...About small fairies...

      Леса, поля, реки, озёра…       Эти места так загадочны и красивы… Многие наши поэты любили и любят сидеть на природе, записывая лирические строчки на свои пергаменты. У нас красиво. До жути, до захватывания духа и сбивания сердца с ритма.       Даже сейчас… Солнце высоко находится в небе, все мельтешат и радуются новому прекрасному дню…       Все, но не я.       Меня зовут Билл. И я ненавижу большую часть моего окружения. Все эти возвышенные особы, всякие засранцы, которые что-то там о себе думают.       Эти… Феи.       Я — лесной эльф. Нет, не тот, который бегает с луком и стрелами наперевес, поедая куски выращенной в красивом городе капусты. Нет. Я как раз тот эльф, который, как бы, фея. Короче. Я круче.       Я даже специально сбежал от моих сородичей. Они все слишком жизнерадостные и выводящие меня из себя. Я — эльф природы. Выращиваю растения, цветочки. Поэтому в нашем лесу много ядовитого плюща. Да, я такой злюка.       Живу я в пне.       Ну, точнее, оболочка от пня, а внутри обустроен мой замечательный и уютный домик, куда не вваливаются всякие ненормальные придурки с утра пораньше, как было прежде. Вокруг моего дома растут милые мухоморчики, за которыми я ухаживаю. И да, меня сторонятся в поселениях. Потому что я… Странный для них. Вот так. Ну, или псих. Больной.       Просто из-за того, что не люблю сидеть вместе со всеми у костра. Не люблю слишком уж красивые цветы. Не люблю щебетать о большой любви и пересказывать затёртые до дыр сказки.       Я даю шанс «некрасивым» растениям. Даю шанс одиночеству и тишине. И я больше люблю смотреть в огромную пустоту на высоте, наполненную горящими белыми звёздами…       Прямо сейчас я решил скрыться у себя дома. Я сделал себе зеркало из воды. Ну, точнее, я заставил сделать его одного своего знакомого, который боится волчьих ягод.       Поэтому я смотрюсь в зеркало, улыбаюсь. У меня длинные золотые волосы, которые спускаются аж до самого пояса. Золотые глаза, которые иногда светятся. Кожа с ровным загаром. Да и что тут вообще говорить? Я же весь просто сделан из золота. У меня даже крылья золотые. Все говорят, что они слишком похожи на осенние листья дуба.       Да, у меня дома есть шапочки от желудей, которые служат чашами. И вокруг дома тоже растут дубы. И пень у меня тоже дубовый. Это всё — просто совпадения.       Одежда у меня преимущественно жёлтого цвета, так что меня называют ещё и «воплощением осени». И ещё это прозвище у меня из-за того, что рядом умирает всё веселье. Знаете, как природа «погибает» осенью. Вот так говорят про меня. Шутники, мать их. Чтоб их Леший побрал. Надо пожаловаться ему.       Вздыхаю, поправляю сапоги из листьев на своих ногах, оборачиваюсь и смотрю в окно, что открыто в моей маленькой кухне.       Белки разбушевались что-то… Надо будет успокоить этих больных животных, а то в прошлый раз одна такая застряла своей меховой задницей в проходе.       Крылья я расправляю редко. Пусть они у меня и выглядят красиво, но порваться могут легко. Я так один раз их полгода лечил и ходил пешком по долине. Да, хорошие были времена. Чуть позже катался на кунице. Правда, потом она пыталась меня съесть, но получила хорошего леща от ближайшей ели.       В воздухе зависли пылинки, я вдыхаю запах утра полной грудью и иду на улицу, заперев дверь с помощью травинок.       Облака летят по голубому небу, лёгкий летний ветерок дует по земле, собирая пыль в мелкие вихри. Крылья у меня чуть выше земли, так что они не волочатся по ней.       Мне надо сегодня кое-куда зайти. Идти придётся через поселение, ибо обходить его — слишком долго.       Вокруг бегает куча народа, некоторые эльфы — те, кто ходят по земле, не имея крыльев — ведут рядом с собой мышей-полёвок. Это как лошади у людей.       Бр-р-р-р… Люди… Как вспомню — аж холодный пот выступает. Они ведь ужасны. Тупые, громкие, шумные. Пинают своими ножищами мои мухоморчики!!! Уроды!       Как их вообще на свет рожают, иродов этих?!       Ладно, что-то я ушёл от темы.       Феи всех мастей и должностей обходят меня стороной. Пусть под моими ногами и расцветают цветы, но это цветы белладонны… Они сразу же вянут, когда я делаю новый шаг, но все всё равно боятся подходить. А ещё я умею взмахом руки выращивать вороний глаз. Это такие милые растения… Одна ягода убивает практически любое существо… Останавливая сердце.       Я иду через поселение, рассматривая шапочки домиков-грибов. Это только то, что на земле. А на деревьях есть дома из листьев, из трутовиков и веток. Ещё у нас можно встретить насыпи из мелких камешков — тоже домики. Некоторые — совсем отбитые — живут сразу же с животными. Бобрами, например. Это феи животных. И они реально больные.       У всех такие разные крылья, способности, внешность, так много отличий. Но все, как один, любят устраивать пляски в «ведьминских кругах». Это такие кружки из грибочков. Там они поют, пляшут, травят байки.       Говорят, что если слушаешь сказку феи — не можешь оторваться. Вранье. Наглое. Ибо лично я не могу слушать это всё битый час.       Опускаю взгляд, уступаю дорогу пробегающему мимо муравью. Слишком оживлённо…       Надоело.       Расправляю крылья, пропуская через них золотые нити света и поднимаюсь в воздух, распыляя вокруг блестящие искры.

