The Knights of the Dawn. Dark Millennium

Магистр

Моей преданной читательнице Ангелу Инне в благодарность за поддержку посвящается

I

      Тёмные коридоры, кое-где освещённые скупым светом факелов, звенящая тишина… В этой части замка всегда царит мрак и противная сырость — неизбежная спутница цокольного этажа.       Алейна глубоко вдохнула, поворачивая ключ в замке двери единственной обитаемой здесь комнаты. С противным скрипом давненько не смазанных петель она поддалась лёгкому прикосновению её руки. В глаза ударил нетипично яркий для подобного места свет.       — Кто там? — тихий женский голос шелестел подобно стону увядающей листвы. — Это ты, Алейна?       — Да, — отвечала фрейлина, прежде поклонившись. — Это всего лишь я. Ваша верная Алейна. Не бойтесь… госпожа Криста.

II

      Дождь мерно барабанил по стеклу. Тихо потрескивали дрова в жарко полыхающем камине. Вместе оба эти звука создавали неожиданно уютную атмосферу, неуловимо угнездившуюся в помпезной трапезной.       Они сидели друг против друга, разделяемые прозрачной, идеально отполированной гладью массивного стола. Он завтракал с завидным аппетитом, невозмутимо листая свежий выпуск "The Japan Times". Она, казалось, и вовсе не притронулась к еде. Расправив плечи и чинно сложив руки на коленях, неотрывно смотрела куда-то вдаль, не в силах разглядеть ничего из-за плотной пелены дождя.       Молодая горничная, прислуживающая им за столом, не спускала — насколько ей позволяли приличия — любопытного взгляда с обоих, надеясь позже потешить не менее жадных к подробностям из частной жизни королевской четы подруг свежими сплетнями.       К её несчастью, пока ни Повелитель Карлхайнц, ни его новоиспеченная супруга не стремились подкормить придворных очередными слухами. Поразительная тишина царила за столом. И лишь дождь за окном да дрова в камине имели достаточно смелости, чтобы её нарушить.       Первым заговорил Король. Отложив чтиво в сторону, он окинул взглядом уже успевший остыть завтрак Талии.       — Почему ты не ешь? — удивлённо вскинув бровь, спросил он. — Мне казалось, ты должна была проголодаться после прошлой ночи.       Голубые глаза горничной блеснули в азартном ожидании столь желанных пикантных подробностей, но бедняжка снова осталась ни с чем.       — Я не голодна, — ответила Королева. Её лицо на мгновение исказила горестная гримаса, словно девушка изо всех сил старалась не разрыдаться. — Благодарю за заботу.       — О, Талия, прекрати, — нарочито устало протянул Карлхайнц. Он встал из-за стола и неспешно приблизился к ней, остановившись за невысокой вычурной спинкой стула. — Так нельзя. Ты не можешь обходиться без пищи. Рано или поздно тебе придётся поесть, и тогда…       — Я постараюсь, — уверенно сказала она, прерывая речь своего венценосного супруга.       — Прости, что? — не сказать, что мужчина не ожидал подобной дерзости. Он был просто поражен, теша себя надеждой, что речь действительно в смелости, а не в чувстве безнадёжности и поиске легкой смерти.       — Я постараюсь, — повторила девушка, теперь чуть вскинув голову, так, чтобы он мог видеть её бледное усталое лицо, — привыкнуть к здешней пище. Это не так просто, знаешь ли. Ужасное послевкусие.       Ещё какое-то мгновение Талия серьёзно смотрела на усмехающегося Карлхайнца, а потом её губки дрогнули, не выдержав напряжения, расцветая прелестной улыбкой.       Мужчина немного наклонился, чтобы легко коснуться их, сорвать заветный поцелуй.       — А ты ещё та проказница, любовь моя, — заметил он, довольно отстранившись. — Мне так жаль покидать тебя даже на мгновение. Но, увы! Дела людского мира не дают мне покоя даже здесь.       — Ты ведь не… — в её глазах отразилась тревога, граничащая с подлинным ужасом. — Не оставишь меня одну… здесь? Правда?       — Ты же знаешь, у меня есть обязанности… — начал было Карлхайнц, но на девушку это, похоже, не возымело и малейшего эффекта. Её тонкие пальчики требовательно вцепились в его руку.       — Не уходи… — прошептала Королева, запечатлев на тыльной стороне его ладони робкий поцелуй. — Пожалуйста… Это место… всё вокруг… нагоняет страх.       — Больший, чем моё присутствие подле тебя? — иронично заметил мужчина, свободной рукой с нежностью осторожного собственника лаская её шею.       — Карл, — в последней попытке добиться желаемого Талия прислонилась к нему зардевшейся щекой.       — Нет, Талия, — неожиданно серьёзно отрезал он. — И довольно об этом. Я буду непреклонен. Обстоятельства, любовь моя. Впрочем, — добавил мужчина, наблюдая, как в одночасье поникла его юная жена, — и для тебя найдётся занятие.       — Какое такое занятие? — подозрительно поинтересовалась она.       — А вот смотри, — воодушевившись её интересом, Карлхайнц ловко материализовал увесистую связку ключей. Каждый из них отличался не только формой или размером, но даже металлом, из которого предположительно был выплавлен.       Горничная, конечно наблюдающая за всем происходящим с немалым интересом, едва не выронила поднос. Разве же может быть такое, чтобы Повелитель доверил кому-либо абсолютную власть над дворцом?       А тем временем он охотно продолжил свои объяснения.       — Нет здесь такого замка, чтобы не отпирался одним из этих ключей.       — И ты даешь их мне… — протянула Королева, с интересом рассматривая каждый.       — Чтобы ты осмотрелась, — подтвердил её догадку мужчина. — Теперь ты хозяйка всего этого. Так что дерзай!       — Как захватывающе… — не в силах так скоро оторваться от новой игрушки, девушка позволила мужу накрыть её уста ещё одним жарким поцелуем, но не прошло и мгновения после его ухода, как она созвала всю свою свиту.       Во что бы то ни стало, Талии хотелось выполнить это поручение.

