Тот, кто с тобою рядом...

Выйдя в гостиную, Таня с Глебом сразу увидели хмурую хозяйку в кресле, мрачно буркнувшую что-то вроде: «Ладно, Гремичерепушкин, еще сочтемся. Будешь знать, как от Склеповой пытаться утаивать важную информацию!» - Склеп, не дуйся! – Таня улыбнулась, видя, что Гробыня недовольна. – В качестве утешения обещаю пригласить тебя на свадьбу как свидетельницу, где ты удовлетворишь сполна свою страсть к подглядыванию и подслушиванию. - Танька, ты согласилась? – вскочила с кресла Гробыня, забыв об обидах. – А когда свадьба? Где будет? Черт, надо же еще и платье заказать! Да и тебя, сиротка, приодеть, а то, так и завалишься за свадебный стол в джинсах, я тебя знаю! И еще надо… - Склеп, притормози, - прервала телеведущую Гроттер. – Не так быстро. Мы поженимся, если все будет хорошо, только после магспирантуры. Так что, полгода на вопли в ателье и сглаз несчастных швей у тебя имеется. - Молчи, Гроттерша, ты все равно ничего не понимаешь в моде, но ничего – время, чтоб тебя хоть слегка пригладить, у меня еще есть. - Вряд ли Таня нуждается в твоем «приглаживании», - тихо, но четко произнес Бейбарсов, сжимая Танину ладонь. – Она и так самая красивая, ей этого не нужно. - Ну, я же тебе говорила – извращенец твой некромаг, - с удовольствием припечатала Гробыня, уставившись на покрасневшую Гроттер. Глеб понял, что это продолжение какого-то давнего разговора о нем. - Склеп, помолчи, а? – жалобно вздохнула Танька, понимая, что никакими силами невозможно закрыть рот болтливой ведущей. - Ты уже так долго нарываешься на грубое отношение, что я очень даже серьезно склоняюсь к тому, чтобы подпортить тебе твою прическу и радужное настроение по поводу карьерного взлета. - Я помогу, малышка? – некромаг, нехорошо прищурившись, вздернул бровь, недвусмысленно покачивая тростью в руке. - Но-но, Мочияблочкин, только без рук, - Гробыня поспешно спряталась за Гломовым, смотрящим по зудильнику бокс и потому участия в беседе не принимающего. – А ты, Танька, скажи своему ненормальному, что здесь ему не Алтайская глушь, а цивилизация, так что, пусть не думает, что его некромагии все тут боятся! - А не буду думать. Я просто прокляну, - спокойно пообещал Бейбарсов своим коронным невозмутимым тоном, от которого даже Сарданапал, порой, чувствовал себя неуютно. Но Таня, взглянув на ГлеБа, заметила ироническое выражение в глубине его глаз. - Тебе помочь? – чересчур заботливо осведомилась она у некромага. - Ну, что ты, Таня, сам справлюсь! – Глеб уже сделал вид, что поднимает трость. Гробыня, пискнув, нырнула за диван. - Ладно, Глеб, не будем спешить, а то кто будет у нас на свадьбе свидетельницей? Не Пипу же мне звать! – Таня, смеясь, схватила некромага за рукав. Бейбарсов словно задумался. - Да? – произнес он сомневающимся тоном. – Ну, раз ты так настроена на свадьбу, тогда свидетельницу надо оставить живой и здоровой. И, если ты точно скажешь, что выйдешь за меня, я Склепову, пожалуй, не трону. - Это что, шантаж? – возмутилась Гроттер, едва сдерживая смех. – Ты снова за свое, Бейбарсов? - Гроттерша, я не поняла, что ты выпендриваешься? – раздался из-за дивана приглушенный вопль. – Тут твою подругу убивают, а она стоит и раздумывает! Ну, говори быстрей! - Молчи, Склеп! Ты меня с мыслей сбиваешь! – Таня нахмурилась, словно раздумывая. Бейбарсов, хоть и понимал, что она шутит, все же внимательно смотрел на неё, стараясь по выражению лица понять, как настроена любимая девушка. - Так что ты решила? – проговорил Глеб, глядя на Таню. О Склеповой он уже забыл. - Я выйду за тебя, Бейбарсов, - кивнула Гроттер, слегка покраснев. – Надеюсь, ты не будешь решать проблемы, хватаясь за трость и проклиная всех направо и налево. Глеб утвердительно кивнул, а в черных зрачках вспыхнула