего мертвеца, а в того, кем был до своей смерти: человеком, сидом, оборотнем или из рода древних. Благодаря успешному завершению экспериментов, в Войне удалось одержать победу. Архимаг долго гордился тем, что удалось им создать с его идеи, и начал обучать девушек – жриц этого храма – чтобы в будущем они смогли возвращать к жизни павших воинов, которые сражались за правое дело, в битвах против армий Бездушного. И ведь архимаг был прав – всего через шестьсот лет после Первой войны в Идеальном мире снова зашевелилось зло. Были небольшие стычки между Бездушными и защитниками своего мира, но в более эпичное эти стычки не превращались. - А вот через это зеркало мы видим все, что происходит в Идеальном мире, - Эльнора плавным жестом указала Холвилу на огромное, во всю стену, зеркало. Шаман глядел на поверхность этого зеркала и не мог поверить, что видит не отражение его с его спутницей, а Северное море, где плавают самые вкусные рыбы. Но вот чтобы попробовать их, надо сначала поймать, что весьма проблематично – юркие, быстрые и очень больно кусаются. Так больно, что одним укусом могут лишить пальца на руке. Тут сердце Холвила предательски сжалось, отчего он пошатнулся и едва не осел от внезапно накатившей слабости и головокружения, но тут же нашел опору в руках жрицы. Он посмотрел на нее, и в его взгляде было столько мольбы, что Эльнора мягко улыбнулась и протянула руку к зеркалу. Ее глаза прикрылись, и буквально через мгновение на экране показался до боли знакомый силуэт, летящий высоко в небе. - Дэр… - Холвил закусил губу и подошел ближе к зеркалу, когда на нем показалось лицо сида. Темные распущенные волосы развевались от потоков ветра, у глаз появились едва заметные морщинки и очень заметные мешки вокруг глаз. Создалось впечатление, что Дэррел усиленно загрузил себя работой, чтобы не думать о том, что произошло в пещере мага. Но зная характер жреца, скорее всего он усиленно занимался тренировками и поисками Амриса. Надо скорее приходить в форму и вернуться обратно, пока этот глупец не наделал глупостей, промелькнуло в голове шамана, и он, в последний раз кинув тоскливый взгляд на экран, отвернулся, тихо прошептав: - Спасибо… Изображение на поверхности зеркала потухло, и вот уже в нем отражался Холвил и стоящая рядом с ним жрица Света. - И меня вы также нашли? - Да, мы наблюдали за вами с того самого момента, как генерал Ся Фэн приказал спасти девушек из плена мага, который подвергся сильному влиянию со стороны Бездушного. Шаман кинул на девушку взгляд, в котором можно было прочитать осуждение, понимание и небольшую порцию злости. На мгновение его сердцем завладела именно злость, ведь они могли как-то вмешаться, предупредить остальных воинов, что двое нуждаются в помощи, но вместе с тем пришло понимание, ведь они не могут вмешиваться в ход событий. Они имеют право только наблюдать. Ну еще воскрешать воинов, павших за правое дело. - Прости, Холвил, - тихо извинилась жрица, опуская взгляд. Она знала, что Орден Света не самый могущественный и полезный, но все же он внимательно следил за равновесием в мире. - Да ничего, Эльнора. Ты не виновата. Пойдем дальше, - он мягко улыбнулся девушке и она кивнула. Когда они вышли из зала с зеркалом, в воздухе над храмом разлилась легкая мелодия флейты. Эльнора, видя удивленный взгляд шамана, пояснила, что это так зовут в трапезную, так как подходило время ужина. Трапезная представляла собой огромный зал с большим количеством деревянных столов и скамей с искусной резьбой. Светлые скатерти покрывали поверхности столов. На которых были расставлены блюда с различными фруктами, ягодами, кувшины с напитками. В этот зал уже потихоньку собирались люди со всего Храма, и среди жриц Света Холвил заметил множество людей, явно не