ASA: История Уитли

       Это довольно смутило меня. Моя работа, в качестве робота, значилась как «Модуль смягчения интеллекта», но мне тут же захотелось зачеркнуть все и написать по другому. Но я решил просто написать карандашом сверху свое человеческое имя (учитывая теперь мою точность робота, надпись вышла у меня аккуратной и красивой.) С этого момента я решил доказать всем, что я не такой некомпетентный, как многие из работников Aperture.        Со временем все больше и больше людей предпочли стать полностью механизированными, даже семьи сотрудников высказали желание принять участие. Там был один парень пятнадцати лет от роду, чей отец работал на Aperture, и сделал он это лишь для того, чтобы проникнуть внутрь Лабораторий.        Мне казалось, что я очутился в мире своей любимой детской песни «One Man Went to Mow», только теперь росло число роботов в Aperture, и единственное чего не хватало — собаки.

***

       Я хотел пустить свои инженерные навыки в работу, и поэтому решил, что производственный отдел будет лучшим решением для этого. Там строили различные предметы, используемые в дальнейшем для тестовых камер: окна, панели, двери, кнопки и другие испытательные предметы.        Стоило мне туда добраться, как меня встретил робот, который проверял состояние машины, которая собирала турелей. Мне не очень хотелось приближаться к нему, но я знал, что если хочу вновь научится вести разговоры, то рано или поздно надо будет сделать первый шаг. -Могу я чем-то помочь? — Да. Эм… Может, вы знаете где сейчас находится бригадир? — Минуту, пожалуйста. Я схожу за ним. — Должен ли я остаться здесь, и, эм… проследить за состоянием машины, или… — Просто стойте на месте и не трогайте ничего до моего прихода.        Он ушел искать бригадира, и все что оставалось мне, так это в течении следующих семнадцати минут рассматривать себя.        На мою грудь светил небольшой синий свет, прямо там, где мой галстук был перекрыт лабораторным халатом, и тут до меня дошло, что это была лампочка. Я снял его и тут мне показалась компьютерная клавиатура и место для хранения небольшой крышки, которая закрывала мою спину. После замены лампочки, я случайно положил руку в какую-то темную и липкую жидкость, что стекала с перил. Будь бы я человеком, я бы не смог ее опознать, но я был роботом, и понял что это гидравлическая жидкость, стоило ее коснуться.        Работник вернулся с бригадиром, и меня повели в офис. По пути бригадир стал задавать мне вопросы. — Итак, не могли бы вы объяснить, что вы здесь делаете? — Я надеялся, что у вас есть работа в производственном крыле. — Ладно, тогда дайте мне просто найти ваши данные. Имя, пожалуйста. — Уитли Мортимер Пендлтон. — Хорошо… Так вы начинали работу в Aperture в качестве инженера-конструктора в 1971 году? Вас привлекли к строительству проекта Borealis для Aperture Science, правильно? — Да, именно так. — В наших записях написано, что Borealis бесследно исчез, и с ним все ящики и люди, которые работали над проектом… кроме вас. — Ну, а из того, что помню я, ученные стремились испытать только-только завершенное судно, а я выпал за борт, как только корабль начал телепортироваться из дока (ну, или, так считаю я, исходя из увиденного.) Я был полностью поджарен до хрустящей корочки, и поэтому меня поместили в тело робота, чтобы спасти от смерти. — Что ж, если вы хотите, я могу направить вас на линию плавления. Будете работать на машине, которая режет детали для турелей. — Почему бы и нет, звучит неплохо.        Все бы было отлично, если бы не произошедшее дальше. — Замечательно, — бригадир прислонился к монитору. — Итак, не могли бы вы просто… ох. — Что случилось? — машина стала громко грохотать и это меня забеспокоило. — Без понятия.        Машина проработала ровно 46 секунд, после чего выплюнула робота, который был один в один схож с бригадиром. — Ладно, это странно, — я застыл в шоке. — Что ж, это решило одну проблему. Добро пожаловать в команду, — бригадир обменялся рукопожатием со своей копией. — Но постойте, как на счет меня? — Теперь у нас есть все, что нужно, но если хотите, то я слышал в крыле расширенной релаксации нужен работник. — Если что-то я бы мог сделать, я бы сделал, извини — второй бригадир пожал плечами.        Эта отвратительная ситуация заставила меня смириться с тем, что мне придется искать работу в крыле расширенной релаксации. Но даже эти мысли меня не заставили меньше ненавидеть клонирующую роботов машину.