радость. - Постараюсь, малышка. Но даже у некромага есть свой предел терпения, слышишь, Склепова? – грозно обратился он к спинке дивана, из-за которой слышалось ехидное фырканье, хотя хозяйка предусмотрительно не спешила вылезать. - Наконец-то решилась! – шорох усилился, и на свет вылезла Гробыня. – Ну, все, Танька, теперь не отвертишься! Хоть что-то от тебя услышала вменяемое! А то говоришь ей, говоришь, что за некромага надо выходить, а она только вздыхает и смотрит круглыми глазиками, как лань трепетная! Ты что-то там про терпение говорил, Ковыряйбатончиков? А, представь, сколько терпения должно было быть у бедной Гробынюшки, когда она шесть лет жила с этим рыжим чудовищем в одной комнате? И постоянно говорила ей в последнее время, чтобы она не смела обижать бедненького мальчика с тросточкой! Так что, Выноситрупиков, в твоем скромном и сомнительном счастье есть и моя заслуга! Поэтому попрошу без гнусных намеков! И, Танька, на днях ко мне прилетишь, будем тебе платье выбирать! - Склеп, ты что, с пылесоса упала? Тебе же сказали – полгода минимум! Какое платье? - Сиротка, полгода – это очень мало, сама поймешь, когда увидишь каталоги и магвазины. Видишь ли, Гроттерша, - тут Гробыня перешла на доверительный шепот, - есть много интересных мест на свете, кроме драконьего ангара и могил давно почивших волхвов. Так что, без разговоров, Танька! Я не хочу, чтобы на свадьбе, рядом с нарядной и прекрасной мной, стояло какое-то недоразумение в обносках! К тому же, твой Крутитросточкин еще перепутает тебя со мной перед алтарем! Он же что-то говорил о красоте своей невесты, а это явно не ты! - Склепова, утихни! – в унисон произнесли некромаг и Таня, и радостно засмеялись. Сразу же к ним присоединилось хихиканье телеведущей, и даже Гломов, безучастный к подобным разговорам, издал какой-то смешок, больше похожий на уханье какого-то крупного филина. *** Попрощавшись с Гробыней и её супругом, маги, усевшись на Танин контрабас, взяли курс на Тибидохс. Некромаг и Таня, прижавшись друг к другу, чувствовали себя счастливыми и свободными. Да, им предстоял нелегкий разговор с директором, которому предстояло объяснить, откуда они взяли Зеркало, им же, директором, собственноручно уничтоженное; им предстояли выяснения по поводу налета на Магщество, использования запрещенного заклинания «Крада»; также, на очереди было поступление в магспирантуру для ГлеБа. И, самое трудное, им предстоял безумно сложный период совместного сосуществования, когда первая, сумасшедшая страсть слегка затихает, оставляя место повседневности и притирке характеров, которые у обоих далеко не идеальны. Таня понимала, как трудно будет справиться с упрямством и чувством собственности ГлеБа, если он даже сейчас, находясь с ней вдвоем, над пустынным океаном, прижимает её к себе так, словно показывает, что она принадлежит только ему! А что будет, если к ней подойдет поболтать, к примеру, тот же Пуппер? Таня вздохнула – она знала не понаслышке, что будет! Но… ладно, насчет этого они все выяснят, возможно, Бейбарсов поймет, что ревность в подобных ситуациях неуместна? Да и, вообще, зачем загадывать, может, Пуппера она больше и не увидит, из-за чего, кстати, ничуть не огорчится. С Ванькой, конечно, будет сложнее… - Надеюсь, ты думаешь обо мне, малышка! – вкрадчиво проговорил Бейбарсов, касаясь губами её виска. Таня почувствовала, как по телу пробежала знакомая дрожь от его прикосновения. - Ну… можно и так сказать, - Гроттер поняла, что её опасения насчет ревности тут же получат подтверждение, если она скажет, что думает о Пуппере и о Ваньке. И этот ревнивый собственник даже не выслушает, ЧТО именно она думает о них. Он просто промолчит, а потом телепортирует в Магфорд или на Иртыш, к примеру. Нет уж, лучше промолчит