Под Крылом

      Заф взял с полки две банки с консервированными персиками, придирчиво вгляделся в прозрачные пластиковые стенки, потом проверил сроки годности. Левую банку вернул на полку, правую положил в тележку, которую аккуратно толкал идущий позади него гибрид. То и дело хирург посматривал по сторонам, но к ним всё ещё не шла ни охрана, ни администратор магазина с требованием вывести куклу, которая была без комбеза и опознавательных меток на одежде.       Они шли между бесконечными рядами супермаркета. Заф выбирал продукты, складывал их в тележку, шёл дальше, не забывая присматривать за гибридом. Итаним ни на кого не бросался, не высматривал себе «цели» для нападения и вёл себя абсолютно незаметно и тихо, не привлекая к себе внимания.       Краем глаза Чайка замечал других покупателей — и с пугающим откровением видел, как много вокруг роботов.       Гораздо больше, чем он замечал раньше.       Куклы стояли в каждом отделе супермаркета. Раскладывали новые товары на полки. Управляли машинами для мытья пола. Клеили ценники на фрукты и овощи, вешали яркие плакаты на товары со скидками. Разрезали мясные туши. Упаковывали куриные крылышки в индивидуальные лотки. Чистили рыбу и моллюсков. От людей все роботы отличались одинаковыми закрытыми комбинезонами, а от других кукол и гибридов, пришедших за покупками вместе со своими хозяевами — нашивками на груди и на спине с названием и логотипом супермаркета.       Рассмотрев сооружающих пирамиду из баночек с консервированным горошком роботов, Заф понял, что и форма у них отличалась, позволяя отличить «синтетика» и «органика». На кукле был серый комбез с синими полосками, на гибриде — с оранжевыми.       На орбите Меги находилась центральная галактическая лаборатория IMT-Компани, где и собирали кукол почти всех моделей. Население планеты от такого соседства не страдало, и половина семей вполне могла позволить себе робота-повара или куклу-охранника.       В очередной раз покосившись на Итанима, Заф пошёл дальше.       Толкая следом за ним тележку, гибрид повернул голову вправо. Шарф на шее закрывал подбородок, но движений не стеснял.       В соседнем проходе женщина выбирала йогурты. На тележке у неё сидела девочка, одетая в дутый комбинезон розового цвета, и сосредоточенно грызла полосатый леденец на палочке.       Итаним притормозил на полторы секунды, рассматривая серьёзное лицо ребёнка, и ускорился, нагоняя владельца.       ИИ гибрида оцифровал, что женщина является родителем ребёнка, а леденец стоит полторы кредитных единицы, и сегодня по акции бесплатно раздаётся всем покупателям, пришедшим вместе с детьми до десяти лет.       Попутно система запустила сканирование собственного организма. Внутри, похоже, оставалась ещё какая-то невыявленная поломка.       Нацепив взятую из ящика одноразовую перчатку, Заф складывал в бумажный пакет ещё тёплый хлеб. Высокая худая кукла в сером с синими маркерами комбезе, белом поварском колпаке и синих резиновых перчатках выгружала в ящики свежую выпечку.       Хирург отступил на шаг, позволяя роботу продолжить свою работу. Отодвинувшись ещё немного, Чайка упёрся боком в решётчатый бок собственной тележки.       Итаним, повернув голову, рассматривал яркие полки.       Заф открыл рот, собираясь прикрикнуть на гибрида, чтобы не путался с тележкой у него под ногами. И враз оцепенел.       Будучи сначала врачом, а потом оперативником, Чайка знал, что происходит с лае, ушедшим на задание в другой мир. Поэтому их почти всегда отправляли вдвоём, а то и втроём — так нервная система подвергалась меньшему стрессу. Только очень сильные и стойкие внутренне лае могли работать в одиночку.       Резкие приступы плохо контролируемой злости были как раз одним из тех сигналов, оповещающих об утрате связи. А это значило, что время нахождения в чужом мире для Зафа подходит к концу.       В лучшем случае — ему нужно будет вернуться домой на несколько недель, чтобы восстановиться.       Заф всегда считал себя и сильным, и стойким. Но на Меге он находился уже почти два месяца.       