Братство Рассвета

Сехун и Айрин за весь путь больше не проронили ни слова. Они ехали, молча, даже когда делали небольшие привалы, девочка и то, молча, поглощала пищу или же лежала, отвернувшись, от блондина. Он же постепенно привык к тишине и безэмоциональному лицу девочки, и просто продолжал ехать по четкой дороге, которая приведет его домой. И вот путники, наконец, достигли главной резиденции семьи Тавтонг. Как только стражники увидели, кто перед ними, так сразу открыли ворота. Девочка с восхищением осматривала огромный дворец, отмечая масштабность и красоту постройки, Сехуну же такая реакция льстила. Как только во двор выбежали слуги, они низко поклонились блондину, с удивлением смотря на маленькую девочку, которая приехала с их господином и на данный момент пряталась за юношей. — Этот ребенок спас мне жизнь, так что дайте ей еду и кров. Я самолично буду наблюдать за вашими действиями в ее сторону, — слуги сначала с недоверием посмотрели на господина, а потом перевели свой взгляд на ребенка, но приказ первого наследника не обсуждался. — Господин, вы должны приготовиться. До похорон вашего старшего брата остались считанные часы, — не поднимая глаз, проговорила служанка. — Я зайду в свою опочивальню позже, сейчас мне нужно навестить кое-кого. Вы можете быть свободны, — слуги нервно сглотнули, но противиться не могли. Они лишь еще раз поклонились и удалились за массивной дверью замка. Девочка перевела взгляд со слуг на Сехуна и немного удивилась, увидев на его губах легкую улыбку. Казалось, он, действительно, счастлив, вернуться домой. Хотя ребенку трудно его понять. — Сейчас мне нужно идти к одному человеку, не хочешь познакомиться с ним? — улыбаясь, сказал Сехун. Девочке было странно видеть Тавтонга таким, но в то же время и любопытно кем же окажется этот человек, что смог растопить сердце такого холодного принца. Она кивнула головой и пошла вслед за блондином, в противоположную от замка сторону. Зайдя в небольшую пристройку, они целенаправленно вошли в одну из комнат прислуги. Сехуну не терпелось поговорить с Луханом, и на радостях он слишком резко открыл дверь, чем распугал остальных слуг, но его встретила лишь пустая комната. Блондин немного нахмурился такому стечению обстоятельств, но успокоив себя тем, что Лу скорее всего сейчас работает, он решил прийти в другое время, а возможно судьба сама сведет их в стенах замка. Девочка пролезла через руку Сехуна и с интересом осмотрела комнату. В ней было так пусто, возникло ощущение, что здесь никто не живет. — Видимо, Лухан сейчас работает, так что нам лучше уйти отсюда. Я познакомлю тебя с Госпожой Ли, она покажет где твоя комната и расскажет, что теперь тебе нужно делать, — девочка лишь кивнула. — Тогда пойдем, — уйдя из комнаты, ребенок еще раз взглянул на пустое помещение и нахмурился, но услышав зов Сехуна, она поспешила за ним.

***

— Госпожа Ли, теперь это одна из ваших слуг. Ее зовут Айрин, — представил девочку Сехун, на что та лишь смущенно поклонилась пожилой даме, вторая в свою очередь почтительно улыбалась ребенку и блондину. Она любила детей, хотя сама их иметь и не могла. В детстве Госпожа Ли была его нянечкой, и Тавтонг мог ей доверять воспитание девочки, — Кстати, я хотел вас спросить. Где сейчас Лухан? — лицо женщины сразу омрачилось. Она заметно напряглась, когда дело зашло о юноше. — Лухан, — Госпожа Ли выдохнула, — Никто не знает, где он сейчас. Мальчик исчез, как только пришла весть о смерти вашего старшего брата, слуги никак не могут его найти. Есть подозрения, что он сбежал, — Сехун нахмурился. Лухан сбежал? Что в голове у этого ребенка. Он сильнее стиснул кулаки и уже хотел бежать, искать Лу, и у него это бы удалось, но женщина быстро уловила перемены в настроение Тавтонга, и словно остужая его пыл, добавила, — Вам нужно готовиться к похоронам брата, гости уже прибывают в замок. Если вы, не дай Бог, не появитесь на церемонии, то могут поползти нелицеприятные слухи, а вам, как будущему главе семьи нужно следить за репутацией, как никто другой. Я отправила людей, они ищут его, — последние предложение она сказала мягко, и Сехун действительно остыл. — Отец знает? — Нет, я послала людей тайно. Ваш отец ни о чем не догадывается. Вам пора идти, я присмотрю за девочкой, — Тавтонг легко кивнул, как всегда, Госпожа Ли продумывала все на два шага вперед. Главное, что бы отец не узнал о том, что они тайком ищут Лухана, а то и Сехуну, и Госпоже Ли, не поздоровится. Попрощавшись, он вышел из комнаты, не заметив печальный взгляд детских глаз.