принадлежащим к адептам этого храма. Проще говоря он увидел множество воинов, таких же как он, погибших за спасение многих людей в битвах с бездушными и воскресших здесь. Друиды, оборотни, воины, маги… хотя их было внушительно много, такая мини-армия человек в сто, столы оказались полупустыми. Решив больше не думать, Холвил сел на предложенное Эльнорой место, и нерешительно протянул руку к вазе с фруктами и, осторожно оторвав ягоду винограда, отправил ее себе в рот. - Не стесняйся, - Эльнора села рядом с шаманом и наполнила свой золотой кубок нектаром из кувшина, что стоял неподалеку. Затем она повторила то же самое с кубком своего подопечного. Холвил кивнул и благодарно улыбнулся: голод дал о себе знать болезненным урчанием желудка. - После ужина я отведу тебя к Старейшине, - жрица коснулась губами края бокала и протянула руку к чаше с персиками. Один из фруктов она протянула шаману. – Попробуй, здесь они очень вкусные. - Спасибо, - Холвил взял персик в руку и осторожно откусил кусочек, пробуя на вкус. Черт! Эльнора права, таких вкусных персиков он никогда не ел! Что он и сообщил девушке, которая тут же достала ему еще два сочных фрукта. Она с довольной улыбкой наблюдала, как шаман поедает лакомство, словно маленький ребенок, только-только открывший для себя радость от ощущения сладкого на языке. Очень вкусные персики оказались на удивление сытными – уже доев третий персик, Холвил насытился, и теперь с едва заметной довольной улыбкой и в приподнятом настроении оглядывал залу, где они находились. Резные колонны стояли ближе к стенам, и выполняли скорее декоративную функцию, нежели свою прямую, поддерживающую потолок. Они также были выточены из цельного белого мрамора с серебряными прожилками, как и все вокруг. Интересно, сколько же магических и физических сил потребовалось, чтобы создать такое великолепное и величественное здание? Даже в столице, городе Драконов не было зданий, хотя бы отдаленно напоминающих архитектуру Храма Света. В стены трепезной, как и во все стены в Храме были вмонтированы факелы, которые никогда не сгорали, и ярко освещали помещения ночью. Явно постарались маги, которые создали Храм – на века, чтобы больше никогда не повторилось того ужаса Первой войны. И хотя Бездушный и собирал свои войска, воины Перфекта не давали этим сборам завершиться, удачно громя армии противника. Избранных же, при самой большой неудаче, если они были смертельно ранены, жрицы Света забирали с поля боя и снова вдыхали в них жизнь. - Холвил, нам пора, - Эльнора встала, отвлекая шамана от размышлений, и медленно направилась в сторону выхода, показывая, что надо следовать за ней. Интересно, какие же тренировки проходили девушки, если они двигались так бесшумно и легко, словно призраки? Холвил встал, шепотом поблагодарил Создателя за сытный ужин, и последовал за жрицей. И вскоре они оказались у неприметной дверцы, которую с первого раза неопытному глазу было трудно различить среди мраморной стены. Надавив хрупкой ладонью на дверь, Эльнора сообщила цель своего визита, и дверь отъехала, пропуская посетителей на длинную круглую лестницу, что вела наверх. Думаю, что не надо говорить, что невысокие ступени также были вырезаны из цельного камня. - Добро пожаловать, Холвил из рода амфибий, - прозвучал глубокий низкий мужской голос, и к запыхавшемуся шаману вышел мужчина в длинной накидке до пола. Его голову покрывал капюшон, но даже под ним было видно, что возраст у этого человека почтенный: седые пряди не сильно длинных волос лежали на плечах, вокруг глаз была сетка глубоких морщин. Также несколько борозд прорезали лоб, выдавая человека очень задумчивого и сосредоточенного. - Мне очень приятно познакомиться с таким самоотверженным человеком как ты. Жаль, что ты