Драбблы по Darkest Dungeon

Разрушение приближает земную материю к совершенству иного мира. Ради этого Абдул стал наемником: слизь, проступающая от времени на древней каменной кладке, изуродованные болезнями стволы деревьев, похожие на скелеты нездешних тварей, и, конечно, растерзанные тела — то, что обычно скрыто внутри, непристойно обнажено, кишки змеятся по земле, резанные раны раскрыты, как голодные рты. Проказа разрушает тела медленно: она долго прячется, носит чадру, скрывая лицо, и даже после, открывшись полностью, она не спешит. Абдулу доводилось наблюдать за теми, в ком она едва проявилась: их брови, губы, крылья носа набухали, прежде чем отгнить, лица теряли людские черты так медленно, что, наверное, наблюдавшие за больными каждый день, едва могли заметить перемены. Проказа — точно тонкая сумеречная граница между тьмой и светом. Болезнь Балдуина зашла много дальше чем у тех, кого Абдул видел прежде — те, в кого она проникла так глубоко, обычно скрываются, мирно дожидаясь смерти, но не Балдуин. Его позолоченная кованная маска изображает подобие человеческого лица, но то, что скрыто под ней, уже давно не напоминает о людской природе, он похож на существо, родившееся за гранью этого мира — изъязвленная кожа расходится, открывая взгляду блестящее от сукровицы мясо, на месте носа зияет провал, а глаза, никогда не скрываемые полностью набухшими веками, точно горят темным пламенем. Это пламя манит Абдула, как запах крови и гниющей плоти манит голодных воронов. Но время подступить ближе еще не пришло. Пока звезды не займут верный порядок, даже могущественное заклинание может превратиться в пустой вздох, не разумнее шепота влюбленного. Абдул наблюдает за снимающим свою маску и бинты Балдуином на каждом привале, пристально следит за тем, как тот промывает язвы сваренными Баду зельями — они не помогают, а, значит, совсем скоро он поймет, что напрасно пытается бороться с благословением, посланным ему под видом болезни. И тогда Абдул поможет ему счистить лишнюю плоть с уже искаженных болезнью костей, чтобы явить смертным великолепие его истинного обличия.