***

Сехун вошел в свою опочивальню и первое, что он увидел, было траурное платье. Комната не изменилась, за то время пока его не было. Высокие потолки, огромная кровать с балдахином, книжные шкафы, когда он зашел в нее, то почувствовал холод, словно из помещения высосали все тепло и свет, оставив только серые обои и массивные шторы, что не пропускали свет. Подойдя ближе к платью, Сехун, как по инерции прошелся длинными пальцами по ткани, очерчивая подушечками пальцев узоры. Его взгляд не был тут, он был где-то далеко, где-то в чертогах разума или в плену эмоций, трудно было сказать. Глаза предательски защипали. Воспоминания о брате, похороны, которые скорее походят на обычный светский бал, Лухан, что оставил его в такое трудное время. Возможно, Лу боялся, что отец захочет избавиться от него. Возможно, обиделся на Сехуна за то, что не взял его с собой в Братство. Или просто устал от давления. Блондин не знал причину, но знал, что рано или поздно найдет его и больше никогда не отпустит. Лухан должен увидеть, как Сехун становиться главой семьи, обязан. — Господин, — одна из служанок вывела его из отрешенного состояния, заставив вздрогнуть. Он обернул свое лицо на нее. Девушка, немного икнув, опустила ниже голову и продолжила смущенно лепетать, — Ваша ванная готова, Господин. Сехун молча, кивнул и еще раз взглянул на траурную одежду. Как же он хотел разорвать ее в клочья, но вместо этого резко развернулся и ушел из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.

