я буду тонкой нитью на твоем запястье

Стефан никак не мог отойти от вчерашнего. После поцелуя он посмотрел на Марка. В его глазах была только благодарность. Но не любовь. Мужчине это не понравилось. Он молча поднялся и ушел. Теперь, сидя в своем кабинете, окруженный подчиненными, он никак не мог думать о делах. Его мысли постоянно возвращались к мальчонке. Украдкой он написал на своей руке. «Вчера я был с тобой слишком резок. Но к таким благодарностям я не привык». О последнем предложении он пожалел почти сразу. *** Марк проснулся от непонятного жжения на руке. Он сонно посмотрел на кожу, где была записка от мужчины. К счастью, рядом была ручка и блокнот, видимо, оставленный специально для Марка. Он взял ручку и написал. «Я переживал, что я тебе неприятен. Больше не буду так делать». Зарывшись в одеяло, парень тяжело вздохнул. Он доставлял сплошные неприятности! Сначала порезы, потом драки… Разве Стефан заслуживал себе такую головную боль? На часах было 10 часов, и парнишка поднялся с кровати. Он быстро помылся и переоделся в одежду, которую аккуратно положила домработница. Это были новые вещи, но от стиля парня они совершенно не отличались: зауженные джинсы и майка. Белье тоже было — боксеры. Марк любил такие трусы, но разве в детдоме объяснишь свои вкусы? А здесь о нем позаботились. «Интересно, он специально выведал все мои вкусы и желания? Или просто угадал? И с чего я взял, что одежду выбирал именно он?» Но, на самом деле, именно Стефан ранним утром поехал в торговый центр и купил одежду, которая сейчас лежала перед «беженцем». На кухне его ждала Марина, та самая волшебница, которая и разложила одежду. На вид ей было лет 20. Довольно простая девушка, взгляду не за что было зацепиться. Но вот глаза… они источали заботу и внимание к жителям этого дома. От нее веяло уютом, словно от бабушки в деревне. Именно такие мысли были в голове у Марка, когда он ее увидел. — Завтрак давно тебя ждет, соня, — сказала она, и он даже посмеялся тому, как ласково изогнулась ее улыбка при виде него. Не став расстраивать девушку, ведь она старалась, он быстро сел за стол и принялся уминать оладьи с вареньем. Они были чрезвычайно воздушными и нежными. Она сидела напротив него, внимательно наблюдая, чтобы он съел все. «Видимо, Стефан очень добрый мужчина… Ведь обычно домработницы не сидят рядом с гостями, так ведь? Кажется, я читал об этом в одном из романов Достоевского», — подумал он, доедая последние оладья. — Бозе, это слифком фкусно, — проговорил он с набитым ртом и лучезарно улыбнулся, как только все проглотил. Запив все это соком, он поднялся из-за стола и забрал тарелки, под громкие крики служанки, которых он не слышал. Слава богу, он быстро добрался до кухни и принялся мыть посуду. Два постукивания по спине заставили его обернуть. -… нельзя, ты же гость! Прекрати! — Она была почти в отчаянии, но парень крепко ее обнял и усмехнулся. — Прости, но я должен помыть посуду. А даже если ты сильно против, то я не стану тебя слушать, — отпустил девушку и повернулся обратно к раковине. Да, иногда быть глухим было действительно круто, как бы другие ни думали. Закончив с посудой, он улыбнулся еще раз Марине и вышел из дома. Ему не терпелось поскорее оказаться в лесу. Хвойные встретили его приятной прохладой, а роса — сыростью под ногами. Трава приятно холодила щиколотки. Отдавшись этим впечатлениям, он закрыл глаза и лег на траву. Он не знал, что такое тишина для людей, ведь постоянно находился в ней, но сейчас он подумал, что именно так она и выглядит. Марк, как и любой романтик, обожал природу. Теперь у него под носом прекрасный лес, первозданный и почти нетронутый. Открыв глаза, он заметил вдали беседку. Но она не привлекла его внимания. Он нутром чувствовал, что если зайти немного дальше, он сможет найти что-то более интересное. И не ошибся. Поднявшись на ноги, в переливах света он заметил небольшой водоем. Он побежал к нему со всей своей юношеской прытью. Озеро было спокойным и довольно чистым. Ни камышей, ни водных лилий. Тишь да гладь. Марк погрузил свои ноги в воду и довольно промычал: чуть теплая вода приятно расслабляла его босые ноги. Парень просто балдел. Он свернулся калачиком прям у озера и уснул. *** На совещании руку неприятно закололо. Он вышел в туалет и прочитал ответ. «Черт, испортил парню самооценку. Он ведь совсем не урод…» Его мысли прервало сообщение на телефон: «Стефан, он ушел в лес больше двух часов назад и не возвращался. Мы проверили беседку — и его там нет». Мужчина пришел в ярость от нерасторопности своих охранников. Как они могли позволить мальчишке потеряться в лесу? Тем более что забора в лесу не было. Он спокойно мог уйти вглубь, а на крики не реагировать. Представив, как страшно Марку одному в лесу, он быстро отправился домой. На пороге его встречала заплаканная Марина. — Шеф, он вымыл посуду и, ничего не сказав, вышел из дома. Степан видел его около леса, окрикнул, но парень побежал вглубь леса… Степан не стал его догонять… Девушка не успела договорить, как мужчина резкими и быстрыми шагами пошел к лесу. Он знал только одно место, где мог быть юноша. Уже стемнело, но звук воды помогал ему найти озеро. Он заметил силуэт свернувшегося подростка и облегченно выдохнул. Кричать не было смысла — все равно не услышит. Он сел рядом с ним и потрепал по волосам. — Ну нет. еще слишком рано, чтобы просыпаться, — пробубнил он и зажмурил глаза. — Хм, это ты так выражаешь протест и не хочешь меня слушать, — он положил его голову себе на колени, лицом к себе, — Доброе утро, беглец. Глаза Марка немного помутились, и ему потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть в этой темноте профиль мужчины. Когда он понял, кто рядом с ним, недовольно фыркнул. — Что, я тебе не нравлюсь? — Спросил тот и задорно рассмеялся, — Вчера ты был совершенно другого мнения. Щеки парня покраснели, и он попытался вырваться, но почти упал в озеро и решил прекратить эти глупые попытки. От судьбы, как и от Стефана, не убежишь, это он понял прошлым утром. С вызовом посмотрев в его глаза, он ответил. — Это была просто благодарность, на большее не рассчитывай! — Голос был слишком громким, что Стеф поморщился. Поняв, что переборщил с эмоциями, чуть слышно пробормотал, — Прости. Иногда не совсем себя контролирую. — Да ничего. Всех птиц, правда, распугал, а так терпимо. Почему ты пришел сюда? И давай в следующий раз брать с собой телефон с вибрацией? — Он заботливо провел рукой по взлохмаченным волосам Маркуши. — Просто пошел в лес освежиться. А потом нашел озеро. Или ты думал, что я пришел сюда топиться? — Он изогнул бровь и недоверчиво покосился на мужчину. Тот лишь прыснул. — Знаешь, я никогда не думал, что, имея бассейн, глубиной пять метров, приду топиться в лужу, — он пожал плечами и посмотрел куда-то вдаль, — Какой ты глупый. Последнюю фразу он не смог прочитать по его губам, поэтому и удар в лицо не последовал. — Вот и славно. А то я не люблю все эти недопонимания и всякое такое. А вчерашний поцелуй ты забудь. Я же знаю, что тебе не понравилось. На самом деле Марк был в корне неправ. Ему слишком сильно понравилось, даже в штанах стало непозволительно тесно, именно из-за этого он и убежал от него. Не хотел слишком уж давить на мальчишку. Ему было плевать на возраст, но вот насиловать — не в его правилах. Он знал много «опущенных» большими дядечками, и всегда среди его друзей находился знакомый, делавший то же самое, но опускаться до такого он не хотел. Тишину пронзил телефонный звонок от Степана. — Шеф, может, я приду и донесу мальчонку до дома? — Его голос звучал виновато и слишком серьезно одновременно. В Стефане проснулся собственник. Он не хотел, чтобы даже такой верный и гетеросексуальный Степан прикасался к его сокровищу. — Нет, все в порядке. Я и сам вполне справлюсь. А ты смотри за лесом в следующий раз, — его голос был слишком жестким и холодным. Он был готов содрать шкуру с этого недомерка, что заставил переживать его самого. Вдруг тельце, что лежало все это время у него на коленях, недовольно задрожало и попыталось скрыть свою дрожь. Это бы обязательно прошло, если бы не чувствительная кожа мужчины. Даже сквозь костюмную ткань он прекрасно понял, что мальчик замерз. Цокнув языком, он поднял его на руки и понес домой. — Мне 17 лет, поставь меня на место! — Четко и громко проговорил парень и попытался вырваться, на что получил злой взгляд Стефа. — Чтобы ты упал в озеро, как только что? Нет, парень, позволь мне самому решать твою судьбу. — Я не нанимался в рабы! — Захныкал он и театрально понурил голову. — Прости, был груб. Но давай ты не будешь мне перечить, — он разговаривал с ним, точно с провинившимся ребенком. Хотя, отчасти это именно так и было. Как только они оказались в доме, Марк спрыгнул с рук мужчины и спешными шагами пошел на кухню. Было видно, что он не хотел разговаривать с мужчиной. Причин для злости у него не было, но что-то не давало ему покоя. Марина радостно улыбнулась и показала на стол, где уже стоял ужин. Трапезничал он только с домработницей, Стефан поднялся к себе и больше не появлялся. Марк поблагодарил девушку за ужин, поднялся из-за стола и поспешил в комнату Стефана. Он открыл почти все двери, но, только открыв дверь комнату своего спасителя, вспомнил, что их комнаты находились друг напротив друга. Он лежал на кровати в обнимку с ноутбуком, на лице чуть заметно сидели очки, лицо было сосредоточено, даже немного ожесточено. Появления Марка он не заметил, все так же что-то набивая по клавишам, это мальчик мог понять по движениям запястий. Крадучись он подошел к нему и лег рядом. Увидев удивленный взгляд, он только лениво улыбнулся. — Да, ты прав… Сколько уже времени? — Он посмотрел на часы у себя на запястье и недовольно цокнул, — Да, непорядок. Соскучился? — он потрепал по волосам парнишку, а тот принялся приводить волосы в порядок. «Какой милый… Даже не отбросил руку и не заныл. А ведь мог бы. И я бы даже слова не сказал. Интересно, как много я бы мог ему позволить?» — Не то чтобы соскучился конкретно по тебе, — в голосе была слышна игривость, — Просто одному очень скучно, а с тобой можно поговорить, — он потупил взгляд, а потом поднял на мужчину глаза. — Хм… Есть же Марина, или ты бы мог позвонить Александре, она чудесная девушка и в тебе души не чает, — проговорил он, откладывая ноутбук и снимая очки. Все это ему нужно было, чтобы не показать свою ревность. Он прекрасно знал об их отношениях и слишком большой опеке Александры к малышу. Он бы с радостью прекратил все их контакты, но ведь он не вправе диктовать свои условия, так ведь. Тем более, Марк даже не подписал документы об усыновлении, так что он имел на этого мальчика ровно такие же права, как и его воспитательница. — Знаешь, она постоянно занята. И мне кажется, ты хочешь услышать, что мне нужен только ты… — Его губы накрыла ладонь Стефана. — Нет, конечно ты не прав. Да, было бы приятно это услышать. Но ведь я знаю, что это не так. Поэтому давай закончим этот разговор. Лучше помоги мне, — он стянул через голову свитшот и обернулся к парню, — Возьми перекись на столе и вату. Мне нужно протереть спину… — Он повернулся спиной и лег на кровать. Марк ошарашенно посмотрел на царапины на спине мужчины. Уловив его взгляд на своем лице, он все-таки объяснился, — Это один парень… Я был слишком пылким, а он исцарапал мне спину. Такое бывает, — он натянул беззаботную улыбку. Марк на негнущихся ногах поднялся и взял все необходимое. Присел рядом и обильно полил вату перекисью. Он медленно проводил по порезам, смотря на губы Стефана, ведь не смог бы услышать стонов. К счастью, мужчине не было больно, поэтому он молча продолжил обрабатывать раны. Когда все было закончено, он нежно провел рукой по рельефной спине и лег на него сверху. Грудной смех Стефана убаюкивал парня, и тот так и заснул лежа у него на спине. Стефан только тихо усмехнулся. Это было так странно… Он привык к тому, что сразу же после секса всегда уходили. Точнее он просто выгонял парней. А здесь… Ему было очень приятно. Аккуратно положив мальчика рядом, он укрылся вместе с ним одеялом и поправил его челку, чтобы не лезла в лицо. Марк так смешно жмурился, когда волосы лезли, попадали ему в лицо. Мужчина поцеловал его в носик и крепко обнял. Так они и уснули *** Утром первым проснулся Марк. Он немного испугался, когда не смог пошевелиться: объятья ограничивали его передвижения в кровати. Попытавшись выбраться из мощных рук, он ничего не смог добиться и вздохнул. Он взял одну из рук мужчины и аккуратно откинул ее. Только после этого он смог сесть в кровати. Стефан спал, словно медведь: насупив брови и громко сопя. Марк был довольно вредным, особенно когда не понимал, что происходит. Он встал с кровати и открыл шторы. — Почему так ярко, вашу мать! — пробубнил довольно четко мужчина и открыл глаза. Марк стоял к нему спиной и точно не смог бы узнать, что сказал в первые секунды пробуждения Стефан. — Доброе утро. Ты на работу не опаздываешь? — Марк приподнял свою бровь и посмотрел через плечо на сонного Стефа. — Сегодня суббота, — хмуро пробубнил он и поднялся с кровати. Он подошел к Марку и, проигнорировав испуг в его глазах, крепко обнял, — А тебе лишь бы будить бедных работников… Хотя бы два дня я могу отдохнуть, разве нет? — Он положил подбородок на голову Марка. — Ну… Знаешь, я ведь позаботился о тебе, а ты так груб со мной. И вообще, я солнышко, вот ты и проснулся от моих лучиков, — беззаботно пролепетал он и запоздало покраснел от собственных действий. — Если бы заботился, ты бы поцеловал меня. Не уверен, что ты не делал этого, пока я спал. Марк резко вырвался из объятий и выбежал из комнаты. Сейчас он был пунцово-красным. У него действительно были такие мысли, но вот сжимавшие его объятья не давали думать о романтике. У него был страх… близнецы однажды попытались утопить его в ванной. У них ничего не вышло, но парень довольно долго обходил стороной ванну, после чего получил от Саши выговор. Парень быстро спускался по лестнице. У него не было определенного плана на день. Внизу было пусто. Только в гостиной он заметил сонную Марину и, как сам считал, бесшумно подкрался. На самом деле он был слишком громким, поэтому девушка обернулась и засмеялась. — Боже, Марк, я ведь слышу твои шаги! Глупыш, — она потрепала его по волосам и повернулась к нему спиной. Девушка что-то говорила, но как Марк мог ее услышать? Он подошел к ней и прочитал только конец ее тирады, — и вот, представляешь, если бы ты меня напугал, а я бы разбила этот столик? — она показала на стеклянный стол, который протирала от пыли. — Ну уж прости. Я просто привык быть приятным сюрпризом, — он сел на диван и похлопал рядом с собой. — Очень приятным, особенно по утрам, — сказал неожиданно упавший рядом на диван Стефан. Марк смерил его грузным взглядом, — Что, тебе так нравится Мариночка? Прости, но она немного занята. Марина довольно кивнула и протянула Марку руку с обручальным кольцом. — Прости, но один оболтус, очень похожий на тебя, уже опередил всех других оболтусов. Поэтому не хочу разбивать твое сердечко, — она засмеялась и быстро ушла из гостиной, ведь Стефан недвусмысленно на это намекал. — Мне не нравится Мариночка в том смысле, о котором ты подумал, гнусный извращенец! — Марк кинул в него подушкой и выбежал через стеклянные двери на улицу. Правда, газон резко кончился бассейном, который он не заметил, ведь смотрел на удивленного Стефана. — Твою мать, Марк! — Стефан резко прыгнул в бассейн и потянул мальчика на берег. Он достал его и посмотрел в глаза, — Испугался? Его плечи были красноречивым доказательством правоты мужчины. Он весь трясся и пытался прокашляться, хорошо, что вода не попала в легкие. Он поднял глаза на мужчину и тихо прошептал. — Вода холодная, просто пиздец. — Марк! Ты вообще-то со мной разговариваешь, а не с Мариной! — Стефан улыбнулся, вспомнив, как матерился парой минут назад. — Извините, сударь, но мы, люди из народа, привыкли выражаться именно так, — он чинно поднял голову и прикрыл глаза. Стефан не выдержал и повалил его на траву, нежно поцеловав в губы. Они переплелись в объятьях и чуть не упали в бассейн. На следующий день Марк проснулся в кровати Стефана. Он не сразу понял, что произошло, ведь мужчины не было рядом. Но, поднявшись на ноги, он нашел записку. «Доброе утро, решил не портить твое запястье очередным бредом. Я уехал на работу. Конечно, ты спросишь, почему оказался в моей постели. Все просто: ты кричал ночью, и только когда я обнял тебя, хотя бы немного успокоился. Я не привык спать в чужих кроватях, поэтому и перенес тебя в свою. Поэтому не переживай, у нас ничего не было!» Марк сонно улыбнулся и посмотрел на свой телефон. Был пропущенный от Стефана. «Глупый… Я же не услышу, что он скажет мне в телефонную трубку. Надо ему тонко намекнуть». Он взял телефон и написал смс: «Я проснулся, все хорошо. И не забывай, что мне лучше не звонить». Дальше началась настоящая телефонная перестрелка. С — Почему не звонить? Ты же не занят… М — Не глупи. Я тебя не услышу. Поэтому только смс. С — Да, я действительно глупый. Ты уже поел? М — Нет, я только поднялся. Спасибо за записку, теперь все стало понятно. С — Да не за что. Всегда готов тебе помочь. Пиши, если что. М — Обязательно напишу (нет) С — Ну ты и бука. Марк ничего не ответил и пошел вниз. Быстро позавтракав, он хотел пойти в лес, но потом передумал. Он растерянно посмотрел по сторонам и встретился взглядом с Мариной. Она добродушно улыбнулась и посмотрела на часы. — Знаешь, у тебя еще как минимум пару часов… Не знаешь чем заняться? Если что, то у меня есть грязная посуда для тебя. Еще ты можешь сходить в магазин, он тут недалеко. — Отличная идея. Все равно вместе всегда веселее. Поэтому пошли, — он бодрым шагом пошел на кухню и встал у мойки. Девушка опередила его и помахала перед руками перчатками. — Солнце, твои ручки еще успеют стать некрасивыми. Поэтому надевай перчатки, или Стефан меня убьет, — ее угрозы выглядели достаточно правдоподобно, поэтому он надел перчатки и ухмыльнулся. — Да ладно тебе, он не стал бы тебя убивать за такой маленький проступок… — Он не успел договорить. — Ты что, не видишь его восторженных взглядов в твою сторону? Вот глупый-то! И еще говорят, что парни не тупые, — она закатила глаза и ушла куда-то назад. Он увидел ее отдаляющийся силуэт в отражении плиток на стене. Было видно, что это действительно то, о чем думала она. Он вздохнул и принялся мыть посуду. Конечно, все эти поцелуи и объятья в совершенно неподходящие моменты говорили ему о многом. Но он даже и не думал, что и другие видят все, что происходит между ними. Сейчас он решил, что стоит подписать договор. Нет, он еще не испытывал любви, но определенно привязался к мужчине. И это ему нравилось все больше. Это