Глава 3. Уступки.
20 мая 2019 г., 18:45
Я сидела на заднем сидении машины в обнимку со своим потрепанным рюкзаком и пустым взглядом смотрела на быстро сменяющиеся пейзажи в окне машины. Рядом развалился Сэм — он обнимал меня одной рукой, положив голову на плечо. Судя по сопению, которое раздавалось уже где-то час, парень задремал. Я даже завидовала — после всего произошедшего я не то чтобы сегодня ночью, я, наверное, ближайшую неделю спать спокойно не смогу.
— На самом деле вы неплохо держались, — сказала Талия с первого сиденья, оглядываясь назад. Я иронично подняла бровь:
— А что, другие похищенные подростки как-то по-другому реагировали на смерть друзей и жуткое чудовище?
Сидевший за рулем мужчина, вид которого был весьма сомнителен, фыркнул. Я прищурила глаза, пытаясь рассмотреть его в зеркале заднего вида — то ли у меня на нервной почве село зрение, то ли у мужика и правда все тело было покрыто глазами.
— Селена, я еще раз повторяю… — Начал было Джейсон, но я оборвала его — быстро и зло:
— А я еще раз повторяю — заткнись.
Темноволосый парень, сидевший сзади нас (благо, размеры мини-автобуса позволяли расположиться всем нам как можно просторнее), тихо рассмеялся. Я закатила глаза и снова уставилась в окно. Это мало чем помогло — так как за стеклом уже давно стемнело, я имела прекрасную возможность лицезреть свое отражение, а оное редко придавало мне положительных эмоций.
— Нико, ты нашел их? — Спросила Талия, когда в машине повисло неловкое и напряженное молчание, нарушаемое только сопением Сэма. Наверняка охотницу это раздражало — она задала вопрос преувеличенно громко, от чего парень дернулся.
— Да, — коротко бросил парень. Я не удержалась и слегка повернула голову — он сидел как можно дальше от Джейсона и, точно так же как и я, прижимал к груди рюкзак. Только его рюкзак был подозрительно большой — как будто набит округленными предметами размером этак с небольшую дыню.
— А что он должен был найти? — Полюбопытствовала я, гипнотизируя взглядом рюкзак.
— Не волнуйся, к тебе это никак не относится, — бросил ди Анджело, крепче обнимая свой багаж.
— Как мило, — протянула я, буквально чувствуя, как моя нелюбовь к этому субъекту возрастает с каждой секундой.
— На Олимпе с чего-то взяли, что полукровкам слишком спокойно живется — они решили испытать нас. А для любого соревнования нужны артефакты, — пояснила Талия, пытаясь прервать перепалку, которая не успела начаться.
— Великие и ужасные решили испытать своих детей? — Невольно заинтересовалась я, быстро забывая о вредном мальчишке.
— Что-то вроде того. Некоторые из наших отправились прямо на Олимп, чтобы участвовать в организации всего этого. Ну, а всем остальным досталась рутинная работа — поиски всевозможных артефактов, усиленная тренировка возможных участников. И при этом мы не должны забывать о наших обыденных обязанностях! — Не на шутку разошлась девушка, от переизбытка возмущения стукнув кулаком по бардачку. Водитель недовольно скосил на девушку все свое бесчисленное множество глаз — зрелище воистину неприятное.
— А что ты подразумеваешь под обыденными обязанностями? — Спросила я. Почему-то мне стало интересно послушать.
— Поиски, — коротко ответил Джейсон. Я сделала вид, что не услышала парня, и продолжила смотреть на Талию. Та ухмыльнулась, заметив наше поведение.
— Мы ищем новых полукровок, доставляем их в Лагерь. И делаем то, что сами боги сделать не могут.
— Звучит с одной стороны очень мелочно, а с другой — очень круто, — кивнула я и посчитала разговор законченным.
Веки тяжелели. Я скользнула глазами по отражению в стекле — на Джейсона постаралась не смотреть. Рюкзак ди Анджело притягивал — меня съедало любопытство. Что он везёт? Мне хотелось посмотреть что там находится.
