Альфа? Или омега?

Близился день, когда гардероб полностью изменится. Придется распрощаться со своими старыми вещами и дать шанс новым, сшитым специально на заказ. Что и стоит, наверняка, дороже. Четыре дня, с момента знакомства Винсента с будущим тестем, Рафаэль находил причины не спешить. Та же работа после учебы. Сразу после окончания занятий он шел в кафе, и работал до вечера. А на дальнейшее не хватало сил. Винсент каждый день приходил в кафе в обеденный перерыв, все намекая, что в скором времени намерен менять его жизнь. Были даже мысли полностью содержать Рафаэля, пока тот учится, чтобы не забивал себе голову работой. С официальным выходным причин отказываться не осталось. Винсент явился к нему с самого утра. Миллер только и успел, что глаза продрать. Кофе и то до конца не выпил. Все еще в пижаме, с сонной мордашкой, открыл дверь. — Что так рано? — Проснись и пой, жизнь моя, — Винсент был настроен на романтический лад. — Сегодня у нас много дел. — Винсент… — простонал имя возлюбленного, всем своим видом показывая степень негодования. Энергичность других на него плохо сказывалось. Хотелось лишь сильнее лениться. А лучше лечь обратно в кровать, забив даже на кофе. — Что такое? — альфа широко улыбнулся. — Ты на часы смотрел? — Девять утра. Извини, я думал, что ты ранняя пташка. — Да, когда не выдаётся свободный день от учебы и работы, — вздохнул омега, прикладывая ладонь когда лбу. — Ладно уж. Проходи. Кофе не желаешь? — Нет, я на заправке еще выпил. — Тогда будешь ждать, когда я запасусь достаточной энергией на утро и приведу себя в порядок. — Хорошо, — Винсент обнял свое сонное недовольное чудо и урвал приветственный поцелуй. — Заодно обсудим то, что я уже взял у своих ребят. Нас ждут с распростертыми объятиями. Лишь одно Рафаэль принял с удовольствием — поцелуй. А последние слова альфы вновь понизили шкалу энергичности, которой итак было в избытке. И пока он наслаждался горячим бодрящим напитком, альфа предложил пару каталогов, чтобы Рафаэль сразу выбрал понравившиеся фасоны. — Знаешь, я могу сейчас что-то выбрать, а на деле выясниться, что мне совсем не идет, — выдал Миллер после пятиминутного просмотра в тишине. Только часы и шум за окном были источником минимального шума. — Ребята хотя бы твои предпочтения увидят. А потом обыграют в подходящем тебе варианте. Они профи в своем деле. — Ну не знаю… — неуверенно протянул, разглядывая симпатичный костюм. Особенно ему понравился пиджак. И вообще, белый цвет всегда ему шел. — Как насчет этого? — М-м-м, — Винсент присмотрелся, — надо, наверное, только без плечиков. — Как пожелаешь. — Интересно, а как все отреагируют на смену стиля? — Не хочу даже предполагать, — нахмурил брови Рафаэль. Страх раскрыть себя раньше времени и нарваться на неприятности, все еще давил. И не давал в полной мере раскрыться. Возможно, основная причина крылась в этом. Именно из-за нее омега не хотел ничего быстро менять. Нежелание оставаться в долгах, чувствовать себя обязанным, на втором месте. — Тогда что на счет перевода в другое учебное заведение? — Что? — обалдел от услышанного. — Раз ты боишься быть самим собой, почему бы не сменить место на то, где тебе не было бы страшно? — Это не так просто, перейти из одного университета в другой, — ответил омега, как только допил остатки кофе и поднялся из-за стола, сразу же ополаскивая чашку. — А что в этом сложного? — Поверь, сложности есть. Я даже не знаю, как буду выглядеть в глазах новых людей. Фишка притвориться альфой уже не прокатит. А мне так легче общаться с нежным полом, — еще тяжелее вздохнул Миллер и слегка переборщил с поставкой чашки на место. Звякнула сильно. — А тебе так хотелось с ними общаться, как альфе? — ухмыльнулся Винсент. — Смотри, я очень ревнив. — Ревновать истинного омегу к другому омеге как минимум странно. — Зато это раздражающе. — Что именно? — чутка приободрился Рафаэль, оборачиваясь к альфе. От раковины далеко не отошел, с помощью него сделал опору, руки устраивая позади. — Не из-за того ли, что я могу соблазнить любую омежку? — Из-за того, что на тебя могут попросту иметь виды другие люди. — Все равно им ничего не светит. Разве что какой-нибудь альфа все же разглядит во мне омегу и попытается приударить. Тогда я соглашусь, есть повод для ревности. Да только в такой расклад вериться с трудом. Винсент рыкнул от представленных картин. Нет-нет-нет! Не позволит никому даже посмотреть в сторону его Рафаэля. Услышав рык, подобно дикому зверю, в первый момент омега очень удивился. А позже все осознал и на душе стало немножко теплее. Ревность истинного доказывает как ничто лучше, что Рафаэль ему не безразличен. — Как насчет метки, Винсент? — Метки? — мотнул головой Фантомхайв, выбираясь из своих мыслей. — А как же твой образ альфы? — После того, как я закреплю себя, как омегу, — пояснил Рафаэль. — С радостью помечу тебя. Воцарившаяся тишина стала слегка напрягать. Рафаэль с коротким кивком и мычанием в знак согласия, отлепился от раковины и, теребя в руке косу, решил пойти умыться, о чем заранее сообщил альфе. А Винсент времени даром не терял. Решил сделать пару звонков по работе. Сегодня он решил не ехать в офис. Хоть и выходной, у него все равно не нормированный график. Примерно на пятнадцатой минуте разговора с человечком, который сможет прикрыть спину, разобраться с завалом, если вдруг случится, а так же по совместительству оный считается лучшим другом, Рафаэль уже успел со всем закончить. Умылся, почистил зубы, переоделся, привел волосы в божеский вид. — Я готов. — Сейчас, — прикрыл телефон ладонью. — Две минуты, и поедем, — альфа вернулся к разговору. Ему надо было быстро договорить одну вещь. Рафаэль послушно сел на стул, пододвинул его ближе к Винсенту. И пока тот разговаривал, омега «смущал» своим пристальным вниманием. — Все, бывай, — попрощался с товарищем, отключая телефон. — Прости, решил уладить некоторые вопросы по работе. — Ты ведь не отлыниваешь? — Нет, не отлыниваю. У меня ненормированный график. Поэтому попросил друга прикрыть, если вдруг что-то срочное возникнет. — Хорошо, — поверил на слово омега. — Пойдем. Будешь менять меня. Винсент взял омегу за руку, притянув к себе, и поцеловав ладонь. — Это очень выматывающий процесс. — Переживу.