***

— Мой сын был поистине великим человеком. Прекрасный воин, великолепный лидер, любящий муж, и хороший человек. Он мог бы привести нашу семью по дороге величия и процветания. Надеть корону и быть достойным правителем, но судьба решила иначе. Тавтонг О Мино, погиб, как герой на поле битвы, защищая честь своей семьи. Я верю, что он сейчас в лучшем мире, где всегда светит солнце, а люди не знают, ни горя, ни бед. Как отец, я горжусь тем, что воспитал такого сына, и искренне ненавижу тех, кто забрал его у меня. Смотря на безжизненное тело в гробу, мое сердце обливается кровью. Как глава семьи Тавтонг, я надеюсь, что смерть первого наследника не будет напрасной, как и все жизни, что забрала гражданская война. Наша семья, и люди, что искренне ее поддерживают, смогут доказать безродным псинам, кто истинный правитель Моровинда. Запомните этот день, ведь сегодня начинается обратный отсчет до нашей победы над Висентами. Покойся с миром О Мино, — поднимая бокал с алым вином, сказал глава Тавтонгов, вся присутствующая знать последовала его примеру, осушая кубок до дна, и Сехун не стал исключением. — Наконец, этот старикан закончил свою нудную речь, — насмешливо произнес женский голос. Блондин удивленно обернулся, ведь в этом доме никто не мог так сказать про отца. Перед его взором предстала эффектная женщина, с тонной пудры на лице, мушкой над губой, алыми губами и в черном платье с глубоким вырезом. Она в ответ взглянула на Сехуна и растянула свои пухлые губы в самодовольной улыбке. Блондин резко отвел взгляд, чтобы избежать этого оценочного взора женщины, которая вела себя слишком нахально. — Если я не ошибаюсь вы, Сехун? Второй сын лорда, — начала беседу женщина, не спуская взгляда с блондина, она сняла с левой руки кружевную перчатку и протянула ее юноше, — Я Ан Хваса, вдова лорда Ана и на данный момент человек, который распоряжается всем его имуществом, землями и остальной мелочью, — Сехун робко поцеловал руку женщины. Он слышал о ней, в обществе таких, как эта дама, называли «охотницей за деньгами». Выбиться из грязи в князи не каждый сможет, поэтому многие завистники или те, кому эта женщина отказала, смешивали ее с грязью ежеминутно. Даже сейчас, Сехун слышал гадкий шепот от других сливок общества, которые на данный момент тщательно перемывали им за спиной кости. — Не знал, что вы были знакомы с моим братом, — напрягаясь, от взглядов направленных в их сторону сказал юноша, на что Госпожа Ан только прикрыла легкую улыбку своим веером. — Мы мало общались, в основном только спали, — женщина видела, как смутился Сехун, и только еще больше расширила свои губы в улыбке, — Он был хорошим человеком и страстным любовником. Возможно, если бы Мино был из другой семьи, то не умер бы так рано. Какая жалость, — переведя взгляд на надгробие погибшего, с наигранной грустью сказала женщина. — Так, что вам нужно от меня? — Я хочу предложить вам союз, — глаза Сехуна расширились от удивления, а женщина тихо засмеялась, — Это не то, о чем вы подумали. Как глава одной из влиятельных семей я хочу поддержать вас, как первого наследника и только. Думаю, в вашем положении такой союзник не помешает. — Почему я должен верить вам? Вы меня совершенно не знаете. — Со скепсисом спросил Сехун. Эта женщина не внушала ему доверия. Госпожа Ан, словно почувствовала это и снова натянула свою самодовольную улыбку. — Я знала вашего брата, и я знаю, что его смерть не случайна. Пока вас не было, погода в семье Тавтонг значительно поменялась, и поверьте, попутный ветер дует далеко не в вашу сторону. Можно сказать, что своим предложением я спасаю вас от верной гибели. Можете не верить мне, но я нужна вам так же, как вы мне, — ее карие глаза, словно смотрели в душу Сехуна. Он нервно закусил губу и поспешно начал взвешивать все «за» и «против», пока не понял, что как такового выбора у него просто- напросто нет. — Хорошо, я принимаю предложение, но что вы имели в виду под попутным ветром? — А вы, наконец, начали задавать правильные вопросы, Господин Тавтонг, — женщина вновь надела свой хищный оскал, а в глазах заиграл азарт, — Пока вы были в отъезде, ваш младший брат начал подготавливать почву для собственной игры. Многие дома поддерживают его, и я уверена, как только выдастся шанс, они уберут вас, как убрали вашего старшего брата, — Госпожа Ан говорила тихо, так что только Сехун мог ее слышать, параллельно смотря по сторонам, что бы ни дай Бог, их разговор кто нибудь подслушивал. — Я знаю об этом. Когда я ехал сюда, на меня было совершено покушение, и если верить словам одной особы, это подстроил не кто иной, как Вонбин. — Поэтому, вы должны переиграть его. — Но как? — Убейте его, — слова женщины были серьезны. Сехун был шокирован. Тавтонг еще раз посмотрел по сторонам и увидел, что остальные вельможи были заняты светскими беседами и не обращали на них никого внимания. Но даже после этого он чувствовал себя, словно на иголках. — Что вы такое несете? — недоумевая, спросил Сехун. — Нет человека, нет проблем. Подстройте его смерть, яд, болезнь или же упал с крыши, кто знает. Это будет самый легкий вариант. — Я не буду убивать своего брата, — прошипел сквозь зубы Сехун. — Значит, вы не хотите идти по легкому пути. Отлично, тогда найдите другой способ спасти свою шкуру и не заснуть навеки, как ваш старший брат, — женщина говорила спокойно, но нотки раздражения в ее голосе, все-таки давали о себе знать, — Сейчас, мне нужно идти, и запомните, что я ваш главный союзник в этой игре. Поэтому, не натворите глупостей, молодой лорд, — Госпожа Ан, напоследок сделала реверанс и поспешила удалиться с глаз юноши, оставляя его одного на растерзание «светских жирдяев», как она сама любила называть людей высшего общества. Войдя в помещение дворца, она, звонко цокая каблуками, направилась быстрыми шагами к выходу, чтобы, наконец, сесть в свой экипаж и покинуть это гнилое место. Поднимая пышные подолы, она торопилась. Поэтому не заметила девочку, что выскочила из-под лестницы прямо ей под ноги. Запутавшись в подолах пышного платья, женщина упала вместе с ребенком. — Прошу прощения, я случайно, — пытаясь встать на ноги, лепетала девочка, неловкость снова подвела ее, и она нечаянно дотронулась до напудренного лба женщины. Вдруг, ребенок словно замер, и Госпоже Ан ничего не оставалось делать, кроме как подвинуть его и попытаться встать самой. Она возмущенно кричала на ребенка, чтобы тот встал, но девочка, словно крепко спала с открытыми глазами. Если бы не Госпожа Ли, которая забрала ребенка, а женщине помогла встать, то неизвестно сколько девочка могла так просидеть. Она с ужасом смотрела на человека перед собой, все ближе прижимаясь к Госпоже Ли. Когда дама отряхнулась и что-то шикнула напоследок, поспешив скрыться из этого замка, то из противоположной стороны к ним приближался Сехун. — Что тут произошло? — недовольно произнес он, как только подошел к женщине и ребенку, провожая взглядом даму в черном. Девочка с испугом посмотрела на Сехуна, размышляя о том, говорить ему или нет. Нет, она не могла такое сказать. Он сам должен узнать об этом. Глубоко вздохнув, Айрин натянула на свои губы самую искреннюю, по ее мнению улыбку, сделав вид, что все хорошо. — Нет, я просто упала.