странное чувство радости, когда видишь этого человека. Он испытывал его только к Саше, но это было скорее благодарностью. Неожиданное жжение на запястье привело его в растерянность. Он посмотрел на руки и заметил глубокую красную линию. Он бросился к телефону и написал. М:— Ты в порядке? Точно ничего плохого не произошло? С: — Да, все в порядке, а что произошло? М: — На руке появились порезы… Но я не резался. Я подумал, что ты порезал себе вены… С: — Нет, я ничего такого не делал. Раны не должны кровоточить. М: — Да они не кровоточат, так что не переживай, работай. Марк отложил телефон и тяжело вздохнул. Он не понимал, кому они принадлежат. И разве могут быть сразу два дуала? Его все это дико раздражало, и он одновременно переживал за незнакомого (пока) человека. Как же он ошибался, ведь этого человека он прекрасно знал. И ей сейчас было нелегко. Что может быть хуже издевательств? Ничего. Когда он уехал из детского дома, все изменилось. Нет, я не перестала быть воспитателем. Но тем не менее, старшие парни стали смотреть на меня иначе. Я попросту не предавала этому значения. Пускай смотрят, они все-же парни, и их интерес к противоположному полу вполне оправдан. Но разве могла я предугадать, что они со мной сделают. Близнецы изнасиловали меня. Я не стану говорить, хорошо это или плохо. Просто это произошло. И они дали понять, что виной всему этому Марк. Что только из-за него они не трогали меня раньше. Но не насиловали же они мальчишку? Конечно нет. И вот я сижу после всего этого дома. Горячий чай совершенно не помогает. Я вспоминаю способ Марка и бегу за лезвием. Тонкие полосы превращаются в более крупные, а потом и вовсе сливаются в один кровавый ручеек. Я быстро забинтовываю запястья, и на секунду это отвлекает меня от мыслей. *** Марк так и не смог понять, откуда взялись эти линии. Поскольку и Стефан не знал, он решил пока не думать об этом. Вместо этого он попросил Настю купить много сладкого и конфет, а после поехал к мелким. Его подвез водитель и остался терпеливо ждать у ворот. Парень был неожиданным гостем: он приехал в тихий час. Воспитательницы радостно обнимали его, спрашивали, все ли хорошо. Но Саши среди них не было. От этого парня накрыла легкая волна беспокойства. Оставив угощение, он пошел к знакомому кабинету директора. Непродолжительный стук и слова, которые разрешали войти, но парень не мог их услышать. Он просто вошел и сел напротив Марго. — Добрый день, Марго. Ты не знаешь, где Саша? Я видел всех воспитателей, но не ее, — начал парень, его руки нервно ерзали на коленях. — Она взяла отпуск на неделю. Что-то произошло, но она никак не хочет мне рассказывать. Если хочешь, я могу дать тебе адрес. Но, может быть, ее лучше не трогать? Она выглядела не очень хорошо, — пыталась убедить его женщина. Было видно, что она правда переживает за девушку. — Думаю, что все равно стоит поехать. Хуже точно не станет, — он улыбнулся и взял листок с адресом, — Спасибо. — Только не докапывайся до истины. Если захочет — сама расскажет, — предупредила его Марго. — Да я же не следователь. Не переживай, — он уже был к ней спиной и не услышал последнюю фразу. — И не стоит приплетать сюда Стефана… Детей он решил не будить, хотя очень хотелось поиграть с ними. Он соскучился по своей любимой группе. Но сейчас его больше волновала Саша. По виду почти всегда бесчувственной Марго он понял, что все слишком плохо. Да и девушка резко не могла взять отпуск — зарплата не позволяла таких вольностей. Он старался не придумывать себе лишнего. И тем более не накручивать себя раньше времени. Отдав водителю листок с адресом, он закрыл глаза и откинулся на сиденье. Слишком много потрясений за один день. И ведь он еще не скоро кончится. «Может быть, она просто устала? Или что-то произошло в семье? Хотя, какая семья, я ведь знаю, что она совсем одна. Такая же детдомовская, как и все мы. Но что тогда случилось? Парни нашкодили? Или девка какая-нибудь залетела? Это было бы ужасно. В детдоме с беременностями все просто: их нет. Тогда что же?» — Думал он, стучась в ее квартиру. Медленные и тихие шаги раздались не сразу. Да и он бы не смог услышать шагов. Скорее, он чувствовал, как в этом старом доме немного проседает пол под ее ногами. Раз, два, три… Дверь открылась. Саша стояла перед ним в одной сорочке, с одного плеча слетела бретелька. Вид был тот еще: круги под глазами; красные зареванные глаза; руки, словно после пьянки, тряслись довольно заметно; плечи осунулись. Совершенно противоположный вид веселой девушки не на шутку напугал Марка. Он вошел в комнату и крепко обнял ее. Теплые капли намочили его плечо, и он понял, что девушка вновь плачет. Сильные руки слабо проводили по спине девушки, пытаясь хотя бы немного успокоить. Было чувство, что она держала все в себе и только сейчас смогла дать волю эмоциям. Не разрывая объятий, он нашел такое положение, чтобы мог ее слышать: повернул голову в сторону ее лица. — Тише, все уже кончилось. Перестань… Все прошло и больше не повторится, — тихо, но резко уверял ее парень. — Они сказали, что это не последний раз… — Всхлипывая почти на каждом слове, произнесла Саша. Ее губы дрожали, и Марк с трудом мог прочесть, что она говорила. Кажется, сейчас это и не было важно. Одного его присутствия ей хватало вдоволь. Медленно успокаиваясь, она разорвала объятья и поправила сорочку. Ей хотелось отвести взгляд, но она знала, как этого не любит ее гость. Собравшись с силами, она беззвучно проговорила губами. — Близнецы изнасиловали меня… — Марк ошарашенно смотрел на нее, а потом его взгляд упал на повязку на руке. Он поднял взгляд на нее. — И из-за них ты хотела умереть? Из-за этих болванов?! У тебя только жизнь началась, дура!!! — Почти кричал парень. Он понял это, когда девушка судорожно сжалась в комок. Она осела и только после посмотрела на него. — Я успокаивалась… ты ведь делал точно так же, — она пожала плечами. Странное чувство посетило ее: ей плевать на этих братьев. Они никогда не смогли бы действительно ее задеть. Это все переживания, стыд, но ни в коем случае не горе. — Ладно, я дебил, я тебя научил этому. Но зачем? Солнышко, — он положил свою ладонь на ее щеку и немного погладил, — Ты же никогда не обращала на них внимания… — Он не успел закончить. — Это месть. Они должны были сделать тебе больно. Решили сделать это через меня, — она вздохнула и закрыла глаза, — Вижу, что они вызвали у тебя ярость. — Нет, блять, я должен благодарить их за это! — Рассердился он, — Глупая… Иди ко мне, — он сел на стул и похлопал по коленям. Девушка села на него и чуть заметно улыбнулась, — Ты как ребенок. Вибрация телефона заставила его обратить внимание. Он посмотрел сообщение. С: — У вас все в порядке? Стефан сказал, что ты был сам не свой… Саша в порядке? Мельком глянув на девушку, он набрал ответ. М: — Относительно в порядке. Я останусь у нее на ночь. Стефан ответил почти тут же. С: — Давай лучше ее к нам. Не уверен, что ваши братья не приедут к ней. М: — Откуда ты знаешь все это? Надеюсь, что кто-то стоит под дверью, а не на мне жучок. Ладно, сейчас приедем. Саша глупо улыбнулась и пролепетала. — Кажется, что твой новый «папа», тебе вовсе не «папа», а скорее парень. Как это мило, — она прикрыла красные щеки руками и засмущалась. — Ой, а кто-то читает чужие смс. Тогда ты знаешь, что нужно собираться. Девушка хитро улыбнулась и побежала собирать вещи. Когда Саша и Марк оказались в коттедже, мужчины дома не было. Марк даже не заметил, как Саша скрылась вместе с Мариной, что-то мило обсуждая. Он остался сидеть внизу, на первой ступени, ожидая своего Стефана. Но вместо него появился Степан. Он подошел к парню и присел на корточки. Вид у него был суровый. — Босс не хочет ехать домой, пока Вы его не заберете. Он был достаточно категоричен… — Мужчина вздохнул и отвел взгляд, — и пьян. А когда он пьян, с ним совершенно невозможно договориться. Поэтому нам пора ехать, — он поднялся с лестницы, и Марк, еще не полностью переварив информацию, метнулся за ним. Они ехали в полном молчании, а Марк перебирал разные версии. «Может быть, он напился из-за Саши? Или приревновал? Какая глупость, он же знает, что я ровно дышу к девушкам. Тогда проблемы на работе? Или он просто алкоголик? Черт, я совершенно ничего о нем не знаю, а я у него как на ладони!» Он судорожно сжимал руками «свою» толстовку, которая была на несколько размеров больше парня. Машина остановилась у какого-то высокого бизнес-центра, и охранник повернулся к парню. — Посиди в машине, я сейчас вернусь с ним. — Совершенно спокойно и уверенно сказал Степан, вышел из машины и походкой уверенного в себе человека вошел внутрь. Марк не мог перестать нервничать. Он неотрывно смотрел в окно. Стефан вышел без помощи охранника. Его пиджак развевался на ветру, галстук повис на шее, пару верхних пуговиц было расстегнуто. Его вальяжный и слегка уставший вид повеселил парня. Он не ожидал увидеть педантичного и строгого бизнесмена в таком виде. Дверь машины открылась, и это «тело» упало на колени Марка, который сидел в дальнем углу салона. Мужчина удобно утроил голову на коленях и улыбнулся. От него несло перегаром. — А вот и папочка! — Весело проговорил он, и Степан закрыл дверь за боссом. Он повез их домой, — Знаешь, кажется, я выгляжу не совсем хорошо, чтобы знакомиться с Сашей, как думаешь? — Стеф… Да ты выглядишь настолько отвратительно и пошло, что я сегодня сплю у себя! — Возмутившись, твердо сказал Марк и хотел отвернуться к окну, но требовательные руки не дали этого сделать. — Ути божечки… Я так сильно тебе неприятен? Я ведь всего лишь выпил, — Стефан закрыл глаза и потер переносицу. — Всего пару бутылочек… — Знаешь, не самое лучшее занятие. Почему ты пил? — Он внимательно смотрел на губы мужчины. — У меня была отличная сделка, которую я закрыл. Теперь я немного богаче, — он пожал плечами и сладко зевнул. — Я так устал сегодня… Еще за тебя волновался, — как можно более небрежно сказал мужчина. На самом деле ему было далеко не все равно. Он не боялся близнецов, но все равно принял меры. Он «помог» им сбежать из детдома. Точнее, их просто вывезли в лес, объяснив, что лучше в город не возвращаться. Но призрачная угроза малолетних придурков все же оставалась. — Это из-за того, что я поехал к малышам? — Да. И даже не взял с собой охрану. Естественно, Степан не оставил тебя одного, — он улыбнулся, а Марк хмуро посмотрел на охранника. — И не надо на него дуться. Это его работа, которую он прекрасно выполняет. — Ладно, ладно, я понял, — он немного вздохнул и посмотрел в окно. Скоро они приедут, он дотащит эту тушку до его спальни, оставит его там и спокойно уснет в своей комнате. — Марк! Ну почему ты меня не слушаешь… Я вот, может в любви хочу признаться! — Он вздыхает. — Босс, рано еще в любви признаваться. Вы пьяный, он Вам не поверит. Поэтому не стоит, — дает дельный совет Степан и выезжает на гравий у коттеджа. — Ладно, послушаюсь примерного семьянина, — он потряс Марка за плечо. Тот посмотрел на мужчину и потер глаза: видимо, задремал. — Пойдем, мы уже приехали, — немного протрезвевшим голосом сказал Стефан. — А, да, — он медленно вылез из машины и чуть не упал. Мужчина обнял его за талию и притянул к себе, а когда парень стал вырываться, отпустил. Марк вошел вовнутрь и на лестнице крикнул, — Стефан! Давай быстрее. Тебе нужно поспаааать, — последнее он протянул так, словно мужчина был для него маленьким капризным ребенком. — Солнышко, я уже давно не хожу в садик, чтобы спать после 9 вечера, — пробубнил он, но, тем не менее, пошел в свою комнату. В спальне он скинул ботинки и прямо так упал в кровать. Марк присел рядом и принялся снимать с него пиджак. — Ммм, какой ты горячий… — Даже не думай. Просто не хочу, чтобы тебе было неудобно спать, — раздраженно проговорил юноша. — Мне нравится твоя забота, — промурлыкал Стефан и притянул его к себе, и грубовато поцеловал в губы. Марк отчетливо чувствовал вкус виски у себя на языке и медленно отпрянул, стягивая рубашку. — Брюки сам сними, — покраснев, прошептал юноша и разделся сам. Он лег на подушку и достал из-под грузного тела мужчины одеяло. Накрыв им пьяного и себя, он включил бра вместо основного света, — Спокойной ночи, Стеффи. Стефан резко открывает глаза настолько сильно, что они почти вылезают из век. Он смотрит на парня озадаченно, но в то же время новое прозвище ему нравится. Интересно, он теперь всегда будет называть его, словно плюшевого медвежонка, или только когда напьется сам? Мужчина обнимает Марка и так засыпает. Ранним утром Стефан не застал в постели никого, кроме себя самого. Он немного удивился, ведь обычно сам вставал на работу, оставляя Марка совершенно одного. «Как-то необычно просыпаться одному», — пришла в голову мужчине неожиданная мысль. Столько лет он всегда спал один, а сейчас, всего за несколько недель, привык к обществу мальчишки. Звук смеха доносился из открытого окна. Стеф медленно поднялся с кровати, как-никак, последствия вчерашнего «праздника» давали о себе знать. Выйдя на балкон, он застал идиллическую картину: Марк бегал за Сашей и кричал: «Все равно я отберу у тебя мою подушку!», в то время как девушка неизбежно бежала к бассейну. — Александра, там бассейн! — закричал Степан, который до этого невозмутимо стоял поодаль от веселящихся. Девушка резко поменяла направление движения, но быстрый парень поймал ее в свои объятья. Они стояли и обнимались, забыв про прежнюю вражду и несчастную подушку, что теперь валялась на траве. Оба сильно запыхались, пытались отдышаться, но объятий не разрывали. Марк улыбался совершенно иной улыбкой, и Стефана это выбесило. Мужчина скрылся в тени дома и попытался успокоиться. Ничего не вышло. Он ревновал парня к этой девушке. Да, и с ним у Марка бывала такая счастливая улыбка, но сейчас он уцепился за это, словно пытаясь найти себе оправдание. И даже забыл о том, что Марк — гей. Мужчина мерил комнату шагами и только спустя несколько минут смог хотя бы немного успокоиться и пойти в душ. *** Марк пытался всячески развеселить девушку, и у него это отчасти получалось. Набегались они изрядно, и парень решил, что пора бы уже приняться за завтрак. Оставив Сашу с Мариной, он поднялся в комнату Стефана. Звуки воды оповестили о том, что мужчина проснулся не так уж и давно. Маркуша решил дождаться его в комнате, чтобы не бегать потом еще раз. Стефан вышел из душа в одном полотенце на бедрах, которое так и грозилось упасть к нему в ноги. Марк пропустил вздох и поспешно отвернулся: от прекрасного тела мужчины никак не хотелось отводить взор, но парень не хотел, чтобы мужчина увидел его покрасневшие щеки. Кровать сильно прогнулась рядом с Марком, и он поднял свой взгляд. — Доброе утро, любитель подушек. — Сказал мужчина. Но на его лице не было доброжелательности или нежности. Скорее, сарказм и холод. Марк не понял, в чем дело. — Доброе. Что-то не так? — Он улыбнулся, стараясь улучшить настроение мужчины. — Да, я не привык видеть, как ты обнимаешься с девушками, чуть ли не впечатывая их в себя, — холодность так и не прошла, но к ней прибавилась необъяснимая злоба. — Боже, Стефан! Мы просто дурачились. У меня нет к ней никаких чувств, и ты прекрасно это знаешь, — пытался хоть как-то оправдаться парень, начиная потихоньку обижаться на своего мужчину. — Правда? Всего лишь дурачились? Мне так не показалось, — напряженность между двумя росла слишком быстро. — Ты так счастливо улыбался, словно кот после валерьянки. И она смотрела на тебя влюбленными глазами. Марк резко поднялся с кровати и скрестил руки на груди. Все эти обвинения казались ему бредом и чушью. Ему думалось, что мужчина доверяет ему во всем, а сейчас… Парень понурил голову и вздохнул. Сильные руки прижали его к горячему телу, и он почувствовал прикосновение холодных волос к своей шее. Марк повернулся лицом к Стефану и выдохнул. — Мне неприятно… ты же знаешь, мы не любим друг друга. Просто привязались за столько лет. Мы очень хорошие друзья, — он поднял глаза на Стефана. Мужчина вздохнул, ведь Марк сейчас выглядел очень несчастным, он буквально готов был заплакать от непонимания. — Прости, я вспылил, — сказал мужчина и нежно поцеловал парня. Он вложил в свой поцелуй всю любовь и нежность, аккуратно ласкал его нёбо. Марк несмело ответил, но вскоре оторвался от него. — Пойдем завтракать. Там уже все готово, все ждут только нас, — он улыбнулся и сел на кровать. Стефан скинул полотенце, и Марк увидел его накаченную задницу. Стон вырвался из горла младшего, а Стеф только самодовольно усмехнулся и поспешил одеться уже в гардеробной. Инфаркт мальчишки не входил в его планы. Он вышел одетым в облегающие синие джинсы и белую просторную майку, которая обтянула его плечи и руки. «Черт, да мне бы эта майка была подобно сорочке», — подумал парень и смущенно хихикнул. Стефан взял его за руку, и они спустились в столовую. Девушки о чем-то мило щебетали, потом и парни влились в разговор. Довольно спокойно прошел завтрак, и Стефан улыбнулся. — Как насчет того, чтобы поехать в парк, как считаете? — Он увидел удивленный взгляд Марка и Марины, и согласный, точнее даже радостный, взгляд Саши. Марк хотел что-то сказать, но, посмотрев на радостную Сашу, решил не отказываться. — Да, хорошо, я только «за», — сказала Марина и скинула свой фартук. Она быстро скрылась в крыле обслуги и вернулась одетой в майку и шорты. Саша, позаимствовавшая одежду у девушки, выглядела почти так же, только майка на ней заметно болталась. В итоге, вся куча залезла в машину и поехала в парк. В парке Саша и Марина тут же взяли напрокат велосипеды и скрылись до того, как Марк успел хоть что-то сказать. Девушки еще в машине условились дать Стефану возможность порадовать Марка самостоятельно. Стефан улыбнулся Марку. — Что ты думаешь насчет катамарана? Почему бы не прокатиться по озеру? — Он не очень любил шумных детей, а на озере, в котором было много каналов, можно было уплыть подальше от суеты. — Почему бы и нет, — улыбнулся Марк и сел на ближайший катамаран. Мужчина оплатил поездку на час, и они медленно поплыли по течению. Марк озирался по сторонам, стараясь впитать в себя летнее солнце, а Стефан наблюдал за таким восторженным парнем. Он сплел их пальцы в единое целое и довольно откинулся на кресло. Парень управлял катамараном, и ему это нравилось. — Почему ты решил усыновить именно меня? — Внезапно спросил Марк. — Хм… Просто у тебя очень смазливая мордашка. Да и в детдоме с тобой обращались не очень достойно. А еще ты очень милый, когда дуешься, — ответил мужчина, все так же пребывая в неведении. Марк медленно нагнулся к нему и трепетно поцеловал в губы. Стефан, не ожидая такого поворота, прижал парня к себе и углубил поцелуй. Марк нехотя отпрянул и погрозил мужчине пальчиком. Домой они вернулись счастливые, а Стефан еще и возбужденный.