***

Всю дорогу до места назначения, Рафаэль смотрел в окно, наблюдая за прохожими и параллельно с этим обдумывал, что же его все-таки утомит. Насколько быстро. Последние его примерки были в начальной школе. Участвуя в спектакле, он получил одну из главных ролей. Пришлось шить костюм. Винсента встретили с распростертыми объятиями. Сама хозяйка заведения решила появиться. — Нина, — улыбнулся девушке. — Рад тебя видеть. — Пожаловал-таки со своим красавчиком, — с ходу начала, чутка пропустив приветствие мимо ушей. Бедный Рафаэль даже рта раскрыть не успел, как его вытянули за руку вперед, и стали осматривать со всех сторон. — Хм-м. Неплохо-неплохо. Сложен отлично. Рост шикарен, фигура, лицо, все при себе. Но что за безвкусица на тебе?! — Э-э… — Вот тебе и возможность показать ему стиль, — Винсент подмигнул своему омеге. Рафаэль нахмурился. Догадывался теперь, через сколько кругов ада придется пройти. Его личный стилист, по совместительству хозяйка сего прекрасного заведения, просто так не оставит в покое. Профессионал своего дела подойдет с 220% возможностей. — Подберем тебе наряд. Все, идем! Винсент решил скоротать время, сидя на диване и листая журнальчики. Совсем недавно он прошел круги ада, а сегодня только зритель. И даже не сомневался, что Нина сделает все правильно. — Раздевайся, — первое, что приказала хозяйка, когда запихнула омегу за ширму. «Стоило ожидать», — мысленно возвел глаза к потолку. И стал выполнять требование. Сначала рубашка, за ней майка, брюки и ботинки с носками. Волосы заранее собрал в прическу, чтобы сильно не мешались. — Что дальше? — Дай я тебя еще раз осмотрю, — Нина обошла омегу вокруг. — Отличные параметры. Где ж ты раньше ходил? Такие омеги должны по подиуму ходить. Добавим тебе элегантности, и от тебя глаз никто не оторвет. Женщина сверкнула глазами, уже предвкушая образ. — Мне без разницы, — незаинтересованно пробурчал омега, обращая взгляд к потолку. — Главное, чтобы удобно было. Ну и Винсенту понравилось. — А это ты зря, — мотнула головой девушка, вооружаясь измерительной лентой. — В первую очередь нравится должно тебе. — Уверен, что ваш вкус придется по душе и мне, — примирительно улыбнулся парень. Нина только фыркнула, решив заняться своими непосредственными делами. Она записывала параметры, что-то рисовала в своем блокноте. А главное молчала, полностью погрузившись в свои фантазии. И никто ей не мешал. Клиент попался такой же молчаливый. Погрузился в свои мысли и позволял собой управлять, как марионеткой.

***

— Что на счет обеденного перерыва? — отреагировал Винсент спустя несколько часов непрерывной работы Нины, которая изрисовала с десяток листов блокнота и еще столько же повыкидывала. — Не мешай, я в самом процессе, — отмахнулась девушка, как от назойливой мухи. Еще и рукой помахала, только бы лишние лица ушли прочь и не мешали творческому процессу. — Тогда мы придем через полчасика, — Винсент поднялся с софы и протянул руку Рафаэлю. Выглядел тот на четверочку. Из пяти. Не так уж и утомился. И видимо мерка — это цветочки. Ягодки пойдут, когда он превратиться в куклу-Барби, которую очень сильно захотят принарядить. И испробуют несколько нарядов. — У тебя кислое личико, — Винсент обнял любимого, — пойдем купим что-нибудь сладкое. — Успокойся, я не из разряда тех, кто успокаивается, лопая десерты, — Рафаэль прикрыл глаза, позволяя себя обнимать и на людях. Еще несколько дней назад чувствовал нервозность. Постоянно казалось, что кто-нибудь из знакомых их увидит. А сейчас спокойнее относится. — Но настроение все равно поднимет, особенно, если учесть, что у тебя хорошая компания. — Лучше мясо. Оно поднимет настроение. Я хочу есть. — Закажешь все, что тебе хочется, — улыбнулся воодушевленный парень. — Тут есть как раз рядом хороший ресторанчик. — Каждый платит за себя? Или… — Мы же пара, — Винсент почти обиделся. — Естественно я плачу за нас двоих. — Стоило удостовериться. В качестве извинения Рафаэль прикоснулся к обнимающей его руке и уткнулся носом в плечо, оставляя незаметный поцелуй. — Ты меня прям обидел, — буркнул Винсент, но улыбка появилась на губах от действий омеги. — Настоящие извинения я тебе преподам вечером. И ты, вроде как, обещал мне показать свой дом, — немного смутился омега, — в общем… сегодня посмотреть… я не против. — Если хочешь, с радостью покажу свой дом. Винсент, кажется, растаял окончательно. Такие предложения от омеги услышать — великолепно! А тот лишь больше покраснел и тихо что-то буркнул в ответ. Давно пора было решиться. И сегодня выдался подходящий момент.