***

— Я сделала все так, как вы просили, — садясь в экипаж, сказала женщина. Напротив нее сидел мужчина в черном одеянии и загадочно улыбался. Госпожу Ан тошнило от этого оскала. — И что он ответил? — Сказал, что не будет этого делать, — улыбка вмиг исчезла с его губ, — Сказал, что найдет другой способ победить его. — Мягкотелый мальчишка. И он будет наследником Тавтонгов? Мне нужно сломать его, чтобы сделать истинным правителем. Все-таки мне придется это сделать, — женщина ужаснулась. Ее руки задрожали от осознания того, что именно хочет сделать человек сидящий напротив нее. — Нет, вы не можете. — Я не хочу оставлять свое дело таким бесхребетным существам, как они. Поэтому этот малец должен стать настоящим мужчиной и, наконец, познать всю сущность нашей семьи. Примет он жестокую правду или нет, от этого будет зависеть его жизнь. Если да, то он останется жить и станет наследником. Если нет, то отправиться вслед за братом. Все равно, я собирался рассказать ему, рано или поздно.

***

Как только поминальная служба закончилась, Сехун сразу же отправился в свою комнату, чтобы, наконец, побыть одному, вдали от этого лицемерного светского общества, что было пропитано тошнотворным запахам духов. Но не успел он войти в комнату, как увидел отца, который направлялся в сторону юноши. Он поклонился главе семьи и уже хотел повернуть ручку, как тот неожиданно заговорил с ним: — Я должен рассказать тебе кое-что. Иди за мной, — его отец, выглядел, как всегда, устрашающе. Сехун шумно сглотнул и пошел вслед за мужчиной. Они шли, молча по длинному коридору. Яркое солнце закрывали серые тучи, которые вещали не погоду, внизу подъезжали и уезжали богатые кареты. Служанки наспех убирали столы и стулья, остатки еды, которые остались после поминок. Коридор был необычайно длинным, Сехун не знал, сколько он уже идет за отцом, пока тот резко не остановился перед одной небольшой дверью. Мужчина достал из кармана большую стопку разнообразных ключей и начал искать в их разнообразии нужный. Когда нужный ключ нашелся, он вставил его в небольшую замочную скважину. Послышался щелчок. Дверь отворилась. — Иди за мной, поскольку теперь ты первый наследник, я могу рассказать тебе один из самых важных секретов семьи, — сказав это, глава семьи вошел в темноту. Морально подготовившись, Сехун направился вслед за отцом.