***

— Хей, Карл, — я захожу в огромный пень, звякая стёклышками над головой. — Привет, Билл. Что хочешь на этот раз? — старый усатый эльф устало смотрит на меня. — Я хочу что-нибудь от гусениц. Они просто везде, — фыркаю. — Так гоняй их палками, а меня оставь в покое, — он прищуривается.       Да, это что-то вроде лавки… И это какой-то кошмар. — Но мне правда надо уже что-то делать! Они жрут мой лес! — Они весь лес жрут. Выращивай только ядовитые растения, — он скрывается в другой комнатке. — Я не могу нарушить баланс в лесу! Я, конечно, хочу, чтобы никто ничего не трогал, но тогда будет хаос. И мне придётся выслушивать сопли всех этих чёртовых… — сжимаю кулаки, собираясь продолжать. — Я тебя понял, Сайфер. Великие Дриады, ну почему ты не можешь забыть сюда дороги? — эльф накрывает лицо руками. — Потому что я тебе плачу за всё, что беру, — фыркаю я, перекидывая мешающийся золотой локон назад. — Да, ты мне поставляешь хорошие яды, но… — он заминается. — Тс-с-с, это же наш маленький секретик, — смеюсь я. — Ты меня бесишь иногда, — он двигает ко мне скляночку. — Эту пыль мне дали феи жуков. Она должна отпугнуть гусениц. И вали отсюда.       Я беру склянку в руки, покручиваю и прищуриваюсь. — Она привлекает коршунов! Ты что мне пихаешь тут?!       По стене из коры рядом ползёт маленький паучок. Ну, как маленький. Я дал хорошенько ему по жвалам, когда он начал тянуть лапы к моим волосам. — Плети паутину из своей задницы и не лезь к моим волосам, — ворчу на него я. — Билл, иди уже отсюда. Не нравится — оставляй эту пыль здесь и уходи. И, Нимфы ради, забудь ты дорогу сюда. — Ты какой-то слишком загруженный, Карл. Ладно, будем разбираться с этими вредителями. Не хворай, — улыбаюсь натянуто я.       Паук как раз полез дальше в подсобку.       Ну, пусть пошуршит там. Карл же прищурился и двумя руками начал махать в сторону двери. Типа, выгоняет меня.       Старый хрыч.       Хлопаю деревянной дверью, заставляя пень чуть содрогнуться, иду по земле, сжимаю кулаки.       Я этому чёртовому засранцу всегда яд могу предоставить, а он мне средство от гусениц не даёт!!! Ух… Сегодня он не попадёт домой. Крапивой всё засажу!!!       Волосы лезут в лицо, я перекидываю все пряди назад, тяжело вздыхаю и иду к ручью.       На рыб что ли посмотрю…       Сажусь на ближайший камушек, играюсь с вырастающим рядом аконитом… Эх, главное не пораниться самому, а то быстро крылья склею…       В воде неподалёку булькают пузыри, рыбы прыгают вверх, маша своими хвостами.       Я глубоко вздыхаю, прикрываю глаза.       Вокруг резко вырастает белена, укутывая меня в тёплый кокон.       Что-то в сон клонит…