глава вторая

Сейчас Стефан хотел бы все отдать за возможность не слышать детского крика. Он смотрел на мирно спящего Марка и тайно ему завидовал. Не понимая, откуда в доме взялся маленький кричащий ребенок, мужчина поднялся с кровати и спустился вниз. Саша и Марина всячески пытались успокоить ребенка, но тот никак не внимал их словам и действиям. Было видно, что и сами девушки не справляются, а чего ожидать от Стефа? — Откуда в моем доме ребенок? — Спросил он чуть громче, чтобы перекричать ребенка. Марина виновато посмотрела на босса и взяла малыша на руки. Ребенок, видимо, понимая, что лучше сейчас помолчать, перестал кричать, но следы слез на его щечках вызвали у Стефана умиленную улыбку. Он медленно подошел к комочку и протянул руки. Домработница аккуратно передала сверток. Мужчина бережно покачивал младенца, ожидая ответа. — Понимаете… Это ребенок моей сестры. Ей всего 17 и она не может его воспитывать. А я не могла позволить малютке расти в детском доме. Саша одобрила мое решение, ведь она видела, что происходит за «забором», — Марина вздохнула и села на стул. — Его ни в коем случае нельзя отдавать кому-то. Я переживаю за него, а поскольку я живу в этом доме, то и малыш здесь. — Она немного улыбнулась и посмотрела на мужчину. Все внимание мужчины сейчас сосредоточилось на этом маленьком комочке. Он впервые держал ребенка на руках, и в его груди безумно билось сердце. Он не мог насмотреться на этого чудного ребенка, хотя всегда был против детей. «Как же эта кроха будет жить без мамы? Ему будет очень грустно, он будет постоянно плакать… И отца у него нет…» Стефан посмотрел сначала на Марину, а потом на Сашу. — Ты совершенно права. Он не может расти в детском доме, — он вспомнил лицо Марка после побоев и тяжело вздохнул. — Его ведь даже не оформили? — Девушка кивнула головой. — Значит, можем оформить его на мое имя. В графе «мать» укажем твою сестру. Осталось только придумать ему имя, — малыш прикрыл глазки и принялся сосать пальчик. — Он такой милый, когда не кричит… Сколько ему? — Он поднял глаза на Марину. — Два дня. Нужно найти кормящую мать, чтобы она кормила малыша. И как можно скорее. — Девушка быстро полетела за ноутбуком и принялась искать «кормилиц». К счастью, рядом с коттеджем родила девушка, и молока у нее было достаточно для двух малышей. — Босс, с кормилицей все довольно просто. Я буду ездить к ней и сцеживать молоко, поэтому пока можем не переводить его на смеси. Пусть окрепнет… Марк медленно спускался по лестнице. Для него было странным то, что все собрались в столовой, а еды на столе не было. Он подошел к Стефану и обнял его. Взгляд сразу упал на спящего ребенка. Марк испугался и сделал шаг назад. Он искал объяснений на хоть чьем-то лице, но девушки молчали, а Стефан был скрыт от него. Мужчина повернулся и немного улыбнулся. — Ты напугал меня… Я чуть ребенка не уронил, — Марк кивнул и грустно вздохнул. — Это твой сын? — Он внимательно смотрел в его глаза. Не то ревность, не то страх поселились в его душе. «А вдруг мать ребенка появится в доме? И что тогда? Я буду ему не нужен…» На глазах парня появились слезы. Стефан спешно передал малыша на руки Александры, а сам крепко обнял Марка, глядя ему в глаза. — Какой ты у меня глупый… Это сын сестры Марины. Она отказалась от малыша, потому что слишком маленькая для детей, — он не успел договорить, ведь Маркуша перебил его срывающимся голосом. — Мы же… оставим его… правда? Он такой беззащитный… у него никого нет, кроме Марины, а она живет с нами… Если ты выгонишь малыша, я уйду за ним! — Из глаз парня потекли слезы, и он опустил взгляд. Настойчивая рука Стефана заставила смотреть в лицо мужчине. — Он будет жить с нами. Неужели ты подумал, что я способен выставить на улицу новорожденного младенца? Мой глупый мальчик. — Он стер слезы с его щек и бережно поцеловал в губы. — Я оформлю его как своего сына, все будет хорошо. Сделаем ему детскую, а Марина и Саша будут нам помогать с малышом. А еще надо придумать имя… Марк улыбнулся и взял спящего малыша на руки. — Он очень тихий мальчик… Совсем не кричит, — Стефан усмехнулся, вспоминая утренние крики. — Может быть, он будет Тишей? А полное имя — Тихон. Тиша, тебе нравится? — малыш в первый раз в своей жизни улыбнулся, пускай и во сне, но его ангельское личико озарила улыбка. — Видите, ему нравится! «Тихон Стефанович… Да, звучит не очень, но разве с моим именем может хотя бы какое-то имя звучать вполне себе сносно? Ну только если Александр, но это имя мне явно не нравится. Ладно, пусть будет Тишкой», — подумал мужчина, созерцая прекрасную картину двух своих любимых мальчиков. — Знаешь, а мне нравится это имя, — Саша улыбнулась и взяла малыша на руки. — Вам нужно съездить ему за кроваткой, одеждой, бутылочками там всякими. А мы с Мариной посидим с ним. Да и к кормилице сходим. Наверное, он кричал от того, что очень сильно проголодался. И подгузники не забудьте! Марк кивнул и побежал к себе одеваться. Известие о ребенке сначала сильно удивило его, но потом он подумал. «Я ведь не смогу родить ему малыша, а этот младенец будет считать Стефана своим отцом, а меня кем? У ребенка же не может быть два папы и ни одной мамы? Нужно будет придумать, что говорить ему насчет его непутевой матери, когда он немного подрастет. Но я никому в мире не отдам нашего Тишу», — мысленно заключил парень, надевая теплый свитер на свои худые плечики. Внизу его ждал Стефан: он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, постоянно поглядывая в сторону столовой, откуда доносились тихие разговоры девушек. Увидев на лестнице своего любимого, он радостно улыбнулся и открыл перед ним входную дверь. — Благодарю, — слегка кивнув головой, изрек Маркуша и слегка покраснел. — Не стоит благодарности, — Стефан закрыл за ними дверь и сел в машину. Дождался, когда парень пристегнется, и поехал в город. — Знаешь, я немного переживаю… Столько всего нужно купить, а я даже понятия не имею, какой у малыша размер одежды, — тихо сказал Марк, посмотрев на сжатую челюсть мужчины. Было видно, что он переживает. — В магазинах всегда есть консультанты, а кроме того я попросил Линду переслать мне список нужных вещей. У нее много подруг, которые постоянно рожают. Поэтому она в этом теперь спец, — Стефан улыбнулся, посмотрев на Марка, который грыз ногти. — Не грызи ногти, папаша. Справимся с тобой, поверь мне. Ободряющая улыбка мужчина была лучше любых слов, и он улыбнулся в ответ. Подъехав к магазину, они сразу пошли в отдел мебели для новорожденных. Кроватку выбрали самую простую, но карусельку Марк выбирал гораздо дольше. Он включал каждую из них и спрашивал у Стефана: «Тебе нравится эта мелодия? Она успокаивает? Не слишком громкая?», на что мужчина без устали отвечал. Но, увидев карусельку со слониками, Марк не раздумывая положил ее в тележку. Пеленальный столик, стул для кормления, ванночка, коляска… Все это было выбрано довольно быстро, а коляску купили самую удобную. Одеяльца нежно голубого цвета и куча распашонок завершили и так уже набитую всеми полезными штуками тележку. — А может быть, взять еще бутылочек? — Обеспокоенно стал озираться по сторонам Марк. — И так 7 штук взяли и сменные соски. Не переживай, точно должно хватить, — успокаивал его Стефан. — А крем и присыпка?! — Он широко распахнул глаза. — И подгузники я тоже положил в корзину, пока ты выбирал ему ползунки. Марганцовка, крем от опрелостей и кучу всего, что может ему понадобиться. Не переживай, в случае чего у нас есть Степан, которого мы всегда можем послать за нужным, — он приобнял Марка и чмокнул его в макушку. — Все хорошо, мой любимый мальчик. Марк немного покраснел, заметив слишком внимательный взгляд продавщицы. Девушка быстро все укладывала. Стефан написал адрес для доставки мебели и забрал пакеты. Весь вечер они собирали кроватку для маленького Тишки. Ранним утром, когда еще весь дом спал, Марк поднялся с кровати. Стефан мирно посапывал, его ноги были в согнутом виде, а сам мужчина обнимал подушку. «Боже, он совсем как маленький ребенок», — подумал мимоходом парень. Нежно поцеловав в макушку, он покинул комнату. Теплые струи душа подарили пару минут блаженства, но после Маркуша вспомнил о своем сне и решил отправиться туда, где увидит это все воочию. Дверь в комнату Тишки никто не закрыл, и Марк зашел к малышу. Тот мирно посапывал, иногда сжимая свои крохотные кулачки. Крохотное чудо открыло глаза и хотело заплакать, но Марк взял на руки малыша и принялся его укачивать. Судя по закрытому рту, он не стал возмущаться и кричать, отчего на сердце парня заметно потеплело. «Черт, а ведь он мог разбудить весь дом. Неприятно бы вышло», — подумал и уложил кроху в кроватку. Он посидел с ним, пока глазки вновь не закрылись, и тихонечко вышел из комнаты. Внизу он никого не встретил. Наспех позавтракав бутербродами с сыром и чаем, он вышел на улицу. Степан стоял на своем посту, а завидев Марка, улыбнулся. Парень подошел к мужчине и скромно проговорил. — Доброе утро… А не могли бы Вы отвезти меня в институт культуры? — Он поднял свои серые глаза на водителя, ожидая отказа. Но судьба распорядилась иначе. — Конечно, без проблем, — радушная улыбка и указание на машину дали понять парню, что мужчина не шутит. Комфортный салон помог парню скрасить минуты нетерпения. Он не был уверен, что увидит именно то, что хотел, но рассказы Майи о балеринах обнадежили его. Машина остановилась напротив здания 40-х годов, с прекрасной лепниной и изумительными колоннами. Марк невольно залюбовался строением, когда его плеча коснулась рука водителя. — Мы приехали. Мне подождать тебя, или ты надолго? — Да, я тут на пару часов, так что ты можешь смело возвращаться в коттедж. Я вернусь на такси, — Марк вышел из машины и полетел по ступеням наверх. Из огромных окон на втором этаже, он видел зеркальный класс, в котором несколько девушек разминались перед занятием. «Как же хорошо, что я успел к началу», — подумал он и столкнулся на ступенях с красивой девушкой. Она была довольно худенькой, поэтому Марк поймал ее и поставил на ступени. — Ох, прости меня, я немного засмотрелся на балерин, — попытался сгладить ситуацию он. Девушка повернулась к нему спиной и начала что-то говорить. — Я глухой, поэтому не могла бы ты смотреть на меня, когда говоришь? Я бы мог читать по губам, — парень смутился, ведь ему всегда было сложно говорить про свой диагноз. — А, не знала. Я, — она показала на окно с балеринами, — балерина, поэтому, если хочешь, я могу провести тебя на репетицию. Не думаю, что девочки будут против, — Она улыбнулась и протянула ему руку, — Анна Волошина. Марк принял руку девушки и поцеловал тыльную сторону ладони. Девушка засмеялась, а Марк тоном принца произнес. — Марк Александров, мне очень приятно познакомиться со столь обворожительной девушкой, — он отпустил ладонь девушки и мило улыбнулся, — я только «за». А если честно, то ночью мне приснились балерины, и мне очень захотелось посмотреть на это воочию. — Тогда не стоит терять ни минуты! — Девушка быстро побежала по ступеням в здание. Как ни странно, но Марка пропустили вместе с ней совершенно свободно. И вот он стоит перед высокой дубовой дверью, с красивой бронзовой ручкой, которая отделяет его от того таинственного и прекрасного мира, в который он так сильно мечтал попасть. Аня заходит в зал первой и что-то говорит девушкам, после чего они с радостью смотрят на Марка и довольно кивают. На них не было балетных пачек, а лишь удобные боди и пуанты. Некоторые девушки разминались у станка, другие растягивались на полу. — Садись на подоконник и чувствуй себя как дома, — с улыбкой на лице пролепетала рыжая девчушка с веснушками и вернулась к станку. Марк последовал ее совету и улыбнулся. В класс вошла средних лет женщина с длинной указкой. Марк не понял, для чего ей эта вещица, но стоило ей появиться, как все девушки выпрямились настолько, что было ощущение, словно они натянутые струны. Брюнетка замешкалась и тут же получила удар указкой между лопаток. — Иногда они забывают держать осанку, — улыбнулась она парню и слегка склонила голову вбок, — рада неожиданному гостю. Я бы многое отдала за твою глухоту, ведь девушки часто стонут от боли, — она повернулась к девушкам и начала занятие. В голове Марка было только одно слово: «Мигера». Десять девушек выстроились в два ряда и по команде принялись крутить фуэте. Кто-то сдавался на 10 вращениях, кто-то на 25. Рыжая особа оказалась самой стойкой и сделала 32 оборота. Преподавательница похвалила ее. Дальше пошли прыжки и выполнение разных элементов в воздухе. Это было поистине захватывающее зрелище. Марк даже не заметил, как в двери появился Стефан. Мужчина медленно подошел к своему любимому мальчику и присел рядом. Марк резко повернул к нему голову и угодил в объятья мужчины. Тот посмотрел в его глаза и беззвучно заговорил. — Знаешь, очень обидно просыпаться в пустой постели. Тем более, когда ребенок кричит на весь дом, а твой любимый куда-то пропал. Конечно, девочки смогли успокоить малыша, но вот меня, — он хищно улыбнулся и посмотрел на девушек, — неужели они тебя заводят? Лицо Марка вмиг вспыхнуло, и он отрицательно замотал головой. Стефана этот ответ весьма порадовал, и он замолчал, наблюдая за балеринами. До конца занятия Марк сидел как на иголках, боясь заставить любимого злиться еще больше. Он уже тысячу раз пожалел, что уехал один, даже не оставив записку. Его щеки все так же были красными. Класс опустел, а влюбленные отправились домой. — Тишка слишком громко кричал? — Марк смотрел на Стефана и виновато надул щечки. — Хм… Я услышал его крик сквозь две закрытые двери. Представляешь, я не первый прибежал к его кроватке! Меня опередили! — Он возмущенно взмахнул руками. — Просто у девчонок лучше развит слух. Да и материнский инстинкт, все дела, — задумчиво пробормотал Марк и обнял руками Стефана. — Прости, что уехал ничего не сказав. Эти девушки, они такие элегантные, все их движения вызывают у меня восторг. На сцене все кажется таким простым, но наблюдая за ними понимаешь, что это ужасно сложно! — На лице Марка быстро сменялись эмоции, а Стефан лишь улыбался. — Я тоже люблю балет… — Стефан не успел договорить. Марк закрыл ему рукой губы. — Я подумал и решил, что согласен на усыновление. Я хочу жить с тобой и нашим маленьким Тишкой, — Быстро проговорил Марк и неуверенно улыбнулся. Ответом на согласие был страстный поцелуй. С самого раннего утра Стефан решил заняться вопросом усыновления. Отправившись в офис ни свет ни заря, он тут же вызвал в кабинет главного юриста компании Юрия Викторовича. Тот терпеливо выслушал проблему и вздохнул. — С младшим мальчиком не будет проблем, а вот с Марком… Сколько ему лет? — Он посмотрел внимательно на шефа. Стефан не понял, зачем юристу это знать, но все-таки ответил. — Марку семнадцать лет, а какое это имеет отношение? — Он увидел неуверенность в лице подчиненного и заволновался. Юрий прочистил горло и заговорил. — Видите ли, по законам Российской Федерации, разница в возрасте между усыновителем и ребенком должна составлять 16 лет. В случае с Тихоном все прекрасно, но вот с Марком… Вам только 29, поэтому Вы не можете усыновить парня, мне жаль, — мужчина пожал плечами и вздохнул. — Но, насколько я знаю, Ваша сестра находится в хороших отношениях с директором интерната, поэтому мальчик мог бы пожить у Вас до своего совершеннолетия. А там парень волен делать все, что захочет. Стефан вздохнул и попросил юриста подготовить все нужные документы для оформления Тишки. Его настроение немного ухудшилось — он ведь обещал Марку. Но, с другой стороны, если бы он стал отцом Марка, общество бы просто не могло бы принять их отношения. Поэтому постепенно настроение мужчины приподнялось. Работа закружила мужчину, не желая отпускать из своих объятий. Закатав рукава он заметил на своей руке замысловатый рисунок: черная роза под стеклянным колпаком. Улыбка расцвела на лице мужчины. «Опять Марк принялся рисовать на руке… Разве у него нет бумаги? Или он специально для меня это рисует?». Ответ пришел немного позже. На глазах мужчины, прямо под рисунком, начала проявляться надпись. «Я скучаю по тебе»

