Книга I: Магистр. Глава 2
10 июля 2017 г., 14:07
I
Карлхайнц вернулся поздно. Даже не к ужину, а к вечернему чаю, заставляя свою молодую жену поволноваться, рефлексируя на тему супружеской верности. Ещё более получаса по прибытию он щеголял в образе Тоуго Сакамаки, чем не мало раздосадовал Адель. Девушка привыкла к его настоящему облику, но любые вариации вызывали у неё неподдельное стеснение и даже дискомфорт. — О, кажется, моя маленькая магистр обиделась? — игриво пропел мужчина, присаживаясь подле и принимаясь осторожно перебирать её густые каштановые локоны.— Ну же, любовь моя, покажи мне, как в ордене принято карать провинившихся. «И прозвучит грозное «Mane erit!», и тьма рассеется,» — с ироничным пафосом процитировал он строку из «Истории Рассветных Рыцарей». — Прекрати кощунствовать! — укоризненно фыркнула Адель. — Мало того, что ты похитил меня, хитростью склонил к этому браку, так ещё и держишь здесь взаперти, при этом столь бесстыдно напоминая о том, кем я могла бы стать для моих товарищей. — Они неплохо справляются и без тебя, — безразлично пожал плечами Карлхайнц. — Я уже говорил, — он ловко вскинул её подбородок, вплотную придвигая к себе. — Мне ты нужнее. — Настолько, что ты окружил меня трусами? — всхлипнула девушка, предусмотрительно впиваясь пальчиками в его руку. Она всё ещё переживала болезненные ощущения их первой брачной ночи и явно не спешила снова разделить ложе со своим Королём. — О чём ты, Талия? — её впопыхах брошенное обвинение, похоже, возымело желанный эффект, немного остудив пыл и прояснив разум, который уже было начал затуманиваться пьянящим ощущением восторга обладания желаемым. Но не успела девушка и рта открыть, дабы рассказать об инциденте с потайным тоннелем, как в малую гостиную, где они, собственно, и находились, вбежал один из многочисленной дворцовой охраны. — Повелитель! — склонившись в почтительном поклоне, скороговоркой начал он. — Это снова происходит! Мы просто не в силах усмирить! Несколько ребят ранены! Такое чудище… Стражник осекся, увидев с какой раздражительной жестокостью блеснули глаза Карлхайнца. Только теперь он уразумел, что, возможно, сболтнул лишнего, но слово, как известно, не воробей. Так что всё, что он мог теперь — заткнуться, ожидая монаршего решения. — Карл? — в голосе Адель сквозила тревога. — Что происходит? — Ничего, — мужчина спешно поднялся на ровные ноги, ободряюще улыбнувшись. — Наверное, снова волки. — Волки? — девушка и сама вскочила, со слезами бросившись к мужу. — А что если они снова придут… сюда… ко мне? Мне страшно, Карл! Не оставляй меня! — Прекрати эту истерику, любовь моя, — он осторожно взял её хрупкие ладошки и поднёс их к своим губам. — Ты в полной безопасности. И никто сюда не придёт. — Но… — попыталась было возразить Адель, впоследствии лишь почувствовав лёгкие дискомфорт в слишком крепко сжатых Карлхайнцом запястьях. — Я же сказал, прекрати истерику, — не изменяя своей улыбке, повторил он. — Сейчас ты просто пойдёшь спать и не будешь тревожить себя глупыми идеями… Алейна! Фрейлина появилась так скоро, что складывалось впечатление, будто она нарочно караулила под дверью, ожидая призыва. — Королева устала, — он наконец отпустил руки жены, на которых теперь отчётливо виднелись небольшие покраснения — следы его пальцев. — Нагрей ей ванну и подготовь ко сну. — Да, Повелитель, — Алейна сноровисто присела в реверансе, а потом не менее умело увела Адель-Талию в её покои. — Всё будет хорошо, моя Королева, — приговаривала она, укладывая её в постель. — Просто замечательно. Но Адель не стала доверять фрейлине своих страхов и сомнений. Где-то глубоко внутри она чувствовала, что той известно что-то, чего сама она — новоиспеченная госпожа Мира Демонов — не знает.II
Адель проснулась посреди ночи. Пару минут она неподвижно лежала в постели, слушая ровное дыхание Карлхайнца и стараясь понять причину своего столь внезапного пробуждения. К сожалению, это было не так просто. Более того, все попытки юной Королевы поскорее исправить эту досадную оплошность и снова уснуть не увенчались, увы, даже толикой успеха. Её помыслы так или иначе возвращались к потайному проходу, что за картиной в центральной галерее. И каждый раз, закрывая глаза, она видела зияющую чернотой пустоту столь притягательного своей таинственностью тоннеля. Уже вечером, до возвращения мужа, девушка постановила, во что бы то ни стало, завтра спуститься в старые казематы. Но сейчас, пялясь бессонным взглядом в полог королевского ложа, она вдруг осознала, что не сможет терпеть так долго. Осторожно отвернув одеяло, Адель опустила ноги на пол, чувствуя приятную мягкость ковра. Накинув на обнаженные плечи кружевную ткань батистового пеньюара, девушка с трудом отыскала в неверном лунном свете снятые накануне туфельки и тихонько, дабы не разбудить мужа, покинула опочивальню. В левой руке она уверенно сжимала массивную связку ключей, которую ей накануне столь щедро доверил Король. Дворец, казалось, замер. Вся жизнь в нём остановилась, уступая могущественным чарам ночи. Лишь изредка тишину безжалостно разрывали размеренные шаги ночных дозорных или тихое шуршание юбок удаляющейся любовницы какого-то очередного вельможи. Несмотря на это, Адель потратила значительно больше времени, чем надеялась, чтобы в сумерках, освещаемых одним только скупым сиянием свечи, найти желанную галерею и ту самую картину с нарисованным-настоящим тоннелем. Приблизившись вплотную, девушка почувствовала холодный ветерок. Появившийся из неизвестности, он качнул пламя её свечи, осторожно поцеловал щеки морозным дыханием бездны. Но он не испугал юную Королеву. Известно ведь, любопытство — сильнее страха, а охота, уж конечно, пуще неволи. Глубоко вдохнув, Адель отважно сделала шаг в неизвестность.III
Отовсюду её окружали холодные влажные стены подземелья. Воздух был напрочь пропитан сыростью и тревогой. Уже много раз девушку посещали трусливые мысли, коварно нашептывающие желание вернуться обратно. Но она не слушала их — продолжала упрямо спускаться вниз, пока вдруг не поняла, что коридор, изначально едва вмещавший её саму, стал заметно шире, пол выровнялся, больше не шел под уклон. Именно тогда Адель увидела зыбкий свет, льющийся где-то далеко впереди, и отчётливо услышала мелодию. Едва различимая, она сплеталась с тревожной тишиной глухого подземелья, плыла на волнах зыбкого света. Как завороженная, девушка стремилась к источнику этого дивного явления. Очень скоро она поняла, что звуки порождают умелые прикосновения к чутким фортепианным клавишам. Свет становился всё ярче. Звук — всё отчётливее. А сердце в груди юной Королевы забилось, как сумасшедшее, болью отдавая в висках. Наконец, она увидела железную дверцу с небольшим окошком, забранным густыми прутьями решетки. Именно оттуда пробивался несмелый свет. Оттуда лилась мелодия. Вдруг — тишина. Музыка умерла, оборванная на середине, и тихий женский голос, словно из страшного сна, спросил. — Кто там?
