Хранители созвездий

Кассиопея отступила на несколько шагов, оказавшись в центре огромного зала, в котором они встретились с Эреоном. Мужчина хищно улыбался, разглядывая ее. Он продолжал держать свой посох на весу, направляя его на Кассиопею, будто прицеливаясь. Казалось, что одного взмаха магическим посохом хватило бы для того, чтобы от его соперницы осталось одно лишь воспоминание. Кассиопея слегка подняла согнутую в локте руку, опустила на миг глаза, а потом вновь подняла их, показывая этим Эреону свою готовность к предстоящему сражению. — Начинаем, — громко скомандовал Эреон и сразу же вскинул посох, посылая в сторону Кассиопеи яркий магический поток. Мужчина по-прежнему продолжал ухмыляться, разглядывая девушку, которая одной рукой создала перед собой небольшой щит. Эреон хмыкнул, когда волна была полностью поглощена чуть мерцающим, почти прозрачным щитом, было видно, что девушка экономила силы, создавая довольно слабые щиты. Не дожидаясь ответной атаки, Эреон вновь послал волну магии из своего посоха. Девушка отражала удары, но не атаковала. Мужчина же делал все с точностью наоборот, его атаку учащались, становились с каждым разом в разы сильнее. Он выжидал. Выжидал, пока все силы девушки иссякнут, он не относился к злодеям, которые хотят, чтобы жертва умоляла о спасении, конечно, это всегда было приятным дополнением, но он практически не питал себя ложными надеждами насчет той, что находилась сейчас напротив него. Это слабое магическое сражение продолжалось довольно долго, но мужчине вскоре надоело. Он поднял посох высоко над головой. Тот замерцал удивительно ярко и насыщенно, собирая вокруг себя потоки энергий. Сила накапливалась огромными потоками, вокруг навершия посоха образовался огромный темный шар, энергия, наполняющая который была темной и смертоносной. Кассиопея сделала шаг назад, следя глазами за Эреоном и магическим шаром, собранным посохом, и неожиданно убрала щит. Она казалась спокойной, будто не смерть ждала ее этим ранним утром, а еще один обычный день, только внимательный взгляд и неподвижность выдавали ее волнение. Резкое движение посохом. Девушка сразу вскинула обе руки. Ровно за мгновение до того, как шар настиг ее, на руках возникло яркое светло-голубое свечение, которое превратилось в огромную овальную пластину, закрывшую девушку от смертельного удара. — Конец тебе, сестренка, — ухмыляясь прошептал мужчина, предвкушая сладкую и простую победу. Но не тут-то было. Он почувствовал резкое движение сзади и обернулся на него, но было поздно. Он успел только заметить темную энергию, которая укутала его со всех сторон, и услышать голос Ориона, говорящий что-то совсем глупое и незначительное, а после возникло ощущение пустоты. Это был его собственный шар, посланный ранее в Кассиопею, огромными глазами смотревшую на происходящее в этом зале. Она справилась, она смогла из последних сил отразить сильнейшую магию посоха. Орион тем временем стоял молча, пытаясь переварить услышанное. Алекс и Капелла открыли рты. Девушка сначала смотрела на них, шевелила губами, будто пытаясь что-то сказать, а потом неожиданно дотронулась до виска и упала на пол зал, потеряв сознание.