***

Марк проснулся в пустой постели. «Видимо, это мое наказание за вчерашний побег. Или у него работа? А может быть, решил устроить утреннюю пробежку?» — терялся в догадках парень. Он натянул теплый свитер Стефана и утонул в запахе парфюма мужчины: кофе и сандаловое дерево. Обняв себя руками, он босыми ногами засеменил в комнату Тишки. Малыш лежал в своей кроватки и истошно кричал. — Ну что ты, что случилось у маленького принца? — Марк взял на руки малыша и сразу понял, в чем дело. Полный подгузник мешал новорожденному спокойно спать. Парень положил ребенка на пеленальный столик, стянул с него подгузник и выбросил его. Помыв малыша в ванночке, он принялся надевать подгузник. Правда, все было не так просто, как казалось, но спустя десять минут ребенок уже был в подгузнике. Марк нашел комбинезон со звездочкой и аккуратно нарядил малыша. Ласково улыбнувшись, он взял Тишку на руки. — Теперь все хорошо? Тебе удобно и комфортно, правда? — Малыш довольно улыбнулся и Марк сел в кресло-качалку. Он нашел черную ручку на комоде, рядом листок, где отмечали кормление малыша. От нечего делать он решил немного порисовать. Малыш уснул, и Марк положил его в кроватку, поцеловав в крохотный лобик. А ручка так и манила к себе. Очертания розы стали появляться сами собой. Лепестки и шипы Марк пытался нарисовать словно живые, но ручка соскользнула, и парень решил нарисовать кокон для розы. Он закончил рисунок и вспомнил, что его увидит Стефан. С улыбкой на лице, он добавил надпись. От покачивания кресла Марка клонило в сон, и вскоре он уснул.

***

Проснувшись, Марк в первую очередь посмотрел в кроватку. Пустота испугала парня, и он вылетел из комнаты, сбегая вниз по лестнице. В душе парня был страх, он не знал, что делать и где искать младенца. Увидев Сашу на кухне, он резко повернул ее лицом к себе и закричал. — Где Тихон?! Где мой малыш? Куда он пропал? — Его голос сорвался, и он начал задыхаться. Из глаз брызнули слезы, а руки так сильно стиснули Сашу, что та недовольно поморщилась. — Тише, тише… Малыш на улице со Стефаном, не переживай, — сбивчиво сказала Саша, но Марк не стал прислушиваться к ней. Бегом он летел на улицу. Босой и в свитере, он немного поежился от холодного ветра, но побежал за дом, где стояла беседка. Профиль Стефана показался ему неестественно спокойным и умиротворенным. Он, не помня себя, подбежал к мужчине и вытер слезы с глаз. — Зачем ты так со мной? Ты хотя бы представляешь, как я переживал? Я проснулся, а Тихона нет рядом… — Он тяжело вдохнул, пытаясь успокоиться. Ничего не вышло, его тело так и терзали судороги. Стефан смотрел на своего мальчика и не мог его узнать. Сердце разрывалось от того, что он видел. И вдруг он понял, что нужно делать. Бережно достал Тихона из коляски и аккуратно вложил в руки Марка. — Тише, малыш, все хорошо, посмотри на Тишку, — Стефан робко улыбнулся и заметил перемену в лице любимого. Слезы уступили место улыбке. Он смотрел на малыша с неимоверной любовью. Марк поднял взгляд на мужчину, словно требуя объяснений. — Прости, мне стоило остаться там с вами, но просто он проснулся, а успокоить его я не смог, вот и решил пойти немного погулять с ним. Видишь, он и правда уснул на свежем воздухе. Марк гордо вздернул нос и холодно посмотрел на Стефана. — В следующий раз оставляй записку, если забираешь малыша из его комнаты, — было ясно, что парень все еще обижен на поступок мужчины. — Хорошо. Ты сильно меня напугал, — Стеф провел рукой по щеке Марка, стирая недавние слезы. — У тебя был такой безумный вид, словно ты готов порвать любого в клочья, кто хотя бы прикасался к младенцу. С тобой опасно шутить, — он нервно засмеялся и закрыл глаза. — Просто я переживал за него. Конечно, тебе это кажется ничтожным и глупым, но у меня чуть сердце не остановилось, когда я не нашел его в кроватке, — тихо прошептал Марк. Стефан улыбнулся и посмотрел на голые ноги Марка. — Пойдем в дом? Уже темнеет, да и малышу скоро нужно будет кушать, — он попытался взять ребенка на руки, но взгляд Марка резко остановил его. Было ясно, что малыша он не готов отдавать. Стефан засмеялся. — Хорошо, хорошо, я не буду забирать твоего птенца. Марк виновато улыбнулся и пожал плечами. Теплое осеннее утро начиналось совершенно обычным образом. Марк все еще валялся в кровати, в то время как Стефан судорожно пытался завязать галстук. Парень смотрел на него полусонными глазами, беззаботно потирая глаза кулачками. С грациозностью лани он поднялся из уютного кокона одеял и положил руки на грудь мужчины. — Попытайся не двигаться пару минут, и тогда мне представится возможность завязать твой галстук, — Марк смотрел на него серьезным взглядом, как бы давая понять, что шутки и ухмылки сейчас не к месту. Но разве Стефан мог удержаться? На его лице появилась хитрая кошачья улыбка, и он поднял руки в воздух. — Сдаюсь! Только не придуши меня от большого чувства! — Марк ударил его по плечу, что довольно сильного мужчину только рассмешило. Он смотрел на аккуратные и заботливые движения своего мальчика и все больше уверялся в том, как сильно его любит. Парень быстро справился с классическим черным галстуком. Оставив легкий поцелуй на щеке, он спрятался обратно в кокон. — Удачи на работе! — Глухо прозвучало из пододеялья. Мужчина улыбнулся и поцеловал одеяло где-то в области спины юноши. — Не скучай без меня, мой скромный котик, — игриво сказал Стефан и направился на работу.

***

Окончательно Маркуша проснулся только ближе к обеду. Он не спеша принял ванну, обдумывая планы на день. Ему хотелось взять велосипед и проехаться по узким улочкам города. Еще было бы неплохо выпить горячего какао с маршмэллоу и печеньем. И зайти за подгузниками для Тишки. Конечно, он мог попросить Марину купить их, но в его душе была стойкая мысль о том, что если он любит малыша, то должен обеспечивать его потребности сам, а не скидывать все заботы на плечи других людей. Выбрав теплую толстовку и джинсы с дырявыми коленями, Марк спустился по лестнице и застал ссору Марины и Саши. Виновником, естественно, был младенец. Одна девушка трясла в воздухе зимний комбинезон, вторая настаивала на более легком варианте. Ребенок же в этом время мирно спал в переноске. Марк встал между ними и улыбнулся. — Знаете, я бы не хотел, чтобы у малыша были опрелости от пота, но и не хотел бы, чтобы он заболел. Поэтому думаю, что более легкий комбинезон с шарфиком и шапочкой будет в самый раз, — он посмотрел на Марину и пожал плечами. — Я понимаю, что ты его очень любишь, как и все мы, но не стоит перебарщивать с заботой… — Но ведь он заболеет! — Закричала Марина и убежала в чувствах к себе в комнату, громко хлопнув дверью. Парень вопросительно посмотрел на Александру. — Мы сегодня едем на плановый осмотр с Тишкой… Уже минут двадцать спорили по поводу одежды для него. Теперь придется идти ее успокаивать, — девушка тяжело вздохнула и понурила голову. Было видно, что она переживает за подругу и ей очень стыдно. Марк обнял подругу и потрепал ее длинные волосы. — Ладно тебе, еще помиритесь. Я поеду покататься на велосипеде, приеду ближе к ужину. Передашь Стефану, ладно? — Он обворожительно улыбнулся и сложил ручки, словно котик лапки. — А сам передать не можешь? — Она снова посмотрела на забавную мордочку парня и закатила глаза. — Ладно, ладно, так уж и быть, передам. Ты не задерживайся! Стефан опять поднимет кипиш, как в тот раз с балетной академией. Марк весь покраснел и попытался скрыть свое смущение, прикрыв лицо капюшоном. Ему было стыдно за свое поведение, хоть прошло уже больше месяца. Он понимал, что стоит более трепетно относиться к чувствам Стефана, но иногда глупое детское ребячество было выше здравого смысла. И именно в такие моменты происходили печальные моменты. Попытавшись отвлечься, он надел самые громкие наушники и поставил звук на максимум. Он не мог полностью насладиться музыкой, но вибрации давали ему что-то похожее на мелодию. Мимо Степана он прошел, даже не поздоровавшись и не объяснив, куда так стремительно уходит. В гараже он нашел велосипед и забрался на него. Первые метры были неуклюжими, но вскоре он привык и поехал более уверенно. Ворота были открыты, и он спокойной смог выехать на проселочную дорогу. Ветер дул ему в лицо, унося с собой все тревоги и мысли. Спокойная музыка дарила минутную передышку душе. Физическая активность очень помогала. Черный джип начал медленно приближаться к одинокому велосипедисту. Конечно, Марк не мог услышать резкого торможения покрышек и тем более не успел понять, что ему грозит опасность. Велосипед вылетел из-под парня, а сам он оказался на асфальте. Сильный удар по голове вывел его из сознания.

***

— Да, он у нас. Ага, как нехер на хер. Да он худющий, я че, его заломать не смогу? Да и Сивый рядом.- Говорил верзила с шрамом на всю руку. Внимательнее приглядевшись, Марк понял, что это ожег. Он не совсем понимал смысл слов бандита, но когда понял, стал пытаться что-то сказать. — О, очухался! Недолго же ты пробыл в отключке. Ну че, щенок, как тебе в берлоге? — Неприятный смех этого мужчины отражался от голых стен. Марк попытался встать, но был крепко связан по рукам и ногам. Голова нещадно болела, как и остальные конечности. Парень пытался выплюнуть кляп, но ничего не выходило. Каждое движение вызывало только больший дискомфорт. В то время рыжий бандит взял стул и сел напротив парня. От него пахло сигаретами «Прима» и водкой «Путинка». Вместе эти запахи вызывали тошноту и желание поскорее избавиться от носителя оного. Марк хотел закрыть глаза, но мужчина начал говорить, поэтому возможность все обдумать была потеряна. — Ну что, солнышко, добро пожаловать! Тут такое дело, что твой папочка немножко играет не по нашим правилам, чем очень заебал нашего босса, правда, Сивый? — он посмотрел за спину парня, и у Марка пробежали мурашки по всему телу. Сколько их здесь? Двое или, может, еще больше? — Ну так вот, мы решили немного помочь твоему папочке принять правильное решение. Догадываешься как? — Мужчина зловеще улыбнулся и приблизился к Марку слишком близко. — А ведь, действительно, очень смазливый… Марк громко замычал и принялся раскачиваться на стуле из стороны в сторону. Он упал на бок, издав громкий скрежет. Звук хрустнувших костей раздался по всему помещению. — Ебанный ты пидор! — Мужчина поднял стул вместе с пленником в исходное положение и ударил того по щеке. — Ты доставляешь мне одни хлопоты! Жаль, что нельзя тебя изнасиловать. Я и бутылка с радостью бы тебе объяснили, как следует себя вести, — зло проговорил мужчина и ушел из поля зрения парня. Марк смотрел перед собой и видел лишь обшарпанную стену. С одной стороны, то, что он не видел верзилу, было хорошо. Но с другой, он не мог знать, что замышляет преступник. Это добивало и без того шалившие нервы. Марк больше всего в жизни мечтал оказаться рядом с Стефаном и Тишкой. Но сбудется ли его мечта? Марк опустил голову к полу и заметил, как кто-то ходит перед ним. Он почувствовал запах сигаретного дыма. Походка человека отличалась от грузных шагов преступника. Парень подошел вплотную к Марку, и второй закашлялся. Он уже успел отвыкнуть от сигарет. — Не под того ты лег, парень… — Задумчиво протянул Сивый. — Ой, не под того… — Как его похитили?! — Раздался громкий крик на двоих охранников, прямо во время совета директоров. Стефан испепелял амбалов взглядом, наплевав на то, что кроме них в зале еще 6 пар любопытных глаз. Стремительным шагом он покинул круглый стол и плотно закрыл дверь своего кабинета. Проклятье. Этого просто не могло произойти. Маргарет бесшумно вошла в кабинет и поставила перед боссом стакан с бурбоном. Мужчина даже не поднял на нее взгляда. — Вы должны понимать, что они не посмеют что-то сделать с ним. Кто бы то ни был, он просто не сможет причинить страдания ребенку, — она смотрела на поникшие плечи и стеклянный взгляд боса. Раньше она никогда не видела его таким. Всегда волевой и властный, сейчас было ощущение полного краха всего, что было в его жизни. Взгляд Стефана стал безумным, а его челюсти плотно сжались. — Не будь глупой, мы оба знаем, кто за этим стоит. Это не похоже на столь элегантного Дмитрия. Похищение — это не в его стиле, но кому еще нужно это? — он указал девушке на диван и принялся пить янтарную жидкость. К несчастью, она слишком быстро закончилась. — В последний раз он был слишком спокоен, а в его глазах я заметила интерес. Кажется, это было спустя пару дней после переезда Марка к Вам… — Она вздохнула, вспоминая слишком счастливые глаза начальника в тот день. — Боюсь, что он решил испортить Вам жизнь… — Думаешь, я сам не догадался? Чертов Дмитрий! К чему было вмешивать во все это семью? — Он уронил голову на стол и тяжело выдохнул. — Не я это начал. И почему он не может отстать от меня навсегда? В комнату вошел курьер и положил перед Стефаном письмо. Простой белый конверт, на котором красивыми буквами, с вензелями, было написано «Про Марка». Нетерпеливо он разорвал конверт. Чертов эстет, общается только письмами и исключительно собственноручно написанными. Иногда за эту привычку хотелось набить лицо всегда аристократичному Дмитрию. «Прости, но в сложившейся ситуации мне было бы глупо являться лично, не правда ли? Давно не виделись, Стефан, я даже немного соскучился. Надеюсь, ты испытываешь те же чувства по отношению ко мне. Но, к сожалению, это не так, и мы оба прекрасно это знаем. Не понимаю, что ты нашел в этом мальчишке. Совершенно простая внешность, ну только что глухой. И давно ты стал жалеть людей? Меня ты не пожалел. Я, правда, не хотел идти на такие жертвы, но это был единственный способ привлечь твое внимание к моей скромной персоне. Я хочу встретиться с тобой в последний раз. Я слишком устал от этой неразделенной любви и хочу завершить ее на оптимистичной ноте. Буду ждать тебя в семь часов на старой пристани. За мальчишку можешь не переживать. Скорее всего, после нашей встречи, его доставят домой». Стефана трясло от ненависти и желания убить бывшего любовника. Маргарет тихонько вышла и прикрыла за собой дверь. Неприятный зуд в районе запястья заставил поежиться. Стефан посмотрел на свои руки и до боли закусил губу. На руках были ярко алые ссадины. «Бедный Маркуша… Он не заслуживает снова терпеть издевательства…» Мужчина взял ручку и быстро написал на запястье. «Прости, я все исправлю».