***

       Медленный темп работы (если это можно было назвать работой) в крыле релаксации заставил меня смотреть на вещи под другим углом. Я был на заводе по производству нейротоксина. Они делали его для того, чтобы разнообразить жидкости в камерах тестирования.        Меня не хотели брать на работу там, но пока я находился под пристальным наблюдением охраны, я мог наблюдать как нажимают кнопку освобождения нейротоксина.        Это не была лучшей работой, которую я мог найти, но так же и не была худшей работой, которую я нашел.        Я раздобыл немного репутации за случайное нажатие этой кнопки. Она была достаточно большой, чтобы можно было нажать на нее и она легко вернулась на место. Единственным объяснением, которое давало ответ на то, почему она такая большая, было то, что с такими габаритами до нее было проще дотянуться и активировать, когда была такая необходимость. Меня озадачило то, что она была так легкодоступна и полезна, когда она не нужна.        Естественно, когда комната, в которой отмечали «Приведи свою дочь на работу», была полностью затоплена нейротоксином, все стали обвинять меня. — Довольно, Пендлтон! Мы слишком долго терпели твою небрежность! Ты уничтожишь всех в Aperture своими действиями! Ты уволен! — Но это был не я! Клянусь своей жизнью, я не делал этого! — Ты здесь единственный, кто не имеет права нажимать на кнопку нейротоксина! — Это все, потому что она такая красная! — меня загнали в угол. — Ну, это все теперь не имеет значение, потому что вы выкидываем тебя отсюда. — Но это безумие!        Это было долгим молчанием, после чего охранник медленно повернулся к начальнику, который тут же медленно ему кивнул.        Охранник повернулся ко мне лицом. — Безумие? — дальше он тихо прошептал, сузив глаза, — ЭТО! APERTURE!        Он коснулся меня ногой и скинул за перила, прямо в пустое пространство внизу.        Скорее всего, я бы упал прямо вниз, если бы фортуна немного не повернулась бы мне, и я бы не был спасен Риком Джонсоном, который, кстати, тоже был роботом. — Эй, с тобой все в порядке, Уитти? — он ехал на рельсе с крюком для захвата вместо подвешенного кресла и держал меня свободной рукой за спину моего воротника лабораторного халата. — Я… Я-я… Думаю да, — я держал свою федору одной рукой, а второй поправлял очки, — Что ты здесь делаешь? — Ну, пара девчонок и парней отправились в центр релаксации, чтобы спрятаться от нейротоксина. А пришел я сюда для того, чтобы сказать тебе это и привезти тебя туда… о, прямо туда, где мы сейчас. — Ты появился как нельзя в самое нужное время, Рик. И твое появление было как нельзя лучше. — Ага, именно это моя работа в качестве робота. Я модуль приключений. А какую обязанность дали тебе? — Модуль смягчения интеллекта. — Этот титул подходит тебе, — Рик рассмеялся. — Я уже это понял, окей?       Наша поездка продолжалась около минуты. — Отлично, вот и твоя остановочка, — наша поездка остановилась прямо на железной станции. — Буду ловить тебя и в другое время, Уитти. Ты же понимаешь о чем я? Хе-хе-хе. — Я безусловно понимаю о чем ты, Рик, — Я спрыгнул на платформу и отправился прямиком к расширенному центру релаксации.