***

В кафе альфа понял, насколько проголодался, поэтому заказал себе больше мясного. Мясоеды явили свою натуру. И не скажешь, что один из них являлся омегой. Единственное, что могло смутить любопытствующих — слишком нежным взгляд одного, и смущенный другого. Словно парочка. — Я от Нины всегда спасался тут, когда она вот так же усаживалась за свою работу. В итоге благодаря ей у меня целый гардероб отличных смокингов, костюмов и повседневной одежды. — А остальная одежда? — полюбопытствовал Рафаэль, вытирая салфеткой оставшийся соус на губах. — Например, в чем ты сейчас одет. Это тоже ее работа? Или ты научился сам подбирать себе нужный стиль? — Сам покупал. Но лучше к Нине не соваться с безвкусной тряпкой, как она сама выражается. Поэтому подбираешь то, что ближе подходит к тому, что она уже сшила. — А вы давно знакомы? — Она подруга мой сестры, — кивнул Винсент. — Ты очень мало рассказываешь о своей семье, — со слабой улыбкой ответил, складывая салфетку второй раз пополам. Уже все съели из первых блюд и оба сидели в ожидании десерта с прохладительными напитками. — О сестре я вообще впервые слышу. Она старше тебя или младше? — Младшая, — Винсент вздохнул. — Моя персональная головная боль. Благо она замужем, и терпит ее сложный характер Алексис. — Вы с ней в плохих отношениях? — Да нет, в нормально-дружеских. Но Френсис слишком требовательна. Порой очень много ворчит. — Обычно такое свойственно старшим сестрам, — не сдержал тихого смешка Рафаэль. Только представив семейную картину, он уже не мог сдержать улыбки. — У меня вот нет родных братьев и сестер. Только двоюродные и троюродные. — Брат раздолбай, — спародировал сестру. — А ты так из-за этого переживаешь? Раз ворчит, значит, есть повод. — Ага, она единственная, кто знает о моих увлечениях. От нее проще получать нагоняи, — невольно улыбнулся альфа. — При этом, ничего не доложила родителям. А ведь они наверняка были бы против твоей страсти к сумасшедшей езде на мотоцикле. Мне это тоже не совсем нравится, — последнее сказал тише, будто и не хотел раскрываться, но вырвалось. — Я брошу, если ты так переживаешь, — Винсент взял омегу за руку. — Я не хочу вставать между твоим увлечением и ставить тебя перед выбором. Но мне и правда не по себе, когда ты мчишь, словно бешенный, — понурил голову Рафаэль. Отвратительное эгоистичное чувство. — Сейчас ты важнее, — поцеловал ладонь омеги. — Я в любом случае выберу тебя. — Твои друзья могут это не одобрить… — Мы с ними дружим не только из-за мотоспорта, а просто из-за веселого времяпрепровождения в том же боулинге, бильярде или походов на различные матчи. — Ладно, — отстал омега и поднял глаза. — В любом случае, спасибо. — Я люблю тебя, — шепнул Винсент самое сокровенное. — И ты у меня в любом случае в приоритете, поэтому не думай о том, что ты мешаешь или становишься лишним. Вот в такие моменты и хочется на все наплевать, просто встать и крепко поцеловать, показывая и доказывая всем, что у него есть любимый человек, и плевать, что он сам похож на альфу. Однако Рафаэль сдержался. Да и романтичный момент прервал официант, принесший десерт. Винсент вновь принял самый добродушный вид, налегая на сладкое. Была у него маленькая слабость в этом виде вредной пищи. И плюс в том, что его подвижный образ жизни не давал этим съеденным калориям оставаться в организме. А Рафаэль оставался к сладкому равнодушен. Ел, но не обожал. И мог без них жить, в отличии от многих других людей. Фрукты были его слабостью — особенно цитрусовые. Поэтому он заказывал десерты, что содержали в себе фрукты. А так же любил соки.

***

После перекуса и оплаты, Винсент повел своего омежку к Нине, которая недавно скинула сообщение, что набросала множество костюмов и нарядов, а теперь срочно вызывала парочку к себе, чтобы показать. Началось настоящее испытание. Рафаэль уже предчувствовал, как быстро ему все надоест и захочется уйти домой. Но не сможет. И будет стойко терпеть. Нина достала все необходимые ткани, чтобы иметь возможность дать Рафаэлю их пощупать и приложить к себе. Когда они уйдут, она займется выкройками, через пару дней позовет омегу, чтобы тот послужил чем-то вроде манекена, и только после приступит к пошиву и окончательной примерке. Все затянулось еще на два часа. Примерно прикидывая. Утро пролетело как один миг, так и день стал плавно перетекать в вечер. Спрашивается, куда так летит время? В одном лишь месте тратятся драгоценные часы выходного дня. А завтра работа. Послезавтра учеба, и до ближайшего свободного дня — целая неделя. Но Рафаэлю еще повезло. Винсент с Ниной умудрились поспорить, да так, что чуть ли не рычали друг на друга. Неожиданно было наблюдать, как альфа почти откровенно высказался, что некоторые ткани ему не по вкусу. Едва все не дошло до скандала. Рафаэль вовремя вмешался и высказал несколько своих предпочтений, только бы спорящие обратили на него внимание и перестали плеваться слюной (что вскоре при всем гневе станет ядовитой). Винсент поднял руки в знак примирения. Да, что-то они разошлись. Нина тоже кивнула омеге, все равно получится так, как она сказала. Естественно, она поработает над желанием заказчиков. А когда все закончилось и их отпустили, Миллер вздохнул с облегчением. В автомобиль сел не на переднее, а на заднее сидение. И только затем, чтобы лечь. — Наконец-то все подошло к концу… — Я же говорил, что это выматывает, — улыбнулся альфа. — Поспишь? — Нет, просто полежу. Но если все-таки задремлю, ты все равно разбудишь меня, как только приедем, — подмигнул Рафаэль и снял крабик, что мешал нормально лежать. — Я могу тебя и донести. — Своими двумя доберусь, не утруждайся, — после зевка ответил Миллер. — Отдыхай, — произнес Винсент, выворачивая на дорогу. Он не будет ехать быстро, чтобы омегу не укачало. А то мало ли.