Чёрные глаза пересеклись с моими. Я поняла, что парень смотрел на меня, а он понял, что я смотрела на его рюкзак. Задержав на секунду взгляд, я опустила ресницы. Он какой-то чересчур странный и вредный, день и без него был достаточно сложным. Мирный гул двигателя автомобиля убаюкивал. Я постаралась выбросить из головы все мысли. И очень быстро погрузилась в дрему.
Мне снилось пламя, в котором стоит Рина. Алые языки огня высились к небу, а она стояла и смотрела на меня оттуда. Я ничего не могла сделать — не идти же мне в огонь. Но я хотела спасти ее, хотела пойти прямо туда.
Стало резко темно, парк интерната пропал. Рина исчезла вместе с ним, а огонь остался. Мне все ещё хотелось зайти в пламя, хотя подруги там не было.
Как будто кто-то ждал меня. Смотрел сквозь алую стену, гипнотизировал. И ждал-ждал-ждал.
Картинка резко сменилась, пламя исчезло. Темнота вокруг окружала, обволакивала как темные волны. Меня как будто кто-то баюкал на руках. И снова глаза, глаза цвета грозовых туч, смотрят с удивлением и враждебностью.
— Что я сделала?
— Родилась, — вкрадчиво ответили мне.
А потом осталась только темнота. Удивительно то, что в ней не было так плохо. В ней было очень тихо и спокойно.
— Ну и приснится же такая херня.
Да, именно так прокомментировал мой сон Сэм, когда я шепотом рассказала ему, что увидела. Не то чтобы я рассчитывала, что он скажет мне что-то дельное. Но мне важно было рассказать — и отпустить это непонятное и неизвестное восвояси, забыть как глупость.
Мы ехали уже несколько часов. За это время я успела возненавидеть всех сидящих в машине. Раздражало буквально все. Сэм, пытающийся завести разговор с Талией, Талия, пытающаяся отшить Сэма. Джейсон, который пилил спинку моего сиденья взглядом. Водитель, который как будто нарочно подмигивал мне глазом на правой руке. И ди Анджело, который бесил одним фактом своего существования.
Кошмар из сна закончился. А кошмар наяву продолжался.
— Нам придётся остановиться в отеле.
— Охренеть! Он говорящий!
— Сэм, это невежливо, — буркнула я. Хорошо, что дядя с кучей глаз даже не обратил внимания на невменяемого подростка.
— Почему, Аргус? — Спросила Талия, недовольно косясь на улыбающегося во все тридцать два Сэма.
— Бензин, — коротко ответил водитель. Она кивнула, и машина свернула с дороги в сторону небольшого строения.
Я прижалась лбом к стеклу. Хотелось… Я бы сказала, что я хотела домой. Но дома не было — и от этого было ещё хуже. Ты как будто подвешен над пропастью, тебя раскачивает из стороны в сторону, ты не можешь остановиться. И некуда пойти, некого попросить о помощи. Разве что только Сэма, который так же, как и я, висел над пропастью.
Сэм нашарил мою руку и слегка сжал ее. Машина остановилась — я вцепилась в его руку как в спасательный круг.
— Переночуем здесь, все равно мы уже опаздываем, — сказал Джейсон и посмотрел в сторону ди Анджело, — Нико, ты не против?
— Ты прав, — кивнул парень. И вроде он согласился, но создалось ощущение стойкого пофигизма, с которым мальчишка относился ко всему происходящему. Он закинул рюкзак за спину и первый зашагал в сторону отеля, даже не оглядываясь на попутчиков. Ну и тип.
— А чего он такой жизнерадостный? — Спросил Сэм, с кряхтением вытаскивая наши сумки из багажника.
— Привыкните, — Талия кивнула Аргусу и тоже пошла к отелю.
Ко мне попытался подойти Джейсон:
— Селена…
Я буквально рванула вслед за ребятами.