***

Холодный ветер раздувал пряди и студил слишком яростный нрав Стефана. Его шаги были резкими и быстрыми. Он видел одинокую фигуру почти у самого конца причала. Фигура была обращена к воде. Мужчина остановился и тяжело вздохнул. Ответом была улыбка ярко-зеленых глаз Дмитрия. — Я знал, что ты придешь. Здравствуй, — он ласково улыбнулся, но, заметив грозный взгляд, улыбка пропала с его лица. Дмитрий нервно дернул плечом. — Можешь хотя бы сейчас не думать о своем Марке? — Имя парня было произнесено с особым пренебрежением. Стефан тихо усмехнулся. — Представь себя на моем месте. Что бы ты чувствовал, если бы я находился в опасности? Поэтому давай опустим твои глупые просьбы, — его слова были пронизаны холодом, в целом, как и все его поведение по отношению к Дмитрию. — Знаешь, я бы обрадовался. Может быть, если бы ты умер, мне бы стало легче жить. Нет, не так. Когда ты умрешь, я стану счастлив, — он счастливо улыбнулся и посмотрел прямо в самые любимые глаза. — Отец правильно говорил перед самой смертью, а я ему не поверил тогда. — Ты был влюбленным мальчишкой, понятное дело, что ты не слушал его. А зря. Я ведь действительно только играл с тобой. — Звонкая пощечина заставила умолкнуть бизнесмена. — Я бы был осторожен со словами в твоем положении, дорогой, — Дмитрий бережно провел рукой по ярко-алому следу на щеке, — Марк совершенно ничего не говорит, мои порученцы даже подумали, что лишили его возможности говорить. Было бы забавно, не правда ли? — Он засмеялся. Стефан еле сдерживался, чтобы не избить этого отвратительного подонка. От одной мысли о том, что с Марком могли что-то сделать, вся душа вырывалась из тела. Он тысячу раз пожалел, что не приставил к нему охрану, что не предупредил. Мальчишка ведь такой беспечный и даже не мог бы себе представить ничего подобного, а он должен был его оберегать и не справился. — Почему ты забрал его у меня? Почему не сестру или служанку? Почему именно его?! — Стефан весь дрожал от гнева. Его кулаки медленно сжимались для удара. — Какой же ты глупый… Я хотел, чтобы ты почувствовал то же, что и я переживал все эти годы. Правда же хочется крепко обнять его, поцеловать и спрятать ото всех напастей на свете? — Стефан понуро кивнул и отвел взгляд. — Ты любишь его так же слепо, как и я тебя какое-то время назад. Жаль, что у нашей сказки не вышло радостного конца. Дмитрий горестно улыбнулся и пошел к своей машине. Стефан остановил его за руку и развернул его к себе. — Верни мне его, молю тебя. — Он упал перед ним на колени и с мольбой посмотрел в его глаза. — Я подумаю.

***

Стефан сидел на мокрой ступеньке своего дома. Сегодняшний день был слишком тяжелым для него. И, видимо, еще много таких дней будет после этого. Дмитрий не станет ему отдавать Марка так просто — это он отчетливо понял, посмотрев в глаза бывшего. В этих глазах было слишком много радости от созерцания убитого горем Стефана. Он сидел и смотрел на ворота, которые были так призывно открыты. Возле ворот коттеджа остановился черный минивен. Двери резко открылись, и под холодный проливной дождь было выброшено тело. Оно упало мешком на холодный гравий. Никакого движения. Даже доли неповиновения не было от этого человека. Минивен дал по газам, и спустя пару минут тело осталось совсем одно. Стефан увидел движения у ворот и резко поднял голову. Марк лежал на полу, даже не предпринимая попыток подняться на ноги. Стефан метнулся к нему и поднял на руки. Глаза мальчика были закрыты. Мужчина проверил пульс — слишком слабый, но все же есть. Он побежал в дом, не обращая внимания на тревожные голоса Саши и Марины. В комнате он переодел мальчика и проверил его тело. Никаких ушибов или ссадин не было. Это хоть немного успокоило мужчину. Он решил не вызывать скорую, понимая, что мальчик просто очень сильно утомился. Укутав его в одеяло, он сел перед кроватью на колени и взял его руку в свои, и тихо прошептал. — Прости меня, я виноват перед тобой. Если бы ты не был мне близок, то ничего подобного в твоей жизни точно не случилось. Я должен был защищать тебя, но из-за счастья не видел ничего, кроме твоей улыбки и острых ключиц… Ты не представляешь, как я волновался… Не мог найти себе места и хоть немного включить мозги. Боже, как хорошо, что все кончилось, теперь ты рядом, — он исступленно целовал его руки, пытаясь заглушить те воспоминания, которые были в голове бедного Марка.

***

Марк пришел в себя ближе к ночи. Его ресницы начали немного трепетать, а руки сжались в кулаки. Стефан поднял на него взгляд, и первым, что сказал парень, было. — Где Тишка? С ним все в порядке? — В глазах читался неимоверный ужас и отчаяние. «Даже после всего, что с ним произошло, он волнуется в первую очередь не о себе», — подумал Стефан и немного улыбнулся. — Тишка в детской, спит. Уже очень поздно, а малыш и так сегодня много куда ездил. Можешь не переживать, с ним все хорошо, — тихо и нежно сказал Стефан, наблюдая перемену в лице возлюбленного: он заметно успокоился и облегченно вздохнул. Посмотрев в глаза мужчины, он засмеялся. — Знаешь, все время, что я провел там, я думал только о малыше. Я боялся, что его тоже похитили. Ладно я, уже не маленький… Но я не находил себе места от одной мысли, что с ребенком что-то не так. Я не чувствовал страха за себя, а только за него. Так глупо, правда, — на его лице появилась слабая улыбка. Мужчина сел рядом с ним на кровати и внимательно всматривался в лицо парня. Он ничего не выдавал, своей тревоги или страха. Не было сильных эмоций или слез. Самый обычный Марк, только немного грустный. — С тобой там ничего не делали? Может быть, унижали или били? Ты запомнил, кто там был? Может быть, они называли себя по именам? — Стефан ждал любой зацепки, чтобы найти исполнителей и наказать их. Наказывать заказчика он не хотел. Своим отказом и так причинил Дмитрию много страданий. Марк лишь пожал плечами и посмотрел куда-то мимо Стефана. Его голос стал настолько тихим, что было почти не слышно слов. — Нет, они не сделали ничего такого, что могло бы навредить мне. Я не хочу наказывать их или причинять боль. Они ведь не виноваты в том, что их попросили похитить меня. Они могли бы избить меня или отрезать пальцы, да что угодно, но не стали этого делать. Понимаешь, ведь моя жизнь ничего не стоит, — он хотел сказать что-то еще, но Стефан не дал ему этого сделать. Он закрыл его рот ладонью и установил зрительный контакт. Сердцебиение мальчишки усилилось, но брыкаться он не стал. — Не смей так говорить, любимый. Твоя жизнь очень ценна, и позволь доказать мне это, — скулы Стефана были напряжены до предела, и Марк нежно погладил его по щеке, обнимая ногами. Он спрятался в его объятьях и тихо прошептал. — Не нужно слов. Просто побудь рядом со мной…

***

Ранним утром Стефан принес завтрак в постель. Марк вздохнул и посмотрел на еду, а потом на Стефана таким взглядом, словно ему все это совсем не нравится. Но чтобы не обижать любимого, он нехотя взял вилку и принялся поглощать завтрак. Воздушный омлет буквально встал поперек горла, и парень закашлялся. Стефан похлопал ему по спине, а потом взял за подбородок и заставил посмотреть в глаза. На лице Марка было сожаление и печаль. — Я не могу… Есть совсем не хочется. Прости… — он хотел подняться с кровати, но сильные руки не дали ему сделать этого. Стефан крепко обнял Марка и стал слегка покачивать. «Последствия стресса… Не нужно было его заставлять есть», — подумал мужчина и тяжело вздохнул. Марк почувствовал телом вздох и посмотрел в глаза мужчины, — ты не виноват в этом, правда. Просто аппетита нет, — он попытался улыбнуться, но улыбка вышла слишком вымученной, и он поскорее стер ее с лица. Стефан убрал поднос с едой куда подальше и посмотрел в окно. На улице опять шел дождь, тоскливо тарабаня по подоконнику. Чтобы не видеть этого заунывного неба, он зашторил окна и включил свет. Сразу стало немного теплее от света, что лился по всей комнате. Он повернулся лицом к Марку и заметил недоумение на лице парня. — Просто такая гнетущая обстановка. Не находишь, что так лучше? — Он улыбнулся и сел рядом, погладив парня по колену. Марк немного вздрогнул, но потом лег на бедро Стефана и посмотрел ему в глаза. — Ты… знаешь, кто это сделал? — Неуверенно спросил он. — Нет, — холодно и резко ответил Стефан. Марк тяжело вздохнул и повернул голову к окну. Он свернулся комочком, пытаясь немного согреться. Как ни странно, но в доме было довольно тепло, а озноб бил парня. Нет, это было не из-за болезни, а скорее на нервной почве. Стефан заметил дрожь своего любимого мальчика и накрыл его хрупкое тело одеялом. Марк не обратил на это никакого внимания, отдаваясь своим мыслям, которыми он решил поделиться с мужчиной. — Знаешь, это хорошо, что ты не знаешь, кто это сделал. Ты бы стал мстить и пытаться досадить тому человеку. А я не хочу, чтобы ты переживал из-за меня, — Стефан хотел возразить, но Марк положил палец на его губы — Да, я никогда не узнаю причины, но я бы хотел сказать спасибо тому человеку. Он мог похитить ребенка, но вместо этого взял меня. Но единственное, что бы мне хотелось, это посмотреть ему в глаза и понять, рад ли он тому, что совершил. Может быть, он сделал это из желания насолить или позлить тебя. Или это была месть. Я никогда не узнаю этого. И это хорошо. Я не хочу видеть твоих врагов в лицо, боюсь, что стану сумасшедшим и захочу убить этих людей, — только когда он сказал все, что хотел, то поднял глаза на губы Стефана. Он был в шоке от таких откровений. Чтобы его маленький и такой хрупкий цветочек думал о подобном? Ведь его самого нужно защищать от любых напастей, а он готов растерзать любого его врага? С одной стороны, Стефан хотел запретить ему это, но с другой — было так приятно на душе. Впервые в жизни кто-то был готов ради него пожертвовать своей жизнью. Его рука медленно сплелась с рукой Марка и крепко сжала ее. — Марк… Я не знаю, что на это сказать. Но я боюсь за тебя, поэтому прошу тебя, — он взял в руки его голову и слегка надавил на щеки, — нет, умоляю, если ты действительно встретишь моего врага, думай в первую очередь о себе. Я просто не смогу пережить твою смерть. Да, ты можешь не поверить мне, но это действительно так… — Но ты нужен не только мне, но еще и Тишке! Если не ты, то кто позаботится о нем?! — Голос Марка почти надорвался, и он закусил губу. Переведя дыхание, он твердо сказал, — не будем думать о плохом. Я и так слишком многое пережил в этой жизни и хочу поскорее все это забыть. Хорошо, — он улыбнулся, и по его щеке потекла одинокая слеза. — Хорошо, — тихо ответил Стефан и провел ладонью по его щеке, стирая слезу. На телефон Стефана пришла СМС от Линды: «Дмитрий покончил жизнь самоубийством вчера ночью».

***

Марк сидел в гостиной и ел вкусные оладьи, которые специально для него приготовила Саша. Он включил новости с субтитрами и откинулся на диванную подушку. — Сын известного бизнесмена Николая Стоцкого, ныне умерший, Дмитрий Стоцкий был найден мертвым в своем номере в отеле Рэдиссон Ройал сегодня утром. Как сообщают служащие отеля, мужчина пришел к себе в номер поздно ночью и заказал бутылку виски, после чего в номере было тихо. Мужчина несколько раз перерезал себе вены на запястье. Насколько известно, мужчина в последнее время страдал депрессией. Рядом с телом была найдена предсмертная записка, содержание которой не раскрывается в целях следствия по делу. Следственный комитет завел дело по статье: «Доведение до самоубийства». А теперь к следующим новостям. Марк смотрел на лицо мертвого человека. Оно было слишком красивым, а улыбка на губах пугала парня. На его руках были татуировки в виде цветов, которые когда-то себе на руках рисовал парень. Он выключил телевизор и задрожал. «Откуда у него могут быть такие тату? Они почти идентичны моим, этого просто не может быть», — подумал он и достал планшет. Он принялся искать похожие эскизы тату. Да, в сети он нашел огромное количество цветов, совершенно разных и достаточно схожих между собой стилем или цветом. Но таких, какие он рисовал на себе — нигде.

***

Стефан сидел в своем кресле и пытался осмыслить то, что знал. Во-первых, Дмитрий покончил с собой. Во-вторых, его имени не было в предсмертной записке. Видимо, он не хотел подставлять Стефана, как сильно бы ни желал ему навредить. В-третьих, он был приглашен на оглашение завещания. Он винил себя в смерти аристократа. Конечно, в записке не было и слова про их отношения, но он знал, что других причин для смерти у мужчины просто не могло быть. Заливать горе только алкоголем было явно недостаточно. Наркотики он не мог себе позволить, ведь знал, что в таком состоянии может причинить вред Марку и Тихону. Заняться с кем-то сексом? Этот вариант даже не рассматривался, ведь в первую очередь он думал об эмоциях Марка. Тот еще не отошел от похищения, это Стефан видел невооруженным взглядом. Два застенчивых стука прозвучали, и мужчина поднял глаза на дверь. Первыми он увидел немного виноватые глаза Марка и только потом его застенчивую фигурку. — Я тебя не отвлекаю? — Он не стал входить в кабинет, а лишь выглядывал из-за двери. Стефан поднялся из кресла и завел парня в комнату, закрыв за ним дверь. Они сели на диван, и мужчина немного улыбнулся. — Нет, ты меня совершенно не отвлекаешь. Просто решил немного выпить, — он усмехнулся. — Прости, но тебе не предлагаю. Слышал истории от Саши насчет того, как хорошо ты умеешь пить. Парень весь вспыхнул от стыда и откинул голову назад, лишь бы больше не «слышать» мужчину. Но ему все равно нужно было поговорить с ним, поэтому вернув себе хоть немного решимости, он посмотрел на руки мужчины, которые были напряжены. — Помнишь, я раньше рисовал цветы на своих руках? — Он посмотрел в глаза Стефана. Тот был немного удивлен подобным вопросом, но кивнул. — А многие видели эти цветы на твоих руках? Стефан сглотнул и понял, к чему клонит парень. Он и сам не на шутку испугался, когда увидел картину трупа Дмитрия с этими самыми бутонами роз. — Пару партнеров на совещании. Секретарша и, может быть, кто-то на улице. Тогда была прекрасная погода, и я закатывал рукава. А почему тебе стало интересно? Это ведь было так давно… — Попытался увести от разговора Стеф, но разве это возможно, когда перед тобой сидит озадаченный подросток, который придумал себе миллионы вариантов? — Я смотрел новости, там у мертвого мужчины были такие же цветы на запястьях. Я решил загуглить, но ничего похожего не увидел. Это было очень странно, — он положил голову на ноги возлюбленного и тяжело вздохнул. — Меня это очень напугало. Я совершенно не знаю этого человека, тогда как он смог набить точь-в-точь то, что было нарисовано? Таких совпадений просто не бывает… Стефан медленно провел рукой по слегка отросшим волосам и заправил длинную челку за ухо парнишке. — Может быть, меня сфотографировали на одной бизнес встрече. Помню, что даже на сайте РБК было интервью со мной. Вот оттуда этот парень и взял тату, — спокойно сказал Стефан и пожал плечами, — мало ли сумасшедших в нашем мире? Марк недовольно завертел головой. — Нет, он точно не был сумасшедшим. Я видел его фотографии до смерти, их показывали в сюжете. В нем не было того безумия и резкости, как в сумасшедших. Он был слишком спокоен для такого. И безбожно красив… У него идеальные черты лица. Я даже завидую ему, — он немного грустно улыбнулся. «Красота умерла вместе с ним», — подумал парень. «Знал бы ты, Марк, как сильно он завидовал тебе», — подумал Стефан и немного усмехнулся. — Это неважно. Он мертв, и тебе не о чем переживать, — холодно сказал мужчина и отпил еще виски. — А что у тебя произошло? — Марк обратил внимание на то, что бутылка была почти пуста. — Умер хороший друг. Резкая и неожиданная смерть.