III

      Дворец Карлхайнца в самом сердце Мира Демонов был огромен. Грандиозность постройки поражала, а вычурность меблировки да прочей утвари лишь усиливала первое впечатление. В своём великолепии резиденция Короля вампиров мало чем отличалась от резиденций смертных монархов былых времён, каждый из которых, казалось, старался перещеголять остальных. В частности, одним из эффективных способов благородного выпендрежа считалось возведение и обустройство достойного жилища.       Из курса мировой истории, который в академии "Аврора" читали начиная со второго года обучения, Адель помнила, что среди людей примером умопомрачительной, скорее даже, преступной роскоши считался Версаль. Беспрецедентное детище королевской вседозволенности и расточительности. В памяти потомков он навеки сплёлся с именем вдохновителя — Людовика XIV — "короля-солнца".       Следуя подобной логике, Карлхайнца стоило бы назвать "король-месяц". Хотя чем больше девушка думала об этом, тем менее одобрительной представлялась ей реакция мужа на подобное сравнение. Да и сам дворец, пусть и обладал этаким неповторимым шиком, мало напоминал утонченный Версаль с его богатыми садами и замысловатой системой фонтанов.       Твердыня Короля вампиров была, в первую очередь, крепостью. Её высокие неприступные стены не только скрывали от любопытных глаз Адель шумный город, но и защищали именитых представителей демонической элиты от опасностей, таящихся снаружи.       Никто не потрудился объяснить новоиспеченной Королеве, какие именно "опасности" имелись в виду, но в том, что они существуют, никто не питал даже толики сомнения. Усиленные патрули и постоянное присутствие офицеров упрямо создавали впечатление, что Карлхайнц даже сейчас ведёт войну.       А уж надо ли упоминать о том, сколько залов, комнат и прочих помещений было в официальной резиденции Короля Мира Демонов? Адель сразу же поняла, что для полного обхода всех своих владений ей, вполне могло статься, не хватит целой жизни. Потому она, следуя известной женской привычке, решила не тратить время на всё подряд, но довольствоваться лишь самым интересным.       Замечательным и совершенно незаменимым советчиком в непростом деле выбора этого "самого интересного" стала уже знакомая нам из предыдущего повествования фрейлина Алейна. Та самая, что украшала Королеву для свадебной церемонии и производила её омовение перед первой брачной ночью. Оказалось, что она одна из немногих представителей свиты юной госпожи столь досконально осведомлена обо всех местных достопримечательностях.       Под чутким руководством Алейны, Адель порхала по великолепно отделанным залам, потолки которых терялись за россыпями мириадов звёзд-свечей, любовалась диковинной мебелью и удивительными безделушками. То и дело можно было услышать её восхищённые возгласы: "Вот это да!", "Ничего себе!" или даже "Класс!".       Но вот во время неспешной прогулки по галерее Королева вдруг замерла, заставляя своих компаньонов невольно поёжится. Её внимание привлёк узкий коридор, ловко устроенный за одной из картин таким образом, что, казалось, сливался с ней совершенно.       — А куда же ведёт этот ход, интересно? — поддаваясь второй, не менее известной, чем первая, женской привычке, имя которой любопытство, девушка подалась вперёд, желая нырнуть в темноту неизвестного прохода. Остановиться её заставило осознание, что никто из свиты даже и не подумал приблизиться к нему.       — В чем дело? — поинтересовалась Адель.       — Вы же не собирались… — пронесся неуверенный шепот, а какая-та молоденькая фрейлина, не выдержав всеобщего напряжения, пискнула. — Вам не стоит ходить в ту проклятую дыру, госпожа!       — Проклятую? — Адель удивлённо окинула взглядом притихшую прислугу. — Почему это? Карл сказал, что я могу осмотреть все помещения!       — Ну, разумеется, можете, моя Королева, — рассудительно заметила Алейна, осторожно приобняв девушку за плечи и уводя дальше, прочь от подозрительного коридора. — Но скажите на милость, зачем Вам спускаться в старые казематы? Когда-то там хранили оружие, а сейчас давно уже нет ничего. Пусто, темно и сыро. Не самое подходящее место для жены Повелителя.       Она говорила уверенно, ладно. Однако что-то в её голосе заставило Адель засомневаться в правдивости подобных утверждений.       "Раз так, тогда почему все так всполошились?" — думала она. — "И какая нужда столь искусно маскировать вход в резервный арсенал?".