попал сюда при таких ужасных обстоятельствах… - старейшина сделал паузу и тяжело вздохнул. – Но при других обстоятельствах сюда практически невозможно попасть. Надеюсь, Эльнора тебя уже просветила, где ты находишься. - Да, старейшина, - жрица низко поклонилась, прикрывая глаза. - И как мне вернуться обратно? – взволнованно спросил шаман, переводя взгляд со старейшины на жрицу и обратно. Сейчас этот вопрос его беспокоил больше всего: надо было вернуться домой как можно скорее, пока Дэррел не наделал глупостей. - Не сейчас точно, через пару дней. Надо чтобы ты достаточно окреп. Это в других случаях мы можем отправить практически сразу, но твой случай – отдельный разговор. Значит через пару дней. Холвил опустил взгляд и незаметно вздохнул. - Почему отдельный? - Я тебя собирал буквально по кусочкам, - тихо ответил старейшина, и Эльнора подхватила: - Старейшина никогда не прикасается к пациентам сам, но я уговорила, потому что обычные жрицы не справились бы. Холвилу даже думать не хотелось о том, в каком состоянии его доставили сюда, раз им занимался сам старейшина. Его лицо заметно побледнело; хоть он и прогонял от себя воспоминания, они не хотели уходить от него. Ему даже больно не было, когда его несколько каменных шипов, выросших из пола, проткнули в нескольких местах. Он просто не ожидал этого, и лишь перед тем, как сознание змейкой ускользнуло, он почувствовал, как камни с адской болью раздирают его изнутри. - Холвил, ты в порядке? – жрица тут же подскочила к бледнеющему шаману, и аккуратно усадив его на стул, чтобы тот не встретился головой с полом, повернулась к старейшине. - Ты зачем так сразу ляпнул? – прошипела она на него и осуждающе взглянула. – Я же просила тебя, чтобы ты морально подготовил его! Сам его в комнату потащишь, - она с сочувствием посмотрела на Холвила, который с трудом удерживался на границе сознания. - Ладно, прости Эльнора, - шепотом извинился старейшина и посмотрел на бледного шамана. Затем он вскинул руку в его сторону, и из ладони полился мягкий свет, который окутал Холвила. И практически сразу он расслабился, лицо приобрело нормальный для амфибий цвет. - Все, я заблокировал его воспоминания до того момента, пока он сам не захочет вспомнить. - Спасибо… отец, - Эльнора тепло посмотрела на Старейшину Света и затем подошла к шаману. Тот потихоньку приходил в себя. Он сел ровно на стуле, взглядом нацелившись прямо перед собой, на те самые серебристые прожилки в мраморе. Холвил сам не ожидал от себя, что он будет настолько слаб, что не выдержит воспоминаний о своей смерти. Хотя такие воспоминания мало кого оставляют равнодушным даже среди самых выносливых – воинов и оборотней. - Холвил, тебе бы отдохнуть, - жрица Света присела рядом со стулом, на котором сидел шаман, и мягко коснулась его плеча. Жрицы обязаны следить и заботиться за своими подопечными, как матери за своими детьми, ведь они также дают новую жизнь. - Да, пожалуй ты права, Эльнора, - вымученно улыбнулся Холвил и мельком взглянул на старейшину, который отошел окну, в котором виднелся кусочек темнеющего неба. - Доброй ночи, Холвил, - послышался голос старейшины, и шаман не успел даже ответить, как вместе с жрицей оказался в покоях, в которых он очнулся. - Ты переутомился сегодня, отдыхай, - Эльнора усадила шамана на мягкую кровать и подошла к окну. В голове Холвила гудело от переизбытка информации, и он откинулся назад, падая в мягкие объятия кровати. Усталость нахлынула на него как море на берег во время прилива, и так и не раздеваясь, он уснул. Факелы, вмонтированные в стены, как по волшебству погасли, погружая комнату во тьму. Жрица подошла к шаману, стянула с него обувь и бесшумно вышла из комнаты. - Спокойной ночи, Холвил из рода амфибий, избранный богиней Света.