Неужели его выдержки хватило на такой маленький срок? Но ведь он проверялся — по результатам тестов выходило, что среднее время нахождения в одиночку для него составляло больше сотни дней…       Это не было проклятием или злой магией. Просто химия тела. Оказавшись вдали от своей расы, лае постепенно терял так называемую «связь», незримой нитью соединявшую его со своими. Становился жёстче, непримиримей, грубее.       И Зафа это страшило. Связь — не эмпатия, но что-то очень близкое ей по смыслу — была основой для мира лае. Потеряв её, Заф утратит слишком многое. Не сможет ощущать других лае, как себя, не сможет петь с ними. Постепенно утратит внутреннюю силу и поддержку.       Пока связь есть, его никогда не оставят и не бросят в трудный момент. Даже если все технические средства связи перестанут работать. Придут на помощь, когда Заф будет в этом нуждаться.       Но лишь пока тянутся от него к другим лае невидимые ниточки связи, позволяющие слышать друг друга на расстоянии.       Но возвращаться домой хирургу было пока что нельзя. И дело было не только в том, что задание своё он ещё не выполнил.       Зерно всё ещё находилось в теле куклы. Вероятно, прилипло к сердцу, не причиняя вреда организму и не позволяя себя ощутить.       И если Заф оставит гибрида Соне, то зерно замёрзнет и погибнет. Чайка не хотел обладать им, но и не желал, чтобы крошечная искра потухла.       Итаним повернул голову, перестав таращиться на яркие упаковки, и сдвинул тележку, отодвигая её от хирурга.       — Я доставил неудобство?       Заф разжал пальцы, судорожно вцепившиеся в выбившийся из-под кофты шнурок с пустым теперь узелком. Вредная привычка искореняться не желала.       — Нет. Всё в порядке.       Взвесив хлеб и нацепив поверх вылезший из специального разъема ценник, хирург положил пакет в тележку. Вздохнул, унимая злость на самого себя.       Он не накричал на гибрида, но собственная ярость внутри всё ещё билась, ища выхода. Робот ведь действительно ни в чём не виноват. Он, видимо, засмотрелся, читая состав на тех упаковках, и не отследил траектории движения Зафа.       Соня была права. Сто тысяч раз права, даром что не лае и такая юная. Зафу нужно было пойти на это задание с кем-то. Хотя бы для страховки.       Вот только…       Хирург снова вздохнул, на этот раз устало, и свернул в другой проход, отправившись в молочный отдел.       Начальник согласился с доводами Чайки и отправил его одного.       Чтобы он мог самостоятельно принять решение.       — Эли!       Ещё один прорыв. Джар, позабыв про необходимость удерживать барьер, рванулся вперёд на пределе своих возможностей.       Не он один. Мир, Карм, даже неизвестно как оказавшийся тут Гавриил тоже бросились в атаку.       — Эли!       Из-за мельтешения крыльев и Заф ничего не успел разглядеть. Серая тварь захрипела и, отброшенная огромной силой, врезалась в стену. Там она и затихла.       Джар упал на колени там, где ещё секунду назад стояла химера. Лохмотья барьера ударили по рукам, но Заф ощутил боль отстранённо, словно вколол себе двойную дозу обезболивающего.       Внезапная, чётко спланированная атака на Отдел была отбита почти что чудом.       Ещё мгновение казалось, что они успеют. Что Джар воспользуется стазисом, что Заф с Кармом дотащат его до операционной. Что Вольф, — он же лучший хирург в Отделе! — всё исправит, вылечит, зашьёт и склеит, а потом будет шутить про организм, который решил погулять по частям.       Но Карм не двинулся. Крылья Гавриила поникли. И сам Заф, хоть и не видел ничего из-за раскрытых крыльев Джара, всё мгновенно понял.       Они не успели.       По плитке Зала Порталов расползалось красное пятно. Джар вздохнул, прижимая к себе тонкое, искалеченное тело эльвиина. Каштановая коса растрепалась, испачкалась. Зелёная лента, вплетённая в волосы, темнела, пропитываясь кровью.       Заф слышал злость Джара и разделял её. Что дёрнуло эльвиина оказаться в Зале Порталов именно в эту минуту?! Зачем он сюда пришёл!       Под ногой подошедшего к Джару Карма хрупнуло, рассыпаясь, печенье. Ещё тёплое, с изюмом и орехами. Которое так любил Мирослав.       — Эли…       Мир застонал, закрывая руками лицо. Сегодня он был дежурным в Зале Порталов.       