***

Путь оказался не близким, да и пробки, от которых никто не застраховывал. Рафаэль заснул под гудки и недовольства людей, спешащих по своим делам. Гармония. Винсент, не отвлекаясь от дороги, заметил сонное царство в зеркале заднего вида. Когда они припарковались на подземной стоянке, он осторожно попытался поднять спящего омегу, только бы не разбудить. Но ничего не вышло. Рафаэль стал подавать признаки жизни сразу как посадили ровно и принялись брать на руки. — Сказал же, разбуди, — сонно пробурчал, обнимая за шею. И вдруг появилось желание поцеловать, что он и сделал, так и не открыв глаз. — Не хотел, ты выглядел ужасно милым, — после легкого поцелуя прошептал альфа в самые губы. Оценить район и само здание, где проживает Фантомхайв, довелось после всех полученных нежностей, и как только сошли последние остатки сна. Рафаэль понял сразу, что находится на территории влиятельных, хорошо обеспечивающих себя личностей. Простому смертному, вроде него, никогда не снять квартиру в благоустроенном районе, подобно этому. Придется продать почку и вкалывать на четырех работах, не меньше. Винсент не стал отпускать свое сонное царство на землю, даже когда тот проснулся. Занес его в лифт, с зеркальными стенами и потолком. — Ты не пугайся, но ванная у меня тоже с зеркалами на потолке, — заранее предупредил о такой особенности своего дома. — Надеюсь, что хоть спишь ты с нормальным потолком… — Сплю? Да, спальня с нормальным, — хохотнул Винсент. — А что? Смущает? — Видеть свои отражения там где не хочется — да. Будучи на руках, Рафаэль покрепче обнял за плечи. Лицо спрятал, дабы из местных никто не посмотрел ему в глаза. Это же стыдоба… Со своими габаритами на ручках у альфы… А своими двумя ему просто не дали добираться. — А ты знаешь, как это может возбудить? — мурлыкнул в шутке Фантомхайв. Было так забавно наблюдать за стеснением омеги. — Нет, не знаю. К твоему сведению, я многого, из-за своей девственности, не знаю. — Что, даже не догадывался? — Винсент все больше походил на довольного кота. Ему достался самый желанный омега. — Хватит уже издеваться, — слегка ударил по груди. И в этот же момент двери кабинки открылись. Они прибыли на нужный этаж. Винсент поставил его на землю, поскольку уж очень неудобно было искать ключи. Хоромы, в коих обитал Фантомхайв, поражали своей роскошью. Не говоря уже о том, что квартира с двумя этажами и вид открывается просто фантастический. А пространства… хоть в догонялки играй. Рафаэль прошел внутрь первый. Все его эмоции отображались на лице. — Добро пожаловать в мою скромную обитель, — весело отозвался альфа, скидывая с себя верхнюю одежду и обувь. — Скромная в кавычках, — нашел в себе силы говорить Рафаэль после ступора и убойного удивления, напополам с восхищением. — Я такие только в фильмах видел. — Возможно, — согласился Винсент. — Родители на двадцатилетие подарили. — Красиво. Прокрутившись на сто восемьдесят, омега вскинул голову верх. Мебель, стены, потолок, обделка великолепна. А какая высота. Это просто восхищение. И это только первый этаж. — Ночью здесь красивее, — Винсент улыбнулся такой реакции. — Вид ночного города завораживает. — Поверю тебе на слово… Так, я могу пройти наверх? — и вскинул палец вверх. — Гуляй, где хочешь, — не стал запрещать альфа. — Не против бутылочки вина? — Я не пью, — покачал головой парень и, с разрешения возлюбленного, направился к лестнице. Не безопасной даже на вид. Если с такой навернуться, голову расшибешь точно. Пару минут ушло на мини-экскурсию. Рафаэль наблюдал и изучал все, что попадется на глаза: от обстановки, до мелких вещиц, находящихся лишь для того, чтобы создавать уют. Все, абсолютно все ему нравилось в шикарной квартире. И было бы странно, если что-то пришло не по вкусу. А ещё он удивлялся, как после таких роскошных хором, Винсент мог находится и ночевать в его квартире, что по сравнению с этой квартирой выглядит каморкой. — Попробуй, — Винсент неслышно подошел к омеге, протянув один из бокалов. «Идиотская привычка!» — мысленно негодовал омега. Терпеть не мог, когда пугают, оказываясь позади. Он обернулся и с удивлением посмотрев на бокал вина. — Я же сказал, что не пью. — Просто попробуй, оно очень слабое. Ну вот наглая моська. Рафаэль только один раз посмотрел ему в лицо и этот просящий взгляд отпечатался в памяти. И будет стоять перед глазами, даже если отведет взгляд. Забрав бокал, он с сомнением посмотрел на содержимое. — И за что пьем? — За нас, — Винсент чокнулся бокалом о бокал. — И за тебя. Приятный звон ласкал слух. Пробуя вино, Рафаэль вдруг вспомнил о видео, где парень играл с помощью бокалов произведение Иоганна Баха. Красота да и только. — Нравится? — Винсент сделал глоток побольше. Он больше предпочитал виски или коньяк. — Пить можно. Но все равно, гранатовый сок лучше, — дал свою оценку Миллер и поставил бокал на полку. И пока альфа допивал своё вино, омега решил немного проявить нежности. Подошёл ещё ближе и мягко обнял. — Хорошо, запасусь гранатовым соком, — Винсент обнял омегу одной рукой, допивая свою порцию вина. — Тебе и правда тут нравится? — Нравится, — с улыбкой поднял голову, дабы заглянуть в карие глаза. — У тебя красивая квартира. Вот только… — Что только? — заинтересовался альфа, отставляя свой бокал и обнимая омегу обеими руками. — … не хватает домашнего уюта, — закончил свою мысль Рафаэль. — Слишком долго эта квартира была холостяцкой. — Хочешь это исправить? — Думаю, у меня есть все шансы. Слегка приподнявшись на цыпочках, Рафаэль обхватил лицо альфы и сам его поцеловал. Теперь, когда они остались наедине, им не нужно ставить ограничения. Альфа сразу ответил на поцелуй, удовлетворенно отмечая, что его омега стал много смелее наедине. Вскоре они смогут проявлять свои нежности везде, а не скрываться. — Самое время осмотреть ванную комнату, — шепотом, после поцелуя, заговорил Миллер. — И если позволишь, мне нужно ополоснуться после примерок. — Давай, полотенце там чистое, можешь потом взять мой халат, — кивнул альфа, с неохотной отпуская. К зеркальному великолепию еще предстоит привыкнуть. Рафаэль тихо икнул, увидев зеркальный потолок. Он еще и с узорами был. «И здесь есть окно!» Шикарный вид наружу, на энном этаже. Темные тона и белоснежная джакузи, санузел с раковиной, создавали неплохое сочетание. И как говорил хозяин квартиры, оставил несколько халатов на вешалке возле двери, чтобы иметь возможность надеть что-то свежее после душа. Сам альфа, пока его омега будет отмокать, предпочел переодеться в домашний костюм и почитать. Он не предполагал, что Рафаэль зависнет на пару минут только разглядывая такую же роскошь в ванной, как и в остальных помещениях. Это не его ванная два на два метра.