***

В доме Хранителей было тепло и уютно. Капелла, Алекс и Орион сидели в комнате, где, Капелла могла с точностью сказать, она раньше не была. Здесь не было этого синего цвета, не было звезд на стенах. Эта комната была совершенно обычной, не волшебной. Орион молча привел их сюда, хоть сначала он думал оставить Алекса в другом месте, потом он передумал, боясь, что с тем встретится кто-то из хранителей, и уложил Кассиопею на кровать. Через несколько мгновений здесь появилась уже знакомая Капелле Чара, которая покачала головой, разглядывая неподвижную Кассиопею, которая казалась мертвой, но только на первый взгляд. — Она придет в себя через час-другой, – проговорила старушка, нарочито растягивая слова. — Не смей оставлять ее одну. Не смей, – сказала Чара, глядя в глаза Ориону и добавила: — Даже после всего этого, не думай, что она такая. Ты просто не имеешь права думать о ней плохо после всех лет вашего знакомства. Чара почти шептала, пытаясь донести свою мысль до Ориона. Тот продолжил молчать, но сухо кивнул в ответ старушке. Та больше ничего не сказала, просто вышла из помещения. Орион рассматривал Кассиопею, которая лежала на кровати. Ее бледная кожа, серьезное выражение лица и огромная, массивная кровать, на фоне которой она казалась хрупкой и крошечной, делали ее слишком беззащитной. Капелла и Алекс по-прежнему были в шоке, но уже через какое-то время начали разговаривать друг с другом. Орион повернулся к ним и стал прислушиваться к разговору. Он продолжал молчать, но уже хотя бы не сидел угрюмо, занятый своими мыслями. Алекс и Капелла говорили долго и много, они не виделись слишком давно, им так не хватало друг друга и общения между собой и вообще с кем-либо, что они говорили так, будто делали это в последний раз, рассказывали друг другу истории с яркими и красочными подробностями. За этим всем они не заметили, как Кассиопея пришла в себя и открыла глаза. Несколько мгновений она просто лежала и смотрела в потолок над собой, прислушиваясь к диалогу. Но так больше продолжаться не могло, потому девушка аккуратно пошевелила руками, чтобы убедиться, что они у нее все еще есть. На удивление, боли почти не было. Девушка задумалась было о том, Чара, наверное, дала ей слишком много обезболивающего, но поймала на себе взгляд Ориона. Капелла с Алексом мгновенно замолчали. В помещении воцарилась напряженная тишина, которая очень давила на нервы, пока девушка предпринимала попытки встать, которые увенчались успехом через некоторое время. Кассиопея поджала губы и тихо проговорила что-то совсем не к месту: — Орион, почему мы в твоей комнате? Парень молчал. Он тяжелым взглядом осматривал девушку, будто раздумывая, что ему говорить, как действовать. Глава Дома хранителей же смотрела в пол, ожидая довольно неприятного диалога от явно обиженного на нее Ориона. — Это правда? — спросил он спустя несколько минут напряжения и давящей тишины. Кассиопея чувствовала его взгляд почти физически. Ей совсем не хотелось начинать этот диалог, но другого выхода не было. Она разомкнула губы, будто пытаясь что-то сказать, но не издала ни звука. Молчание вновь затянулось. — Орион, послушай... — наконец выдавила девушка из себя, но договорить ей не удалось. — Просто скажи: это правда? То, что сказал Эреон... Это правда? — сейчас его голос звучал значительно громче обычного. Он смотрел на Кассиопею, которая смогла, наконец, взять себя в руки и посмотреть парню прямо в глаза. — Да, это правда, — вздохнула она, сказав это так тихо, что ее слова можно было спутать с едва уловимым шелестом листьев за окном. Снова возникло напряжение — хоть ножом режь. Орион встал. Бросив последний взгляд на Кассиопею, он развернулся и направился к выходу из собственной комнаты. — Делай что угодно, но я не хочу больше видеть тебя. Не смей даже говорить со мной, лгунья. Мне не нужен друг, которому я не могу доверять. Теперь ты мне не друг, — произнес Орион устало, глядя на Кассиопею с немым укором и непониманием. После этого короткого монолога парень покинул комнату. Дверь тихо хлопнула. Кассиопея стояла и с каким-то испугом смотрела на дверь, которая только что оставила Ориона с другой стороны. — Он же вернется? — подала голос Капелла, глядя на Кассиопею, которая, похоже, не знала, что делать. В ответ та лишь отрицательно покачала головой. Она кинула беглый взгляд в сторону Алекса и Капеллы и неожиданно закрыла лицо руками. Парень вскочил, дернув за собой Капеллу, которая все еще держала его за руку, боясь отпускать после долгой разлуки. Плечи девушки дрожали, Капелла неуверенно приобняла ее и стала легонько поглаживать по спине. — Все будет хорошо, не надо так переживать, — попытался успокоить девушку Алекс, но она покачала головой. — Нет, не будет, — произнесла она, всхлипывая, и добавила: — Я это заслужила. Я должна была сказать Ориону об этом раньше, мы ведь друзья... Вернее... Были друзьями, — прошептала девушка, тихо всхлипывая. — Кассиопея, успокойтесь, пожалуйста. Я уверен в том, что он одумается, вы поговорите и извинитесь перед ним. Все будет в порядке, — Алекс ободряюще улыбнулся главе Дома Хранителей. Капелла ожидала, что девушка начнет уже привычный разговор о том, что не стоит говорить с ней на "вы", но она этого не сделала. — Оставьте меня одну, пожалуйста, — шепотом попросила девушка, опираясь на край широкой кровати. Ее собеседники молча вышли из комнаты, тихо прикрыв дверь. Они шли по коридорам, думая о произошедшей ситуации, почти не переговариваясь. Первой нарушила молчание Капелла: — С Кассиопеей не стоит говорить на вы, — произнесла она, обращаясь к Алексу. — Странная она у вас... Всегда такая чувствительная? — спросил он, с интересом разглядывая созвездия и галактики, изображенные на стенах коридоров. — Не знаю, — честно ответила Капелла, — мы не особо много общались, — пояснила она. — Но плачет она первый раз за все время нашего знакомства. Мне жаль ее. — А мне нет. По-моему, Орион поступил правильно. Если она не умеет доверять своим друзьям, с ней лучше не общаться. — Зачем ты тогда пытался ее успокоить? — спросила девушка, обиженно останавливаясь и глядя на парня. — Она плакала. Ей было больно, — вздохнул он так, будто это было понятно и логично. Капелла покачала головой, разглядывая одно из созвездий на стене. Они с Алексом стояли несколько минут прежде, чем продолжить путь в никуда. Когда она вновь сделала несколько шагов, парень взял ее за руку и улыбнулся. — Мне стоило поблагодарить ее, — протянул он, — как и тебе, кстати. Она ведь тратила силы на наше спасение. Да и зачем она вообще спасла меня? Никак не могу понять. Какая ей выгода от этого? — задумчиво поинтересовался Алекс, обращаясь, очевидно, к Капелле, которая была единственным живым существом в коридоре, не считая самого Алекса. — Кто ее знает. Кассиопея часто делает что-то нелогичное. Она даже не выгнала меня, когда я не выполнила свое задание, — пробормотала Капелла. — Я не знаю, куда тебя вести и что с тобой делать. Просто понятия не имею. Я даже не знаю, где находятся хоть какие-то комнаты, кроме нашей с Алей и Лиры, — смущенно выдохнула она, останавливаясь посреди Лунной залы. Парень и девушка присели на один из звездных диванчиков. Капелла положила голову на плечо парня и прикрыла глаза. — Как вы тут живете? Я тут пару часов, большую часть которых провел в комнате Ориона, но меня уже достали эти звездочки. В глазах рябит, — фыркнул он, легонько пнув диван. Капелла рассмеялась, располагаясь поудобнее, так, чтобы ее голова лежала на его коленях. Она взглянула на Алекса, который тоже прикрыл глаза, и погрузилась в царство Морфея.