Его боль морской волной дошла до Зафа, пытаясь удавить, увлекая на дно. Словно ему вырвали сердце, и оно — горячее, пульсирующее — было раздавлено холодной рукой.       Где-то позади закричал Малкольм, ещё не видя, не зная — но уже понимая, что произошло непоправимое. Что-то страшное, отчего стыла кровь в жилах.       Один Гавриил продолжал молчать, и лицо его было белее мела.       Эли, последний сосуд лае — умер от клыков химеры.       Заф вздрогнул, уставившись на бутылку с молоком, которую успел бездумно взять в руки. Воспоминание было старым, смазанным — на самом деле Чайка его и не видел лично. Оно передалось через Карма, а потом не раз возвращалось, прокатываясь по лае медленно затихающим эхом. Но при этом воспоминание не становилось менее реальным.       Эли был членом семьи для всех лае. Он не был крылатым — но был сосудом. Одним из сокровищ Отдела. Его кровь просыпалась каждый раз, стоило кому-то из лае запеть. Но у него не было связи.       Вольф поднимал архивы — раньше сосуды поддерживали связь с лае.       Заф положил в тележку молоко. Потёр устало виски.       Ему стало тошно от самого себя. От собственных мыслей — злых и противных. От окружающего его мира — шумящего, решающего за него, диктующего свои жестокие правила выживания.       Гибрид не виноват, что он — робот из органики. И что по классификации лае он причисляется к химерам. И тем более он не виноват в том, что Заф — идиот, которому «всех жалко» и который не может уследить за одним несчастным зерном. И за самим собой.       Обернувшись, хирург вновь посмотрел на робота. Итаним, откатив тележку уже не на полтора, а на три шага, переводил взгляд с полки на тележку — видимо, что-то сравнивал, пытаясь просчитать причину выбора именно этой марки молока. Похоже, внутренний мир хозяина, углубившегося в дурацкие мысли и тяжёлые воспоминания, остался для ИИ незамеченным.       Приободрившись, Заф придирчиво осмотрел упаковки с яйцами и положил их в тележку. Обе.       — Пошли в мясной отдел. Что ты скажешь про отбивные на ужин?

***

      После ужина Заф уселся на диванчике, вновь обвешавшись виртуальным окнами с планшета и терминала. Но мысленный диалог не прекращался, отчего хирург никак не мог сконцентрироваться на найденной информации.       Итаним вернулся из кухни, бесшумно встав у стены. Так как распаковка и готовка была на хирурге, гибрид занимался уборкой после трапезы.       — Я закончил, — стоило Зафу поднять взгляд, сообщил робот. — Посуда загружена в машину, включен стандартный режим на сорок пять минут. Обеденный стол протёрт и избавлен от пыли и крошек. Следует ли мне сделать что-то ещё?       В буклете было сказано, что можно отключить такие детальные «отчёты», но Заф не спешил этого делать.       — Спасибо. Нет, больше ничего не надо. — Хирург задумчиво передвинул рукой одно из виртокон. — Скажи, а что ты делаешь, когда меня нет дома?       — Ничего.       — Совсем?       Гибрид моргнул.       — Я продолжаю функционировать. Сижу, хожу, разминаюсь. Переключаюсь в ждущий режим. Мой ИИ продолжает изучать всё вокруг. Дополнительную информацию я получаю с терминала. — Пояснил он, и добавил. — Вы можете запретить данный метод самообучения.       Заф уменьшил второе виртокно и внимательно посмотрел поверх него на робота.       Искусственные химеры были привязаны лишь к одному хозяину, и по одному его слову могли как убить, так и умереть сами. Один лишь хозяин способен остановить химеру во время охоты, — всплыли в памяти рассказы учителя. Вольф много знал про искусственных тварей.       Порой даже слишком много.       И получалось, что хирург может «дёрнуть за ошейник», запрещая гибриду то или иное действие.       — Если тебе интересно, то продолжай. — Помедлив, Заф закрыл виртокна на планшете и протянул его Итаниму. Второй рукой он похлопал по дивану. — Садись. Делать всё равно ещё нечего, а спать ложиться — слишком рано.       Взяв планшет, гибрид сел на диван. Открыл браузер, вытащив лишь одно виртокно. Отщёлкнул из паза в планшете небольшую таблетку-наушник, вставил в ухо, и лишь после этого сделал запрос в поисковой системе.       