***

Около часа Рафаэль провел в ванной. За это время Винсент успел и почитать, и сварганить легкий ужин из салата и овощных котлеток с рисом. В такое время вредно уплетать что-то более тяжелое. Как пришибленный, укутавшись в мягкий халат, Рафаэль вышел из ванной и еще от непривычки оглядывался по сторонам. Растрепанные, все еще мокрые волосы, пытался привести в более прилежный вид, но одними руками чуда не сотворишь, а расчески под рукой нет. — С легким паром, — улыбнулся своему чистому чуду альфа, сидя на диване. — Спасибо, — кивнул и подошел ближе, но все-таки не сел. — Где мне найти расческу? — В ванной, в ящике под раковиной. Придется вновь туда возвращаться, пройдя целый километр, и зависнуть еще на пару минут. Именно ванная его поразила больше всего. Чтобы такая большая, так еще и с окном… — Понял. — Давай шустрее, я пока ужин накрою. Шаг пришлось ускорить и подавить в себе желание еще немного полюбоваться. Одна нога здесь, другая там, и уже через пять минут Рафаэль вернулся, по пути приводя волосы в порядок. А Винсент, как и обещал, накрыл стол на две персоны. Салатик, котлетки, ваза с фруктами. Свечей не хватает. Себе поставил вино, омеге апельсиновый сок. — Мы словно на свидании, — невольно улыбнулся Рафаэль, оглядывая старания возлюбленного. — Домашняя романтика, — хохотнул альфа, зажигая свечу. — Романтика — это не то слово. Чтобы сесть скорее за стол, пришлось ускорить процесс расчесывания. А это не так просто, когда волосы взъерошены и жесткие. Бальзама для волос у альфы не наблюдалось, а именно с ним у Рафаэля получилось безболезненно и аккуратно расчесываться. — Сегодня спишь со мной? — решил уточнить маленький нюанс. — С тобой, — тут же согласился омега. — Боюсь, что один в таких хоромах не усну. — Почему? — Ну… — неуверенно протянул, не зная, как лучше ответить. Раньше у них подобного рода проблем не возникало. — Я плохо осваиваюсь в чужих домах. А если приходится ночевать, то могу и с бессонницей проворочаться. — Вот как, — альфа ласково улыбнулся, — что же, со мной ты уснешь нормально. — Надеюсь на это. — Мы же уже спали в одной постели, — подмигнул Винсент, как истинный джентльмен отодвигая стул и предлагая сесть. — И кое-кто, не будем говорить кто, любит потискать перед сном, — прищурился Рафаэль, откладывая расческу. Несколько волос все-таки выдрал, без жертв не обошлось. Будет ему на будущее урок — приносить все свое с собой. — Но ты же был таким милым в той пижаме, — расплылся в широкой веселой улыбке. — Раньше утенок был еще и на спине, — признался Рафаэль, отпивая немного кисленького сока. Самое то после ванной. — Но со временем стерся. — Я куплю тебе такую же. — Такие больше не продаются, — скрыл усмешку за стаканом. — Так что не утруждайся. — У меня есть Нина на этот случай. — Ну уж нет! — вспыхнул омега. — Не хватало еще пижамы с уточкой просить сшить! — А почему нет? Она же сошьет. — Не надо. И не смей это в тайне попросить, — пригрозил пальцем. — Я тебя сам тогда в эту пижаму облачу, даже если она не будет сходиться. — Семейство уточек? — веселился альфа. — Тебе только бы поиздеваться, — закатил глаза Рафаэль, отставляя стакан и, вооружившись вилкой, решил напасть на салатик, тот, что ближе к нему. — У тебя забавная реакция, — Винсент решил начать с овощных котлет. — А ты всерьез вознамерился приобрести эту пижаму? — Ага, хотя в будущем она вряд ли тебе понадобится, — хитро прищурился альфа. Внезапно пришла мысль, совершенно случайно, сущность любит просыпаться, когда ее не просит и подкидывать картинки весьма неприличного содержания, с рейтингом 18+, что в будущем спать они будут абсолютно обнаженными. — Но когда появятся дети, придется немного одеваться. — Вот оно что… — прожевав салатик, тихо пробормотал омега. — Родишь мне в будущем омежку? Хочу, чтобы у меня была твоя маленькая копия. — Рожу, — смущенно улыбнулся в ответ. — Хоть двойню. — Двойня это мило, но редкость, — глаза альфы заблестели преданностью. — Но я буду рад и одному малышу. Но сначала знакомство с родственниками и свадьба. А то сестра меня обгонит. Она уже о первом ребенке заговорила. Не удивлюсь, если к моменту рождения моего ребенка у нее их уже двое будет. Рафаэль протянул руку, одним жестом прося протянуть свою. О детях они говорили лишь единожды. Но тогда он не понимал, что возлюбленный так сильно хочет своего ребенка. К тому же омежку. Альфы жаждут первенца-альфочку. Настоящего мужчину. Винсент попался каким-то исключением из правил: полюбил омегу, которого все воспринимают альфой, хочет первенца омежку. — Люблю тебя. — И я тебя, — признался Рафаэль, чуть сильнее сжимая пальцы истинного. — И у меня… будет к тебе просьба. — Какая? — Сегодня ты подаришь мне мой первый раз. Сказанное не просто по воли прихоти. Рафаэль долго думал над тем, как они подойдут к последнему шагу для закрепления их отношений. И он решил сделать это, как только окажется в квартире возлюбленного. И это время пришло. Он готов. — Ты уверен? — Абсолютно уверен. Хочу узнать, почему все так обожают секс. — Хорошо, — Винсент поцеловал руку. — Я тебе все расскажу и покажу. Сказать-то сказал и уверенность в своих словах более чем показал, но вскоре постучались волнение под ручку со страхом, и Рафаэль не был таким храбрым. Ужин прошел замечательно, за разговорами