Под Крылом

      — Может, всё же останешься? Вместо тебя отправим Малкольма, он неплохо умеет убеждать. А твоя травма…       — У меня получится лучше. Моё младшее крыло может сделать что-то не так, — равнодушно отозвалась лае, рассматривая стену. — С травмой всё хорошо, она не мешает.       Сидящий у окна в глубоком кресле Гавриил тоненько хихикнул, снова подбросив в воздух кристалл с памятью.       Илья только головой покачал, перекладывая документы в стопку на правом краю стола. Его отражение, бледное и вытянутое, повторяло все движения, разместившись на боку прозрачного кувшина с водой. Сколько бы он ни сидел над отчётами, их никогда не становилось меньше. Порой начальнику Отдела казалось, что вездесущие лилимы боятся, что в один день Илье станет скучно без работы, и ночами строчат многостраничные опусы, после чего осторожно подбрасывают их в кабинет.       — Твоё младшее крыло почти всё сделает не так, — доверительно поделился лилим, продолжая играть с золотистым кристаллом. — И Заафир спустит его с лестницы. Вниз головой. Как тогда, когда Малкольм назвал Ила бесталанным пернатым… Или когда Карму сообщили, что у него нет потенциальной пары… Или…       Белокожая лае осталась невозмутимой. Гавриил поёрзал в слишком большом для него кресле и улёгся, забросив ноги на подлокотник. Илья кашлянул.       — Кажется, ты хотел поменять цветы на подоконнике, — напомнил он негромко. Лилим лишь дёрнул ногами в маленьких чёрных ботинках и нехотя вытащил из-за пазухи немного помятый букет ромашек.       Это был один из самых старых негласных ритуалов в Отделе. В кабинете, где работал Илья, каждое утро появлялся букет мелких полевых цветов. Сначала арх демонстративно их не замечал, потом злился, после — искал «дарителя», чтобы тот эти самые цветочки съел и наконец от него отстал.       Впоследствии оказалось, что цветы таскают лилимы. И попытка заставить их прекратить с треском провалилась. Стоило Илье поймать одного из пернатых на горячем и стрясти обещание так больше не делать, букетик принимался таскать кто-то другой. А потом третий. Пятый. Десятый. Ребёнок первого. Второй в очередном жизненном цикле. Правнук седьмого. И так по кругу.       Поначалу цветы стояли долго, по два-три дня, и избыток букетиков оказывался на столе, на бумагах и в шкафу. Попытки демонстративно выбросить их в урну ни к чему не приводили.       В итоге арх смирился и завёл на подоконнике небольшую вазу. Лилимы возликовали, расписали между собой «дежурства» и временно успокоились.       И сегодня дежурным был Гавриил. Но вместо того, чтобы незаметно выбросить засохший букетик в мусорку, поменять воду и гордо воткнуть в вазу новые цветы, лилим подтащил к окну кресло и угнездился в нём, время от времени пересматривая информацию на кристалле.       Илья отправил в стопку на краю стола ещё два отчёта. Жаль, что другие проблемы нельзя было решить простым перекладыванием бумаг.       — У меня есть пара вопросов. — Подала голос лае. Арх кивнул, не отрываясь от чтения доклада от Мира. — Почему Вы отпустили его одного, учитывая его способности и важность для Отдела? Мне стоит привести его домой силой? И следует ли в таком случае избавиться от его химеры?       Начальник Отдела аккуратно закрыл папку и отправил её в стопку с левой стороны стола. От Белой стоило ожидать именно таких вопросов.       — Я предпочту, чтобы ты действовала по ситуации. Возможно, его химера не так опасна, как мы думаем, учитывая, что Заафир подал документы на взятие её под крыло, — лае скептически приподняла бровь, но Лилейник решил не обращать внимания на изменения чужой мимики. — Не надо так на меня смотреть, я прекрасно отдаю отчёт собственным словам. Если ты придёшь к Заафиру и начнёшь разговор с того, что убьёшь его питомца, то он домой не вернётся по доброй воле.       — Сначала поговорить, потом избавиться от химеры, — выражение лица лае вновь стало непроницаемым.       — Мне кажется, или ты сегодня слишком похожа на Малкольма? — Подал голос Гавриил из кресла, перевернувшись на живот и растопырив крылышки.       — Мне трудно представить другой вариант событий, когда во всём этом замешана химера, — честно призналась Белая. — Почему Вы отправляете меня туда только сейчас? Карм уже почти двадцать дней только и говорит, что о необходимости вернуть младшее крыло. Ирин…       Илья ради разнообразия вытащил новый отчёт из середины стопки.       — Ирину нужно вырасти. Он уже давно стал совершеннолетним, но продолжает цепляться за Заафира. Второй из семёрки найденных не может посвятить всю свою жизнь уходу за младшим крылом. — Пробежав взглядом ровные строки доклада, сообщил начальник Отдела. — Ты сама это прекрасно понимаешь.       Лае с задержкой кивнула.       — И всё же. Почему Вы ждали все эти дни?       Арх наконец оторвался от бумаг, посмотрев в глаза подчинённой. Лицо Белой осталось безмятежным, но Илья прекрасно знал — она запоминает всё.       Да и редко бывает, чтобы имя так сочеталось с внешностью.       — Змей засёк несколько рассеянных скачков энергии. Они слишком слабые для построения порталов — и это единственное, что нам удалось выяснить. Также за последние двадцать дней Заафир восемь раз отключал датчик. — Илья задумался, решая — рассказать или промолчать про одну из самых веских причин. — И Дарелин… Ему снился кошмар про своего сына.       — О. — Безэмоционально отозвалась лае. — Это серьёзно. Есть подробности?       Будь Илья моложе, он бы обязательно решил, что Белая ехидничает. Многие из лае длительное время посмеивались над излишней Дарелиновой верой собственным снам. Всё изменилось после того, когда Дар попросил молодую группу стажёров, жаждущих стать настоящими оперативниками, не идти на тренировку. Лае подняли его на смех.       Из двадцати девяти стажёров и одного старшего оперативника тогда выжила только Белая.       Отследить взаимосвязь между произошедшим и сном не удалось, но с тех пор к просьбам лира Илья прислушивался. И не он один.       — Никаких подробностей, просто тревога. — Покачал головой начальник Отдела. — А с учётом того, что связь между нами и Заафиром ослабла, это может быть нехорошим знаком.       — Был бы Заф лилимом, с ним было бы проще, — проворчал Гавриил, снова принявшись ворочаться в кресле. — Ты бы, начальник, его в мешок засунул и домой притащил, и в угол поставил бы… Ну, ещё бы сладкого на неделю лишил.       Илья попытался посмотреть на своего подчинённого как можно более грозно. Эффекта, как и ожидалось, не было никакого. Маленький светловолосый крылатый лишь неопределённо подёргал сложенными крыльями и скорчил рожицу, которая, по всей видимости, изображала бы ужас.       — Кстати. — Арх вспомнил о ещё одной вещи. — Помнишь, я рассказывал тебе о полукровке по имени Соня Адлер? Допустите ли вы её к Древу?       Лилим замер, рассеянным взглядом скользнув по лицу начальника. Потом отвернулся и встал в кресле с ногами, потянувшись к вазе на подоконнике.       Тишина затягивалась.       — Гавриил? — Без особой надежды на успех позвал Илья.       — Да я уже восемнадцатый цикл Гавриил, — с едва заметной ворчливостью отозвался оперативник, меняя увядающий букетик на чуть помятые ромашки.       — Я задал тебе вопрос. Про Соню Адлер. Допустите ли вы её к Древу? — Как можно более терпеливо повторил арх.       Гавриил снова замер, уставившись пустым взглядом в пространство.       — Ты уже задавал этот вопрос. Мы ответили, начальник.       В некотором роде лилим был прав. Илья действительно спрашивал более десяти раз. Но неизменно получал один и тот же ответ.       — И что же вы ответили?       — Ты знаешь наш ответ, начальник.       — В том-то и дело, что нет. — Покачал головой арх. Иногда логика лилимов, их общей части разума была крайне непонятной. — Белая, передашь Соне, что её просьба рассматривается.       — Хорошо. — Кивнула лае.       Гавриил, потрогав пальцем примятые ромашки, принялся мурлыкать простую мелодию себе под нос. Тонкий слух и арха, и лае различили что-то про траву и сидящего в ней зелёного лилимчика.       — Будет хорошо, если Зефир вернётся домой, — протянул задумчиво Гавриил, когда Белая уже выходила из кабинета. — Заафир-Зефир-Заф… Гэри больше не слышит его, и не сможет перехватить в случае… В случае, если вы понимаете, о чём я. Мы не слышим его. Связь слабеет.       Лае кивнула, принимая к сведению новую информацию.       — Буду действовать по ситуации. — Повторила она уверенно.       — Почему ты вызвалась первой? — Илья не удержался от вопроса.       Белая медленно, всем корпусом развернулась и уставилась начальнику в переносицу. Её прямой взгляд мало кто мог выдержать, но арх не смутился. За свою долгую жизнь ему приходилось видеть созданий более странных, чем лае-альбинос.       В кабинете повисла напряжённая тишина.       — Да, я хочу это знать. — Кивнул арх на невысказанный вопрос. — Это личное?       — Да. — С силой вытолкнула из себя ответ Белая. — Вам так важно, чтобы Заафир вернулся домой?       Помедлив, Илья согласно кивнул.       Отвернувшись, лае покинула кабинет.       Конечно, он мог не задавать последний вопрос. Как и Белая свой. Заафир был одним из немногих лае младшего поколения, способных создать пару. Илья старался никогда никого не ограничивать в собственных решениях. Поэтому и позволил Заафиру уйти на задание в одиночку.       Чтобы крылатый смог определиться, с кем он решит быть.       — Я могу пойти с ней, для прикрытия. — Задумчиво протянул лилим, снова подбросив и поймав кристалл памяти. — На всякий случай.       — Белая предпочитает работать одна, — качнул головой Илья. — Или ты хочешь встретиться с полукровкой?       Лилим равнодушно, — скорее уж только внешне равнодушно, — пожал плечами и маленькими крылышками. Обычно мелкие крылатые очень любили себе подобных, но, похоже, Соня Адлер не нравилась им заранее.       Или начальник Отдела перестал разбираться в их повадках.       — Я смотрю эту запись уже триста семьдесят пятый раз, и всё никак не могу понять, — доверительно сообщил Гавриил, незаметно перебравшись с кресла на край стола и развернув изображение с кристалла. — В бою эали предпочитают врага запутывать, а Ерк сначала телепортировался за спину, а потом перемещался вперёд, оказываясь лицом к лицу. Какой в этом смысл?       Илья покосился на тонкую уменьшенную фигурку затянутого в чёрный тренировочный костюм эаля, появившуюся над столом. Когда-то он видел бои Ерка вживую.       Как давно они были…       — Может, он таким образом хотел испугать врага? — Задумчиво продолжил оперативник.       Начальник Отдела молча протянул руку и подтянул к себе следующую бумагу из всё не убывающей стопки. В большинстве случаев лилимам нужны были собеседники, слабо отличающиеся от мебели.