Жрец Анубиса

      — Шах и мат, — улыбнулась Сия.       — Мама! Я же просил хоть чуть-чуть поддаться! — простонал я, откидываясь на спинку кресла.       — Я и так поддавалась. Но тем не менее сто пятьдесят три — ноль в мою пользу! — еще шире улыбнулась она.       Как я и хотел, началось мое обучение шахматам. Как оказалось, Сия являлась создателем этой игры. Шахматы были придуманы ею как подарок богам Индии. Так что она была очень рада, что я попросил ее обучить меня.       — Камби, матушка, все готово, — в комнату вошла улыбчивая Сона, — Анубис уже вернулся, стол накрыт. Только вас и ждем.       — Спасибо, милая, — улыбнулся я поднимаясь.       Прошло уже три недели и скоро придётся возвращаться в Японию. К нашему величайшему сожалению.       Я подошел к Соне и обнял ее. Жаркое солнце Египта и время проведенное тут украсили ее: кожа покрылась ровным, бронзовым загаром, исчезли темные круги под глазами, пропал небольшой слой лишнего веса (она, думая что я не вижу, крутилась перед зеркалом, поглаживая свой живот) и множество других мелких недостатков, которые возникают у сильно занятых людей и демонов. По-моему, даже грудь немного выросла.       — Ты у меня самая прелестная, — улыбнулся я, заставляя уши девушки немного покраснеть.       — Мой вам совет, — подошла к нам мама, — начинайте попытки завести детишек уже сейчас. У меня с Анубисом на Камби ушло двадцать лет. И это считается быстро.       — Матушка!!! — загорелое лицо девушки очень быстро приобрело красный цвет.       Да, мама очень умело подкалывает Сону. Даже убедила ее называть себя мамой/матушкой, хотя она и узнала настоящую суть моей мамы. А вот называть Анубиса отцом или папой так и не удалось. Но мама права, нам, богам, сложно завести детей. Тут совмещается множество факторов, так что двадцать лет — это не просто быстро, это ОЧЕНЬ быстро.       — Я подумаю над этим, — кивнул я матери.       — КАМБИЗЕТ!!! — оказывается покраснеть еще больше вполне реально.       — Что? Разве мы не правы? — смеюсь, а девушка прижимается ко мне еще сильнее.       — Все, хватит, Анубис с Асией нас уже заждались, — улыбнулась мама, и пошла вперед, мы за ней.       Да. Асия тоже приехала. Она, как моя жрица, должна была пройти обряд посвящения и немного поучиться у жреца отца. Все-таки мы с ним довольно похожи.       Три недели. Так много и так мало. Мое прибытие изрядно расшевелило всех. Весь Дуат стоял на ушах, Осирис рвал и метал, так как дух все-таки оказался нашим.       Подверглось проверке все и вся. Но все было чисто. Ни трещины, ни прорыва. Ничего. И хоть сейчас Дуат все еще прочесывается, но маловероятно, что мы что-либо обнаружим.       Так же все согласились с тем, что союз с демонами нам не помешает, а как серьезность намерений боги решили поженить одного своего представителя на демоне. Ну, а если точнее, то просто дали соглашение на нашу с Соной свадьбу.       В основном сложно было только в первую неделю. Я метался между небом, землей и Дуатом, а после наступило затишье. Так что все свободное время было посвящено маме и Соне. Девушка была очарована Египтом, так что проводили мы время с удовольствием. Я познакомил ее со многими богами нашего пантеона, жаль только Атон был очень занят. Наши храмы поразили ее, как и факт того, что многие люди все еще верят в нас, а мы сами можем свободно ходить среди людей, не скрывая свою суть. А как она была счастлива прокатившись на колеснице Ра…       С мамой я в основном играл в шахматы, во время чего и сблизился. И, судя по всему, она очень понравилась Соне, что было так же взаимно.       — Камбизет! Здравствуйте! — вскочила Асия.       — Привет, — улыбнулся девушке, чью кожу тоже покрывал ровный загар, — Здравствуй, отец, — кивнул я Анубису.       — Привет, сын, — хмыкнул он.       — Новости есть? — спросил я, садясь за стол.       — Нет. Полная тишина. Будто того духа и не существовало.       — Плохо, — вздохнул я.       — Да. А еще тебе придётся сегодня уехать       — Причина?       — Кокабиэль зашевелился раньше времени. У ангелов были похищены два экскалибура, из-за чего в город прибывает все больше и больше экзорцистов, но все погибают. Об этом нам сообщил Сазекс, с которым связались на эту тему ангелы.       — Вот как? — я задумался, — Как же не вовремя. Я надеялся, что у нас будет как минимум еще пару недель.       — И еще появились слухи о том, что появилось божество, что обесчестило наследницу Ситри и сейчас активно забавляется с ней.       От этого заявления я аж воздухом подавился. И не только я.       — Шучу, — как не в чем не бывало продолжил Анубис, — Но вот о том, что некий бог помогает демонам слух есть. Так что во время заключения договора ты будешь присутствовать. К тому времени ты должен пожениться на Соне.       — Без проблем, — улыбнулся я, — ты же не против, Соночка?       — Нет, — тихо прошептала она, покрываясь равномерным румянцем.       — Вот и замечательно, — улыбнулся Анубис, — Кстати, ты теперь в среде демонов имеешь титул моего жреца.       — В каком смысле?       — Риас имеет прозвище «Принцесса разрушения», Акено «Жрица молний», а ты теперь «Жрец Анубиса». Все было согласовано со мной.       — Понятно, — ухмыльнулся я, — А рунихера это типа твой дар.       — Ага, — оскалился отец в ответ.       — Всем тихо! — рыкнула мама, — Еда остывает!       Это был очень… Весомый аргумент.