он особо не придавался фантазиям, а вот после пошли проблемы. Винсент повел его на второй этаж, а у него, Рафаэля, рука дрожала. — Боишься? Если ты не готов все-таки, еще не поздно остановиться. — Это просто волнение, свойственное любому человеку, что решил вступить в связь, которая для него в новинку и просто боится оплошать по полной, — быстро проговорил Рафаэль. — Я в порядке. И не передумал. — Не оплошаешь. Просто расслабься и получай удовольствие. Не было пути назад. Как только они оказались в спальне, Рафаэль мысленно закрыл дверь на замок. Не сбежит теперь. Идти ему только вперед. Огромная двуспальная кровать манила к себе и он направился к ней, мягко освобождаясь из объятий альфы. Медленным шагом, и по пути развязывал пояс халата. Под ним он оказался в одном нижнем белье. Халат соскользнул с плеч. Винсент сглотнул, проходя взглядом по фигуре. Красивый. Стройный. Высокий. Еще и волосы волной. Таких прекрасных цветов у него не было. И желание только одно — быть самым нежным в эту ночь. Рафаэль обернулся лицом к истинному и осторожно сел на постель. — Иди ко мне. Неспешно, альфа подошел ближе, только б не напугать. Хотелось показать, что все в полном порядке и под контролем. — Ты в любой момент можешь остановить меня. — Если что-то пойдет не так — я тебя остановлю, — пообещал омега, обнимая за плечи и шею. — Но это вряд ли произойдет. Ты не сделаешь мне больно. — Не сделаю, — согласился Фантомхайв, присаживаясь и устраивая руки на талии. — Тогда хватит болтать и забирай мою девственность. Поддавшись вперед, омега взял инициативу в поцелуе на себя. Без затянутой прелюдии. Винсент ответил. Понимал, что лучшая защита — нападение. Что же, назад пути уже не будет. Альфа решил подарить омеге самый незабываемый первый раз. И ласковый поцелуй это показывал. Первые еле слышные постанывания стали спусковым крючком. Что сущность альфы, что омеги, связанные вместе природой, но никак не способные стать едиными, сорвались с цепи. Инстинкты все стали делать за пару. Рафаэль, не знавший никогда, что способен быть таким нетерпеливым и падким на ласки, стал стягивать с альфы одежду, не разрывая давно уже не нежного поцелуя. Винсент не сопротивлялся. Позволял омеге исследовать свое тело. Чего греха таить? Он получал небывалое удовольствие от желания омеги. Даже утянул его на себя, чтобы тот имел больше простора. Нет тут места: «лежи и получай удовольствие». Скорее: «Исследуй и наслаждайся сколько влезет». Рафаэль был совсем не робкого десятка, несмотря на свою невинность. Инстинкты даже из одуванчика могли сделать машину для секса. Винсент млел от прикосновений. Осторожные, изучающие. Интересно, что еще цветочек сможет сотворить. — Я хочу посмотреть на него, — после поцелуя жарко зашептал Рафаэль и слегка дрожащей рукой коснулся вставшего члена. Только боксеры мешали увидеть всю мощь альфийского агрегата. — Смотри, сколько нужно. — Покажи, — несколько смущенно хихикнул парень. — Хочу, чтобы ты это сделал. Рафаэль отстранился и немного приподнялся. С бедер быстро отодвинулся до колен. Винсент только усмехнулся, но, слегка приподнявшись, стянул с себя белье до колен. Сидеть омеге вдруг стало малость неудобно. Появился странный зуд в анусе, а затем влажность. Закусил губу, он понял, что стал течь. Течь от вида альфийского большого члена. И захотелось не просто на него смотреть. Прикоснуться… ощутить жар, пульсацию. И не только руками. А ещё попробовать его выпущенное семя. От своих же извращённых мыслей в жар бросало. И все внутри скручивало от желания. Облизал вмиг пересохшие губы, невинный цветочек пошел на подвиги. Обхватил горячий крепкий ствол. Винсент был удивлен. Удивлен такой решимостью. Неожиданно и… приятно. Альфа закрыл глаза, откидывая голову назад и закусывая губу. Исследование шло полным ходом. Рафаэль часто мастурбировал в периоды течки, свои эрогенные зоны выучил как собственные пять пальцев. И знал, как достигнуть оргазма, не трогая заветное — то есть не засовывая в себя никакие предметы, только бы добраться до простаты и уменьшить желание с зудом. Что-то похожее он хотел доставить и возлюбленному. Плоть одна, только в размерах отличительность. И в узле, ещё не разбухшем. Первым делом поласкать самый кончик, оттягивая кожицу. Медленно и нежно, собирая смазку. Затем переходить на сам ствол, массируя не спеша, а как дело дойдет до первого протяжного стона, увеличивать скорость. Рычание не могло оставить безучастным. Уже войдя во вкус и получая не меньшее удовольствие, Рафаэль хотел, нет, просто жаждал довести возлюбленного до оргазма. Он начинал понимать, почему люди так любят секс. Да… ему нравилось ласкать член альфы. Нравилось слышать его несдержанные рыки и наблюдать за выражением лица. В какой-то момент ему захотелось испробовать несколько иной подход — ещё более возбуждающий. Их обоих. И от мыслей собиралась во рту слюна. Откинув волосы назад, только бы не мешались, он обхватил ствол и сразу попробовал обхватить сочащуюся головку губами. Винсенту, хоть и был достаточно опытным в сексе, хватило всего несколько минут непрерывных ласк. Утробный рык вырвался из груди, когда оргазм наконец подступил. Возможно, такая бурная реакция организма — следствие истинной связи? Винсент не задумывался об этом. А если бы и задумался, то, скорее