3.
16 октября 2017 г., 22:13
Акаши был не доволен походом в клуб, и совершенно не скрывал этого:
— Не вижу смысла, — ворчал он, пока Кисе занимался поимкой такси. — Не лучше ли сразу отправиться в аэропорт. Без прилюдий.
— Акаши-чи, ты не понимаешь, — Рёта пуще замахал руками. — Отдых бывает разным, — блондин вот веселился во всю. Прикупил себе темную кепку и растянутый свитер, за что получил осуждающий взгляд от Аомине.
— Некуда деньги девать, идиот, так я покажу.
Ацуши хрустнул чипсиной, и устало ткнул Аомине под бок.
— Это Куро-чин.
Дайки слишком резво отреагировал на слова центрового.
— Не заливай, — отмахнулся он, — Тецу не может быть в Штатах.
Неоновая вывеска гласившая "Empire. Forever First" освещала четырех парней на фоне каменной стены, вызывающе смотрящих в объектив камеры.
Кагами с ужасом отвел взгляд.
"Только не Тецу... — Тайга пропустил пальци меж жестких красных прядей. — Это просто не может быть тот самый Куроко Тецуя".
Тот самый малыш, вызвавший негодование у Тайги еще утром, оказался миловидным парнишкой, до жути смахивающим на его токийского друга.
Только не Тецуя!
***
Навязчивая, не замысловатая музыка немного отвлекала Сейджуро от беспредела творящегося вокруг. Парень абсолютно не любил американскую попсу, и даже когда Кисе пытался растормошить капитана, заставляя растрясти кости, тот взбешенно зыркал на блондина, и дальше погружался в мир мобильного Интернета. Акаши хотел спать. Листая посты на Facebook, красноволосый едва-ли не пропустил объявление вышедшей девушки. — Дорогие друзья, гости Бостона, мы рады видеть вас сегодня! — толпа взорвалась аплодисментами. — Но, больше всего, и вы это знаете, мы благодарны четырем парням из восточных островов. И, хоть на их родине сейчас восходит солнце, а мы утопаем во мраке — они здесь, как всегда бодры и здоровы. — Это знак!!! — крикнул Рёта, заглушая большинство аплодисментов. Похоже, форвард успел употребить не малую дозу этилового спирта. Где он его только нашел? Здесь даже баров нет. Из размышлений по поводу достойного наказания подростка-алкоголика (для Акаши, Рёта мог бы быть даже ребенком, хоть и совершеннолетний), красноволосого вывела наростающая гитарная партия в колонках, к которой вскоре присоединилась барабанная дробь.Будь осторожен, загадывая желания в темноте. Нельзя быть уверенным, что они достигнут цели. И, кроме того, в то же самое время, Я мечтаю о том, чтобы разорвать тебя на части.
Голос весьма привлекательный.Я прячусь в мелочах, словно Дьявол. Так что теперь мир никогда не достигнет тебя. Я просто посажу тебя в клетку, И моему юношескому гневу, понадобится лишь искра, чтобы возгореться. Мои песни знают, что ты сделал в темноте.
Акаши замер, пытаясь обвинить себя в тотальном недосыпе и через чур жестоких нагрузках — из стены софитов на него смотрел Куроко Тэцуя.