***

      Тронный зал, выставленным неизвестным материалом, который будто бы поглощал свет. Ни украшений, ни гобеленов, ни картин. Только голые черные стены.       Двери, больше напоминающие врата, распахнулись, и в них влетело существо, которое даже в столь темном помещении выглядело осколком мрака. Это существо, пролетев через весь зал, обернулось птицей и село на руку парня, который до этого дремал на троне и был сокрыт завесой тьмы.       Парень открыл свои глаза, чья радужка горела темным, рубиновым цветом. Птица, расправив крылья, обратилась в письмо, которое парень тут же начал читать.       — Город Куо, значит, — задумчиво пробормотал он, — это обещает быть интересным.       Во тьме зала блеснули два белоснежных, неестественно длинных клыка, а в следующее мгновение во всем замке гремел хохот.

***

      — Иссей! — стоило мне открыть глаза, как их закрыла объёмная грудь Риас.       После обеда был срочный сбор, и уже ночью я тут лежал. Благо ко мне никого не допускали, а сегодня я «вышел» из комы.       — Всем привет, — обвел я взглядом команду, когда от меня отлепили Риас.       Тут мое сердце слегка кольнуло. У всех на глазах стояли слезы. Они волновались за меня, а ведь я их обманываю.       — Рад видеть вас в порядке, — улыбнулся я, — мы ведь победили?       — Да Иссей, победили, и все благодаря тебе, — видимо, Риас и вправду решила придушить меня своей грудью.