всего, пришел к такому умозаключению. Вовремя отстраниться, когда семя начало извергаться, Рафаэль малость не успел. Немного попало ему в рот, а остальное на лицо. Он успел только зажмуриться. А когда все закончилось, сел ровно на постели. — Прости, — шумно дышал альфа. — Все в порядке? — Все хорошо, — облизывая немного пухлые губы, тихо ответил омега. Но на деле слегка приврал. Не все было в порядке. Его вот возбуждение никуда не ушло, лишь стало болезненно, когда возлюбленный кончил. А так хотелось кончить вместе с ним. Рафаэль только стал получать удовольствие от минета, как никогда ярко чувствуя жаркую волну в районе гениталий. — Иди сюда, — альфа сел на постели и потянул омегу к себе, сразу же завлекая в поцелуй и чувствуя собственное семя на губах омеги. Странный вкус. И он перебивал вкус губ Рафаэля. Альфе это не нравилось. Он стал терзать губки любимого в надежде быстрее слизать другой вкус и вернуть прежний. От внезапного порыва своего мужчины, Рафаэль стал чувствовать в себе новые изменения. Желание немедленно подчиниться. Сила воли подавлялась под напором альфы. Как никогда в жизни Миллер ощутил себя слабой и желанной омежкой. Его всего затрясло от желания скорее стать с любимым одним целым. Винсент уложил его на постель, нависая сверху и вновь припадая к губам. Вкус постепенно возвращался к тому, какой желал чувствовать альфа, руки которого принялись изучать стройное тело, которое вызывало восторг не только глаза, но и телесных ощущений. — Винсент!.. — сладко простонал имя омега, как только имел возможность заговорить. Его тело пылало словно в огне и он неосознанно выгибался под получаемые ласки, в руках до боли сжимал простыни и откидывал голову назад. — Помоги мне кончить, прошу. Ладонь альфы поползла вниз, обхватывая член омеги. Винсент чувствовал возбуждение, от которого умоляли избавить. В обычном случае он никогда не действовал таким путем. Он любил поиграть со своими партнерами. Но сейчас не просто партнер, сейчас здесь его любимый неопытный омега, который только познает ласки альфы. Надо выполнять его пожелания. Ни одна мастурбация не сравнится с ласками другого человека. И не простого альфы, а истинного. Их связь помогала ощутить расширенную полноту эмоций и чувств. Рафаэль уже не мог сдерживаться. Его похотливая сущность вышла на волю и снимала все видимые и невидимые запреты. В том числе и смущение. — Не останавливайся… Ещё, прошу… М-м!.. Сильнее… Да… Да!.. И альфа внял молитвам, не останавливая свои движения и доводя до первого совместного оргазма. Руку сразу же испачкало белесым семенем. Дыхание сбилось. Как после пробежки. А вот ощущения… полный улёт. Распластавшись на постели, с закинутыми назад руками, Рафаэль так хотел расплыться в ленивой улыбке. — Обалдеть… — А ведь это только предварительные ласки, — мурлыкнул Винсент. Глаза его блестели шальным огоньком, который предвещал много интересного. — Тогда я хочу продолжить, — вновь облизал губы Рафаэль и посмотрел на возлюбленного. — Хочу тебя, Винсент. Хочу принадлежать только тебе. — Я рад, что ты хочешь быть только моим, — Винсент заключил омегу в объятия. — Я люблю тебя. Полюбил быстро и безвозвратно. — Я знаю, — шепнул на ухо, так же крепко обнимая. — Наши чувства взаимны. Я полюбил тебя с первого взгляда. — Мой милый омега, — Винсент заглянул в зеленые глаза, — мое сердце теперь принадлежит тебе, пусть принадлежит и тело. Альфа закрепил свои слова нежным невесомым поцелуем. Нельзя такому не поддаться. Слова, что прозвучали так искренне и трогательно, затронули до глубины души. Для нежных омежек впору и слёзки лить, но Рафаэль отличался от подобных цветков. Ответа на поцелуй и возобновленная ласка — этого вполне достаточно. Поцелуй перешел с губ на щеки, с щеки на шею. Альфа оставил поцелуй там, где ставят метки. Потом он сделает омегу полностью своим. Руки вновь принялись за старые ласки. Поглаживая нежную кожу, альфа прокладывал дорожку поцелуев. И чем ниже поцелуи, тем громче стоны. Рафаэль сгорал от желания, поддавался навстречу, стал впиваться ногтями в кожу и неосознанно дергаться. Его возбуждение, словно прилив. И очень скоро большая волна удовольствия накроет с головой. Если Винсент продолжит так ублажать, Рафаэль снова кончит, не дойдя до конца. — Нет!.. Страх проскользнул в голове омеги и он вдруг вцепился в голову возлюбленного. Тот уже почти прикоснулся губами к жаждущей внимания плоти. Рафаэль дрожал и сидел красный, словно рак. Жар стоял невыносимый. — Винсент… не н-надо там… только не ртом… — Почему? — Я сгорю от стыда… — Просто расслабься, так лучше смогу тебя подготовить, — успокаивающе поцеловал ногу омеги. — Ты моей смерти хочешь… — с жалобой проскулил и послушно опустился на подушки. Его инстинкты подрывали, сущность и не против получить оральные ласки, а вот мозг отказывался получать… подобное. — Тебе понравится, уверяю. Еще раз поцеловав коленку, альфа вернулся к тому, от чего оторвали. Поцелуи спустились к члену, слегка приласкав его. Но самое сладкое было впереди. Стоило один раз прикоснуться к плоти и Рафаэль подавился воздухом. Словно рыба, он открывал и закрывал рот. Но один очень громкий протяжный стон сорвался, как только почувствовал язык возлюбленного у ануса. Винсент редко доставлял омежкам такое удовольствие. Обычно