***
Я таращилась в окно отеля, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли в одну кучку. Сначала окно машины, теперь окно номера. Такое ощущение, что у меня развивается клаустрофобия. Хотелось взять и упасть на пол, чтобы свернуться калачом и не участвовать во всем этом. — Гилберт, хорош в темноту пялить. Зрение испортишь, — Талия вошла в комнату и швырнула свою кожаную куртку на соседнюю кровать. — Завались, — любезно ответила я, впрочем, последовав совету. Все равно ничего нормального придумать не смогу. По крайней мере, сегодня. Я пинком загнала свою вещи под кровать и уселась сверху. Подтянула колени к груди и вопросительно уставилась на Талию. Заметив внимание к своей личности, та вопросительно изогнула бровь. — Расскажи мне что-нибудь. — Рассказать тебе? Что именно? — Талия села напротив. У нее глаза были серые, как тучи. Пронзенные молниями. — Не знаю, — я правда не знала, что именно хотела услышать. Но мне хотелось разговаривать, хотелось понять. — Что-то, что поможет мне понять. Что происходит, что нас ждет. — Ну, тут будет сложно, долго и нудно, — ухмыльнулась она, — Очевидно, что вы полукровки, но ваших родителей надо еще как-то определить. Из-за всей этой неразберихе на Олимпе они забросили свои обязанности, перестали признавать потомков. А нам мучиться. — А кто твой отец? Или мама? — Зевс. Бог грома, Владыка Олимпа, — Талия не выглядела как дочь Владыки. Она была больше похоже на девочку-панка, с ежиком торчащих в разные стороны волос и черной подводкой вокруг глаз. Может, она лесбиянка? Она с таким омерзением отмахивалась от Сэма. Нет, в чем-то я ее понимаю — Сэм противный, но большинству девчонок он нравился. Подтянутый, с разноцветными глазами, он был похож на чеширского кота — с хитрым прищуром и неподражаемой улыбкой. — То есть ты дочка большой шишки, — покивала я. Талия рассмеялась, что-то ответила. В принципе, она была неплохой — мы поговорили с ней какое-то время. Я спрашивала ее о Лагере, о том, кто там живет. Узнавала про богов. Из нее был неплохой рассказчик — Талия рассказывала так, как будто знала лично каждого и присутствовала чуть ли ни на каждой странице учебника истории Древней Греции сама. Нашу милую беседу нарушил стук в дверь. — Если это твой друг, то я оторву ему голову, — прошипела Талия, подскакивая. Я захихикала — в том, что это был именно Сэм, я почему-то не сомневалась. — Милые дамы, извините за вторжение… Где сестра очкарика? — Сэм вплыл в комнату и недовольно оглянулся, ища глазами охотницу. Я вздохнула. Талии и след простыл, а я такими способностями не обладала — мне некуда было деваться от этого парня. — Ты пришел, чтобы огорошить меня какой-нибудь жутко важной новостью? — Полюбопытствовала я. — Нет, я вообще к Талии шел. Но ее тут нет, а ты и пачка сигарет у меня в кармане есть. Поэтому поднимай свою жопку и пойдем, — пришлось натягивать джинсовую куртку и выходить вместе с этим олухом на улицу, ежась от холода. Там мы заняли излюбленную позу. Сэм облокотился о стенку и мечтательно уставился в небо, в то время как я села на скамейку и, нахохлившись, плотнее укуталась в одежду. — Они там выясняют что-то, — задумчиво сказал Сэм, кивнув в сторону больших окон, располагавшихся на противоположной стене. Я прищурилась. — Не знаешь — что? — Нет, — Сэм выпустил пару колечек дыма вверх, — Там Талии не было, тебя не было — что мне там делать, — мда уж. Как быстро я отошла на второе место. У него опять новое увлечение, а мне страдай и слушать его влюбленные бредни. Я внимательно посмотрела в окно гостиной. Там стоял водитель Аргус, Джейсон и темная фигура… Ну, конечно, это был ди Анджело. Затушив сигарету, я встала и посмотрела внимательнее, убеждаясь, что рядом с Джейсоном стоял ди Анджело. — Сели, ты меня пугаешь. Ты чего так в окно таращишь? — Да просто…***
