Инстинкты подавлены законом

      Каждодневная рутина не придает никакого удовольствия от школьной, да и вообще, жизни. Проснуться, собраться, идти, вернуться.       Эрик терпеть не мог окружение, все эти школьные задиры, плевки в его сторону, разговоры за спиной. Все это слишком давит на виски, заставляет взъедаться из-за ерунды, чтобы снова вспылить и вязаться в драку, в которой несомненно проиграешь. С каждым днем все больше и больше хочется разнести это ненавистное заведение на мелкие кусочки, разобрать ее по кирпичику и нацелить дуло огнестрельного каждому из присутствующих здесь прямо в лоб.       Эта ненависть, наравне с неудачами парня, все росла. С девчонками не клеилось, (вернее, они не клеились к Харрису), а компьютерные классы перестали радовать вовсе. «Как же хорошо что ты не один такой лузер» — постоянно твердит про себя Эрик, заботливо глядя на своего длинноволосого друга и собрата по несчастью. ВоДКа — слабак и нытик. Слишком добрый чтобы дать сдачи, слишком спокойный, слишком правильный. Харрис был уверен, что Дилан никогда не согласится на подобный школьный саботаж, и уж тем более на убийство. Эрик видел сотню раз, как Дилан рисует на полях своего дневника сердца: то разбитые, то сшитые, то целые. Слишком не сразу он догадался что эти сердца адресованы именно ему, ссора — трещина в сердце, мир — сердце сшито, а если все идет так же гладко как и почти всегда — просто целое сердце.       Эрик давно догадывался, что Клиболд не ровно дышит к нему, да и сам не отрицал превышенную долю заботы и поддержки к своему другу. Они нужны друг другу, чтобы не чувствовать себя столь одинокими.