Тот, кто с тобою рядом...

Гроттер взглянула на Сарданапала, который, по случаю торжественного события, был одет в камзол эпохи Ренессанса, а его борода была заплетена в сотни косичек. Обведя глазами зал, Таня, словно во сне, видела вокруг родные и просто знакомые лица. Вот Шито-Крыто стоит у стены в черном, но очень идущем ей костюме из чешуйчатой драконьей кожи, покусывая от волнения губы, хотя лицо, как всегда непроницаемо. Вот Лена и Шурасик снова о чем-то спорят, но Таня замечает, что Шурасик держит Ленку за руку, что для тибидохского гения является высшей степенью показа своих чувств на людях. Рядом с ними Жанна, не слишком у неё радостное лицо, но все же, она улыбается. «Она рада за ГлеБа, хотя и предпочла бы быть на моем месте!» - царапнула Таню ревнивая мысль, но тут же растворилась в калейдоскопе знакомых лиц. Вот Ягун и Катя, обнявшись, ободряюще кивают ей. У Кати в глазах слезы радости, а Ягун шепчет что-то веселое, только по губам Таня может прочитать: «Вперед, Танька!» Вот располневший Тузиков у стены, а рядом с ним Зализина, лицо у Лизки недовольное, но видно, что истерику устраивать она не будет, и на том спасибо! Чуть дальше стоят подружки Пупсикова и Попугаева, шепчутся, обсуждая событие, но любопытство в глазах доброе. Таня перевела взгляд на Академика, который уже принял внушительный и серьезный вид. Его роскошная борода тихо подергивалась, но пока вела себя прилично, сознавая важность момента. - Ну, что ж, дети мои! – торжественно провозгласил Академик, но тотчас же смущенно сообразил, что такой тон допустим где-нибудь на собраниях, а не в данной ситуации. – В общем, Таня и Глеб, мы собрались… - Директор, не стоит, - тихонько перебил его некромаг. – Вы же знаете, что это всего лишь слова. Просто пожените нас, а все, что нужно, я скажу Тане и сам. Директор с неудовольствием поглядел на некромага, но вдруг улыбнулся: - Ты прав, не стоит вас задерживать. Думаю, я совершу формальности, ну, а остальное зависит от тебя. Скажу только одно – береги Таню, твоя любовь к ней – именно то, что делает тебя человеком. А ты, Танюша, - голос Академика слегка задрожал, - помни, что ради ГлеБа ты прошла страшные испытания. И никогда не забывай те чувства, которые бушевали в твоей душе при мысли о нем. Вот, собственно, и все, - развел Сарданапал руками, косясь на Гробыню, стоящую рядом. Телеведущая как-то подозрительно шмыгала носом. Таня даже удивилась, что Склепова может быть такой сентиментальной, но в это время Академик уже спрашивал, согласны ли они связать свои жизни друг с другом и прочее, что положено. Гроттер смутно помнила, как дрожащим голосом отвечала на вопросы, как четко и быстро отвечал на них и Глеб. Таня поняла, что некромаг боится, как бы их не прервали или не случилось еще что-нибудь непредсказуемое. И вот, наконец лукавое: - Можешь поцеловать жену! Глеб стремительно наклонился к Тане и она, словно проснувшись, увидела его глаза прямо перед собой. И такое потрясение, и счастье было в этих глазах, что Таня не смогла сдержать слез волнения. - Ну, что ты, маленькая моя! – прошептал некромаг дрожащим голосом. – Я же с тобой! Он нежно дотронулся до её губ, а вокруг, сразу же раздались торжествующие вопли присутствующих, дикие крики Поручика Ржевского, сразу же усмиренного Дрыгусом (кажется, сама Медузия постаралась!) и осыпающие всех розовыми карамельными сердечками купидоны, которым строго-настрого было запрещено использовать стрелы в полном зале. Со всех сторон к паре молодоженов ринулись поздравлять однокурсники. - Но-но, поосторожней, Тузиков, веник убери, дворника не вызывали… Лизон, может, валерьяночки, а то ты сейчас начнешь всех глазить направо и налево… Ягун, убери пылесос от Танькиного платья, варвар, откуда ты его взял, объясни? А, ну если подарок, то положи там, в уголок, они его завтра выбросят! – голос Гробыни раздавался то тут, то там в гомонящей толпе, в который раз доказывая, что хороший журналист будет успевать во всех «горячих точках». Глеб и Таня, стояли в толпе, принимая поздравления, но умудрялись совершенно не замечать беснующихся