она, во избежание, так сказать, решения проблем в стиле Бейбарсова. Пока Глеб еще не до конца поверил, что та, кого он любил и ждал всю сознательную жизнь, наконец-то с ним рядом, да Таня и сама не верила в то, что, сделав свой выбор, она чувствует себя так легко и свободно. - Главное – мы вместе, малышка, - прошептал некромаг, крепко обнимая Таню. – Я знаю, ты думаешь о том, как нам будет трудно, я прав? - Ты что, подзеркаливать еще умеешь? – подозрительно нахмурилась Таня, прикидывая, какой же мощный блок надо ставить от наглого некромага, чтобы он не контролировал её постоянно и не лез в мысли, для него не предназначенные. - Нет, конечно, - ухмыльнулся Бейбарсов, - но у тебя все твои мысли написаны на лице огромными светящимися буквами. - Учту, - пробормотала Таня, понимая, что надо быть более сдержанной, а то Бейбарсов будет в курсе абсолютно всех мелочей, не оставив ей даже иллюзии свободы, что будет изрядно мешать их отношениям. - Таня, ты что, думаешь, я буду лезть в твои дела? – Гроттер почувствовала, как голос некромага, шепчущий за её спиной, стал холоднее. – Неужели, ты так и воспринимаешь меня, как наглого и себялюбивого эгоиста, который только и хочет привязать тебя к себе и никуда не давать шагу ступить? - Не говори глупостей, Бейбарсов, - Таня покраснела, подумав, насколько точно он угадал её опасения. – Да, не скрою, будет трудно, но… Глеб, ты любишь меня? – слова вырвались помимо её воли, о чем она тотчас же пожалела. Нельзя показывать ему, как это для неё важно. Некромаг, сидя сзади неё на контрабасе, молчал, и Таня уже, было, обрадовалась, что он не расслышал её вопроса, как внезапно Глеб прошептал: - Ну, зачем ты спрашиваешь, моя хорошая? Ты же знаешь, что да, люблю, и хочу быть рядом с тобой всю жизнь! И я буду, Таня, если ты только дашь мне такую возможность! Таня слегка обернулась, чтобы посмотреть на некромага. Лицо ГлеБа было, как всегда, серьезным и непроницаемым, но в глазах светилась любовь. - Конечно, Глеб, мы будем вместе, - Таня счастливо откинула голову на плечо Бейбарсова, продолжая управлять контрабасом. – Я надеюсь, что мы решим все проблемы. - Особенно, если ты не будешь их создавать, - Таня почувствовала, как губы Бейбарсова, скользнув по её щеке, дрогнули в улыбке. - Кто бы говорил! – со смехом возмутилась она. – Я тихо и мирно сижу в школе, пишу магистерскую работу, лежу в магпункте с переломанными конечностями и никому не доставляю хлопот с украденными артефактами! - Ага! Только кто там попытался разнести Магщество вдребезги? – Глеб, засмеявшись, вдруг прижал Таню к себе. – Ты вытащила меня из Дубодама и чуть не разрушила «оплот магии»! Ответственность за эти твои поступки лежит на мне, малышка! Так что, не думай, что я буду где-то далеко от тебя, пока ты будешь бегать по тренировкам и думать о том, как бы тебе скрыться от приставучего некромага. - Я так и думала, что наступил конец моей вольной жизни! – притворно грустно вздохнула Гроттер. – Ну, что ж, посмотрим, кто кого перехитрит, Бейбарсов! И Таня, взмахнув смычком, придала контрабасу предельную скорость, так, что некромаг свалился бы в воду, если бы не отработанная годами реакция. - Посмотрим, Таня! – некромаг со смехом поцеловал девушку в плечо, и Таня, вздрогнув, вспомнила такой же поцелуй, когда она лежала в магпункте с переломанными костями и сходила с ума оттого, что не увидит больше Бейбарсова. - Пусть так, Глеб, - прошептала она тихо, чтобы некромаг не услышал. – Главное, чтобы ты всегда был рядом со мной, и больше мне ничего не надо! - Конечно, буду! – так же беззвучно прошептал некромаг за её спиной, ближе притягивая её к себе. Само собой, он ничего не услышал. Контрабас с приникшими друг к другу влюбленными, исчез в вихре разноцветных радуг Гардарики.