глава третья

Испытывать себя моральной болью? Это точно было не про Стефана. Он помнил все, что произошло накануне, но предпочитал жить дальше. Возможно, где-то в глубине его души и щемило от чувства вины. Но несколько литров виски и приятная компания Марка помогли забыть об этом чувстве. А если быть точнее — затмить его уютом и счастьем. У него не было бессонных ночей или грандиозных запоев. Одного раза было вполне достаточно. По отношению к собственным страданиям он был категоричен — нельзя быть тряпкой, только движение вперед, и не позволять себе оглянуться на прошлое. Так он научился быть сильнее, чем есть на самом деле. Это умение часто помогало ему в жизни. Казалось, в этот момент он должен был сломаться, но этого не произошло. Иногда он смотрел на Марка и видел себя в юности.

***

Утро началось до боли избито: пустая кровать и одинокая подушка Стефана. Марк лишь грустно усмехнулся и поднялся на ноги. На улице вовсю падал снег. Огромные хлопья оседали на переплетенные перила балкона. Парень немного улыбнулся и склонил голову набок. Ему резко захотелось теплого какао, теплого пледа и объятий любимого. Глупое желание, когда ты совсем один в этой комнате, не правда ли? Ему хотелось слушать музыку. Что-то вроде романсов или же классики. Как же сильно хотелось слышать тихие шаги за спиной и трепетный шепот на ухо. Тихое улюлюканье ребенка и щебетание птичек. Грусть, навеянная этими простыми желаниями, не хотела отпускать его. Он пытался забыть об этих несбыточных мечтах, но противное сердце не давало такой возможности. Печаль постепенно отступала. Не быстро, но все же. Пару часов он просто не выходил из комнаты, сидя в кресле перед витражным стеклом. Он умиротворенно смотрел на снежинки, пытаясь представить звук, с которым они касаются земли. Он любил придумывать себе звуки в голове, хотя никогда не слышал. Это было его персональным развлечением. Для него не было звуков отвратительных, каждый был желанным. Во сне он мог слышать. Хорошо, что такие сны были крайне редки, иначе он бы просто не смог выбраться из депрессии. Натянув огромную толстовку и теплые высокие носки, он вышел в коридор. Было пусто, словно все домочадцы сидели по своим комнаткам. Сашу и Марину он нашел в комнате Тишки. Конечно, они опять спорили, а парень не очень-то хотел вдаваться в подробности и опять их мирить. У каждой из них был слишком сильный материнский инстинкт. Иногда ему казалось, что это не сын Стефана, а Сашки и Марины. Да, Марина была ему тетей, но ведь не родной мамой. «Этот малыш, как и я? Никогда не увидит свою маму», — с огорчением понял Марк. Он тихо прикрыл дверь и пошел на кухню. На лестнице он заметил Стефана. Он опустил голову и стряхивал с себя белые хлопья снега. Ни о чем не думая, парень быстро подбежал к нему и запрыгнул в его объятья, крепко обнимая его ногами за талию. Он нежно поцеловал мужчину и влюбленным взором посмотрел в его глаза. — Я соскучился… Так ужасно просыпаться в пустой кровати, — Марк вздохнул и устроил свою головку на его груди. — Как же мне хочется бросить эту чертову работу и быть с тобой всегда, — тихо сказал мужчина, но Маркуша не мог его слышать. Марк поднял глаза на Стефана и хитро улыбнулся. — Я хочу шоколадку! А лучше несколько, — он сделал умоляющий взгляд и сложил руки в кулачки и приложил, их к щекам. Мужчина невольно улыбнулся и кивнул. — Хорошо, сейчас попрошу Степана прогреть машину, — он аккуратно опустил парня на ноги и уже хотел уйти, когда требовательная рука остановила его и притянула к себе. Марк оставил нежный поцелуй на его щеке и, смущенный, убежал в спальню одеваться. Стефан еще долго смотрел ему вслед, не понимая, как такая чистая и нежная натура смогла сохранить свои качества в детском доме.

***

Марк плюхнулся на заднее сидение и встревоженно широко распахнул глаза, заметив на переднем сидении коренастого мужчину, голова которого упиралась в потолок. Мужчина почувствовал на себе взгляд и повернулся, злобно улыбнувшись. Марк сжался в комок и хотел выбежать из машины, когда Стефан притянул его к себе и шикнул на охранника. — Тише, тише… После того случая я решил нанять побольше охраны. Можешь не беспокоиться, он должен защищать тебя, а не вредить, понял, — он взял в руки его личико и нежно погладил по щекам, как бы успокаивая. Марк нервно кивнул, еще раз посмотрев в сторону громилы. — Мог бы и предупредить, — прошептал Марк и крепче прижался к бизнесмену. Он только усмехнулся и взъерошил его волосы. Марк немного успокоился и прикрыл глаза. — Босс, в какой магазин Вас везти? — Спокойно поинтересовался Степан, не отрывая взгляда от дороги. — Хм… Ребенок хотел шоколада, значит, нам надо в Ашан. Эх, прости, солнце, что папочка не знает магазинов с шоколадками, но в Ашане тоже большой выбор, — он погладил Марка по голове, и тот непонятливо поднял голову. — Ничего, можешь пока подремать, — Стефан распахнул полы своего теплого пальто, и парень принял это приглашение. Доехали они довольно быстро, и охрана пошла за ними следом. Марк выбрал тележку и радостно покатил ее к отделу со сладким. Несколько стеллажей так и манили к себе. Он выбрал несколько шоколадок, и его взгляд пал на коробку Милки с фундуком. Она была на самом верху, и он не мог достать при всем своем желании. Он прыгал и пытался ее схватить или хотя бы столкнуть на пол. Но ничего не выходило. Он тяжело вздохнул и присел на корточки. Стефан, который за всем этим наблюдал и еле сдерживался от смеха, спокойно подошел к стенду и достал ту самую коробку. Он присел рядом с парнем, на лице которого была написана вселенская грусть, и положил ее на его колени. Парень поднял глаза на мужчину и счастливо улыбнулся. — Теперь буду знать, для чего можно тебя применить, — весело сказал парень и, положив коробку в тележку, полетел к кассам. Но потом он вспомнил, что в этой ситуации ему тоже нужен Стеф. Он принялся озираться по сторонам в поисках черного приталенного пальто и хищного взгляда любимого, но ничего не выходило. Он стал впадать в панику и часто дышать. Перед его глазами появилась пластиковая карта, а потом и ее владелец. — Ты случайно не вот это ищешь? — С ухмылкой на губах спросил Стефан. Марк крепко его обнял. — Придурок, — облегченно пробубнил он. — Я плачу за его шоколадки, и я еще и придурок… Просто изумительное совпадение, — кассир понятливо улыбнулась и приняла карту к оплате. — Знаете, у меня с дочкой так же, — поделилась она и протянула ему покупки и карту. — Удачи с сыном. Стефан хотел ее поправить, но потом передумал. «Хорошо, что Маркуша всего этого не слышал. Иногда в его глухоте есть и плюсы», — подумал он.

***

Стефан сидел в кресле перед окном, а на его коленях, уплетая шоколадки, укутанный в плед, довольно расположился Марк. Мужчина открывал плитки и по кусочку протягивал мальчишке, ведь сейчас он выглядел гораздо младше. Такой счастливый, с пухлыми щеками от шоколада и весь перемазанный в сладком. — Эй, красавец, у тебя диатеза не будет? — Спросил мужчина, когда парнишка потянулся за очередной долькой. — Отстань, я жил в детдоме. Сейчас мне надо догнать то количество шоколада, которое я должен был съесть за эти года, — весело сказал Марк, но от этой фразы на душе Стефана стало грустно. Он крепче обнял его и поцеловал в макушку. «Я постараюсь сделать так, чтобы ты забыл все ужасы, которые были в твоей жизни, котенок», — мысленно пообещал он. Очередные рабочие вопросы заставили Стефана покинуть такую теплую и уютную кровать, оставив при этом Марка совсем одного. Не самый мудрый поступок… Учитывая свои прошлые ошибки, мужчина оставил возле двери спальни нового охранника, который в прошлый раз так сильно напугал Маркушу. Охранника этого звали Ярослав, и информации о нем было ничтожно мало, но, судя по отзывам, которые ходили о нем в узких кругах, это был профессионал своего дела. Он прошел Чеченскую войну и там же приобрел ряд чудесных черт характера: верность, отвагу, умение держать язык за зубами. Именно такой человек и нужен был Стефу. Но разве может быть такой идеальный человек быть без определенного прошлого, которое, конечно, никогда не должно быть известно его нанимателю?

***

Два стука прозвучали в комнате. Марк не мог их услышать. Затем сильная барабанная дробь по двери также осталась без ответа. Не выдержав подобного отношения к себе, Ярослав резко открыл дверь и вошел в комнату. Ошарашенный Марк мгновенно завернулся в одеяло, оставив на виду только свои глаза. — Черт, опять забыл, что он глухой, — прорычал охранник и закатил глаза. Он внимательно осмотрел комнату, проверяя, есть ли в комнате камера или прослушка. Все было чисто. Ярослав немного улыбнулся и сел в кресло. — Можешь не бояться меня, я не причиню тебе физической боли. Знаешь, один человек просил передать тебе послание, но прежде чем ты его получишь, я назову его имя: Дмитрий Стоцкий, — заметив на лице парня долю недоумения, он спокойно продолжил. — Я раньше работал на него, а потом устроился к твоему «папочке». Это была последняя воля моего Босса, — он грустно вздохнул и немного улыбнулся, вспоминая Дмитрия. Он был поистине предан этому мужчине. — Допустим, я понял, зачем ты здесь. Но зачем Дмитрию, которого я не знал при его жизни, оставлять мне письма? — Тихо прошептал Марк, пытаясь не выдать своей нарастающей паники. Он поднялся с кровати и сел в кресло напротив мужчины. — Расскажите мне все… — Дмитрий любил Стефана при жизни. Но последний не испытывал к нему никаких чувств. Не нужно быть слишком умным, чтобы понять причину ухода из жизни моего Босса. Но в защиту твоего любимого могу сказать лишь то, что он не стал изводить его и дальше и просто поставил точку в отношениях. А еще он старался не напоминать о себе, чтобы не сделать Дмитрию еще больнее. В любом случае он не смог жить с этим… — Мужчина протянул красивый черный конверт с серебряной буквой «М» посередине. Марк принял конверт из его рук и неуверенно покрутил его. Картон приятно холодил его кожу, а буква так и бросалась в глаза. Сделав глубокий вдох, он открыл конверт и достал сложенный пополам лист с посланием, написанным аккуратным почерком ярко-алой ручкой. Это напугало его еще больше. Он бросил украдкой взгляд на мужчину: тот смотрел в окно, о чем-то думая. Поддержки было ждать неоткуда, поэтому он просто решил прочесть. «Здравствуй, тот, кто смог заставить его сердце биться. Тот, кто сумел его заставить чувствовать и перестать быть такой тварью. Жаль, что у меня этого не вышло. Да и не смогло бы выйти, я думаю. Те самые розы на его руке… Это ведь твои? Ты их нарисовал. Теперь они оплетают и мои руки. Пока мастер несколько недель набивал эти нежные бутоны на моих руках, я не мог умереть. Знаешь, это как незаконченные дела: не можешь успокоиться, пока не поставишь точку. Так и с этими рисунками на моем теле. Я хотел, чтобы он увидел их на МОЕМ теле. Чтобы хоть на минуту задумался над ошибочностью своего выбора. Жаль, что я не мог видеть его лица в тот момент. А может, он даже и не видел их? Думаю, что ему сообщили в тот же день. Я не стал писать предсмертных открытых записок. Это было бы слишком пафосно и совершенно не похоже на меня. Но то, что ты сейчас держишь в своих руках, можно назвать именно предсмертной запиской. Пусть она не станет достоянием общественности, хорошо? Ты же не станешь огорчать и без того отчаявшегося… Человека. Я завидую тебе и одновременно сожалею. Нет, он не ужасный человек. Просто может сделать больно и больше никогда не будет полного доверия к нему. Всегда будешь ждать очередной удар по голове. Пускай у вас все будет хорошо. Ты заслужил своего счастья в этой жизни. Я умер не из-за него. Нет, Маркуша, не из-за Стефана. Скорее, я сам довел себя до точки невозврата и больше не мог. Тебе ведь знакомо это состояния полного отчаяния? Думаю, что да». Марк медленно поднял взгляд на мужчину и усмехнулся. — А письмо для Стефана? Ему ведь тоже оставили послание? Охранник отрицательно покачал головой. — Нет. Для него письма не было. Ты единственный, кому он решил написать хоть пару строк.

***

Тихие шаги и он стоит позади Стефана. Тот разговаривает о чем-то с Тихоном, который мирно лежит в кроватке. Малыш спит и мило двигает своими ручками. Марк медленно обнимает его за талию и улыбается. Он решил не говорить ему ничего про письмо. Да, чувствовал себя он паршиво, но делиться этим с мужчиной не хотел. Тот винил себя в смерти и добавлять ему еще боли совершенно не хотелось. Марк решил, что больше не хочет ничего знать о Дмитрии. Его история закончилась. Ему было жаль мужчину, но он всеми силами пытался отгонять от себя мысли о том, что Стефан может быть жесток по отношению к нему. Мужчина медленно повернулся и обнял его. — Ты немного напугал меня, малыш, — ласково прошептал мужчина и поднял его на руки, поспешно вынося из комнаты. Он положил его в кресло в спальне и сел напротив. — Все эти дела так утомляют меня, что я решил взять недельный отпуск. Буду с тобой и малышом, — счастливая улыбка украсила его лицо. Стефан и правда исполнил свое обещание. Конечно, он понимал, что подобный шаг может пошатнуть его нерушимый авторитет в компании, но ему было на это совершенно наплевать. Он внезапно понял одну простую вещь: он очень соскучился по Марку. Их встречи были слишком короткими: с утра они почти не виделись, а вечером Стефан слишком сильно уставал. Пара поцелуев за день — все, на что мог рассчитывать мужчина. Ему было необыкновенно мало этого. А что говорить о Марке… Марк иногда чувствовал себя совершенно ненужным. В тот же вечер он заехал в офис и собрал весь управляющий состав корпорации. Он довольно улыбнулся и откинулся в кресле. Было видно, что мужчины немного недоумевают из-за поведения мужчины. Девушки, которых было только две в зале, тихонько прошептали: «Похоже, наш босс слишком сильно влюбился. Ну или подсел на опиаты», на что мужчины засмеялись. Стефан всего этого не слышал или только делал вид, что не слышал. — В общем, я собрал вас всех для того, чтобы сказать, что я ухожу в отпуск. На неделю. И только попробуйте кто-то мне позвонить или появиться в зоне видимости — убью, не раздумывая над последствиями. Решайте все вопросы сами, вы отличные специалисты, я в вас верю, поэтому давайте не будем ныть: «А как мы без тебя? Что нам делать? А если поставки сорвутся?». Все довольно просто, я не требую от вас перевыполнения плана. Просто сделайте так, чтобы когда я вернулся, компания не была банкротом, — он осмотрел всех присутствующих и ободряюще улыбнулся. Секретарь Стефана Маргарет улыбнулась и посмотрела на босса, подмигивая ему. Он улыбнулся ей в ответ и покинул конференц-зал. Топ-менеджеры еще долго не могли понять, что произошло, а Маргарет решила не посвящать их во все подробности.