***

В это время на другом конце замка сидела девочка, низко опустив голову. Слезы прочерчивали соленый след по ее лицу, руки обнимали дрожащие плечи, а воспоминания снова подбрасывали ей картины из прошлого той дамы. Как же мерзко. Она должна сказать Сехуну, но боится. Лухан дорог ему, а если Айрин расскажет такое блондину, не сломается ли он? Горькая правда, которая рано или поздно откроется парню, или же сладкая ложь? Что ей выбрать. Ребенок закрыл руками голову, пытаясь успокоиться. Сейчас она сидела в комнате Лу. Ребенок не знал его, но ему было стыдно перед этим пареньком. А вдруг, это был простой мираж? Страшный сон, ведь такого не бывает. Есть один способ узнать. Айрин резко встала с места, всхлипывая и размазывая по раскрасневшимся щекам горькие слезы. Выбежав из комнаты, она поспешила к той самой двери, за которой и был скрыт главный секрет или же ее детская фантазия?

***

Перейдя порог, Сехун вместо комнаты увидел узкий тоннель, что вел куда-то вниз под землю. В коридоре пахло сыростью, из каменных трещин выл ветер, а крысы шмыгали из щели в щель. Блондин следовал за отцом, который уверенно шел вниз, а напряженная тишина, витавшая все, это время между ними, прекратилась. — Поскольку, ты теперь первый наследник семьи Тавтонг, я хочу открыть тебе маленький секрет. Что все, эти четыре десятка передавался из поколения в поколение, пока в конечном итоге не привел нас к успеху, прочертив дорогу к короне. А заодно и преподнести подарок в честь нового титула, — с усмешкой на лице говорил мужчина, на что Сехун только поежился. Подарок в день смерти сына, не слишком ли лицемерно с его стороны? Да еще в таком месте. Блондин не хотел думать, что именно это за подарок. Поэтому, только покорно продолжал идти следом, пока его отец что-то возбужденно рассказывал, — Ты помнишь, о чем я учил тебя с детства и твоих братьев? — Что у правителя не должно быть слабостей и страха. Глава семьи должен достигать своих целей и не важно, каким способом, — Сехун говорил это тихо, про себя, словно мантру. Отец лишь победно улыбнулся. — Именно, у правителя не должно быть слабостей и страха. Правитель, должен превращать свои недостатки в преимущества, как твой дед. Монстры, были помехой все это время. Они уничтожали посевы, убивали людей и сжигали города. Отвратительные существа, настоящие животные, от которых не осталось ничего святого. Но, что будет, если эти чудища станут на сторону людей? Что будет, если человек сможет подчинять себе монстра? Или же будет так же силен, как эти нелюди? — Сехуну не нравилось, в какое русло завел их разговор. Они уже у входа в неизвестное помещение. Огромная дверь с непонятным замком. О нахмурился, — Эти твари, что уничтожают страну, могут стать незаменимым оружием в наших руках, и не только Моровинд, а весь мир преклонится перед нашим величием, — все, что нес этот человек, было бредом сумасшедшего. Глава семьи встал перед массивной дверью и достал из внутреннего кармана небольшой ножик. Порезав себе руку так, что кровь хлынула из ладони, пачкая дорогие одежды, он положил ее на тусклую сферу. Как только мужчина это сделал, сфера засветилась, а двери отворились сами по себе. То, что увидел Сехун в следующие минуты, шокировало его. Начались рвотные позывы, а сам он не мог даже сдвинуться с места. А отец все не снимал свой оскал, наблюдая за реакцией сына. Адское зловоние, непонятные пробирки и части то ли людей, то ли монстров плавающие в формалине, амулеты, травы, окровавленные инструменты и еще кучи непонятного хлама. Глава клана пошел вперед, пока Сехун боролся со своим отвращением к этому месту и желанием убежать, как можно быстрее. — Все, что ты сейчас видишь, труды лучших умов Моровинда. Алхимики, целители, маги и ученые смогли создать все это, — неподдельное восхищение отца, пугало Сехуна. Сейчас, как никогда, он больше всего был похож на сумасшедшего, — Но недавно наши умы сделали настоящий прорыв в изучении монстров. Все это время мы грезили о том, чтобы