Через пару минут, не выдержав, Заф чуть скосил взгляд.       Итаним смотрел какой-то фильм. Звук транслировался в наушник, и для хирурга герои говорили абсолютно беззвучно, двигаясь по комнате. Один из актёров, всплеснув руками, рухнул в кресло и быстро подтянул ноги, удобно в нём устроившись.       Остановив запись, гибрид пересмотрел видео. И снова. Моргнул.       Спокойное кукольное лицо дрогнуло на миг, а потом Итаним отклонился в одну сторону, в другую. Откинулся на спинку дивана. Заф осторожно наблюдал за ним, боясь выдать своё любопытство.       Наверное, он был первым крылатым, кто мог так детально описать повадки химеры. Вольф наверняка обрадуется этой информации.       А потом гибрид подтянул ноги, в точности повторив движение второго актёра, и по спинке дивана съехал влево, уткнувшись макушкой хирургу в плечо. Отдёрнулся. Оторвал взгляд от виртокна, проверяя реакцию владельца.       Заф, пряча улыбку, сделал вид, что вообще ничего не заметил.       Выждав ещё секунд пятнадцать, Итаним снова съехал по спинке дивана, вновь уткнувшись головой в плечо хирурга. Так и замер, продолжая смотреть фильм и время от времени кривиться, повторяя выражения лиц актёров.       Чайка вновь скосил взгляд, рассматривая робота. Волосы у него на голове неровно отрастали, различаясь по оттенку. С правой стороны то ли медные, то ли красные, а с левой — не то чтобы светлые, как у самого Зафа, а почти белые.       Или седые.       Такого эффекта от лечения хирург прежде никогда не встречал, и теперь не мог понять, виноват ли в этом «составной» генокод Риса или же перелитая кровь.       Ни у одной химеры Заф не встречал такого окраса. Пряди справа напоминали перья Малкольма — со стороны казалось, что они бордово-красные, но при приближении можно было различить десятки оттенков.       Действительно, наполовину Рис-Медный-Красный. И совсем не похож на опасную химеру.       Припомнив информацию из брошюры, хирург осторожно, стараясь не шевелить придавленной рукой, раскрыл файл, и добавил новую заметку.       «Видя какое-то новое движение или мимику, гибрид с Меги пытается его повторить.»

***

      Перерыв на обед проходил так же, как и всегда, когда выдавался спокойный денёк. Заф налил себе из автомата чаю и, устроившись поудобнее в кресле, разблокировал планшет.       Вне дома он предпочитал просматривать галактические новости или читать что-то из человеческой литературы, дабы не привлекать ненужного внимания. Новости смотрели почти все, чуть похуже обстояли дела с книгами.       Сидящий в кресле напротив знакомый — второй хирург Соломин, — чистил руками мандарины. Большое блюдо с ними стояло на пластиковом столике между двумя креслами.       — Ты второй день уже только про кукол и читаешь, — добродушно заметил он, пачкая белый медицинский халат соком.       — Угу, — рассеянно кивнул Заф. — Они интересно устроены. Синтетическая кожа, всё такое…       — Ты робота купил? — Предложил Соломин и, увидев согласный кивок напарника, любопытно уточнил. — Гибрида? Райо или Илиар?       Rajio и Iliar поступили в продажу лишь месяц назад, и вокруг этих двух моделей всё ещё бушевали страсти и сохранялся ореол желанной новинки. Заф узнал об этих гибридах совершенно случайно из новостей и за уточнением обратился к Соне. Поворчав немного, девушка объяснила.       Для Меги гибриды с комбинацией программ «горничная-охранник» с типовым экстерьером не были чем-то особенным. Райо и Илиар же создавали с внешностью элитных кукол, что и вызвало такой ажиотаж.       Заф бросил мимолётный взгляд на знакомого.       — Купил. Талион, — врать знакомому не хотелось, но что-то помешало сказать настоящую модель Риса.       Соломин наморщил лоб, пытаясь вспомнить характеристики модели.       — Не слышал про такую… Органик или синтетик? А сколько видов усилителей стоит?       — Ноль. Гибрид новый почти, просто списали из-за ошибки, — помедлив, ответил Заф. Историю про ожоги не хотелось поднимать. — Органик.       — Симпатичную? — Навострил уши второй хирург, позабыв про мандарин. — А размер груди какой?       — Нормального, со стандартной внешностью, — осторожно поправил его Чайка. Соломин огорчённо вздохнул, откинувшись в кресле. — Пусть квартиру охраняет.       