Неполноценный

      Гарри сидел на кухне и доедал свой завтрак, как вдруг ввалился разъярённый дядя Вернон: -Что это за дрянь?! Мужчина бросил мальчику в лицо разорванные клочки бумаги, на которой можно было прочитать некоторые буквы, выписаные зелеными чернилами. -Эээ… Клочки бумаги? — послышался тихий скрип в ответ. -Это то самое письмо, которое я выбросил! Откуда оно у тебя?! Гарри промолчал и сделал вид что ничего не слышит. «Так будет лучше», -думал мальчик в тот момент. -Что это ты замолчал?! Я вижу, что ты лжешь, отвечай! -Я… Я не знаю…       Мужчина сильно разозлился и выбросил письмо в камин. После чего подбежал к мальчику и потянул его за ухо вверх, из-за чего послышался недовольный крик и шипение в ответ: -Больно! -Больно?! Так вот, слушай сюда, если я опять увижу у тебя в комнате эту дрянь, я запру тебя в подвале до конца твоих дней!!!       Дядя кричал как можно громче, чтобы мальчишка его услышал. Через минуту мучений Гарри все же отпустили, после чего мальчик, схватившись за свое больное ухо, сел обратно за стол. Мужчина ушел в гостинную досматривать утренние новости, а Гарри со злостью провожал его взглядом. Когда дядя ушел, за окном кухни показалась еще одна рыжая сова. Но не такая, как в прошлый раз, будто вылитая из меди, а словно сшитая из осенних листьев. У этой совы тоже было письмо в клюве. Мальчик с радостью открыл окно и получил уже третье по счету письмо. Гарри посмотрел на адрес и увидел знакомый текст, написанный, уже привычными для глаз, зелеными чернилами. Мальчик сразу же решил его спрятать, но куда? На кухне всегда тетя Петунья, тут спрятать его не возможно! Карманов в этой старой и потертой одежде нет, одни дырки… Видимо придется выбросить письмо. С большим камнем грусти на душе мальчик сделал это.       Дальше день прошел без изменений: школа, смешки одноклассников и очередной удар по носу от кузена.       Вот уже и вечер. Писем и сов не было. Вся «семья» в сборе за столом. На ужин был салат и котлета. Все сидели и ели. Молча. По телевизору, уже в который день, передавали новости о сотнях сов, паривших над городом. И именно в этот момент несколько десятков пернатых почтальонов постучали в окно, которое никто в кухне даже и не подумал открыть. Дядя Вернон наоборот запретил всем открывать окна и двери, чтобы эти совы не влетели в дом. Гарри посмотрел на сов с грустью. На глазах стали появлятся маленькие слезинки. Мальчику было очень скверно от осознания того, что эти совы, возможно, его единственно спасение из этого дома, и это спасение сейчас жалобно долбило десятками клювов в окно.       Воскресенье. Дядя Вернон радовался этому дню.       -Сегодня воскресенье, а значит сегодня не будут разносить письма!       Гарри не слышал этих слов, но по лицу дяди понимал, что тот рад. Дядя и остальные родственики кричали исключительно, чтобы сказать что-то Гарри, или же, когда кричать совсем не хотелось, они показывали на языке жестов. Дядя говорил спокойно, но мальчкику все равно было скверно от того, что он видел как этот толстый свиночеловек смеялся!       Беда откуда не ждали. Из камина вылетело порядка сотни писем! Всю гостинную наполнила желтоватая бумага. Гарри с радостью смотрел на письма. Если бы это был розыгрыш, никто бы и не мучался над написанием этой сотни писем! Дядя был в ярости: -Мы переезжаем! Дадли и Петуния негодовали, с чего это вдруг переезд?! Но дяде было абсолютно все равно на их мнение. Его окончательно выбесило все это — все эти письма и совы… Гарри расслышал его слова и тоже оказался не рад переезду. Дядю ничего не волнавало. Он был серьезно настроен уехать подальше от писем и крылатых почтальонов.