***

Родной дом встретил его запахом корицы и запеченных яблок. Невольно вдохнув его еще глубже, мужчина улыбнулся и заметил кучерявую макушку Марка. Он стоял на кухне и что-то делал, но мужчина не мог понять, что конкретно. Спешно сбросив с себя куртку и ботинки, он направился прямиком к своему счастью. Шаги были торопливыми, словно он боится того, что парень просто исчезнет. Остановившись в шаге от него, он положил руки на его плечи и развернул к себе. Марк улыбнулся и лукаво прикрыл глазки. — Знаешь, я почувствовал, что ты вернулся, еще с порога. Резко повеяло холодом с улицы, а еще занавески стали колыхаться, — он открыл глаза и посмотрел на Стефана, словно говоря: «Ты меня не перехитришь». — Вот черт! Меня сразу же и рассекретили, — он тяжело вздохнул и надул щеки. Но любопытство было выше всего: он посмотрел за спину парня и радостно улыбнулся. — Ты решил испечь мне шарлотку? Маркуша радостно кивнул и вытер муку с носа и подбородка. — Марина уже спит, она очень утомилась с Тишкой, а Сашка сидит с ним, поэтому я решил сделать все сам. Сашулька меня когда-то учила готовить, понимая, что мне придется тяжело за стенами детдома. Так что не переживай, мы не отравимся, — он обнял его и устроил свою голову на плече мужчины. Стефан довольно застонал. Этого чувства единения и нежности ему так не хватало. Он смотрит на этот пирог, чувствует его запах, а в объятьях такой нужный Марк. Словно он попал в свою личную сказку и теперь мог по-настоящему отдохнуть душой. Марк попытался вырваться из объятий, но Стефан лишь крепче сжал его руками, Марк же поднял на него озадаченный взгляд, а мужчина, тихо прошептав: «Еще парочку минут, хорошо?», положил его голову обратно на свою грудь. И как парень мог сопротивляться этому? Он довольно замурлыкал и нежно коснулся губами ткани свитера. Но всему хорошему когда-то приходит конец: у Стефана заурчало в животе. Конечно, Марк тут же это заметил и, воспользовавшись промедлением своего любимого, резко выскользнул из его объятий и принялся нарезать пирог на части. Когда все было готово, он взял часть пирога в руки и поднес его к губам мужчины. Тот мгновенно укусил его и облизнул губы, чтобы крошки не попали на пол. Он довольно улыбнулся и укусил еще немного. Когда в руках Марка ничего не оказалось, он довольно облизал их, чем вызвал огромное смущение у парня. Стефан посмотрел в его глаза и с хрипотцой сказал. — Это было так вкусно и так сексуально… — Он положил руки на бедра парня и притянул его к себе, вовлекая его в страстный поцелуй. Он кусал его губы, а потом сразу же зализывал места укусов. Его язык неторопливо переплетался с языком Марка и проходил по небу. Руки крепко сжимали его бедра, от чего дыхание парня стало слишком прерывистым и частым. Когда воздух стал кончаться, Стефан отпрянул от него. — Слишком горячо, — тихо прошептал Марк и облизнул свои опухшие губы. — С тобой я не умею по-другому, — ответил мужчина и довольно улыбнулся. Марк усмехнулся и посмотрел на пирог. — Еще кусочек? — Он сексуально прикусил свою нижнюю губу и посмотрел на Стефана из-под опущенных ресниц. — Только если мне опять подадут его на ладошках одного милого мальчика, — принял правила его игры мужчина и хищно улыбнулся. Очередные рабочие вопросы заставили Стефана покинуть такую теплую и уютную кровать, оставив при этом Марка совсем одного. Не самый мудрый поступок… Учитывая свои прошлые ошибки, мужчина оставил возле двери спальни нового охранника, который в прошлый раз так сильно напугал Маркушу. Охранника этого звали Ярослав, и информации о нем было ничтожно мало, но, судя по отзывам, которые ходили о нем в узких кругах, это был профессионал своего дела. Он прошел Чеченскую войну и там же приобрел ряд чудесных черт характера: верность, отвагу, умение держать язык за зубами. Именно такой человек и нужен был Стефу. Но разве может быть такой идеальный человек быть без определенного прошлого, которое, конечно, никогда не должно быть известно его нанимателю?

***

Два стука прозвучали в комнате. Марк не мог их услышать. Затем сильная барабанная дробь по двери также осталась без ответа. Не выдержав подобного отношения к себе, Ярослав резко открыл дверь и вошел в комнату. Ошарашенный Марк мгновенно завернулся в одеяло, оставив на виду только свои глаза. — Черт, опять забыл, что он глухой, — прорычал охранник и закатил глаза. Он внимательно осмотрел комнату, проверяя, есть ли в комнате камера или прослушка. Все было чисто. Ярослав немного улыбнулся и сел в кресло. — Можешь не бояться меня, я не причиню тебе физической боли. Знаешь, один человек просил передать тебе послание, но прежде чем ты его получишь, я назову его имя: Дмитрий Стоцкий, — заметив на лице парня долю недоумения, он спокойно продолжил. — Я раньше работал на него, а потом устроился к твоему «папочке». Это была последняя воля моего Босса, — он грустно вздохнул и немного улыбнулся, вспоминая Дмитрия. Он был поистине предан этому мужчине. — Допустим, я понял, зачем ты здесь. Но зачем Дмитрию, которого я не знал при его жизни, оставлять мне письма? — Тихо прошептал Марк, пытаясь не выдать своей нарастающей паники. Он поднялся с кровати и сел в кресло напротив мужчины. — Расскажите мне все… — Дмитрий любил Стефана при жизни. Но последний не испытывал к нему никаких чувств. Не нужно быть слишком умным, чтобы понять причину ухода из жизни моего Босса. Но в защиту твоего любимого могу сказать лишь то, что он не стал изводить его и дальше и просто поставил точку в отношениях. А еще он старался не напоминать о себе, чтобы не сделать Дмитрию еще больнее. В любом случае он не смог жить с этим… — Мужчина протянул красивый черный конверт с серебряной буквой «М» посередине. Марк принял конверт из его рук и неуверенно покрутил его. Картон приятно холодил его кожу, а буква так и бросалась в глаза. Сделав глубокий вдох, он открыл конверт и достал сложенный пополам лист с посланием, написанным аккуратным почерком ярко-алой ручкой. Это напугало его еще больше. Он бросил украдкой взгляд на мужчину: тот смотрел в окно, о чем-то думая. Поддержки было ждать неоткуда, поэтому он просто решил прочесть. «Здравствуй, тот, кто смог заставить его сердце биться. Тот, кто сумел его заставить чувствовать и перестать быть такой тварью. Жаль, что у меня этого не вышло. Да и не смогло бы выйти, я думаю. Те самые розы на его руке… Это ведь твои? Ты их нарисовал. Теперь они оплетают и мои руки. Пока мастер несколько недель набивал эти нежные бутоны на моих руках, я не мог умереть. Знаешь, это как незаконченные дела: не можешь успокоиться, пока не поставишь точку. Так и с этими рисунками на моем теле. Я хотел, чтобы он увидел их на МОЕМ теле. Чтобы хоть на минуту задумался над ошибочностью своего выбора. Жаль, что я не мог видеть его лица в тот момент. А может, он даже и не видел их? Думаю, что ему сообщили в тот же день. Я не стал писать предсмертных открытых записок. Это было бы слишком пафосно и совершенно не похоже на меня. Но то, что ты сейчас держишь в своих руках, можно назвать именно предсмертной запиской. Пусть она не станет достоянием общественности, хорошо? Ты же не станешь огорчать и без того отчаявшегося… Человека. Я завидую тебе и одновременно сожалею. Нет, он не ужасный человек. Просто может сделать больно и больше никогда не будет полного доверия к нему. Всегда будешь ждать очередной удар по голове. Пускай у вас все будет хорошо. Ты заслужил своего счастья в этой жизни. Я умер не из-за него. Нет, Маркуша, не из-за Стефана. Скорее, я сам довел себя до точки невозврата и больше не мог. Тебе ведь знакомо это состояния полного отчаяния? Думаю, что да». Марк медленно поднял взгляд на мужчину и усмехнулся. — А письмо для Стефана? Ему ведь тоже оставили послание? Охранник отрицательно покачал головой. — Нет. Для него письма не было. Ты единственный, кому он решил написать хоть пару строк.

