Стук сердца

Он никогда не думал о том, что может быть настолько счастлив. Что в его все еще невосстановленный дом вернется уют и тепло. Что в комнатах будет витать запах свежеприготовленной и вкусной еды. Что некогда ненавистная болтовня Стайлза превратится в музыку для его ушей. Дерек даже не догадывался об этом. В его жизни было слишком много боли и разочарования… - Ты так и будешь на меня глазеть или все же поможешь? Стайлз стоит у плиты, перемешивает изумительно пахнущую подливу, а Дерек не может оторвать взгляда от его такой родной фигуры, так уютно смотрящейся на его, Дерека, кухне. - Я просто не хочу отвлекать свою девочку от готовки, - ехидно произносит оборотень, но уже подходит к плите, чтобы… обнять парня и прижать к себе. - Бог мой, Дерек, ты можешь хотя бы не отвлекать меня, раз уж помощи от тебя не дождешься? – понукает Стайлз, но, тем не менее, жмется к своему бойфренду сильнее и откидывает голову ему на плечо. Внутренний волк Дерека поскуливает от удовольствия, когда Стайлз разворачивается в объятьях оборотня и тянется за поцелуем. И, конечно же, сам Дерек не отказывает себе в удовольствии и накрывает его губы своими. Это всегда прекрасно: руки на широких крепких плечах, губы на острых ключицах, ноги вокруг талии. Кухня – их второе, после спальни, любимое место для занятия любовью. Здесь уютнее всего, а для Дерека главное, что здесь и прямо сейчас есть его несносный и самый любимый кошмар на свете. Стайлз, уже не стесняясь, трется о своего волка, а Дерек оставляет засосы на шее мальчишки, когда последнего неожиданно отвлекает шум шагов. - Оу… Никогда не думала, что ты, Дерек, можешь играть за другую команду, - нараспев произносит Кейт Арджент. Да-да, именно она! Воскресшая охотница стояла в проеме кухни и с явным наслаждением направляла на них пистолет с, безусловно, аконитовыми пулями. Стайлз быстро встал на ноги, а Дерек, защищая, спрятал его за свою спину. Альфа не мог до конца поверить в то, что происходит, но всё: запах женщины, тепло ее живого тела, стук сердца – указывало на то, что она живая, и это не иллюзия или сон. - Мда, странная мода у всех самых гнусных убийц выживать, - зло и нервно проговорил Стайлз, - тебя, Арджент, наверное, сам дьявол не выдержал, и ад выплюнул. Иначе как объяснить, что ты не гниешь сейчас в своей могиле. Дерек сжал руку парня, в голове прорабатывая варианты нападения. А Кейт только зловещей ухмыльнулась: - О, милый Стайлз, сколько яда. Не стоит тебе загрязнять свой милый ротик такими словами, хотя… Ты видимо его уже и не таким пачкал. - Одним членом едины, сука, - ехидно подметил Стилински. Охотница прищурилась и прошипела сквозь зубы: - Ты – труп, мелкий засранец! Она резко перевела пушку на Стайлза и выстрелила. Но Дерек на то и оборотень, чтобы реагировать быстро. Он толкнул парня на пол, а сам, подпрыгнув и оттолкнувшись от стены, прыгнул на Арджент. Та, видимо ожидая такой поворот, быстро перенаправила пистолет на него, но выстрелить не успела. Оборотень повалил женщину и схватил ее за горло. - Как?! Как, мать твою, ты умудрилась воскреснуть?! – прорычал Дерек, - Но ничего, можешь второй раз попрощаться со своей жизнью. Оборотень выпустил когти и разорвал горло женщины, как когда-то сделал и его дядя. Арджент зашлась хрипами, кровь толчками вырывалась из ее разорванного горла. Дерек дождался, пока стихнут хрипы, и перестанет биться сердце этой суки. Затем наступила тишина. Оглушительная тишина. Какие-то секунды Дерек не мог понять, что не так, но затем действительность окатила его, как ледяной водой. Сердце… Только одно сердце в этом помещении билось… И это было его, Дерека, сердце. Следующее, что он почувствовал, это запах, запах крови. Такой родной и дорогой крови. Мужчина медленно повернулся в ту сторону, куда в порыве толкнул Стайлза. Парень неподвижно лежал в огромной луже собственной крови. Не было никаких сомнений в том, что произошло… Он мертв, его пара, его самый любимый и родной человек мертв… Мертв… Дерек медленно, на коленях, подползает к Стайлзу. Мертв… Медленно переворачивает на спину. Мертв… Видит огромную дыру в груди, как от разрывной пули. От пули. Мертв... Дерек хватает любимого, сжимает в объятьях и начинает громко, надрывно выть. Мертв… Затем вой переходит в скулеж, перемежающийся с тихим «Стайлз». Мертв… Это ужасное, мерзкое слово набатом бьётся в голове альфы. Он не может поверить, что его мальчик, его пара, смысл его чертовой прОклятой жизни мертв. Уже не будет вечной глупой болтовни, непонятных аляпистых маек по всему дому, вкусного ужина перед телевизором, тихих нежных или диких страстных занятий любовью. Не будет растянутого в нежную ухмылку большого лягушачьего рта, ярких задорных искорок в карих глазах, россыпи родинок, которые так и тянет приласкать. Всего этого больше не будет… Дерек с новой силой начинает выть, крепче прижимая к себе мертвого любимого. Для него больше нет жизни, ведь его жизнью был Стайлз… *** … - Эй, Дерек. Дерек! Проснись! Все хорошо, не плачь! Я рядом, мой хороший волк. Все хорошо. Этот голос, эти руки, этот запах и стук сердца. Такой родной быстрый стук сердца. Дерек судорожно вцепляется в Стайлза, прижимает к себе, начинает приходить в себя. Он чувствует, что его лицо залито слезами, а мышцы свело от слишком крепкого объятья. Он понимает, что весь тот ужас был ночным кошмаром, что нужно просто открыть глаза и убедиться, что это его мальчик обнимает его, что это он шепчет успокаивающие слова, что органы чувств не врут и это именно его пара. - Дерек, открой глаза. Посмотри на меня. Что тебе приснилось? – так нежно и обеспокоенно звучат эти слова. Оборотень, наконец-то, открывает глаза и сквозь все еще непрекращающиеся слезы видит испуганное лицо своей пары. Дерек надрывно выдыхает и прижимается к родному, любимому, живому телу. Начинает шептать всякие глупости, недостойные альфы стаи оборотней, и перемежает их со словами «живой, рядом, как же без тебя». Заваливает на кровать, зацеловывает, засасывает, любит каждый участок раскинутого под ним тела. Стайлз молчит, лишь отзывается на каждое прикосновение, понимает. Он всегда понимает, что нужно сделать, чтобы ему, Дереку, было хорошо. А мужчина все прикасается и думает, что все есть: и болтовня, и ужины, и поцелуи, и даже майки. А главное улыбки, яркие глаза, запах и стук сердца, самого родного и самого важного сердца на свете.