***

      Открыл я глаза только тогда, когда в небе уже висела луна.       Вокруг неё расходятся синие полосы, покрывая землю серебряным цветом.       Вот же… Чёрт…       Надо меньше дрыхнуть.       Вокруг меня пророс вех.       Я взмахиваю рукой, заставляя цветы завянуть и спрятаться в землю.       Собираюсь уходить, но замечаю красивое голубое свечение на соседнем берегу. Прищуриваюсь, всматриваюсь в сияние.       Там сидит какая-то фея, расправив свои большие крылья. Фея природы? Похож на бабочку.       Как их там… Голубой Морфо?.. Как-то так.       Он кладёт голову на колени, ведёт пальчиками в воздухе. Так. Под пальцами у него пляшет вода, плескаясь и выравниваясь то в столбик, то сгибаясь в завиток.       Вокруг него летают голубые искорки, не сдуваясь даже ветерком.       Фея резко поднимает голову, смотрит на меня.       Сейчас не моё время… Я не буду светиться. Хотя… Карась его знает, нижние края крыльев у меня сверкают.       Парень улыбается, опускает голову на колени.       Я смотрю за ним. Что-то какая-то грустная улыбка.       Так, надо валить отсюда, пока можно. Пока он не решил со мной повзаимодействовать.       Поправляю волосы, расправляю крылья.       И что-то всё равно будто мешает мне.       Оборачиваюсь на этого парня, вздыхаю.       Чёртова доброта, Сайфер, сведёт тебя в могилу.       Из ручейка прорастают бурые водоросли, создавая мостик. Я медленно иду по нему, выравнивая дыхание.       За моей спиной водоросли возвращаются обратно в воду. — Чего такой тухлый, будто тебя осьминог покусал? — подхожу к нему.       У него каштановые волосы, тёмные глаза, которые подсвечиваются сиянием его крыльев. — Я не люблю сборища. Моя сестра снова с кем-то отплясывает и катается на жуке, а я не хочу… — вздыхает он. — Да ты адекватный, — сажусь рядом с ним. — Я скучный, — он проводит пальцами по столбику из воды, снова вздыхает. — Ну, не мне судить, — улыбаюсь.       Тишина повисает в воздухе. — А зачем ты подошёл? Ты же не любишь общаться, — грустно улыбается он. — А вдруг люблю? — смеюсь я. — Просто никто не общается со мной. — Про тебя слышно даже на дальнем берегу. Там, где море, — отвечает он. — Ты оттуда? — Я там жил в последний год. — А чего вернулся? — под спиной у меня вырастает стручок гороха, поддерживая мою спину. — Там мне не понравилось. — Фее воды не понравилась вода? — усмехаюсь. — Тогда это уже не нормально. — Вот так вот, — он отпускает воду, переводит взгляд на меня. — Диппер. — Билл, — смотрю в небо, чуть прикрыв глаза. — Так ты… Эльф осени? — спрашивает он. — Я эльф природы, — смеюсь я.       Он кивает, складывает крылья, поглаживает их.       Смотрю на травинки вокруг нас, провожу пальцами по растениям. — А почему с тобой никто не общается? — спрашивает он.       Где-то недалеко стрекочет кузнечик. — Не хочу. Все тут одинаково думают, ибо привыкли так делать. — А…       Нажимаю одним пальцем на землю, поднимаю его вверх. Среди камушков прорастает пучок гортензии, обрамленный аконитами и агератумами.       Диппер заворожённо смотрит за тем, как цветы быстро распускаются. — Красиво, — улыбается он, проводя пальцами по цветам. — Это тебе, — улыбаюсь в ответ. — Они красиво смотрятся с твоими крыльями. — Ох… Спасибо, — Диппер обнимает кучку цветочков гортензии.       Я делаю так, чтобы цветы оторвались от корней. — Они простоят достаточно долго. Ну… — почёсываю затылок. — Они прекрасны. — Знаешь, обычно я их редко выращиваю. Надо обвести этот день красным цветом в календаре, — усмехаюсь. — Наверно, — парень опускает взгляд, кусает губы. — Закрой глаза?       Я глубоко вдыхаю кислород, выполняю его просьбу.       Проходит пара мгновений, запахло свежестью.       Я резко открываю глаза, смотрю на то, что происходит.       Вокруг нас большой шар из воды, в котором проплывают головастики. Голубые искорки пляшут везде, освещая нас лёгким голубым светом. — Нравится? — улыбается он. — Да, — провожу пальцами по мокрой поверхности шара.       Вдалеке слышатся чьи-то выкрики. — Ну… Мне пора, — он собирает цветы, смотрит на меня своими большими глазами и убегает.

***

      Домой я шёл, будучи в глубокой задумчивости.       Да я пообщался с другим разумным существом? Прогресс. Я даже не пытался ударить его мухомором.       Открываю дверь в своё жилище, вдыхаю запах трав.       В ванной я быстро споласкиваюсь в росе, собранной утром, вытираю лицо мягкой тканью из шелка — отжал у шелкопрядов.       Волосы я заплетаю в тугую косу, перекидываю через плечо и иду к себе в кровать.       Моя спальня на втором этаже пня. Вокруг валяются цветы колокольчиков и ромашек, петунии обрамляют окна. Над самой постелью висит шалфей, заполняя пространство лечебным запахом.       Я забираюсь под одеяло, набитое пухом, поправляю подушку и прикрываю глаза.       Странный день…