друзей, глядя друг на друга и просто улыбаясь мысли о том, что они вместе и больше никогда не расстанутся. - Ну, а теперь – приступим к свадебному пиру! – раздался зычный голос Сарданапала. На столах возле стен появились различные блюда, а молодцы из ларца носились по залу, подливая гостям морс и шампанское. Таня танцевала с ГлеБом первый свадебный вальс, затем, к ним присоединились и другие пары. Затем, Гробыня и Катя заставили Таню бросать свадебный букет, причем, ко всеобщему удивлению, он каким-то непостижимым образом свалился на руки Аббатиковой. Жанна очень удивилась, но видно было, что некромагиня рада, хотя и делает вид, что ей все равно. Звучали веселые поздравления Ягуна, который негласно взял на себя роль тамады. Академик тайком от Медузии подливал в свою чайную чашку что-то очень похожее на чай по цвету, но запах дорогого коньяка доносился аж в другой конец зала. Доцент Горгонова усердно делала вид, что обоняние у неё резко отключилось, понимая, что такие праздники, как свадьба в Тибидохсе – событие редкое, и закрыть глаза на любовь Директора к не совсем подходящим педагогу напиткам все-таки придется. Таня и Глеб стояли чуть поодаль от веселящихся сокурсников и тихо говорили о чем-то своем, что отражалось только в их взволнованных и страстных взглядах. Гробыня, поняв, что здесь она лишняя, пробормотала пожелания счастья, которые, если к ним прислушаться, больше походили на комментарии к её «Шоу со знаменитыми покойниками», умчалась танцевать с Гломовым, а новобрачные, выдержав первые пару часов тостов и поздравлений, тихо скрылись из Зала под заклинанием невидимости, наброшенным Глебом. Впрочем, горячительных напитков на свадьбе было много, поэтому почти никто и не заметил бегство виновников торжества. - Ух, слава Древниру, удалось! – Таня потянула ГлеБа к своей комнате. – Что-то мне надоело сидеть в такой духоте! - А мы и не будем! – некромаг поцеловал жену. – Малышка, как ты относишься к тому, чтобы прогуляться со мной перед сном? - Конечно, только не в этом виде, - Таня провела ладонью по белому атласу. – Подожди минутку, я переоденусь, не в платье же мне гулять! - Тогда встречаемся через пять минут возле твоей комнаты. Я зайду за тобой, - Глеб пылко поцеловал жену. – Мне тоже надо одеть что-то попроще, а то меня можно будет перепутать с особо чопорным призраком. Таня засмеялась, мельком подумав, что бледное красивое лицо ГлеБа и его длинные черные волосы, вкупе с таким же черным костюмом, и вправду, придают Бейбарсову вид привидения вампира или аристократа. - Зайди за мной через пять минут, я буду готова, - шепнула она, оторвавшись от губ некромага, и исчезла в своей комнате. Нацепив рубашку и джинсы, а сверху набросив пальто, Таня сняла с шеи жемчужное ожерелье и выскользнула из комнаты. Некромаг уже ждал её. - И куда мы пойдем, Глеб? – Таня с азартом смотрела на мужа. - Знаю, что ты, как и я, не очень-то любишь толпу, - улыбнулся ей Бейбарсов. – Поэтому, мне хотелось бы просто побыть с тобой вдвоем, ты не возражаешь? - Смотря куда меня утащит страшный некромаг, - засмеялась Таня. – А то на кладбище сейчас было бы не очень уютно. - Не сейчас, там мы с тобой уже были пару месяцев назад, - Бейбарсов усмехнулся и осторожно обнял девушку, памятуя о её положении, мысль о котором приводила Глеба в состояние эйфорического блаженства. - Всего лишь… Тут Глеб произнес заклинание телепорта и через мгновение влюбленные оказались на берегу океана, прямо на высокой скале, о которую бились ночные волны. Глеб, сняв с себя пиджак, бросил его на камень, чтобы Таня могла сесть и опустился рядом с ней. Таня поежилась – была уже зима, и резкий холодный ветер пронизывал до костей. Глеб же мгновенно прошептал заклинания Щита и построил вокруг них магически и природно непроницаемую сферу, в которой мгновенно стало тепло. Еще одно движение пальцев – и в руке некромага появилась фигурная бутылка с высоким горлышком и два тонких высоких бокала. - На свадьбе полагается пить шампанское, - Глеб разлил золотистую пузырящуюся жидкость в бокалы и протянул один Тане. – За тебя, Таня! - За нас! – поправила