Соломин засмеялся, едва не раздавив между пальцами очередную дольку мандарина. Заф лишь бросил настороженный взгляд на напарника, ожидая его дальнейшей реакции.       — А ты на форуме по тестированию кукол сидишь?       — Нет. А надо? — Серьёзно уточнил Заф. Его напарник снова захихикал и, вытирая пальцы о халат, потянулся к своему планшету.       По мнению Соломина, колония, где вырос Чайка, была слишком консервативной и закрытой от остальной Вселенной, где о роботах знали даже годовалые дети.       — Смотри. Это лучший форум из всех, что можешь найти по куклам и гибридам. — Виртокно перелетело на планшет Зафа, замерцало. — Там и про улучшение ИИ для каждой модели, и дополнительные приложения, и обзоры на все программы…       Врач забросил в рот очередную дольку мандарина и раскрыл одну из самых популярных тем на форуме.       — А вот хит прошлого месяца! Там уже больше полутора тысяч комментариев за ночь набежало! Один тестер взломал систему защиты ИИ у гибрида из линейки Итанимов. — Поделился он ещё одной ссылкой. — На настоящем, облегчённом, представляешь? IMT обычно за такие попытки штрафуют минимум на десять тысяч! Там целая битва развернулась про неэтичность и нарушение правил!       Заф поднёс к губам стаканчик с чаем, рассматривая видео на присланном виртокне. Отхлебнул, не чувствуя ни вкуса, ни температуры жидкости.       — Представь — IMT-Компани поставили целую кучу паролей на все типы ИИ, чтобы её нельзя было улучшить. А юзер утверждает, что их взломал и изменил систему! — Продолжал Соломин, азартно прокручивая комментарии. — Представляешь, он безостановочно повторяет, что уже шесть кукол сумел сломать, прежде чем у него получилось проломить защиту! Модераторы затребовали подтверждений, но юзер ушёл в глухую оборону, утверждая, что Итанима продали какому-то пузатому кошельку, и взломанную учётку ИИ снесли…       Заф смотрел. Щёлкал пальцами по виртуальному окну, просматривая комментарии. Потом кликнул на видео, запуская его.       Стенд, на котором подключают робота. Металлические зажимы, провода, переходники. Терминал, от которого тянется толстый кабель, уходящий в левый висок куклы. На экране замерла иконка с фразой «Пожалуйста, подождите, идёт загрузка» и отсчёт прошедшего времени.       Шесть часов сорок пять минут.       Шесть часов сорок шесть.       Дыхание слабое.       «Загрузка завершена. Доступ открыт.»       Почти семь часов ожидания. Соня говорила, что подключать гибридов нужно осторожно — и только в официальных салонах компании. Это не синтетический робот, которого можно было отключить и поставить в шкаф на пару месяцев.       Официальные проверки в салонах занимали не больше часа…       — Заф! Заф! Ты чего?       Хирург моргнул. Отвёл взгляд от планшета. Посмотрел на скомканный в ладони пустой пластиковый стаканчик.       — Прости. Кажется, я просто…       — Задумался? — Понимающе вздохнул Соломин, и потрепал напарника по плечу. — Знаешь, я думаю, что это всё же фотошоп. Мой знакомый однажды пытался получить внутренний доступ куклы, и только сломал её, ничего не добившись. Месяц таблетки пил, не мог поверить, что его Ева не включится… А даже если и правда, то такие спецы не на каждом шагу валяются.       Заф рассеянно кивнул, выключая планшет. На видео на стенде неподвижно лежал, подключённый через разъём, гибрид с огромным ожогом на половину лица. Чуть покачивалась грудная клетка, выдавая в нём органика.       Голоса приглушённые, но дверь приоткрыта.       Заф, присев на корточки под столом, слушал, боясь пропустить хоть один звук.       — За этими щенками всё равно никто не придёт! Они тут уже пять месяцев торчат, и жрут как не в себя!       — Это не означает, что ты должна калечить их своей халатностью!       — Врач стоит дорого! У этих крылатых идиотов очень выносливые дети! Подумаешь, обычное воспаление! Будет знать, как перечить старшим! Проспится — и будет как новенький! А если нет — значит, их хвалёная регенерация сильно преувеличена!       — Он уже сутки не приходит в себя! За мёртвого ребёнка крылатые платить не станут!