если у них более или менее долгие отношения. А сейчас его любимый омега, который впервые чувствует подобное. Второй оргазм был неизбежен. Как только кончик языка вошел внутрь, Рафаэль больше не мог сдерживаться. С тихим вскриком, он выгнулся на постели и бурно кончил. Легкая после оргазменная дрожь пробегала по телу. К вспотевшему лицу, шее и груди прилипали волосы. Только не дали ему прийти себя, альфа не останавливал свои ласки, продолжая ласкать в самом сокровенном месте. Слишком просто возбудить девственника и довести до пика… множество раз. Рафаэль и не заметил, как снова возбудился. Не успел отдышаться, как снова стал ловить нарастающее с каждой секундой удовольствие. — Войди уже в меня!.. — Рано, — прошептал Винсент, проникая только пальцем. — Тебя надо хорошо разработать, иначе будет слишком больно. Запуская пальцы в волосы, омега откинул их назад, чтобы не липли к коже. Ноги, согнутые в коленях, дрожали, Рафаэль не знал как лучше, раздвинуть пошире или разогнуть. А ощущения от проникновения были весьма необычны. Не сказать что неприятно, но и удовольствия особого не наблюдалось. Альфа старательно разрабатывал, чтобы в последствии было исключительно приятно. — Такие странные чувства… — Что странного? — улыбнулся Винсент, не прекращая своих ласк. — Не знаю, — после ответа омега тихо промычал и, прикрыв глаза, закусил губу. — Но мне хорошо… Ты лишаешь меня невинности пальцами… проклятье… меня это так возбуждает… — Ты же ласкал себя там во время течки? — Ласкал, — не стал отрицать Рафаэль, сильнее выгибаясь, только бы пальцы вошли глубже. — Но это совсем другое. Сам с собой не считается… — Но ты ведь уже чувствовал нечто похожее? — Винсент усмехнулся, проведя пальцами по нащупанной простате. — Да!.. — ответ смешанный со стоном прозвучал очень пошло. — Но это, — облизал губы, — разное удовольствие. Ты… лучше и… Черт возьми, я так сильно хочу тебя! — Потерпи еще немного. «Немного» превратилось в целую вечность. Нет у неопытных терпения. И когда очень сильно хочется трахнуться, процесс растягивания становится невыносимым. Чудо свершилось неожиданно. Пальцы альфы покинули растянутый вход, и руки подхватили стройные ноги, устраивая их у себя на талии. Настал долгожданный момент. Миллер весь напрягся, с томящим ожиданием. А Винсент не спешил. Он старался быть очень аккуратным со своим сокровищем. Входил медленно, давая привыкать к своим размерам. Что-то похожее на лёгкое жжение, именно это испытывал Рафаэль в момент вторжения. А когда возлюбленный остановился, они оба смогли ощутить всю полноту ощущения. — Вот мы и едины, — тихо ответил омега, крепко вцепившись в плечи парня. — Не больно? — ласково спросил альфа, целуя в висок. Он не двигался, давая немного привыкнуть. — В-все хорошо… — сделав глубокий вдох, Рафаэль прикрыл глаза. Пока они находились в одном положении, не двигаясь, он постепенно привыкал к заполненности, постарался расслабиться и стал получать легкое приятное чувство. Мысль о том, что это возлюбленный вошел в него, помогало получить удовольствие. Винсент, получив ответ, попробовал двигаться. Узко. Его омега такой узкий. Винсент уже и забыл, что значит спать с девственником. Это нереальное удовольствие. А какой кайф стал ловить омега. С первыми толчками он словно в прострации, не совсем понимал, что происходит, но стоило боли отойти на второй план, поддаться навстречу и чуть ускорить темп, и он полностью отдался процессу. Альфа еще старался как-то сдерживать свои инстинкты, но когда омега попытался ускорить темп — сорвало крышу. Он впился в губы омеги требовательным поцелуем, постепенно убыстряя свой темп. А стоило дойти до мольбы со стороны Рафаэля и секс перерос в бешеное родео. До того как кончить они сменили три позы. Сначала омега был под альфой, затем встал на четвереньки, получая больше удовольствия (а уж как сладко стонал…), и третьей все завершилось: Рафаэль оказался сверху, принимая возлюбленного с новой стороны. И казалось, что член вошёл ещё глубже… Рафаэль несколько раз успел кончить, прежде чем альфа наконец почувствовал приближение своего оргазма. Перевернул своего омежку вновь на спину, доводя себя до последнего, успев покинуть тело, чтобы не допустить ранней сцепки. — Я… желе, — подобрав подходящее для своего состояния слово, Миллер вдруг хихикнул. — Причем очень сладкое, — Винсент развалился рядом, повернувшись к омеге лицом и подпирая голову рукой. — Теперь я прекрасно понимаю омег, что говорят о своей любви к сексу. Это не похоже на течку. Удовольствие совершенно иного плана. После всего, что между нами сегодня произошло, я уже не смогу себя удовлетворять в периоды течки. Мне будет мало. — Поверь, в течку с альфой тебе будет еще лучше. — Ты будешь со мной весь период? — Если подпустишь, — альфа пододвинулся ближе, загребая омегу в свои объятия. — Я тебя не то, что подпущу — я тебя запру у себя и не выпущу. — У себя? — заинтересовался альфа. — А я думал, что ты ко мне переедешь. — Я подумаю, — увернулся от прямого ответа Рафаэль и, закусил губу, немного раздвинул ноги, а руками обнял за шею. Они все ещё лежали обнаженными. И даже от простого контакта, столь близкого, омега чувствовал, как по телу ползут приятные мурашки. — Люблю тебя, — альфа поцеловал омегу в нос. — И жажду привязать к себе еще ближе.