Воровато оглянувшись, я приоткрыла дверь в номер, где расположились парни. Сэм сказал, что не будет участвовать в ограблении «того стрёмного пацана», да он мне и не нужен был особо. Хотя в плане воровства Сэм был виртуозом — но пользовался он этим только в самых крайних случаях и всегда отрицал то, что сделал. Я тоже не любила воровать… до того момента, пока мне это было не нужно. Натянув капюшон на голову, я проскользнула в номер и осторожно прикрыла за собой дверь. В полной тишине, прислушиваясь ко всем звукам из коридора, я осмотрела кровати, пока не заметила знакомый рюкзак. Вздохнув, я опустилась вниз и подцепила его. Он отвратительно громко зашуршал по полу, но я постаралась не придавать этому значения. Молния послушно съехала вниз, я сразу увидела нужное мне — мешок, в котором было несколько загадочных предметов. Круглых и страшно тяжелых предметов. Как этот хлюпик не надорвался? Я потянула веревки. И еле удержала в себя рвущиеся наружу маты — настолько сильно меня впечатлило то, что было внутри. Холодный лязг нарушил тишину, и прежде, чем знакомый клинок коснулся шеи, я негромко сказала: — Давай только без тыканья своей железкой, окей? Ди Анджело облил меня самыми витиеватыми матами, которые я даже не слышала. Там еще было что-то на незнакомом мне языке (или все-таки я это знаю?), но я пропустила это мимо ушей. Чего себя лишний раз расстраивать из-за всяких злых мальчишек. — Гилберт, ты ничего не попутала? — Зло выдохнул парень, убирая клинок, и присел рядом со мной на корточки, попытавшись выдернуть у меня из рук рюкзак. — Чьи это яйца? — Я вцепилась в плотную ткань, не давая ему забрать мешок, набитый несколькими округлыми предметами, покрытыми холодной чешуей. — Я откуда знаю, — он снова дернул, чуть не оставив меня без рук. И откуда в нем столько силы? Я упрямо сдвинула брови и зло уставилась в темные глаза, настойчиво удерживая его взгляд на себе. — Знаешь ты. Либо ты мне говоришь, либо тебе придётся меня убить прямо тут. Потому что по-другому от меня не избавиться! — Ты же понимаешь, что мне проще именно это и сделать? — Хмыкнул он. Его слова не произвели особого впечатления, я лишь сильнее стиснула пальцы. Посмотрев на меня секунды две, он закатил глаза. — Слушай, я реально не знаю. Мне сказали доставить их в лагерь, они будут как декор для какого-нибудь конкурса. Или приз. Я поджала губы. И посмотрела на странные кирпичики. Непонятное ощущение не покидало меня. Не то чтобы мне это было сильно нужно. Просто эти штуки были из неизвестного мне волшебного мира, и именно они — первые, что не внушали мне опасение и страх. — А они… Ну, живые? Там есть кто-то? — Вряд ли, — пожал плечами парень и первый отпустил рюкзак. Я, в обнимку с яйцами, опрокинулась на спину. Не обращая внимания на мою ругань, ди Анджело продолжил, как ни в чем не бывало, — Они абсолютно бесполезные. Им много лет, эти штуки просто окаменели от времени. Можешь взять себе одно, как сувенир. Я остановила поток ругательств и удивленно посмотрела на него. — Серьезно? Отдашь мне просто так? — У нас с тобой не ладятся отношения, а так ты, может, перестанешь хотя бы на немного меня ненавидеть. Да и не думаем что ты их возьмёшь, — он говорил, и было видно, что он почти сразу же начал сомневаться. Поздно. — Они же тебе не нужны, только таскать больше придется, — явно пытался вразумить Нико. Но когда я что-то хотела — это «что-то» становилось моим. И тут не в избалованности дело, я как бы была сиротой. Скорее наоборот — невозможность получить желаемое сразу в детстве послужила поводом воспитать в себе упрямство и целеустремленность. Я задумчиво оглядела яйца, пытаясь понять, какое мне нравится больше. — Гилберт, ты серьёзно? Высиживать их будешь? — Ага. У меня вырастет большое и страшное чудовище, которое тебя сожрет, — я определилась. Вытащив из кучи небольшие, абсолютно чёрное яйцо, я сунула его подмышку и встала. Оглядела удивлённого ди Анджело, все ещё сидящего на полу. — Бойся меня, — доверительно сказала я ему и ушла из номера, пытаясь не уронить свою добычу. Я просто уверена, что произвела на парня неизгладимое впечатление.