***

      Заф вернулся домой поздно. Почти перед самым окончанием рабочего дня привезли ещё одного неудачливого любителя больших скоростей, и хирургу, вытянувшему короткую бумажку, пришлось задержаться.       — Добрый вечер, — раздалось из коридора, стоило хирургу открыть дверь. Гибрид стоял перед дверью в кухню, терпеливо ожидая, пока Заф зайдёт в квартиру.       Чайка открыл рот, пошевелил губами. Слова не шли, не получалось издать ни звука. Вздохнув, хирург аккуратно повесил пальто на крючок. Из сумки пиликнул планшет, сообщая о новом пришедшем сообщении.       Аккуратно обойдя Итанима, Заф ушёл на кухню, рухнув на стул. Вытащив планшет, хирург открыл окно.       Сообщение было от ближайшей аптеки, расположенной перед супермаркетом недалеко от дома — сегодня там объявили новую акцию «Две упаковки сиропа от кашля по цене одной. Не пропустите столь выгодное предложение!»       Заф нервно потянулся, удаляя сообщение. Аккуратно положил планшет на стол, и только потом закрыл лицо руками. С силой провёл ладонями по вискам, глазам. Мотнул головой, пытаясь успокоиться.       — Что-то произошло на работе? — Вежливо осведомился Итаним, усевшись на стул напротив.       Хирург медленно выдохнул. Выпрямился.       — Нет. Всё там хорошо, — тускло буркнул он. — Просто… Нехорошие воспоминания.       Когда-то брату Зафа была нужна врачебная помощь. Но воспитатели в приюте отмахивались, сначала утверждая, что Карм выкарабкается сам, а потом — что врач уже ничем не поможет. Зачем даже пытаться, если ребёнок всё равно не приходит в сознание?       Гибрид, подключённый к стенду, дышал, но человек, вместо того, чтобы помочь ему — пытался взломать внутреннюю защиту ИИ.       Наверное, Заф никогда не научится понимать людей и мотивов их поступков.       — Тебе пытались взломать защиту ИИ?       — Информация отсутствует. При оформлении Вас как владельца предыдущая версия ИИ была полностью удалена. — Отозвался Итаним. — Я обладаю новейшей версией от ноября 2431 года.       Хирург снова вздохнул, беря себя в руки. На видео был именно его гибрид — вряд ли на Меге находилось две куклы с одинаковыми травмами.       А раз он не помнит про подключение и взлом — то наверное, это к лучшему.       В любом случае — Заф, даже ради изучения, никогда не полезет к гибриду ни с переходником, ни со скальпелем.       Планшет снова запиликал, требуя к себе внимания. Но в этот раз это было не сообщение, а вызов.       Звонил Егорович. Его круглые щёки дрожали, как желе, а весь вид говорил о важности звонка.       — Зафик, прости, что отвлекаю! — Даже забыв поздороваться, что означало крайнюю степень волнения, Егорович промокнул лоб платком и запыхтел. — Это дело просто жизни и смерти! Нужна твоя квалифицированная помощь!       — Как врача? — Мгновенно подобрался Заф, позабыв и про воспоминания, и про собственные эмоции. — Я могу подъехать к клинике…       Артур замахал толстыми руками, его круглое изображение заколыхалось.       — Нельзя в клинику! — Жалобно воскликнул он. — Зафик, выручи! Тут у моего знакомого р… Работник пострадал! Пожалуйста, выручи!       — Куда нужно ехать? — Хирургу не составило труда догадаться, что раз зовут его, то дело серьёзное и не слишком «чистое».       — Я уже отправил к тебе такси! Минут через пять к тебе доберётся! — Обрадованно сообщил Егорович, и замахал руками. Камера чуть сдвинулась, показывая кусок какого-то медицинского аппарата и красный ящик аптечки. — Тут все инструменты есть! И медикаменты, и приборы! Только квалифицированного врача не хватает!       Это было уже что-то. Заф искренне не представлял, что смог бы сделать, имея на руках лишь свою уже порядком опустевшую аптечку.