***

      Уже пару часов демоны праздновали победу Риас Гремори, пусть она и была месяц назад. Как мне объясняли, она отказывалась устраивать празднество без меня. А потом и Асия уехала.       И не надо заблуждаться. Это праздник не по разрыву помолвки, а в честь победы в первой же Игре.       — Но все же, как ты не побоялся так подставиться?! — восторженно спрашивала Райвель.       Ее привел ко мне сам Райзер. Подозрительно веселый и доброжелательный. И это очень разнилось с его темным оттенком ауры.       Вообще после моего пробуждения как бога, у меня появляются все больше и больше возможностей. Сейчас, например, я могу оценить намерения существа по его оттенкам ауры. И у Фенекса они сейчас не самые лучшие. Хоть теперь он спокойно болтает в стороне.       А еще мне кажется, что отец мне что-то не договаривает по «становлению богом». Этот момент мне очень напоминает конец жизни Геракла, когда он после смерти стал младшим богом. Но он, в отличии от меня, был полукровкой.       — Кто тебе сказал, что мне не было страшно? — вздохнул я, — Мне было очень жутко, но, когда я встал перед выбором, то решил, что лучше подорвусь я, новенькая и слабая фигура, чем девчата. Да и не хотелось, чтобы они чувствовали боль.       Естественно, девушки это услышали.       — А ты благородный, — усмехнулась Райвель, — но…       — Дамы и господа! — прервал ее голос Сазекса, что стоял на небольшой возвышенности, — Хоть мы и празднуем победу моей сестры, но сегодня хотелось бы объявить еще одну новость!       Хоть он и выглядел уверенно, в своем черном костюме, но я буквально видел, как под ним качается трон. Все же демоны в курсе саммита, что пройдет скоро. И поэтому они сомневаются в силе Сазекса в роли Люцифера. Думаю то, что он заключил союз со ВСЕМ пантеоном останется в секрете до совета. А сейчас он объявит…       — Сегодня был заключен мир с Дуатом! Египетское царство мертвых согласилось на наши условия, и теперь торговля с ними пойдет намного активнее!       Так как я и думал. Для демонов что ангелы, что Ра — одна каста. И если бы Сазекс объявил о том, что заключил мир с ним, то долго бы он не остался на престоле ада. А также это означало привоз редких товаров от нас. И, естественно, контрабанду. Ад и Дуат ждут перемены в законах. Все же даже мне сложно забыть, что всего лишь один пшик раствора Рухи подействовал на двух демониц как сильный афродизиак. Благо он растет только в саду Короля Рунихер.       Но в общем Сазекс сейчас очень хорошо укрепил свои позиции. Только вот сейчас пойдет волна недовольства. Все же я не успел познакомиться с родителями Соны.       — В закрепление нашего союза, Дуат потребовал заключить помолвку его представителя с Соной Ситри, — объявил Люцифер, когда шум немного утих.       Тишина резко ударила по ушам. А это неудивительно. Риас, Сона и Райвель — самые завидные невесты. Теперь же все поняли, что Гремори так просто не дастся, а Райвель не дадут кому попало два старших сына рода Фенекс. А теперь еще и Сона уходит какому-то левому демону. А, как мне известно, к ней каждую неделю приходит минимум десять потенциальных женихов.       Собственно, я оказался прав. В зале тут же поднялся шум возмущений, а так как в основном была приглашена молодежь, то возмущалась именно она. Точнее мужская ее часть. Хотя девушки тоже сильно возмущались. Но были и острова молчания.       — Я согласна! — прозвучал громкий приговор из уст самой Ситри.       Да, моя прекрасная Сона. В своем платье безоблачного неба она была неотразимой. И сейчас, уже моя невеста поднималась к Сазексу.       — Я, Сона Ситри, принимаю условия Дуата и стану невестой тому, на кого укажет Египет!       — Протестую!       Я мысленно скривился, поддерживая на лице маску глупого удивления. Серафол, чтоб ее. Не могла смолчать?! Плохо. Очень плохо.       — Дуат не прислал того, кто был бы с их стороны подтверждающим договор, а сейчас мы должны отдавать наследницу Ситри в лапы к этим животноголовым! При том, что у нас есть множество достойных кандидатур на ее руку! Я хочу… Нет! Я требую доказательства того, что кандидат Дуата не слабее нас! Пусть же тот, кто сможет его победить и возьмет руку и сердце моей сестры! Слово сказано!       — Слово услышано, — произнес приятный женский голос.       О нет. Только не это. Отец, неужто ты это задумал?!       Из тени за спиной Сазекса вышла женщина, будто бы облаченная в тень. Платье, облегающее ее фигуру, было темнее ночи, неизвестное заклинание так же закрывало ее лицо, и только глаза, сияющие белым светом, выделялись наравне с золотом пояса и браслетов. В волосах девушки покаялось страусиное перо, а за плечами выделялись два, словно солнце ярких золотых крыла. Хоть она и является богиней порядка, но к Дуату имеет огромное значение.       — Мое имя Маат. Я одна из судей душ Дуата. Осирис и Анубис отправили меня в случае возникновения проблем. И раз девушка хочет сражений, то я буду судить их. Слово сказано!       Точно его идея. Но что еще хуже, Слово произнесено.       В сфере сильнейших слова имеют огромный смысл, и фраза «Слово сказано» означает очень серьезные намерения, а «Слово услышано» — принятие этого намерения. Серафол, используя это, высказала свое отношение не Сазексу, отнюдь. Она высказала все напрямую Дуату, при этом оскорбив наш пантеон, что, в принципе, видно по наряду Маат. Боевая форма. Она очень зла и собирается меня насильно призвать. Отец точно обеспечил ее такой возможностью.       Об этом я думал уже вне Ада, на ходу перевоплощаясь. Все же призыв для меня будет болезненным.

***

      Маат улыбнулась.       — И да, советую всем накинуть щиты. Все же призыв против воли высвободит его ауру, а она у него не слабая.       И она запела. На красивом, неизвестном никому языке. И только Сона понимала его, ведь это один из истинных языков. Это язык богов, которому ее научил Камбизет. Но там есть особые условия, о которых она до сих пор не знает. И Маат сейчас пела песню, напоминающую собой и приказ, и просьбу. Она пела о том, что сейчас она вынуждена призывать кого-то против его воли, и поэтому она просила прощения перед ним.       С каждым словом, звуком в зале поднимался дикий вихрь энергии, демоны последовали ее совету и закрылись щитами. А в следующий миг голос Маат затих, и на зал опустилось огромное давление ауры. Только четыре владыки стояли без напряжения да Сона, которую давление просто не трогало. И, естественно, Маат тоже не ощущала напряжения.       Рядом с богиней порядка стояла фигура, облаченная в сам мрак, который принял облик плаща, и только из-под капюшона были видны два ярких бирюзовых глаза без разделения на белок, радужку и зрачок.       — Знакомьтесь, — улыбнулась Маат, — жених Соны Ситри — Камбизет!