***

Тихие шаги и он стоит позади Стефана. Тот разговаривает о чем-то с Тихоном, который мирно лежит в кроватке. Малыш спит и мило двигает своими ручками. Марк медленно обнимает его за талию и улыбается. Он решил не говорить ему ничего про письмо. Да, чувствовал себя он паршиво, но делиться этим с мужчиной не хотел. Тот винил себя в смерти и добавлять ему еще боли совершенно не хотелось. Марк решил, что больше не хочет ничего знать о Дмитрии. Его история закончилась. Ему было жаль мужчину, но он всеми силами пытался отгонять от себя мысли о том, что Стефан может быть жесток по отношению к нему. Мужчина медленно повернулся и обнял его. — Ты немного напугал меня, малыш, — ласково прошептал мужчина и поднял его на руки, поспешно вынося из комнаты. Он положил его в кресло в спальне и сел напротив. — Все эти дела так утомляют меня, что я решил взять недельный отпуск. Буду с тобой и малышом, — счастливая улыбка украсила его лицо. Марк сидел на ковре в гостиной. Яркие блики света отражались на его белоснежной коже. Так вышло, что парень совершенно не загорал. Иногда ему приписывали проблемы с гемоглобином, но это было скорее наследственное. Дрова в камине тихонько потрескивали, не отвлекая Маркушу от рисования. Да, теперь у него было все необходимое, но в его руках лежал простой карандаш, рядом покоился ластик. Тонкие линии постепенно приобретали форму руки. Парень старался как можно более реалистично изобразить запястья и линии на ладонях. Ночью ему приснилась эта рука. Он не мог вспомнить ничего, кроме крупной ладони, призывно раскрытой в его сторону. Ему казалось, что он никогда в жизни не видел этой руки. Но чувствовал уют и защищенность, когда вновь и вновь вспоминал ее очертания. Странно, но даже спустя пару часов после пробуждения он прекрасно мог помнить каждую деталь руки. Давно он не рисовал с таким рвением и быстротой. Он боялся, что образ просто исчезнет из его головы. Боялся потерять и больше никогда не вспомнить. Сам того не понимая, он дорисовал. Посмотрев на свой рисунок, он тяжело вздохнул. Чего-то до боли важного не хватало. Шрам? Или родинка? А может, он забыл какую-то линию? Все было так, все было правильно, но одновременно совершенно фальшиво, двойственно, неправильно. Совершенно безликая рука. Не это он видел в своем сне. Невозможно представить, но он желал этому человеку счастья, даже не зная его. Просто увидев руку, он понимал, что этот человек достоин радости и душевного спокойствия. Он не рвался узнать, чья это рука, совершенно точно понимая, что никогда не узнает этого. Все его мысли были заняты одним: «Будь счастлив, мое ночное видение». Решение пришло неожиданно. Он сломя голову полетел в свою комнату, взял ярко-алый карандаш и вернулся на мягкий ковер в гостиной. Камин догорал, его света становилось все меньше и меньше. Марк провел тонкую линию на запястье и улыбнулся. Это было именно тем, чего не хватало этому рисунку — тонкой ярко-алой полосы на запястье. Его сознание само подсказало ему выход. Красная шерстяная ниточка теперь стала оберегом для незнакомца. Марк облегченно выдохнул и поднял взгляд. В дверном проеме стоял Стефан. Мужчина наблюдал за ним уже пару минут. Изящные движения его рук просто не могли оставить равнодушным. Он видел, как он бережно выводил что-то в своем блокноте, хитрое название которого бизнесмен никогда не мог запомнить. Все его лицо словно светилось, или это камин? Парень так и не стал показывать ему свои рисунки. Иногда, когда было совсем паршиво на работе, он случайно находил на запястьях очередной быстрый набросок. «Этот маленький знает, как поднять мне настроение», — думал тогда мужчина. Встретившись взглядом с любимым, мужчина подошел к нему и сел рядом. Марк бережно спрятал скетчбук за свою спину и улыбнулся. Он протянул руки к Стефану и провел рукой по его щеке. Выглядел мужчина очень усталым. Парень потянул его на себя и крепко обнял. — Я очень скучал, любимый, — чуть слышно сказал он и медленно выдохнул. Два дня не видеть и не слышать единственного важного человека в жизни — пытка. Марк не мог найти себе места, хоть прекрасно знал, что мужчина зашивается на работе и постоянные перелеты и переговоры не дают ему ни минуты покоя. Только милые надписи на руках спасали. «Ты поел?» «Как там Тишка?» «Я ужасно скучаю». Короткая и маленькая запись затерялась в груди таких важных. «Я люблю тебя, маленький». Она была написана почти у самого локтя слишком маленькими буквами, чтобы кто-то посторонний мог увидеть. Их руки переплелись в странный комок и надписи на руках соединились в одно неделимое целое. — Ты не представляешь, как я переживал за вас. Я места не мог себе найти в пучине чертовых слов, которые слушал от партнеров и сотрудников. Они говорили о победах отдела продвижения, а я думал о твоих каштановых волосах. Сумасшествие, не правда ли? — Стефан усмехнулся и прикрыл глаза. — Любовь, — чуть слышно прошептал Марк и крепче прижался к мужчине. Теперь он не мог видеть его лицо, не мог «слышать» его слов. Но эти объятья были куда важнее всего. Две души нашли свою гавань. Конечно, момент не мог продолжаться вечно. Марк медленно отпрянул от мужчины и лег на его колени. Он открыл глаза и вздохнул. — Мы вместе уже полгода, а я почти ничего не знаю о тебе. Да, вкусы, убеждения… Но я ничего не знаю о настоящем тебе. И мне грустно от этого, — он свернулся калачиком и повернул голову Стефана к себе, ведь мужчина иногда забывал, что парнишка не может слышать его. Только читать по губам. Только чувствовать вибрации голоса… — Прости… Я могу долго объясняться перед тобой… Но будет проще ответить на все вопросы, которые ты только сможешь придумать, — он улыбнулся и провел рукой по его щеке. — Ты согласен, малыш? Марк недовольно фыркнул. Ему не всегда нравилось это прозвище. Всегда хотелось сказать «я уже большой!», но, вспоминая ответ Стефана «все маленькие дети так говорят», он решал этого не делать. Парень прикрыл глаза на секунду, чтобы придумать вопрос, а потом устремил свой взгляд на губы мужчины. — Как ты стал тем, кем являешься сейчас? Стефан усмехнулся и тяжело вздохнул. Он взъерошил волосы парнишки. — Вот умеешь ты придумывать сложные вопросы, дорогой. Но я ведь обещал… — Он отвел взгляд и немного напрягся. — Так произошло из-за родителей. Они были довольно обеспеченными людьми, но их взгляды на мир совершенно не совпадали с моими. Для начала, они были ярыми гомофобами и просто не могли принять меня таким. Они поставили мне довольно логичное условие: либо я женюсь на дочери одного влиятельного человека и создаю с ней семью, детей, уют… — Он усмехнулся и украдкой посмотрел на Марка. Именно с ним он и создал семью. У них был ребенок, была любовь и взаимопонимание. То, чего так хотят многие люди, было у него. И, конечно, он ни с кем не хотел делиться своим счастьем, — либо они лишают меня наследства и всего, что я имею. Знаешь, мой выбор был вполне очевиден для меня самого. Но не для них. Я сказал, что мне нужно два месяца на раздумья. В это время я начал создавать свой бизнес. К счастью, все прошло благополучно. Единственной, — он вздохнул, — из по-настоящему близких мне родственников осталась только сестра. Марк не знал, что ему ответить на откровения мужчины. Ему было по-настоящему жалко его. И сердце разрывалось от осознания того, как поступили с ним родители. Главным предательством было не лишение наследства, а непринятие собственного ребенка. Странно, каждый из них был одиноким ребенком в этой жизни. Даже при живых родителях. — Сестра… Наверное, она замечательная девушка, — Марк смущенно улыбнулся. — Как сказать… Одно хорошее дело она точно сделала, — Стефан потянулся к Марку и нежно поцеловал его в щечку, — Следующий вопрос. — О чем ты жалеешь в жизни? — на последнем слове голос парня немного дрогнул, и он попытался отвести взгляд. Естественно, ничего не вышло. — Я жалею о том, что не ушел от родителей раньше. Я терпел их лицемерие и вранье. Их отвратительное отношение к людям. Их глупые слова и совершенно недопустимые поступки. Я должен был попытаться исправить их мысли… или просто закрыть им рот. Не знаю, может, ты и не можешь понять этого… Но их слова ранили меня сильнее, чем любые действия, — Стефан попытался улыбнуться, чтобы не пугать своего мальчика. Вышло плохо. Марк набрал в легкие много воздуха и выдохнул. Он сжал руку мужчины и посмотрел в его глаза. «Я сожалею», — читалось в его взгляде. Парень немного улыбнулся и тихо прошептал: «Теперь все в прошлом», на что мужчина кивнул. Маркуша обнял его и лег на его грудь. Он слушал биение сердца, слишком быстрое и совершенно неподвластное одному темпу. Самый свой главный вопрос он решил оставить напоследок. Одновременно боясь и страстно желая узнать ответ, он сел на бедра мужчины и установил с ним зрительный контакт. «Теперь ты не сможешь скрыть своих эмоций и убежать от ответа», — подумал он и собрался с духом. — Почему ты решил забрать меня? — Решительность в его голосе поразила мужчину. Он сразу понял, что этот вопрос в голове парнишки созрел довольно давно. Улыбка озарила до того слишком печальное лицо бизнесмена. Он положил руки на его талию и притянул его к себе. Парень, не удержав равновесия, упал прямо на мужчину и хотел возмутиться, но мужчина его опередил. — Я хочу, чтобы ты был рядом. Я хочу, чтобы ты радовался жизни. Я хочу заботиться о тебе и состариться вместе. Глупые романтичные слова, правда? Но я действительно всем сердцем желаю этого. А еще твоих робких улыбок, утренних поцелуев и тихого шепота перед сном. Я люблю тебя, Марк Александров, — он нежно поцеловал его и посмотрел в глаза. Щеки Маркуши стали ярко-алыми, а в глазах застыло неверие в слова старшего, но поцелуй все решил. — Навеки твой, — тихо прошептал он и прижался к его сильному телу. В доме кругом пахло корицей и яблоками. А еще новогоднее настроение, которое до сих пор оставалось в доме, било ключом. Сашка и Марина решили не праздновать без Марка и Стефана, поэтому, пока те находились на лечении, старались украсить дом и придумать новогоднее меню. Малыш уже пытался ползать, и девушки радовались каждому новому событию в жизни карапуза. Конечно, Марина была ему родной тетей, и Стефан сразу сказал: «Несмотря на то, что я усыновил Тишку, я не стану запрещать тебе с ним видеться, даже если ты выберешь другое место работы. Но все мы будем очень скучать, если ты просто возьмешь и уйдешь от нас». Девушка не собиралась уходить из этого дома. Она чувствовала, что здесь ее дом, здесь ее семья. И даже несмотря на то, что у нее не было парня, ей порою казалось, что и не нужен ей никакой парень, когда рядом есть такая сильная и заботливая Сашка. Пока «счастливых молодоженов», как их называли девушки за спиной, не было дома, у них сложилось что-то вроде маленькой семьи. Сашка ходила в магазин и убиралась в доме, а Марина сидела с малышом и готовила еду. По вечерам они смотрели вместе кино. Девушки давно жили в одной комнате и спали в одной кровати. Странно, но они не целовались ни разу. У Марка иногда были сомнения относительно их отношений, но он никогда не видел подтверждения своей теории о том, что у девушек огромная и всепоглощающая любовь. В итоге парень просто оставил попытки хоть что-то понять в их отношениях. И правильно сделал. Даже Марина мало что понимала. Иногда Саша вела себя так, словно открыто показывает свою симпатию к девушке, а иногда наглухо закрывалась сама в себе, и вытащить ее из этого состояния было крайне сложно. В такие дни Марина хотела хоть как-то поднять ей настроение. Иногда у нее получалось. *** Одним из таких разов оказался день отъезда Марка и Стефана. Точнее, Марк даже не знал о своем отъезде. Он просто спал. Саша очень беспокоилась за своего друга. Она переживала о том, что на него могут не так подействовать лекарства, ведь в детском доме редко использовали серьезные препараты. Просто не было на это денег. Итогом стало тревожное состояние Александры. Когда Стеф нес парня к машине, девушка следовала за ними и постоянно смотрела, как бы Марк не упал с рук мужчины, хоть тот и держал его излишне крепко. Но разве сердце девушки это могло успокоить? Конечно, нет. Когда они уехали, девушка апатично пришла в гостиную и легла головой на колени Марины. Она держала телефон в руках с постоянно включенным экраном. На вопросы подруги отвечала явно невпопад и с задержкой. Все ее мысли были только об успешной операции. Операция закончилась благополучно, но в это время Марина была вся на нервах не столько за парня, сколько за девушку, в которую влюбилась. Она медленно перебирала ее волосы, заставляла покушать и пыталась хоть немного расшевелить. Такое она видела впервые. Саша стала похожа на каменную статую. Больше всего она боялась знать, о чем в этот момент думает Александра. Она смотрела куда-то мимо, слишком пустой взгляд, слишком грустное выражение лица. Голос вообще звучал так, что хотелось плакать. — С ним точно все будет в порядке, — твердым голосом сказала служанка и посмотрела на Сашу. Девушка подняла на нее взгляд и улыбнулась. — Да, я знаю это, но все равно очень сильно переживаю. Это не зависит от меня. Просто я сижу и думаю об этом постоянно. Чертовы мысли, — Марина повернула ее голову к себе и заботливо убрала прядки с глаз. Слезы. — Моя девочка, — с нежностью и грустью сказала Марина и нежно провела рукой по ее щеке. — Это так мило… Мы сидим вместе, ты пытаешься меня поддержать. Спасибо, Мариш… — Саша обняла ее за талию и медленно выдохнула, — кажется, даже в такой ситуации я могу быть счастлива, — чуть слышно сказала девушка и улыбнулась. *** Марка дома встретили слишком бурно. Сашка прыгнула к нему на шею и принялась целовать в щеки. Марина обняла с другой стороны и крепко-крепко сжала его. Маленький Тихон начал гугукать и смеяться. Стефан смотрел на это все, но потом явно в порыве ревности отодвинул девушек и обнял любимого. Марина осторожно передала Тихона на руки Марку. — Ну, привет, маленький несносный мальчишка, — весело сказал парень. Он все еще не мог привыкнуть к своему голосу. Услышав его впервые в больнице, он сильно удивился, что он такой глубокий. Он всегда думал, что его голос больше похож на грубый женский, такой немного манерный, прокуренный, но все равно женский. Как оказалось, его голос был немногим слабее, чем баритон Стефана. Голос Стефана вообще приводил его в безумный восторг. Он готов был слушать его всю жизнь напролет. Маленький улыбнулся и потянул ручки к лицу Марка. Он положил их на его щечки и засмеялся. С Марком малыш был ближе всего, наверное, потому что парень не слышал ночных серенад и души не чаял в мальчике. Или из-за того, что просто доверял ему больше, чем остальным взрослым. Хотя взрослым Марка язык не поворачивался назвать. Ему лишь недавно исполнилось восемнадцать. Иногда он был слишком взрослым, но просмотр Свинки Пеппы под шоколадное мороженое сразу же показывало, какой он еще в душе ребенок. Тишка мило загугукал и стал говорить на своем непонятном языке. Он что-то живо рассказывал и размахивал ручками. Мимика на его лице слишком резко менялась, и парень улыбался, наблюдая за этим маленьким медвежонком на своих руках. Они со Стефаном купили ему этот костюмчик, когда летали в Вену на деловые переговоры. Стефан отказался оставлять Марка одного, а малыша они взять не могли, чтобы тот не заболел из-за перелета. — Солнышко, у тебя очень милый голос. Не понимаю, почему им не нравится, когда ты кричишь по ночам, — Марина и Саша закатили глаза, а Стефан усмехнулся и подумал: «Скоро ты и сам это поймешь, дурашка». Стефан посмотрел на них и сделал фото на смартфон. У него уже имелась папка под названием «Два малыша». Да и фотографий там было очень много. Он любил их и всегда хотел иметь возможность в трудную минуту увидеть их лица. — Ладно, пойдемте уже к столу! — Марина взяла малыша на руки и понесла его в детскую. Марк тяжело вздохнул и посмотрел в сторону Тихона, который начал кукситься на руках у своей тети. — Марк… Ему уже пора спать. Посмотри на часы, — положив руки на его плечи, тихонько прошептал на ухо мужчина и обнял его. Марк заметно расслабился и повернулся к нему лицо. — Хорошо, любимый… Теперь у нас будет так много счастливых дней впереди. Не хочу терять ни минуты рядом с тобой. Пойдем? Ужин прошел в теплой обстановке. Все о чем-то переговаривались, радовались подаркам и рассказывали о планах на будущее. Степан начал рассказывать про двух своих дочек и про милейшую жену. Марк немного удивился, ведь никогда раньше не знал об этом. Стефан подмигнул ему и прошептал: «Просто он не часто рассказывает о семье. Очень переживает за них из-за своей работы». Марк опустил взгляд и отложил вилку. Он поднялся на ноги и медленно побрел в спальню. *** Парень лежал на кровати и смотрел в окно. Снег так и не прекращался весь вечер. Тихие шаги Стефана даже не были обнаружены его слухом. Он еще не мог четко слышать совсем уж тихие звуки. Мужчина сел рядом с ним и провел рукой по спине. — Что-то случилось? — Стефан и сам пожалел, что задал такой глупый вопрос. «Он вспомнил про похищение», — сразу же догадался мужчина. Он решил дать ему какое-то время, чтобы тот немного успокоился. Но никак не ожидал увидеть его таким апатичным. Марк повернулся к нему лицом, скорее по привычке, чем по собственному желанию. Он нашел его взгляд и тихо сказал. — Просто воспоминания обрушились на мою голову. Нет, они не самые приятные, но и очень тяжелыми я их тоже не могу назвать. Они есть, и я просто не смогу с ними ничего сделать. Остается только принять их и понять, что такого больше точно не может случиться. Я ведь прав? — Он с надеждой посмотрел на мужчину и медленно переплел их пальцы. — Абсолютно прав, — твердо сказал Стеф и крепко сжал его руку, — я никогда не позволю произойти такому вновь. Ни с тобой, ни с Тишкой. Марк лег на его колени и заметно расслабился. Он осторожно коснулся его щеки кончиками пальцев и прошептал. — Я буду с тобой столько долго, сколько смогу дышать… — Я знаю, котеночек. Я никогда не отпущу тебя от себя. И моя жизнь без тебя не будет прежней. Вместе и навсегда, — вторил он ему и приблизился губами к его губам. — Навсегда, — беззвучно сказал парень и их губы соприкоснулись. Вся эта неделя для Стефана была чрезмерно тяжелой, даже не из-за работы. Все было куда проще. Он искал клинику для Маркуши. Конечно, сам парень ничего об этом не знал. Саша помогла найти медицинскую книжку парня, а Марина искала подходящие клиники. Это было сложно: в России проводили подобные операции, но только по предварительной записи, очередь в которой длилась месяцами, с кучей анализов и так далее. Стефан, с его нетерпением и упрямством, сразу же отмел эти варианты. Вопрос денег никогда не стоял перед мужчиной, поэтому он решил найти клинику за пределами РФ, чтобы результат операции был положительным. Тем более в случае Марка все можно было сделать так, чтобы слух у парня был совершенно точным и чистым. Вопрос с подарком для Марка не стоял совершенно: именно в тот день мужчина решил, что единственным ценным подарком, который он подарит малышу, будет слух. Только этот подарок он и мог сделать. Никаких денег не было жалко. Только бы он услышал. Только бы он улыбнулся. Только бы он был счастлив. После недели поисков нужная клиника была найдена. Находилась она в Швейцарии, поэтому еще пару дней ушло на то, чтобы с помощью своих каналов оформить на Маркушу визу. В итоге, почти перед Новым Годом все было готово к поездке. Вот только сам Марк об этом ничего не знал. Стефан придумал достаточно радикальный способ его транспортировки: накачать его снотворным и на частном самолете долететь до клиники. Да, нужно было сделать пересадку на вертолет, но мужчина все просчитал: действия снотворного должно было хватить до самой клиники. В мыслях Стефана было тревожно только от одного: что если Марк возненавидит его за этот шаг? Вдруг он и вовсе не хотел услышать этот мир? Он боялся, что его мальчик просто не справится с обилием звуков, которые одномоментно падут на его голову. Читая статьи в интернете, он понял, что вводить его в мир, наполненный звуками, нужно постепенно. Иначе его сознание может просто не справиться. И вот он стоял на перепутье: осуществить свой подарок или оставить все как есть? Спустя бутылку виски он все еще не знал ответа на свой вопрос. *** Решение было принято. Мирное сопение Марка на соседнем сидении успокаивало и одновременно волновало. Мужчина присел рядом с ним на корточки и бережно укрыл его острые колени теплым одеялом. Перед самым полетом мужчина оказался в торговом центре и увидел это одеяло. Оно было очень красивым: разноцветные ромбы украшали всю его верхнюю часть, а нижняя часть была подобна звездному небу. Конечно, он купил его. И вот теперь это одеяло создавало тепло для его самого любимого мальчика в этой Вселенной. Марк заерзал во сне, и Стефан затаил дыхание. Он хотел, чтобы его малыш проснулся после операции и смог услышать сразу. Не хотел, чтобы он переживал перед операцией и грыз ногти, как он часто делал по ночам, когда Тишка не мог заснуть из-за колик. В их жизни Стефан привык быть надежной стеной и твердым стержнем. Марк был еще слишком молод, да и его жизнь в приюте сильно подточила его психику. Он не проявлял этого явно, но вздрагивания всякий раз, когда мужчина подходил к нему — выдавали все то, что так старательно скрывалось. В такие моменты хотелось найти тех парней и закатать их в асфальт… снова. Стефан сел рядом с парнем, ибо он был очень худым, а кресло — просто огромным. Самолет медленно шел на посадку, а мужчина крепко обнимал парня, что даже ремни безопасности казались простыми атласными лентами. Самый важный груз на этом рейсе был в полной безопасности. Иногда он думал о том, что если бы похитители попросили бы за жизнь Марка его собственную, он бы ни минуты не думал и согласился. Это была безумная любовь. И он чувствовал ее в ответ. Робкую, спокойную, но такую сильную. Марк проявлял свою любовь не словами, а незаметными действиями. Поправил шарф, провел рукой по напряженному плечу, сжал руку, когда Тишка описался прямо на костюм Армани. И так было во всем. *** Марк не сразу понял, почему вокруг него так светло. Он медленно открыл глаза и застонал. Слишком ярко. Кто-то держал его за руку и внимательно смотрел в его глаза. Конечно, Стефан, даже сомнения быть не могло. Он улыбнулся и тихо сказал. — Привет, малыш… Как себя чувствуешь? — Его голос был тише обычного и более вкрадчивым. Он нетерпеливо сжимал руку парня и пытался прочитать хоть какие-то эмоции в его взгляде. Пустота. Реакция немного запоздала. Марк широко распахнул глаза и резко поднялся в кровати. Мужчина придержал его туловище: резкие движения сейчас были запрещены, ведь операция была не из простых. Марк страждущим взглядом смотрел на его губы. — Повтори, — резко и четко сказал парень. — Повторить? А с первого раза ты не услышал? Люблю тебя, малыш, — он улыбнулся и нежно поцеловал его слегка бледные губы. Марк все еще не мог поверить в это. Он СЛЫШАЛ. Не читал по губам, не пытался понять непонятные вибрации, а именно слышал. Пусть не совсем четко, пусть не совсем как здоровые люди. Но слышал. И первыми звуками, которые он услышал, были звуки голоса единственного по-настоящему родного человека. — Да, повтори, — чуть слышно сказал Марк. По его щекам потекли слезы счастья. Он смотрел в глаза мужчины и был невероятно счастлив. В их отношениях ему всегда чего-то не хватало. Не хватало его голоса. Осанка, манеры, лицо, мимика… но голоса он не знал. И вот теперь его Стефан сложился в цельный образ. — Люблю тебя, малыш, — прошептал он ему на ухо и погладил по щеке. — Прости, но Новый Год уже прошел. Сегодня третье января. Это мой тебе подарок. Тебе нравится? — Стеф посмотрел на его слезы и бережно стер их рукой. — Конечно нравится! — Громко закричал парень и прикрыл рот рукой. — Ой… Я еще не совсем привык. — Ничего страшного, любимый. Все приходит с опытом, — он лег рядом с ним и засмеялся. — Теперь Тишка будет мешать спать и тебе. Наконец-то! — В его голосе прозвучали такие наглые нотки. — Ах ты, поганая морда! — Возмутился парень и толкнул его в бок. — Ты сделал это только ради того, чтобы я не спал ночами? — Он надул губы и отвернул голову от Стефана. По старой привычке мужчина повернул голову парня к себе и тихо сказал. — Нет. Я сделал это для того, чтобы ты мог наслаждаться жизнью. Марк крепко обнял его за шею и кроткими поцелуями принялся целовать его везде, куда только мог достать. — Спасибо, я никогда не смогу выразить словами то, насколько сильно я благодарен тебе за все, что произошло в моей жизни. Да, были и тяжелые дни, но хороших было намного больше. Я люблю тебя, и это не просто слова, — он положил его руку на свою грудную клетку и посмотрел прямо в глаза. — Ты чувствуешь? Оно не сможет обмануть ни тебя, ни меня. Стефан опустил взгляд на свою руку и закрыл глаза. Такие проявления чувств мальчика чаще вводили его в ступор. Он еще не привык. Больше он привык к его сарказму, шуткам и откровенному смеху в лицо. Кажется, это было его защитной реакцией на все случаи жизни. Марк открывался ему постепенно. И с каждым днем, проведенным вместе, он все больше понимал то, что это единственный человек, который вызывает в нем такие яркие чувства. — Даже без твоего сердцебиения, я знал без слов, что ты любишь меня. Сладкий поцелуй заставил каждого из них забыть об этом тяжелом дне.