***

— Капелла, проснись, — настойчиво шептал кто-то на ухо девушке. Та недовольно поморщилась и разлепила глаза. Над ней склонилась незнакомая еще девушка со светлыми волосами. — Меня зовут Каф, мне сказали провести Алекса в его новую комнату, а тебя отвести в твою. Потому вставай, разбудишь своего друга и пойдем, — произнесла она, взглянула на Алекса и поморщилась. — Никак не пойму, как Кассиопея с Орионом притащили его сюда... Ладно бы оставили на улице, но вести его в Дом хранителей! Какая глупость, — фыркнула она и поторопила Капеллу, которая легонько коснулась руки парня, разбудив его этим. Тогда светловолосая Каф повела их запутанными коридорами. Капелла задумалась о том, что девушку эту можно было сравнить с Кассиопеей, но, приглядевшись внимательнее, она поняла, что была не права. Единственной общей деталью их внешности были светлые волосы, которые едва заметно вились легкой волной. Больше ничего даже близко похожего у них не было. Это доказывал и резкий характер Каф. Припомнив с уроков астрономии, что звезда, давшая имя этой девушке, находится в созвездии Кассиопеи, девушка с интересом стала наблюдать за ней. Но наблюдения длились недолго. Каф остановилась. — Капелла, твоя комната слева, комната Алекса справа, вместо пароля соедини основные звезды малой медведицы, — произнесла девушка и растворилась в воздухе почти в прямом смысле. Капелла соединила звезды малой медведицы вместо парня, и они отправились в комнаты отдыхать после тяжелого дня.