его девушка, и раздался тихий звон бокалов. Таня поднесла вино к губам. Некромаг, не отрываясь от её глаз, пил свое шампанское. - Бейбарсов, это же сладкая вода! – возмущенно ахнула Гроттер. – Ты что, превратил вино в воду? - Ты рассуждаешь, как лопухоид, - засмеялся Глеб, отставив свой бокал. – Обычная трансформация на молекулярном уровне. И потом, я ни за что не позволю, чтобы ты в твоем положении пила спиртное, слышишь? - Но.. это всего лишь шампанское! – угрюмо произнесла Таня, впрочем, допив свой бокал. – И мне можно!.. - Не стоит, малышка, - некромаг обнял свою любимую. – И не злись, прошу тебя! Могу утешить тебя тем, что и я пил то же самое, так что – никакой дискриминации! Таня смотрела в смеющиеся глаза некромага и понимала, что совершенно не может злиться на этого тиранствующего будущего папашу. - Ладно, я и так терпеть не могу шампанское! – вздохнула она, прежде чем раствориться в его поцелуе. - Ну, как тебе свадьба со страшным некромагом? – прошептал Глеб, отрываясь от Тани. – Ты не сильно испугалась? - Пока некромаг совершенно не оправдывает свое реноме, - Гроттер, засмеявшись, провела рукой по плечу Бейбарсова, положив голову ему на грудь. – Все было настолько идеально, что у меня начал возникать стойкий комплекс неполноценности. Но и у тебя случаются проколы, Бейбарсов! Ты позволил совершиться ужасному преступлению! - Это какому же? – нахмурился Глеб, сразу прикидывая, чего он недосмотрел. - Ну, как же? – фыркнула девушка, стараясь сохранить серьезный вид. - Ты не смог защитить сливки на нашем свадебном торте – их сглазил Горьянов! И все гости остались без сладкого! - Ты плохо знаешь своего мужа, - снисходительно усмехнулся Бейбарсов, словно между делом погладив длинными тонкими пальцами Танину шею, от чего по телу девушки пробежала знакомая дрожь. - Я подумал об этом. Тортов было три. Остальные стояли далеко от Демьяна. - Ты слишком предупредителен, Бейбарсов, - Таня прерывисто вздохнула, приникая к некромагу. – Интересно, есть что-то, что ты бы не предусмотрел? - Представь себе, да, - пальцы ГлеБа продолжали скользить по нежной коже. – До недавнего времени я совершенно не думал, как назвать своего ребенка. Я… так тебя люблю, малышка! Голос некромага дрогнул. «Он же до сих пор не может до конца поверить в то, что станет отцом!» - внезапно с трепетом подумала Таня. Она обвила руками его шею, обдав теплым дыханием: - И я люблю тебя, Глеб! У нас будет время, чтобы выбрать имя! Вот сядем и выберем. Вместе. - Конечно, только давай сначала узнаем, кто у нас будет, - кивнул Бейбарсов. – Хотя, мне все равно, я уже люблю его или её. Знаешь, я чувствую себя сейчас таким сильным, что мог бы мир перевернуть. Ради тебя, Таня! Только потому, что рядом есть ты и маленький. И тебе больше не придется никогда быть одной, метаться в поисках и выборе нужного решения, думать о том, что будет завтра. Потому что у тебя есть я, твой муж, Глеб Бейбарсов, который поклялся перед всеми, что сделает тебя счастливой. А некромаги, как ты знаешь, выполняют свои обещания! - Я смотрю, некромаги – просто клад для семейной жизни! – пошутила Таня, чтобы не показать, насколько она взволнована. – Надеюсь, что и ты, Бейбарсов, никогда больше не будешь скрывать от меня ничего. И принимать эти самые решения мы будем вдвоем. Глеб кивнул, не отрывая взгляд от любимой. А затем снова медленно приник к её губам. Они долго еще сидели, глядя на ночное зимнее море, шумящее под ногами. И были поцелуи, и дрожь прикосновений, и клятвы, и полная глубокой и всепоглощающей страсти ночь любящих друг друга людей. Уже под утро, засыпая в объятьях ГлеБа, Таня ощутила чувство уюта и счастья от того, что не надо быть упрямой драконболисткой с железным характером, которая спасает мир и доказывает свою правоту всем вокруг. Она может быть просто слабой девушкой, о которой заботятся и которую любят. Она скоро будет мамой, а рядом с ней и малышом будет и её любимый человек, с которым они проживут всю жизнь и будут счастливы. Несмотря ни на что. Потому что, они - вместе. И так будет всегда, пока существует любовь. конец