создать идеального человека, скрестив его тело с чудищем. Ты только представь, его сила и выносливость будет превосходить людскую, одно такое существо будет равно десяткам, а то и сотням солдат. И вот, недавно наши труды вознаградились. Мы нашли способ для скрещивания человека и монстра. Чудище поймать было не проблема, а вот, что касается подопытного, тут дела были сложнее. И тогда, я вспомнил тебя, — глаза отца дьявольски сверкнули, а Сехун уже хотел бежать, но ноги будто приросли к полу, — Я вспомнил твою слабость Сехун. — Нет, — глаза Сехуна расширились от осознания происходящего, а тело задрожало, как осиновый лист на ветру, — Ты не мог! — Еще мог, сынок, вот венец моих творений, — отец подошел к одной из огромных капсул и сорвал ткань, что закрывала все это время от глаз посторонних «великое изобретение». Лухан. Что они с ним сделали? От ужаса Сехун упал на колени, не веря, что такое может произойти в реальности. Человек, чью красоту не могли превзойти даже боги, сейчас стоял перед ним искалеченный и изуродованный. Руки, что так любил целовать Сехун, были зверски отрезаны, а на их месте неряшливо, черными нитками были пришиты уродливые лапы чудища. Ноги тоже были ампутированы, их место заняли мерзкие копыта. От поясницы, вплоть до лица юноши были видны синие язвы, переплетавшиеся с вздутыми венами. Глаза закрыты, но было видно по дорожкам алых слез, что с ними тоже что-то сделали. — Отец, как ты мог такое сделать? — в истерике кричал Сехун, не понимая как это возможно. Он с трудом встал с колен, пока отец любовно рассматривал свою работу. — Я лишь помог тебе избавиться от слабости и все. Ради тысячи жизней, не грех и пренебречь одной, — больше Сехун не мог сдерживаться. Он сорвался с места и ударил мужчину по челюсти, хватая того за грудки, блондин толкнул отца в один из шкафов, из которого выпали все банки с формалином, разбиваясь об пол. Взглянув под ноги, первый наследник увидел разбросанные внутренности людей и монстров. Еще больше ужаснувшись, он сжал горло отца, заставив того жадно глотать воздух. — Сколько? Сколько людей погибло от ваших экспериментов? Зачем все это? — сдавливая сильнее горло, кричал, как не свой, Сехун. Он был в ярости. Все, что было ему дорого, уничтожено в один миг. Все, что происходило в пределах этой комнаты, можно считать, как жестокое преступление против человечества, но, видимо, мужчина этого не понимал, он все также мерзко продолжал скалиться сыну. — Теперь, ты видишь наше величие? — хрипя, произнес мужчина, что еще больше разозлило юношу, и он был готов убить этого поддонка, которого совсем недавно звал отцом, в считанные секунды. О каком величии он говорит? Все, чем занималась их семья, было одним большим смертным грехом, расплачиваясь за который, они будут вечность гореть в аду. Сехун не готов взять на себя еще один. Его хватка ослабилась, а слезы потекли градом из его глаз, как только он представлял весь ужас, творящийся в этой комнате. Неужели, люди ради достижения своих целей готовы зайти так далеко? — Это не величие, — сквозь всхлипы говорил Сехун. Его нервы были на грани. Страх, отчаяние, бессилие и боль, все смешалось в один адский коктейль, разбивая юношу на миллион маленьких осколков, — Я расскажу всему миру о том, что вы здесь делали. Такие, как мы не имеют право носить корону, а уж тем более распоряжаться чужими жизнями, — блондин кричал не своим голосом. Оскал пропал с лица мужчины, меняясь нескрываемым раздражением. — Нет, ты никому не расскажешь, что тут было, — он встал с пола и со всей силы кинул камень в стеклянную тюрьму Лухана. Пошла небольшая трещина, через которую начал выходить едкий газ. Сехун в состоянии аффекта наблюдал за безобразным телом Лу, что пробуждалось от долгого сна. Веки рыжего паренька дрогнули, как и длинные пальцы с острыми когтями. Мужчина лишь победно улыбнулся. Разум Лухана всецело принадлежал ему, он не посмеет идти против своего хозяина, — Твоя слабость тебя и погубит, Сехун. Как только Лу сделал первый шаг, Тавтонг словно проснулся. Он побежал к двери, но та с грохотом захлопнулась прямо перед его носом. Заметив, что в него полетели различные книги и свитки, Сехун вовремя увернулся. Лухан перед ним во всей красе. Темные, безжизненные глаза и безэмоциональное выражение лица, делали его похожим на живого трупа. С животным рыком он набросился на О, пока тот отбивался от атак нечисти. Сехун боялся причинить серьезную травму Лу, но в то же время, понимая, что любимый уже давно мёртв, пытался отогнать от себя эти мысли, первым приоритетом ставя свою жизнь. Пытаясь обездвижить Лухана, блондин создал воздушный барьер, но это слабо помогло ему. Не ведома как, нечисть прорвалась сквозь воздушную стену и сразу же напала на парня. Они лавировали по всей комнате, разрушая ее бесконечными атаками. — Чего же ты ждешь, Лухан? Убей своего брата-любовника, — злорадно смеялся, где-то за кулисами глава клана. Но Сехуну и Лу было сейчас совершенно не до него. Они бились не на жизнь, а на смерть. Комната теперь была похожа на настоящее поле битвы. Сехун всеми силами отбивался, пытаясь взять ситуацию под контроль, пока монстр-Лухан, рыча, наносил все новые атаки. Блондин наколдовал воздушные стрелы, что пронзили ноги монстра и на некоторое время обездвижили его. Не церемонясь, Сехун из последних сил еще раз повторил атаку, но Лухан опередил юношу. Встав на лапы, он оттолкнулся, что есть мочи, и опрокинул Тавтонга младшего на пол. Замахиваясь для удара, блондин уже закрыл глаза, принимая свою смерть, как когтистая лапа ударила рядом с его головой. Открыв глаза, Сехун увидел смятение Лухана. Рычание смешалось с криком, а на лице появилась гримаса отчаянья и боли. — Уходи, — сдерживая свою сущность, процедил сквозь зубы Лухан. Отцу не понравились смятения монстра, и он нахмурился, глядя на то, как чудище медлит. — Убей его, — кричал отец, но нечисть стоял не двигаясь. Сехун отбежал от Лу и уже хотел идти, как услышал небольшой писк. Обернувшись, он увидел обездвиженного Лухана и возвышающегося над ним отца с окровавленной саблей, что насквозь пронзила тело. Вынув холодное оружие из Лу, он еще раз со всей силой вонзил его. Лицо монстра скривилось от боли, и он упал на колени, зажимая кровавые раны своими лапами. — Бесполезная игрушка. Даже с такой элементарной задачей не можешь справиться. Придется все делать самому, — выплюнул в лицо нечисти глава. Развернувшись спиной к Лухану, мужчина не успел напасть на Сехуна, как длинные когти вспороли живот мужчины. Изо рта отца, словно из фонтана брызнула кровь. Вытянув из тела когти, Лу упал в лужу его и отца крови. Задыхаясь, он плакал не человеческими слезами, и думал только о том, как поскорее покинуть этот мир. Закрыв глаза, он ощутил, что-то теплое у себя на щеке. Поняв кто это и глубоко в душе радуясь, что Сехун не оставил его, Лухан открыл глаза. — Убей меня, — шепотом произнес парень. Он взглянул на красные глаза Сехуна и легко улыбнулся, — Пожалуйста. Блондин только сильнее сжал зубы, предательские слезы снова вырывались наружу. Он встал с колен и, подойдя к отцу, забрал из рук того меч. Наклонившись к лицу Лухана, он в последний раз поцеловал его. Поцелуй смешанный с кровью и слезами. — Лухан, я не могу, — обессилено проскулил блондин. — Мне больно, Сехун, такому нечисти, как я нет места в этом мире. Пожалуйста. Тавтонг кивнул. Убить Лухана и облегчить его страдания, это единственное, что он сейчас может сделать, и от этого парню становилось еще больнее. Он не сможет спасти его. С криком замахнувшись мечем, Сехун пронзил самое сердце Лу. Их последние слова были «я люблю тебя».

***

Когда девочка увидела ту самую комнату, то ужаснулась. Она побежала вниз, но дверь была заперта. Ребенок стучал со всех сил, но никто не открывал. Через некоторое время, дверь, наконец, открыли. На пороге стоял Сехун, в руках которого был мертвый Лухан. Он крепко прижимал к себе окровавленное тело, пока девочка с ужасом осознавала, что опоздала.